Судьба сама всё решила

Miley Syrus - Climb Сегодня утром я проснулся от головной боли. Приподнявшись на кровати, чтобы посмотреть на часы, и увидев, что сейчас только семь утра, я откинулся обратно на кровать, шумно выдохнув. До завтрака оставалось еще три часа, поэтому я снова попытался уснуть, но боль в голове так и не дала мне этого сделать. Я просто лежал и размышлял о своей жизни. Я представлял, что мне найдут новую семью, и там я, наконец, смогу обрести счастье. Я смогу гулять на улице, учиться в школе. Мне нравилось представлять себе, какой будет моя жизнь в скором времени. Каким я выросту и кем стану. Солнце уже ярко освещало землю, а лучи пробивались сквозь занавески, висевшие на окнах моей палаты. Я снова кинул взгляд на часы, в этот раз маленькая стрелка указывала на девять часов. Встав, я пошел в душ, подумав, что после него станет немного легче, так как головная боль все еще не прошла. Когда я еще был заперт в комнате, то у меня часто болела голова, но все проходило через какое-то время само, поэтому я подумал, что не стоит беспокоиться и говорить об этом Блейну. Я не хотел, чтобы он волновался. Я зашел в ванную комнату и посмотрел на себя в зеркало. Волосы торчали в разные стороны, на щеке отпечаток от подушки, под глазами нет синяков, а на губах расцвела улыбка. Такой Курт мне определенно нравился. Словно моя жизнь разделилась на "до" и "после". Того Курта больше нет, но он упорно пытается напомнить о себе, не давая возможности новому мне набраться смелости и заговорить. После я залез в душевую и включил воду. Теплые струйки стекали по гладкой коже прямо в водосток. Я вылил остатки уже второй баночки малинового геля Блейна на мочалку и стал тереть кожу. Когда я начал мыть голову шампунем, то понял, что боль полностью прошла. «Ну вот и хорошо», — подумал я и смыл с себя пену. I can almost see it/Я почти вижу её – That dream I'm dreamin’ but/Мечту, к которой стремлюсь, но There's a voice inside my head sayin’/Внутренний голос говорит мне, You'll never reach it/Что я никогда её не достигну. Every step I'm taking/С каждым следующим шагом, Every move I make feels/С каждым движением я ощущаю, Lost with no direction/Что я сбился с пути, дороги дальше нет. После, одевшись и приведя себя в порядок, я направился в столовую. Взяв еду, я сел за столик один, так как было еще слишком рано. Обычно все ребята приходят позже. Сейчас они наверняка еще либо спали, либо одевались в своих комнатах. Кто ж не любит поспать? Я взял в руки вилку и наколол на нее омлет. А потом вспомнил, как именно за этим столиком ко мне впервые подошел Чендлер. — Привет, — это был тот самый парень из группы поддержки. У него были светлые слегка завивающиеся волосы и большие зеленые глаза, — ты ведь Курт? — я кивнул. — Можно я присяду с тобой? — я снова лишь кивнул. — Я понял на занятиях, что ты никогда не разговариваешь, — он отодвинул свободный стул и сел за стол. Я достал из кармана штанов листок, ручку и написал: «А ты кто такой?» — возможно, немного грубо, но он так внезапно появился и отвлек меня от ужина. — Меня зовут Чендлер, — он протянул руку для рукопожатия, но тут я понял, что не хочу жать её в ответ. До этого ко мне прикасался только Блейн (я имею в виду нормальные прикосновения, а не удары от родителей), поэтому я просто схватил листок и снова написал: «Прости, я не могу» — я опустил глаза, чувствуя себя неуверенно рядом с незнакомым человеком. Было неуютно и хотелось встать со стула и пойти к Блейну, с которым рядом так спокойно. My faith is