Юнезис: книга первая

Музыка. Играет приглашённый оркестр. В центре потрясающе красивой залы танцуют разномастные пары. Все дамы в роскошных платьях, причём чем больше на них бесполезных нагромождений, тем лучше. Кавалеры в смокингах... Ох, если на людях и остальных человекоподобных всё это смотрелось уместно, а иногда даже красиво, то на некоторых гостях неизвестных мне рас такие убранства выглядели смешно и в высшей степени нелепо. На входе нас встретил расфуфыренный альтморец в странного вида костюме. По бокам его обступили два брутальных охранника. «Наемники», — решила я. Отметив про себя, что с этими ребятами нужно быть аккуратнее, я, поправив подол белого ажурного платья в пол, вежливо протянула встречающему два искусно украшенных ридера. Альтморец, мгновенно считав всю необходимую информацию, перенёс её в свой датапад. Несколько раз переведя взгляд с нас на приглашения и с приглашений на нас, он коряво улыбнулся: — Добро пожаловать на вечер! — а затем повернулся в зал и объявил: — Граф и графиня Родианские! Зал поприветствовал нас скудными аплодисментами и одобрительными кивками. Не обошлось, конечно, и без перешёптываний. Я выдохнула и, уцепившись покрепче за плечо Риза, вместе с ним спустилась в зал. Ох, и как я только на это согласилась?! А, собственно, да – как? Пока Энакин расхаживал по салону корабля, задумчиво выдавая какие-то отдельные части потенциального плана наших действий, я сидела в кресле второго пилота, перекинув ноги через подлокотник, и пыталась хоть как-то связать в голове произошедшее. После инцидента в переулке мы так толком ничего не обсудили, а просто бросились из огня в полымя. Я слышала, пожалуй, только обрывки из того, что мы, а точнее, мой дражайший учитель, собирались делать, но и они были абсолютно излишними. Да-да, я понимала, продолжение и так едва не загубленной на корню миссии было немножко важнее моих семейных неурядиц, но всё же!.. Тем более что с семьёй я давно уже распрощалась, а тут такое... Прежде всего, в голове не укладывалось вот что: как в этой ситховой необъятно большой галактике, где планет больше, чем песка во всех пустынных мирах, о которых я только знала, могли встретиться два существа, которых судьбой раскидало по разным её концам много, очень много лет назад?! Во-вторых, меня интересовал другой вопрос: как? Как вообще она смогла выбраться оттуда?! Она – маленькая четырёхлетняя девочка, неженка из богатой семьи. «Дроидам меня на растерзание, что я несу!» — вдруг опомнилась я. Несмотря на то, что всё это были лишь мысли, на душе стало как-то неуютно после такого. — «Неважно, как», — выдохнув, я перевела взгляд на учителя. — «Главное, что жива». Третий, не менее важный вопрос, вернее, даже не вопрос, а факт: каким образом её нашёл Энакин? «Вряд ли ему было известно, что она где-то здесь... Конечно, он не мог знать, он бы не поступил так со мной. Он рассказал бы», — успокоила я себя, правда, получилось как-то не очень убедительно. — Ну, как тебе, рыжая? Чёрт, хорошо, что у кресел придумали спинки, а то грохот стоял бы на весь корабль. Совершенно неожиданно для меня про мою персону вспомнили, что было очень некстати: весь этот длинный рассказ я благополучно прослушала. Чудом не свалившись со злополучного места второго пилота, я недоумевающе взглянула на учителя, не сразу сообразив, чего он от меня ждёт. Но тот, к моему огромному сожалению, отличался умом и сообразительностью, так что тут же понял, что к чему: — Мы же решили, что это подождет, Анна, — он присел на какой-то из ящиков. — Это ты так решил, — угрюмо буркнула я, вновь поудобнее устраиваясь в кресле. — Я тебя понимаю, но... — Что ты вообще можешь об этом знать?! — я повысила голос, но вместо крика получилось что-то жалкое и сдавленное. