Они украли мое одиночество, мою тишину и мой покой...

“Everything in the world is about sex except sex. Sex is about power.” ― Oscar Wilde

Акацуки надо мной откровенно издевались все утро. Сплошные подколы. Еще и одеваться никто не собирался. Поливая на кухне цветы, вспомнила за родителей. Что-то давно мама не звонила. На нее не похоже. Хотя, чего жалуюсь? Сама же хотела, чтобы все отстали. - Эй, мелкая шлюшка, пошли. Будешь исполнять желания своих господ! - Хидан бесцеремонно схватил меня за руку и поволок в комнату. Не самые хорошие мысли лезут в голову... Акацуки собрались и втыкали в ожидании меня. Ну не смотрите, не смотрите вы так на меня своими довольными глазищами! - В общем, мы тут подумали и решили, что ты сделаешь всем массаж, - надо же, пронесло меня, однако. Могло быть и хуже. Хотя я и не люблю делать кому-либо массаж. -Тоби выиграл! Тоби первый! - как же бесит. И снова меня тащат за руку. Мадара закрывает за собой дверь в залу, дабы никто не потревожил. Развалившись на диване, тянется к маске. Стою, будто кто-то заморозил. Я в растерянности. Он что снимет ее? - А тебе интересно? - чувствую, как ухмыляется, прочитав мои мысли. Не дождавшись ответа, откидывает "шкурку апельсина" на тумбочку. С недоумением хлопаю ресницами. Учиху, походу, забавляет происходящее. Складывается впечатление, что передо мной бог, настолько он великолепен. Длинные волосы цвета вороньего крыла немного растрепаны. Такие правильные черты лица... Только портреты рисовать. А глаза… Эти омуты мне кажутся знакомыми... Хх да, они же оба Учихи. Только в этих есть какой-то блеск, азарт. Немного выпирающие ключицы, широкие мускулистые плечи и руки. Крепкая грудь. Рельефные торс, покрытый шрамами, словно узорами. - Ну и долго ты еще собираешься пожирать меня взглядом? - по лицу видно, что мужчина доволен моей реакцией. Переворачивается на живот. Крепко зажмуриваю глаза и пытаюсь привести мысли в порядок. Неуверенными шагами подхожу к кровати. - Я что должен объяснять тебе, что делать? - Мадару раздражает моя медлительность и нерешительность. - Залазь сверху. Не раздавишь, не бойся. Господи, дай мне сил выдержать эту пытку! Словно на что-то очень хрупкое, аккуратно усаживаюсь на поясницу к Учихе. Ой, а руки то холодные. -Ничего. Начинай, - он все еще читает мысли. Неуверенно сжимаю плечи своими маленькими ладошками. В ответ на что Мадара закрывает глаза и полностью расслабляется. Успокоившись, большими пальцами массирую шею. Руки согреваются. Пощипывая, перехожу к лопаткам, после к бокам. Интересно, он боится щекотки? Еле сдерживаюсь, чтобы не проверить. Думаю, ему не понравиться моя дерзость. Немного надавливая, указательным пальцем провожу по позвоночнику, спускаясь к пояснице. В тишине прошло около двадцати минут. Руки подустали. Мне показалось, что Мадара задремал. Хух, я уже не могу. Медленно перекидываю ногу, собираясь встать. - Куда? Тебя кто-то отпускал? - твою мать! Ну не мог ты задрыхнуть!? -Ложись,- переворачивается на спину, отодвигаясь в сторону и освобождая немного места. Ну и чего еще этому диктатору нужно? - Мне повторить? - с нотками угрозы и раздражения. Приходиться подчиниться. Прямо чувствую, как закипает Учиха от малейшего неповиновения. -Раздевайся, -чтооо? Ипуганно-шокированно уставилась немигающим взглядом в полулежащего рядом акацука. Понимаю к чему клонит этот мерзкий педофил. Ну уж нет! Иди-ка ты Мадара далеко и на долго! Собралась уже встать, но меня опередили. Учиха навалился на меня всем своим телом. - Не дерзи, дура, - как же ужасно, когда весь твой разум как на блюдечке. Дышать стало тяжелее. Мадара полез под майку. - И не ори, если не хочешь, чтобы к нам присоединились остальные, - мразь! На секунду закрыла глаза и сразу всплыли картины первого раза, а лицо мое исказилось в болезненной гримасе. Учиха рывком снял верхнюю часть моей одежды. - Да они тебя еще и пожалели. Не в их стиле подобные нежности, - неужели есть что-то хуже? Я все еще в ступоре, а руки над головой уже связаны майкой. Обещала не плакать. Обещала себе быть сильной. Обещала, что не сломают. Но это так тяжело! Невыносимо... Мадара оставляет влажную дорожку поцелуев от шеи до груди. Задерживается возле каждой бусинки уже затвердевших сосков. Проходит языком, покусывает. Сжимаю со всей силы челюсти, не давая отчаянию и слезам завладеть мной. Наигравшись, возвращается к ключицам. Целует и тут же прокусывает до крови, вырывая из моей груди короткий крик. Закусываю губу, ощущая металлический привкус на языке. Учиха слизывает проступившие красные капельки. Садист. Довольно облизываясь наклоняется напротив моего лица. Остановись! Я знаю, что ты слышишь! Умоляю, не издевайся надо мной! Ответом мне послужила очередная ухмылка и настойчиво проникающий в мой рот язык. Со знанием дела изучает все внутри. Пытается поймать и завлечь мой уклоняющийся. И, все же, получив свое, напоследок облизывает мои губы. Спускается вниз, изучая живот, одновременно запускает руку под мое тело и, надавливая, проводит вдоль позвоночника, заставляя выгибаться навстречу поцелуям. Грудь вздымается в тяжелом вздохе. Становиться жарче. Что он творит со