shacking but I/Моя вера колеблется, I gotta keep trying/Но я не должен останавливаться, Gotta keep my head held high/Я должен идти с высоко поднятой головой. — Что-то связанное с прошлым? — он грустно улыбнулся и продолжил: — Вот у меня, например, раньше тоже были проблемы с прикосновениями, потому что меня изнасиловал и избил отчим, но меня вроде как вылечили, теперь я в порядке, а на следующей неделе я уже буду жить со своей приёмной семьёй. Я надеюсь, ты тоже поправишься. А ты тут почему, если не секрет? — выдал он на одном дыхании. «Меня избивали родители, не выпускали из дома» — у меня никогда не было друзей, но вдруг он мог бы им стать, пока не уехал. Я общался лишь с Блейном, но от нового друга я бы не отказался. Он прочитал и понимающе кивнул. Я снова забрал листок. «Почему ты заговорил со мной?» — это то, что волновало меня с самого начала. Почему он решил заговорить именно со мной, ведь здесь так много других людей? — Ну, ты мне вроде как понравился. Я очень хотел поговорить, но не знал, с чего можно начать беседу, — я не успел ответить, так как на моё плечо легла чья-то рука. Я уже было испугался и слегка вздрогнул, но потом узнал прикосновение. Блейн. — Курт, я закончил. Если захочешь меня увидеть, ты знаешь, где меня найти, — он опустил руку на мою ладонь и сжал её. Краем глаза я заметил, что Чендлер смотрит на всё это с недоумением. А я закивал, проводя Блена взглядом до двери. — А его прикосновений не боишься? — спросил он, уставившись в спину, уходящего Блейна. «Он меня спас. Я доверяю ему» — я ещё не научился доверять никому, кроме Блейна. — А почему ты зовёшь мистера Андерсона по имени? — я понял, что он не отстанет. «Я не знал его фамилии» — и это была правда. Когда Чендлер сказал «мистер Андерсон», мне помогла исключительно логика, чтобы понять о ком он говорит. Что ж, значит Андерсон. Блейн Андерсон. Красиво. — Ясно. Так, эм, Курт, увидимся позже. Буду рад, если мы подружимся, — он встал, и помахав рукой, вышел из столовой. — Курт, — я услышал, что меня кто-то зовет, — ты чего задумался? — это была Тина, одна из ребят, с которыми я подружился. Она всегда ходила в темной одежде и была довольно стеснительной. Она сказала, что живет здесь уже пять месяцев. Ее вылечили от заикания и теперь она считает, что готова к переезду в новую семью. Я узнал, что она многое пережила, но справилась. Ей потребовалось много времени, но все же справилась. И это давало мне надежду на то, что и я достаточно сильный, чтобы справиться со всем этим. There's always gonna be another mountain/Всегда будет следующая вершина, I'm always gonna wanna make it move/Всякий раз, видя гору, я захочу её сдвинуть, Always gonna be an uphill battle/Всегда будет битва за восхождение, Sometimes I'm gonna have to lose/И иногда мне придется проигрывать. Ain't about how fast I get there/Смысл не в том, как быстро я туда попаду, Ain't about what waitin’ on the other side/Не в том, что ждет на той стороне. It's the climb/Это – восхождение. Я осмотрелся и понял, что, видимо, надолго задумался, так как в столовой уже было полно людей и почти все столики были заняты, а дети шумно переговаривались между собой и смеялись. Мне нравилась эта суета, жизнь вокруг меня. После стольких лет вдали от людей, я привык быть наедине исключительно со своими мыслями. Мне нравилось, что теперь я не одинок. «Мне нужно идти. Извини меня», — я передал листок Тине и пошел к выходу. Мне нужно было найти Блейна. В моей голове внезапно возникло столько вопросов и я хотел знать ответы.