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы осознать, что уж кому-кому, а Энакину не понаслышке известно, что это такое – потерять близкого человека. Я выдохнула. Спокойно, Анна. Спокойно. Всё ещё успеется. — Простите, учитель. Я позволила себе лишнее. Так что у нас за план? Ой, лучше бы не спрашивала. Чем более чётко обрисовывались подробности нашего грядущего приключения, тем больше мне хотелось отказаться от участия в нём. Риз, как раз вернувшийся из технического отсека, где он помогал R2, также начал медленно сползать по стене. План, как бы так правильнее выразиться, был слишком в духе Скайуокера – со всеми вытекающими последствиями. Честно говоря, от моей роли во всём этом меня просто бросило в истерику. Дождавшись, пока я подавлю приступы смеха, Энакин продолжил. — Парень, ты из ума выжил? Я в этом участвовать не буду, — Риз ударил кулаком по металлической стене. Ой, нехорошо это... Вздрогнув, я с ногами забралась в кресло и стала наблюдать за ситуацией, высунувшись из-за спинки. Пожалуй, стоит пояснить, что же так возмутило нашего бесстрашного вора... Прежде всего, Ризу не понравилась роль графа Родианского, которая, кстати, впоследствии пришлась ему по вкусу, но не сейчас. — Что тебя смущает? — Энакин развёл руками в характерной для себя манере. — Всё просчитано. Приглашения я достал, а этих двоих, — он, видимо, имел ввиду графа и графиню, — в лицо здесь никто не знает. Они только в прошлом месяце выдвинули предложение о поддержке местной промышленности за счёт семейного фонда. Тем более вам нужно всего лишь улыбаться, пока я не закончу всё остальное. — Всё равно. Ты хоть понимаешь, что будет, если нас узнают? — кореллианец повысил голос. — Вот скажи мне, сильно ли я похож на родианца, м? А она? — внезапно эстафетная палочка нашей дружественной беседы попала в мои руки: — А что я? Я к такому уже привыкла. Мой ответ, видимо, разочаровал Риза: он, очевидно, искал поддержки в споре в моем лице. Зато я ответила честно... Действительно, это ещё не самое худшее, что когда-либо на моей памяти придумывал Энакин. А тут всего-то надо мило поулыбаться с полчасика... Да для меня, аристократки по праву рождения, это раз плюнуть... — А если мы, скажем, поможем тебе добраться до Корусанта? — не отступал учитель. — Это корыто уже никуда не годно, оно не улетит дальше верхних слоёв атмосферы Альтмора, если, конечно, раньше не развалится. — Я вор, не забывай. Я несколько лет жил в самом захолустном мирке галактики, а уж здесь точно не пропаду, но зато останусь жив, чего твой план явно не гарантирует. — Да, согласен, — ухмыльнулся учитель. О, знаком мне этот взгляд. Обычно после него следует какой-нибудь железный аргумент. — Но что ты скажешь, если после дела мы оставим тебе украденный из сенаторских ангаров корабль, который потянет не на один десяток миллионов кредитов? Ты сможешь либо оставить его, либо продать и пустить полученную прибыль в какую-нибудь аферу. Риз, как и прежде, остался невозмутим. Внешне, по крайней мере. Не нужно было быть магистром Йодой, чтоб ощутить, как изменилось его отношение к ситуации. Точнее сказать, оно не изменилось, но прежняя позиция знатно пошатнулась. Теперь он выбирал между величиной риска и возможной прибылью, и, кажется, для него этот выбор был очевиден. — Что у тебя за план? — как бы нехотя спросил он. — Сначала выслушаю, а потом решу, стоит ли оно того. Так вот, план состоял в том, что пока я и Риз в роли графской четы с Родии всячески забалтывали и отвлекали гостей и охрану на торжественном приёме в здании сената, Энакин бы выкрал все нужные данные. После всего этого нам нужно было немного пошуметь и улизнуть под прикрытием суматохи из главного зала, туда, где нас уже должен был ждать корабль, украденный R2. Занавес. Однако всё оказалось совсем не так радужно, как описывалось ранее. Риз, конечно, после недолгих уговоров согласился на сию нелепую авантюру. Причём если в его способности постоять за себя я более-менее не сомневалась, то вот в выдержке своей младшей сестры, которая должна была неотступно следовать за нами, изображая служанку, я сомневалась очень сильно. К сожалению, мы не нашли безопасного места, где Ру смогла бы отсидеться, пока мы на вылазке, так что пришлось взять её с собой. Нам с ней так и не удалось поговорить о произошедшем. Сказать по правде, мне даже показалось, что она этого и не хочет. Под её внешним спокойствием в Силе ощущался крепкий барьер, выстраивавшийся, по всей видимости, годами. Она, так же как и я, давно похоронила семью, но если мне хоть немного, но помогло обучение в Храме, то ей не помогал никто... «Ну, ничего», — подумала я. — «Наверстаем ещё».