Instantly

Они, как обычно, разошлись у развилки домов. Часом позже Зейн сидел у себя в комнате и пялился в одну точку, думая о том, как было бы хорошо уметь повернуть время вспять и не соглашаться на спор. Серьезно? Что за бред? Как она собиралась его влюбить в себя? Хотя это громко сказано, она, скорее всего, просто пустила дурацкий психологический трюк. И за счет этого будет им вертеть, как захочет. Но где это видано, чтобы девушка манипулировала Зейном Маликом? Но это же была Николь... Его Николь, на которую он бы так никогда не подумал. Зейн нервно закурил, не придавая значение тому, что она уже засела в его голове и не собирается выходить. Шестеренки в его голове словно замкнуло, и он не понимает, что она даже и не пыталась его осуществлять какой бы то ни было план в действие, а он уже за час выкурил всю пачку сигарет и успел сбегать за новой. Эванс без особых усилий запустила первую стадию этого огромного механизма. Но, как всем известно, без фундамента не построить дом. А Николь тем временем преспокойно сидела за своим столом и даже не встала с места, чтобы хоть как-то приготовиться к приходу Зейна. Она попросила сегодня доделать, а точнее сделать, доклад у нее дома. И не потому, что ее родителей не будет дома, и у Зейна сегодня вся родня решила собраться за ужином, а просто это маленькая часть ее плана. Нет, Николь на самом деле не собиралась быть стервозной дрянью и влюбить насильно своего лучшего друга в себя. Просто хотела посмотреть, насколько его хватит. Эванс сидела перед компьютером с коварной улыбочкой, одетая в домашние шортики, в комплект которых входил топ на бретельках, обхватывающий ее тело сейчас. Босые ножки девушки покоились на столе, закинутые друг на друга. Даже когда в комнату постучали, она не сменила позы, так как знала, кто это пришел. Входную дверь Николь не закрывала, предугадав, что Зейн придет с минуты на минуту. — Открыто, — немного громче обычно сказала она, не оборачиваясь. Дверь слегка скрипнула, и в комнату вошел Зейн. Он прерывисто выдохнул, не отпуская дверную ручку, когда увидел Николь. Но быстро взял себя в руки, натянул обычную маску равнодушия и улегся по-хозяйски на ее кровать, зная, что Николь не будет возражать. — Почему дверь была открыта? — спросил он, достав теннисный мячик, и стал то подбрасывать его, то ловить. — Знала, что придешь скоро, — просто ответила она, продолжая открывать сайты, которые, по ее мнению, помогут им в задании. — Не боишься, что украдут? Зейн теперь стал бить мячом об стену, тот отскакивал и попадал точно в ладонь парня. Казалось, что каждый его нерв натянут до предела. Того и гляди он затрещит от волнения и начнет метать искры и молнии, но брюнет умело скрывал свои чувства, стискивая зубы. — Да кому я нужна, — улыбнулась она. Стук вдруг прекратился, и Николь наконец обернулась на друга. Он ухмылялся, а огоньки в его глазах весело плясали, желая продолжить игру. — Ну не знаю. Говорят, по городу ходит маньяк. Может, слышала? Он врывается в дома жертв и делает с ними такие вещи, — он картинно вздрогнул, — бр-р, аж мурашки по коже. Зейн не упустил возможности еще раз пройтись взглядом по ее изгибам, пока она сидит спиной к нему. Так и хотелось провести ладонью по голым, тонким, гладким ножкам, но он подавил это желание, мысленно дав себе хорошенькую затрещину. — Да-а? Думаю, с таким защитником, как вы, мистер Малик, мне не страшны никакие маньяки, — Николь делала вид, что не замечает, как ее сканируют чайные глаза. Друг промолчал, она обернулась, но там никого не было, что заставило ее кожу мгновенно покрыться мурашками. Она отодвинула стул и встала, а потом голос с другой стороны вкрадчиво прошептал: — А с чего вы решили, что я не являюсь этим самым маньяком, мисс Эванс? Она порывисто повернула голову в сторону голоса, и едва не вскрикнула — Зейн вдруг оказался прямо рядом с ее лицом. — Тогда, мне нужно сейчас истошно завопить и броситься звать на помощь. Так ведь обычно делают ваши жертвы? — Николь также перешла на шепотом, не сводя с него глаз. — Ну вот, я думал, что хоть кто-то разобьет этот стереотип, — деланно-разочарованно ответил Зейн и обошел ее, встав сзади. Она мысленно приготовилась к неизвестной задумке. — Видимо, придется на этот раз нейтрализовать жертву. Зейн внезапно схватил ее за руки сзади и свел их вместе. Она взвилась как ужаленная, когда он прижал ее к себе и начал смеяться. Она действительно могла бы подумать, что он маньяк, услышав такой смех, будто они находились на юмористическом шоу. — Зейн, отпусти! — крикнула Николь, пытаясь тяпнуть, лягнуть, царапнуть парня, а он уворачивался. — Зачем? Разве ты не этого добивалась? — вдруг хрипло прошептал он на ухо. — Что?! — Николь действительно напугала вся эта перемена в его поведении. Он не был таким никогда, что, черт подери, случилось. В конце концов ей удалось резко вырвать руки, так как Зейн не ожидал этого, да и устал удерживать ее. — Для этого ты устроила весь этот маскарад? — парень с одышкой показал жестом на ее шорты и топ. — Маскарад? Ходить по дому в домашней одежде — маскарад? — вскинула она брови. Она и вправду ходила так по дому, но просто сегодня решила остаться в них же по двум причинам. Во-первых, она действительно хотела посмотреть на его реакцию. А во-вторых... она просто поленилась переодеться. Зейн посчитал нужным промолчать, поняв, что он не на шутку разозлился из-за ерунды. Хотя полуголая Николь не ерунда, но он действительно перегнул палку и уже жалел об этом выпаде агрессии. Ему уже мерещится, что она претворяет план в действие. А может, он видит только то, что хочет видеть. Это уже стало навязчивой идеей и не дает покоя всего пару часов. А что будет через месяц? Его увезут с мигалкой безумным взглядом и пеной у рта в белой рубашке, или опять же с первыми двумя пунктами, но уже с руками в крови и за прутьями решетки? Надо успокоиться... — Ладно, прости. Я погорячился и зря. Он хотел было ляпнуть про иллюзию обмана, но счел нужным промолчать и вовремя заткнулся. — Ничего. "Неправда. Как раз много чего", — проговорил внутренний голос девушки. — Мне, наверное, надо уйти, — Зейн прикрыл глаза. Он уже дернулся в сторону двери, но Николь перехватила его запястье. — Нет, все хорошо. Может, я действительно виновата. Не уходи, я лучше переоденусь. Он кивнул, облизнув пересохшие губы, и снова улегся на кровать, а она вышла в ванную, чтобы натянуть джинсы и футболку. Рывком встал, заметив маленькую щелочку между стеной и дверью в ванную. Ухмыльнулся, когда его виду представилась обнаженная узкая спина, поперек которой шла бежевая полоса кружевного белья. Лопатки так и выпирали, едва девушка делала лишнее движение, чтобы надеть майку. Зейн рухнул на подушку, сделав вид, что лежал так все время, едва щелка, залитая светом, вдруг потемнела и наполнилась тьмой, а в комнату вошла Николь, взмахнув темными волосами и немного улыбнувшись другу, который ответил тем же.