мной? -Нравится? – оторвавшись, с ехидством спрашивает Мадара. Я же смотрю на него, как на сумасшедшего. - Твоему разуму может и нет, а вот телу вполне. Привстает, дабы стянуть с меня оставшиеся вещи. Непреклонен. Привык получать свое. Порабощать других, заставлять слушаться. Так? Созерцает мое нагое тело. - Да, именно так, - поглаживает разведенные бедра. А еще эгоист. - Хочу слышать твой внутренний голос, когда он сам будет просить большего и изнывать от наслаждения. Из уст вырывается сдавленный хрип, когда его опытные пальцы касаются и начинают массировать клитор, а свободная рука мнет грудь. Невольно прогибаюсь в пояснице. Еще на пару градусов жарче. Интересно, скольких женщин он сломал? А сколько добровольно ложились к нему в постель? -Слишком много, чтобы помнить о каждой, - и вновь закусываю губу. Медленно проникает двумя пальцами внутрь. - Твое тело довольно податливо. Эти же пальцы отправляет в рот. Морщусь. Неужели это приятно? - А ты попробуй, - вновь запускает пальцы в лоно, и вновь мой хрип. Другой рукой надавливает на скулы, заставляя открыть рот. - Ну? Что ты чувствуешь? Облизываю его пальцы, пробуя себя же на вкус. Солоновато кислая. - Да. И мне нравится. Возвращается вниз. Теперь ощущаю три пальца, совершающие круговые движения. Слабая ноющая боль, с каждым новым поцелуем сменяющаяся на приятное чувство, сдавленный стон и непонятное тянущее ощущение внизу живота. Остановился и вышел. Ощущение усиливается. Усиливается и чувство незавершенности. Открываю ранее зажмуренные глаза и созерцаю откидывающего на пол штаны Мадару. И тут меня охватывает паника. Ох и не зря же он настоящий лидер. Умоляюще свожу брови, пытаясь привстать и отодвинуться подальше. Учиха крепко берет за талию и, притянув к себе, ложиться сверху. Немного придавливает своими бедрами к кровати, а его внушительный стояк упирается в живот. Ну пожалуйста. Не надо. И так слишком много боли за последние дни. - Просто расслабься. Не думай о боли, - проводит тыльной стороной ладони по щеке и заправляет волосы за ухо. Напряжение не отпускает мое тело. Мадара, целуя, крепко зажимает талию и резко входит. Мой крик тонет в Учихе. Пусти! Мне больно! Он замирает. Пытаюсь оттолкнуть его ногами, но он лишь крепче сжимает пальцы, лишая возможности отдалиться от него хоть на сантиметр и углубляет поцелуй, настойчивее ища ответа. Еще одна неудачная попытка избавиться от источника моих страданий, и я сдаюсь. Пожалуйста, не дави так сильно и дай вдохнуть воздух. Я не буду дергаться… Разжимает пальцы, но не до конца, все еще аккуратно придерживая. Не доверяет. На секунду отвечаю на поцелуй, напоминая о воздухе. И он отстраняется. Жадно глотаю кислород, а одна рука Мадары уже успокаивающе гладит бедро. Боль не проходит… -Терпи, - Учиха оставляет еще одну дорожку из поцелуев на шее. Вновь проводит по позвоночнику, а тело мое прогибается дугой, немного расслабившись. Возвращается к клитору, пытаясь помочь приглушить боль. С чего такая забота о моих чувствах? - Грубо отиметь многого не надо, а вот вырвать сладостный стон... Повышаешь самооценку? Хотя, она и так высока, дальше некуда. - Хм, можно и так сказать. Еще немного ласки, и поясница сама прогибается, а внутри лишь легкий дискомфорт. Приглушенный полустон–полукрик, когда Мадара медленно начал двигаться. По его напряженному лицу было видно, что ему трудновато сдерживаться. Первые движение сопровождались вновь возникнувшим саднящим чувством, но поцелуи и нежные прикосновения сделали свое. Вскоре появилось приятное чувство чьего-то присутствия и желание большего. Почувствовав, что я привыкла Учиха начал набирать скорость, причем, чем быстрее он двигался, тем рванее были движения: то глубже и резче, то мягче. Вскоре и темп стал хаотичным. Как же тяжело сдерживать стоны, парочка все же проскользнула. Мадара одной рукой упирается в постель, другой придерживает за талию, а языком ласкает грудь. Я даже не заметила, как ноги мои оказались у него за спиной, в попытке прижаться поближе. Может…развяжешь...руки?... Тяжело дышу от переполняющих ощущений. Учиха легким движением одной руки дал волю моим запястьям. И сразу же мои коготки впились в крепкую спину мужчины, вызвавшем во мне столь противоречивые чувства. Его неаккуратное, слишком резкое движение, и в ответ по спине потекла тоненькая алая струйка. Его злобный рык, мой вскрик. Он громко сопит и еще больше ускоряет темп, делая и так грубые движения еще жестче. И вновь я впиваюсь когтями. Все тело неожиданно напряглось, и по нему разошлась горячая волна блаженства, превращающая мышцы в вату. -Мадара... - первое слово за весь "массаж" произнесенное мной в слух. Запускаю пальцы в его мягки волосы и легонько оттягиваю назад. Первый стон из уст Учихи. Он вошел полностью, на сколько возможно. Чувствую, как его теплое семя заполняет меня. Опускает на постель, ложась сверху. Пальцы мои все также в его шевелюре. Притягиваю к себе и пристально смотрю уставшими глазами в его. Сегодня он утопил в своих омутах. Утопил в наслаждении, в доселе неизвестном море чувств и эмоций. Моя легкая улыбка, буквально кончиками губ, в ответ добродушно ухмыляется и тянется за поцелуем.

