Instantly

Как только урок закончился, а это было примерно через 3 минуты после стремительного ухода Зейна, который все еще обсуждался возбужденным шепотом, Николь в мгновение ока покидала все в сумку и рванула на поиски друга. Она слышала, как уже мелькало ее имя в сплетнях и догадках, разносившихся со скоростью света, но не придала этому значения и думала, куда мог пойти Зейн. Хотя это было очевидно, поэтому Николь уверенным шагом направилась во двор школы, куда лениво группками выходили старшеклассники. Кто-то слушал громко музыку, кто-то обжимался, радуясь, что учителя здесь нечастые гости, кто-то быстро скатывал домашнее задание, сидя на каменных насестах, а кто-то курил недалеко от других. Среди этой кучи Николь заметила вихрастую макушку Зейна и быстро поплелась туда, где он стоял, чуть отделившись от всех и смотря в пространство. — Зейн, — Николь положила руку на его плечо. Он вздрогнул от неожиданности, но не обернулся, уже услышав, кто это был. Зейн сглотнул, заставив себя скинь теплую ладошку, противясь самому себе, и снова затянулся. — Чего тебе? — лениво и невнятно протянул он из-за сигареты в зубах. Николь воровато обернулась на ребят с девятых классов, в паре метров от них, которые уже наверняка знали о том, что произошло десять минут назад, и с нескрываемым любопытством ждали продолжения спектакля. — Поговорить хотела, — Эванс перевела сосредоточенный взгляд голубых глаза на друга, который продолжал делать вид, что не обращает на нее должного внимания. — Я тебя слушаю, — Зейн демонстративно потушил сигарету о насест, показывая всем своим видом, что уже невероятно заинтересован. — Что, при них? Николь указала большим пальцем за спину и фыркнула, отказываясь. — Мне все равно, — спокойно отозвался Зейн, даже не посмотрев на ребят, — Мне не все равно, — надавила девушка, сузив глаза. Зейн вдруг сделал то же самое, его скулы окаменели, словно он решал в уме какую-то трудную задачу, а потом наконец приблизился к ней и посмотрел за ее спину. — Эй, вы, чего уши развесили? Давно по ним не получали? — поинтересовался Зейн, и мальчишки сразу замешкались, побросали бычки на пол, схватили сумки и перебрались в другое место. — Ну? — Зейн теперь смотрел прямо на нее, сверху-вниз, а Николь почему-то застопорилась и не знала, что она, собственно, хотела сказать. — Ник, — поторопил ее Зейн, вздохнув. — Ладно, начнем с вопроса: что вообще, черт возьми, произошло только что на уроке? — она наконец совладела с собой и подняла глаза на друга. — На уроке, — Зейн непринужденно постучал пальцем по подбородку, притворяясь, что вспоминает что-то. — Было много формул, из которых я половины не понял, потому что мне загораживал доску какой-то непонятный чувак. Ах, да! — он прищелкнул пальцами в воздухе, — это ведь твой новоиспеченный дружок, верно? — Даже если так, почему тебя волнует, что у меня появился новый друг? — решительно спросила Николь, не собираясь мириться с этой несправедливость. — А кто сказал, что меня это волнует? — криво ухмылялся Зейн, однако безумно горящий взгляд выдавал его с головой. — Хм-м, — протянула девушка, передразнив его минуту назад, — может, то, как ты психанул и едва не снес парту? Или, как ты дулся на меня? — Ах, это-о, — их беседа походила на вежливый спор двух интеллигентов о новой постановке пьесы. — Согласен, погорячился. Николь надоел весь этот приторно-идиотский спектакль, поэтому она сняла с себя вежливую маску, толкнув Зейна кулаком в плечо. — А почему это мне нельзя иметь других друзей, кроме тебя? — Кто сказал? На здоровье, иди дружи, с кем хочешь, — Малик не придал значения тому, что они уже не сюсюкаются. — Только желательно, чтобы они были того же пола, что и ты. — Ах, так, да? Значит, ты у нас можешь дружить, с кем угодно, неважно, есть у них грудь или... Зейн закашлял, прерывая дальнейшее описание его друзей, и почему-то засмеялся. — ... что-то еще. Главное, чтобы я общалась только с тупоголовыми идиотками, которым нужна буду не я, а прямой выход на тебя! — сурово закончила Николь. — Именно, — в подтверждение кивнул Зейн, улыбнувшись. — Что? Нет! — ошалела Николь. — Я буду общаться с теми, с кем захочу. — Буду рад посмотреть на это, — засмеялся Зейн, запрокинув голову, и снова закурил. — Паршиве-е-ец, — беззлобно протянула она, наконец выхватив долгожданную из его пальцев сигарету. Смех Зейна мгновенно оборвался, он хотел поймать ее руку, но не успел — Николь зажала сигарету между губ. Едва она сделала маленькую, но сильную затяжку, Зейн с недовольным шипением выхватил у нее из пальцев сигарету. Николь выдохнула дым, блаженно прикрыв глаза, после чего нахмурилась и кашлянула пару раз с непривычки. — Твою мать, ты офигела? — удивленно поднял он брови и выкинул сигарету, чтобы у подруги не возникло снова искушения отнять ее. — Не нравится, когда делает что-то не так, как тебе хочется, не так ли? — прошептала Николь и почувствовала, как маленькая, но глубокая затяжка подействовала на нее, сильно ударив в голову так, что ее одолело легкое головокружение. Фыркнув, Зейн подхватил ее за талию и посадил на каменный насест, приземлившись рядом. — Дурочка ты, Ник, дурочка, — покачал он головой, мгновенно остынув и засмеявшись. — Еще какая, — хмыкнула она тихо и положила голову на его плечо, ожидая, когда туман в голове рассеется. На биологии Николь помогла Эдгару, стараясь при этом не смотреть на Зейна, который напротив, в упор уставился на них, сузив карие глаза и поддавшись вперед. Он словно не хотел упустить ни слова или же загипнотезировать расстояние между подружкой и этим пареньком так, чтобы оно увеличилось в сто крат, и Эд случайно(или не совсем) не задевал его девочку своими ручонками. Наконец они закончили, и Зейн спокойно занял место Эдгара. Наверное, впервые за годы учебы, он смог завершить работу и получить удовлетворительную оценку. — Мисс Эванс, мистер Малик, я вами приятно удивлена. Думаю, "хорошо" вы оба заслужили, — биологичка вдруг пару раз похлопала им, улыбаясь. Несколько заносчивых девчонок похлопали и захихикали, строя Зейну глазки. — Не надо оваций, дамы, — криво улыбнулся этот позер и взъерошил волосы, а Николь толкнула его локтем в бок, чтобы поубавил пыл.