Юнезис: книга первая

      Утро началось так, как было положено начинаться хорошему дню: теплое солнце, чистое небо... Не хватало для полного счастья только какой-нибудь редкой птахи, поющей свою звонкую песню.       В такой замечательный день возвращение домой, а именно так Энакин Скайуокер теперь мог называть Корусант, было намного приятней. Проведя несколько мучительно долгих месяцев на передовой, вдали от всяческого спокойствия и отдыха, джедай в совсем не свойственной для его характера манере пытался найти уголок потише. Буквально пятнадцать минут назад он и его бывший учитель, Оби-Ван Кеноби, покинули борт корабля, который доставил их на Корусант, и, идя теперь по коридору Храма и перебирая в голове все дела, которые он должен успеть сделать за время своего короткого визита на планету, молодой Скайуокер осознавал, что времени едва хватит на выполнение всех обязанностей, а об отдыхе можно и вовсе забыть. Прежде всего, следовало доложить Высшему Совету о положении дел и о том, что удалось узнать в ходе этой многодневной миссии. Также нужно было уладить некоторые личные дела, ну и, само собой, увидеться с красавицей-женой Падме. Энакин знал, что каждый его отлёт с Корусанта заставлял её нервничать, именно поэтому, отложив все дела, связанные с Советом, он быстрым шагом направился к покоям сенатора Амидалы, зная, что в такой ранний час она уже не спит.       Но кто бы знал, что сама Падме Амидала давно покинула Корусант и вернётся лишь вечером этого чудесного дня? Об этом Энакин узнал лишь у дверей её комнат от одного из слуг и, заново пересмотрев распорядок сегодняшнего дня, зашагал прочь.       Существует такой тип людей, которым противны всякого рода правила и порядки, и, имея хоть малейшую на то возможность, они бы не раздумывая нарушили ни один десяток правил, желая лишь достичь наилучшего результата. Скайуокер относился именно к этой группе людей и, если бы он не стал рыцарем-джедаем, если бы ему не нужно было этим вечером докладывать Совету, он скорее всего улетел бы на нижние уровни города, неминуемо ввязавшись в очередную нелепую авантюру.       - Энакин!       Рефлекторно обернувшись на зов, джедай увидел причину всех сегодняшних неудобств - магистра Кеноби. Остановившись у перил в коридоре, который открывал вид на Зал фонтанов Храма, Скайуокер встретил своего бывшего учителя с напущенным недовольством:       - Кто-то клялся мне, что у него сегодня важные дела, не терпящие отлагательств, - усмехнулся он и облокотился на поручень. - Свалил на меня этот доклад, а сам решил отдохнуть?       - Ты слишком плохого обо мне мнения, - улыбнулся Кеноби, встав рядом и облокотившись на перила. - Просто я все ещё лелею надежду приучить тебя к ответственности.       - Не забывайте, я уже не ваш падаван.       - Ни на миг не забывал об этом.       Наблюдая за садом и переводя взгляд с одного фонтана на другого, один из джедаев заметил что-то, абсолютно не свойственное местной растительности - копну рыжих волос.       - Она с учителем сейчас тоже на Корусанте? - удивленно спросил Энакин, показывая в сторону отдыхающих на траве девушек.       - Если мне не изменяет память, она все ещё юнлинг, - магистр лишь пожал плечами. - Я не уверен, но, по-моему, она не станет падаваном. Мастера с Корусанта не хотят обучать её.       - Хм, и в чем же причина?       - Она склонна к Тёмной стороне. Прошлое тянет её назад. Возможно, обучение исправило бы это, но никто не рискнет взяться за такое.       Прозвучало как вызов. А, собственно, который час?

***

      - Энакин, как же я рада! - дождавшись, пока все ненужные свидетели покинут комнату, Амидала повисла на шее у мужа. - Сегодня ты вернулся раньше меня! Не помню, что бы что-то подобное происходило прежде.       - Ты даже не берешь в расчёт то, что меня несколько месяцев не было? - улыбнулся он, положив руки ей на спину.       Как же давно он ждал этого возвращения. Сколько раз, там, на поле боя, он думал о том, как вернется и как обнимет единственного по-настоящему дорогого человека. Энакин знал, что на Корусанте он пробудет недолго - может быть около недели, а то и меньше. Именно по этой причине каждую и без того редкую минуту, проведенную с Падме, он считал невероятным везением. Сенатор всегда была окружена слугами, помогавшими ей с приготовлениями, послами, другими сенаторами, а на мужа времени у нее, увы, было немного. Он понимал это и ни в чем не упрекал, так как сам не редко пропадал вдали от Корусанта.       - Тебе обязательно идти на этот Совет? - спросила Падме, с надеждой глядя ему в глаза.       Ответом был молчаливый кивок. Если бы она знала, как сильно он этого не хотел...

***

      - Мне обязательно это делать? - раздраженно интересовался Энакин, будучи уже на пол пути к залу Совета.       - Хоть раз в жизни это должен быть ты, - рассмеялся Кеноби. - Я тоже иду. Мне есть, что добавить.       И неважно, насколько сильно человек ненавидит официальные мероприятия, - всегда есть слово "надо", которое безоговорочно склоняет чаши весов в свою сторону. Такие вещи нужно перетерпеть, а чтобы перетерпеть, необходимо иметь терпение, которого, увы, у юного Скайуокера не было. Тщетны были все усилия магистра Кеноби по обучению Энакина - тогда ещё падавана, - такой вещи, как терпение. Но сейчас уже мало что можно было изменить - только смириться.       - Может быть ещё не поздно уйти? - сказал Энакин молящим тоном, не глядя на собеседника, перед тем, как войти в зал.

***

      - Мы не можем просто позволить ему уйти!       - У нас нет выбора. Республике нужны кредиты, а единственный, кто может их дать - Банковский клан.       - Но вы же помните, чего нам стоила битва при Муунилинсте! - почти выкрикнул Энакин, обратя на себя внимание как присутствовавших магистров, так и голограмм.       Ему претила сама мысль о том, чтобы отпустить Сэн Хилла, захваченного в плен в недалёком прошлом. Слишком хорошо он помнил, скольких солдат стоила эта атака.       - Если Сэн Хилл вновь станет председателем клана, Республика получит так необходимые ей кредиты, - сказал магистр Пло, сложив руки в замок, и добавил, - как того и хотел Сенат.       - С каких пор Орден подчиняется Сенату?       - Энакин!       Наступила пауза, которую прервала голограмма Шаак Ти:       - Орден не подчиняется ни Сенату, ни Канцлеру. Он служит на благо Республики.       - Верно. А для благосостояния Республики необходимо выиграть войну.       - С магистром Пло согласен я, - мастер Йода поднялся со своего кресла. - Сэн Хила отпустить должны мы.       - Но...       - Решено, значит, - прикрыв глаза сказал Йода, повернувшись к Оби-Вану. - Что сказать хотел ты, Оби-Ван?       Ещё минут десять все слушали доклад, подготовленный магистром. Кто-то слушал с интересом, кто-то - из вежливости; но стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь голосом Кеноби. И так продолжалось до тех пор, пока магистр Йода жестом не остановил его, подняв руку.       - Стой, - медленно сказал он и поспешил пояснить. - Не одни мы.