***

Проснулась... Лежу, свернувшись комочком, абсолютно нагая под теплым одеялом. Волосы падают на лицо. Губы вытягиваются в блаженной улыбке. Перевернувшись на спину, хорошенько потягиваюсь, издавая звуки, напоминающие мурчание. Ни капли не удивляюсь, не обнаружив никаких следов пребывания Мадары в комнате. Но вот мысли все о нем. Столь противоречивый человек. Однако в нем так естественно сочетаются грубость и нежность. Если бы не шаги в коридоре, лежала бы до конца дня. Еще шесть сеансов. Боюсь, я не выдержу. Укутавшись в простыню отправляюсь в душ. - И долго я спала? - вползаю на кухню к мечнику, лидеру и Апельсинке. - Если считать с того момента, как Тоби вернулся к нам, то чуть меньше часа. Что-то ты быстро устала, - якобы намекая, ответил Пейн. -Тоби понравилось! Тая-чан супер! - молчи, а то начну краснеть. - Чай, кофе? Две кружки зеленого и две кружки крепкого, жаль без коньячка. Мадара шарудел фантиками. Не слипнется? Честно, не знала, что мужчина может быть таким сладкоежкой. Чашка кофе, бутерброд - и я полна сил. Продолжим? Пейн встает, вежливо подавая мне руку. Он эмоционально холоден и поэтому чувствую себя раскованной. Усевшись на поясницу, сразу приступаю к делу. Быстрее начну, быстрее закончу. Повторяю все то, что проделывала со спиной Учихи. Нагато расслабился. Голова моя как никогда пуста, но ощущается чье-то присутствие. -Пейн-сама, вы что-то хотели? - Ты почувствовала меня. Удивительно. - Это просто из-за пустоты. - Я заметил, что ты ни о чем не думаешь. - Да, непривычно. Долгая пауза. - Был не только массаж? -...Да, - я поняла, о чем он. - И? -Что «и»? - Он довел тебя? - …Угу… - Ты сама согласилась? - Не совсем…А к чему эти вопросы? Не люблю, когда ходят вокруг да около. Что вам нужно? - Ничего. Просто интересно. Минут двадцать, и мы закончили. Ничего необычного. Как-то пофигистически мы настроены друг к другу сегодня. Мне, видимо, уже хватило эмоций, а вот что с ним? - Спасибо. Я позову Сасори. - Да, конечно. Нагато вышел. Я порядком подустала. За один день не справлюсь. Откинулась на кровать, закрыв глаза в ожидании. Насладиться отдыхом мне не дали. И снова все сначала. В тишине как-то скучно. -Сасори но Дано, вы ведь не из всех, погибших от вашей руки, делаете кукол? -Конечно нет. Их было бы слишком много. Причем, большая часть - бесполезный хлам. - Как же вы выбираете? - Мои куклы – люди, достойные вечности. В каждой из них есть что-то что уникальное, что не хотелось бы забыть или же что-то полезное. - Среди них есть те, кто при жизни был вам дорог? - Акасуна немного задумался. - Да, но не стоит об этом, - видимо, я что-то зацепила, какую-то ни ту нить. Больше мы не общаемся.

