Философия написания рейтингового PWP

Должна вам признаться, что лично мне ближе неопределённость учёных, чем всезнайство юристов. И я чувствую себя гораздо уверенней с первыми, чем со вторыми — этим и объясняется моё отсутствие на вашем уважаемом собрании. Эммануэль Арсан

Я в курсе, что вокруг некоторых жанров эротического искусства кипят в фэндомах, на фикбуке и в тусовке в целом баталии. И по многочисленным непрозвучавшим заявкам — касаюсь этой темы. Антислэшерам, отчаянным канонистам и прочим подобным — читать на свой страх и риск. Вообще баталии вокруг слэша, фемслэша, инцеста и прочих «неортодоксальных» (хотя и существующих столько же, сколько существует человечество) вариантов описываемого секса просто смешны. Ибо напоминают уже помянутый анекдот про баню — ну в шапке же указаны жанры и предупреждения, ну не читайте, если так уж не нравится! Однако я прекрасно понимаю, что некоторые люди не могут просто не лезть. Им обязательно нужно оповестить всех и каждого о том, что они полагают вот это вот нормой, а всё остальное ненормальным. И имя им легион, и читать шапку они умеют — и специально лезут с целью оскорбиться и возопить... Надоели, право слово. Нынче такие товарищи снова взяли на вооружение слово «пропаганда», не зная его значения. Это нормально — учить матчасть моралисту некогда, он ищет, где бы оскорбиться... Так вот. «Пропаганда» – это когда читателя призывают делать то-то и то-то. Призывают, доступно? Я вот написал не один PWP, далеко не все из них гетные... а призывал в них (ежели призывал) совсем не к «давайте все будем трахаться с тентаклями» (к примеру), а к чему-то совсем другому. К чему — читавшие, думаю, догадались... Однако же мне возразят, что сочувственный показ чего-то тоже можно расценивать как пропаганду или как минимум как предложение попробовать. Возражение весьма шаткое... и малоосмысленное. Почему малоосмысленное? Потому, что хороший, качественный эротический текст (а плохие не способны возбудить желание «попробовать самому», как и любое другое желание) говорит не о механическом соединении тел. А говорит он... о том, о чём желает говорить автор. И это касается не только «смягчённых» в силу внешних причин текстов (как «Таис Афинская» Ефремова), но и текстов предельно откровенных. Буду говорить за себя, ага. Я совершенно не против того, чтобы моё «Притяжение» или мои же «Тени во мгле» считали пропагандой вполне искренней и не связанной общественными заморочками любви или научного поиска соответственно. Это будет даже в какой-то степени соответствовать художественной задаче — хотя именно в какой-то степени. Вообще пропаганда чего-то как художественная задача малопродуктивна — из неё рождаются ужасающие мутанты вроде уже упомянутого сочинения графа Толстого. Художественной задачей в моём случае было рассказать интересную историю об интересных людях («люди» в широком смысле, как «существа разумные»). Если в процессе получилось ещё и призвать граждан читателей к тому, чтобы соответствовать предлагаемому их вниманию уровню поведения — отлично, но это именно «получилось». Само собой, да. Сейчас включится последняя линия обороны господ и дам моралистов — весьма себе дурной (и отдающий соцреализмом самого последнего разбора) тезис о том, что «не всё следует показывать». И, соответственно, с этим тезисом придётся разбираться. Ну что ж, приступим... Итак, тезис о том, что «показывать следует только то, что правильно» (в наиболее очищенной форме «правильно» заменяется на «идеологически верно») плох в первую очередь тем же, чем плохи прочие аргументы «моральной цензуры» – он подразумевает принесение художественной задачи в жертву мнению «княгини Марьи Алексевны» и, соответственно, ухудшение текста — и обеднение культуры вообще. Я понимаю, что сейчас обо мне подумали. И да, я полагаю, что показ (в том числе сочувственный и возбуждающий) даже крайних полюсов сексуального спектра (зоофилии, к примеру) имеет право на существование в культурном поле. Даже когда художественная задача к этому самому показу сводится. Требование же ограничивать круг тем и сюжетов в угоду вкусам и представлениям «среднего читателя» - с этим не к авторам художественных текстов, а к Дашеньке Донцовой, многочисленным «патриотическим фантастам» и прочим ущербным духом, умом, талантом и фантазией. Всё вышеизложенное применимо абсолютно к любому варианту литературы. Однако конкретно в фанфикшне есть ещё один вариант эротики, вызывающий ожесточённые споры. Да, я про ООС-PWP, когда пейрингуют товарищей, в каноне никак друг с другом не занимавшихся ничем (и зачастую меняют товарищам ориентацию). Если исключить из рассмотрения вопль «в каноне не было, значит — низззззяаааа!!!111», который обсуждать просто неинтересно (писать фанфики «строго по канону» - задача крайне скучная и вряд ли выполнимая) и мнение о том, что подобные тексты «оскорбляют персонажей» (сие мы уже обозрели, говоря о ханжестве, желающие да прочтут по новой предыдущий текст), остаётся пара несколько более внятных вопросов. Вопрос за номером один — что в таких текстах остаётся от персонажа из канона, кроме имени? Нуууу... Характер, быть может? То есть, конечно, бывают (и часто) тексты, в которых характер резко меняют — и вообще всё в персонаже меняют настолько, что он уже неузнаваем, но это уже «экстремизм». Если же персонаж в принципе сохранён, но ему приписана другая сексуальная история — это может быть вполне интересно. По принципу «а что, если...» Второй вопрос — тот самый, классический «зачем» – уже отвечен в предыдущем абзаце, подробно расписывать не буду. Конечно, всё вышеизложенное касается только текстов, написанных хорошими, талантливыми и владеющими профессией авторами. Но, прошу прощения, плохие авторы есть везде вообще — и имя им легион, потому что их не просто много, а ну очень много. Так что на вопросе о качестве текста задерживаться не буду — он вполне «общий».