***

Я поднялся на второй этаж, чтобы найти Блейна. Впервые я обратил внимание на интерьер. Мне нравилось, как тут всё обставлено. Бледно-голубые обои, светло-коричневый пол, картины в белых рамках на стенах и на каждой двери были синие контуры по бокам. Я прошёл через весь коридор и направился к кабинету Блейна. Постучав и не услышав ответа, я понял, что там никого нет, поэтому решил скоротать время в комнате отдыха, так как там можно было найти книжки и журналы, которые я теперь мог читать. Медленно, но мог. А также там был телевизор. Я просидел там около часа, но потом меня нашел Блейн. Он подошел ко мне и присел рядом на диван. — Курт, ты чего здесь один? Или ждешь кого? — я кивнул и указал пальцем на Блейна. Тогда он встал и протянул мне руку. — Я же знаю, что ты не любишь быть один, — я принял его руку, и он поднял меня с дивана. Но вдруг я почувствовал, что что-то не так. У меня сильно закружилась голова, — пошли в мой кабинет. Мне ещё нужно взять кое-какие документы у секретарши. Ты подождёшь? — я кивнул, что отдалось новой волной головокружения. Он посмотрел на меня, и в этот момент я почувствовал резкую боль в голове, которая прошла также быстро, как и началась. Я приложил руку виску. — С тобой всё нормально? — я кивнул, но в этот раз более медленно. The struggles I'm facin’/Проблемы, с которыми я сталкиваюсь, The chances I'm taking/Шансы, которые я использую Sometimes might knock me down but/Могут нанести мне удар, No I'm not breakin’/Но нет, я не сломаюсь. I may not know it/Возможно, я этого не знаю, But these are the moments that/Но это – моменты, I'm gonna remember most yeah/Которые я запомню навсегда, Just gotta keep going/Просто не надо останавливаться. And I, I gotta be strong/И я, я должна быть сильной, Just keep pushing on/Просто продолжать упорствовать. Мы вошли в его кабинет, и он сказал мне пока присесть на диван, что я и сделал. В его кабинете было очень красиво. Это я заметил еще в первый раз. Здесь была какая-то домашняя атмосфера. Этот кабинет не был похож на офис. Навряд ли это можно было назвать даже рабочим местом, потому что здесь повсюду стояли книги и диски с фильмами, гитара в углу, много растений и музыкальный центр, на столе стоял большой компьютер, много маленьких фигурок и даже компьютерные игры, разбросанные на самом краю. — Я вернусь через минут десять. Можешь пока тут осмотреться, — и он вышел за дверь. Я поднялся с дивана, голова все еще кружилась, но боль кажется прошла. На его полках стояло много фотографий. Там был он и, видимо, его родители. На других было много других людей возраста Блейна. Я просмотрел их все и огляделся ещё раз. Но тут голову снова пронзила ужасно сильная боль. Она была резкая и не во всей голове, но отдавало во всё тело. Я слегка покачнулся и зажмурился, схватившись за голову руками, еле сдерживая крик. Когда я с большим трудом приоткрыл глаза, вся комната кружилась, а потом я почувствовал влагу под носом. Я вытер губу краем ладони и увидел кровь. Я очень испугался. Кровь капала, не переставая, на белый пол. Боль повторилась и теперь и не думала уходить. Я сел на пол и на этот раз не смог сдержать крика. Глаза отказывались показывать чёткое изображение, как бы я не старался. Попытавшись встать, я почувствовал, как ногу пронзила внезапная тянущая резкая боль. Я схватился за икру, мышцы которой стали твердыми. Я не знал, что делать, чувствовал непрекращающуюся боль в голове. Я кричал. Было ужасно больно. Такого я ещё никогда не чувствовал. Я не мог прекратить кричать, не мог остановить боль. Голову будто сверлили изнутри, и я свалился на спину, держась за неё крепко руками. Я уже не понимал, что происходит. Просто лежал на полу и не мог встать. Я хотел, чтобы Блейн быстрее вернулся. Боль усиливалась с каждой секундой и из моих глаз начали литься слезы. Я не думал, что выдержу все это. Голос уже слегка охрип от вопля, а боль стало невозможно терпеть. Sometimes your gonna have to lose/И иногда мне придется проигрывать. Ain't about how fast I get there/Дело не в том, как быстро я туда попаду, Ain't about what waitin’ on the other side/Не в том, что ждет на той стороне. It's the climb yeah yeah/Это – восхождение. Keep on moving, keep climbing/Продолжай двигаться, продолжай взбираться, Keep the faith baby/Храни веру, детка. It's all about, it's all about/Весь смысл, весь смысл The climb/В восхождении. Keep the faith, keep your faith, whoa/Не теряй веру, не теряй веру, о да! Когда я услышал чей-то крик, был уже не в том состоянии, чтобы разобрать слова. Моё лицо окаменело, а потом все, что я видел — это темнота…