“You gotta be careful: don't say a word to nobody about nothing anytime ever.” ― Johnny Depp

В который раз убеждаюсь, что тишина - удел мудрых. Ничего не произнося не возможно оступиться. Вроде ровной дороги, без единой ухабины. А слова - порывы ветра для акробата, идущего по тонкому тросу над черной пропастью. Но вот одно «но»: ровная дорога быстро надоедает своей однообразностью, а вот неизвестность под ногами и дуновения стихии приносят интригу, желание испытать силы: дойду или сорвусь? - Сасори-сама, а как долго длится действие вашего отвара? - как-то Мадара совсем не думал о последствиях, словно маленький. Да и я хороша. - Около двух суток, а что? - так, должно пронести. - А рецептом не поделитесь?- все таки натуральные травы, а не таблетки. - Неожиданно. Не думал, что ты захочешь повторить по собственной воле. - Я и не говорила, что захочу. Просто мне не нужны проблемы. - Я сам буду готовить, каждые два дня. -Это был намек? -Возможно...

***

- У меня уже болят руки. Если я продолжу, то ничего приятного не ждите, - я действительно жутко вымоталась. - Ну вот... - Дейдара порядком опечалился, - а я уже настроился, мм… -Думаю, до завтра дотерпишь. А теперь, как насчет жестоких гонок? - присутствующие в комнате мечник, подрывник и оба Учихи совершенно не поняли, о чем. - Ну, а чтобы было интересней: обогнавшему меня делаю перед сном массаж, - напрягла себя немного, ну да ладно. А я собственно о чем: плейстейшн, тачки и скорость. Обожаю! Единственное, во что играю. Тяжело будет им выиграть у меня хоть один заезд. Не зря мы с папулей режемся часами.

“And suddenly I realized that I was no longer driving the car consciously. I was driving it by a kind of instinct, only I was in a different dimension.” ― Ayrton Senna

Объяснила че да как. - Ну, и кто первый осмелится посягнуть на первое место? - Ну, кошка, готовься мять своими лапками мне шёрстку, мм, - у Дейдары глаза горят азартом. Мне нравится такой настрой. -Эх кот, не лезь на стол за сметаной, коль не уверен в отсутствии хозяина. Не мурчать тебе вечером, - хитро улыбаясь, беру джойстик и выбираю кар. - Каждому даю по три попытки, - оборачиваюсь к сидящим на диване. - Ну что, кот? погнали? - Погнали, мм!

***

- Ксо! - Дейдара жутко зол. - А я же говорила. Непослушный кот. - Я попробую, но только ради интереса. Свое я завтра получу, - Кисаме моститься на место Тсукури. Хошигаке играл еще хуже Дейдары. Думаю, ему просто неудобно было своими огромными пальчищами нажимать на кнопки. - Тоби тоже хочет! - Апельсинка подпрыгнул к мечнику и выхватил джойстик. -Неужели тебе мало? -Я не прочь повторить. -Ты всегда, когда рядом, читаешь мои мысли? -Почти. - Ну что ж, Тоби, не умрешь без еще одного сеанса. У тебя нет шанса. - Тая-чан не должна недооценивать Тоби. Тоби хочет еще массаж. - Хотеть невредно, - газую... Мадара видимо действительно очень хотел повторить. Первую гонку он входил во вкус, пробовал что да как. Вторую мы уже ехали рядом. Немного нервничаю. Третий старт. Вырываюсь вперед. Учиха срезает, я же не заметила поворот. Черт, он впереди. Не могу обогнать. Последний поворот и... Есть! Красавчик! Врезался в другую машину. Спасена. - Ааа!!!Тоби проиграл! Чертова железяка! - апельсинка гневно вскочил с места и уже собрался запустить джойстик в плазму. - Стой! -Мадара, я конечно понимаю, образ ненормального и все такое. Но не надо, пожалуйста, громить квартиру. -Я не удовлетворен и зол. - Тоби очень расстроен, - хух, оставил в покое не в чем неповинную технику. -Мое негодование многого стоит. Кому-то придется платить… -Намекаешь? -Говорю прямым текстом. Учихи поменялись местами. Последний остался, и я свободна весь вечер. Юху! Итачи спокоен, как двери. Ему не хочется побалдеть? - Тая, начнем? - выбрал неплохую машинку. - Конечно, Итачи-сан. Первый заезд, как и остальные, он пробовал что да как. В перерыве между: -Тая? - поворачиваюсь в сторону Учихи. Какого?! Глаза горят красным. Он что решил смухлевать? Хочу запротестовать, но не выходит. Как будто кто-то заклеил рот. Ему хватает чакры на то, чтобы пользоваться шаринганом?

“If everything seems under control, you're not going fast enough.” ― Mario Andretti

Силы равны. Ну почти. Мои скопированные движения, плюс его реакция, равно «не видать мне вечером отдыха». Уже во второй гонке и выиграл! - Ну, Итачи, даешь! Не ожидал от тебя такого мастерства, - Кисаме удивлен. -Значит, будешь удовлетворять моего родственничка. А он не промах, раз сумел собрать всю имеющуюся чакру и воспользоваться шаринганом. -Завидно? -Ни капли. Наоборот, мне интересно будет завтра услышать, кто из нас лучше. -В каком смысле? -Ну ты же не надеялась и вправду отделаться одним пожмакиванием спинки? Не смотри, что он такой без эмоциональный. Учихи очень похожи. Все мы носим маски. -Если я попрошу, он, в отличие от некоторых, послушает. -Ну да, конечно. -Все. Хватит. Не нагнетай. - Не знаю, кто-как, а я нагоняла аппетит.

***

На сковородке жарятся сочные стейки. Мясооо. Ничего блаженней нет. - Что у кота слюнки текут? - в кухню зашел Дей. - Что есть, то есть, - тянет лыбу. Лезет в холодильник за томатным соком. - Погляжу, уже полностью освоился. Прям как дома. - Ну, если бы это был мой дом, то ты бы уже лежала на столе, мм, - мечтательно закатывает глазки. - Мечтай, мечтай, - мой смешок. - Вообще то, я обиделся, мм, - наигранно складывает губки и, скрестив руки на груди, чуть отворачивается от меня. Вопросительно смотрю на блондина, - Могла бы и поддаться. - Ааа, ты об этом. Сам виноват. Условие, есть условие, - переворачиваю мясо. - Не особенный. - Не особенный говоришь, мм? - светлая бровь ехидно изгибается в дуге. - Не ври. - С чего ты взял, что я вру? - Чувствую, мм. -Ты слишком большого о себе мнения, - перекладываю стейки в тарелку. - Просто боишься признать, что я тебе не безразличен, - подходит ближе. - А разве возможно безразлично реагировать на человека, одновременно причиняющего и боль, и радость? Заставляющего и плакать, и смеяться? - меня раздражает этот разговор. Этот непостоянный человек. Этот блондинистый хвост и эта челка. Этот голубой глаз и тонкие губы. Эти ключицы. Эти мышцы и шрамы. Этот зашитый на груди рот. И тонкая дорожка светлых волос. Его неизменное "мм". Его наглость, дурачество и молодость. Все. - Ты кипишь, мм, - даже сейчас он издевается. И вправду, сердце стучит быстрее, я вся напряглась и недовольно свела брови. - Кошка, спрячь коготки. Иди поглажу, - ставит на стол упаковку с соком. Подошел и прижал к себе, гладя по голове. - Не нервничай ты так. Мне необязательно знать. Вполне достаточно чувствовать, мм…

Только действия человека говорят о его личности и его отношении к вам. Не верьте словам. Просто наблюдайте. И вы увидите истину. Бернард Шоу

Не могу отрицать, что его объятия успокаивают. - Не переоценивай свое значение в чужой жизни. Ты можешь ошибаться... - Не в твоем случае. Поднимаю на него взгляд. Дейдара наклоняется за поцелуем. Закрываю глаза. Языки начинают свой танец. Нравиться ли мне? Да. Устраивает ли? Странно, не логично, но да, вполне. Отрываемся друг от друга. - Ты закрыла глаза. Ответила, мм. - Знаю, - тяжелый вздох. -Мне этого достаточно, чтобы быть уверенным. - Позовешь остальных, а то мясо остывает.