В тихом городке

- Давай, алкаш, поднимайся! – Френсис застонал, когда в голове что-то закололо. Открыв глаза, он увидел чернокожего мужчину, уперевшего руки в бока. – Ну и нажрался же ты вчера! Ты был настолько пьян, что даже тот бред, который ты нёс, казался мне реалистичным. Зато я убедился, что ты личность разносторонняя. - Чувак, я не был пьян. Я не упивался уже десять лет, не может быть такого, - Френки присел на диванчике, на котором он продрых всю ночь. Мысли постепенно стали проясняться. Перед ним – владелец бара, человек вроде бы добрый, с улыбкой на губах. У его ног жмётся рыжая тощая собака. Рэймунд где-то спит в обнимку с новоиспечённой девчонкой. Никки отсыпается дома, так как воскресенье и в школу ему не надо. Видать, сильно Френсис упился, раз владелец бара притащил его в подсобку. – Да и с чего ты взял, что меня развезло? - Да ты нажрался, как последнее животное, - чернокожий поправил золотистый значок на груди красного жилета с именем «Карло». – Любого другого я вышвырнул бы на улицу. Но тебя жаль стало, ты человек вроде бы приличный. Костюмчик твой белый смотрится дорого. Вот я и принёс тебя сюда. - Чувак, я не был пьян! – возмутился Френки, ослабляя чёрный шёлковый галстук на шее. - Когда я нёс тебя сюда, ты со словами «тебе это только кажется» пытался украсть мой мобильный, - улыбнулся Карло, даже умилившись этому. Собака у его ног в подтверждение гавкнула и заскулила, испуганно тараща зелёные глаза на ночного бунтаря. - Чувак, я не был пьян! - Ты обучал Лису, мою собаку, работе почтальона, всовывая ей в зубы рулон туалетной бумаги. А потом, когда это у тебя не получилось, точнее, Лиса цапнула тебя за руку, ты стал гоняться за ней с криком «хочу шашлыка». Парень, я люблю свою собаку. - Чувак, я не был пьян! – продолжал не верить Френсис. - А тут уже становится интереснее. Смотрю, ты любишь современный кинематограф. Ты выбежал на улицу, чуть не убив бабушку. Тебе стало настолько стыдно, что ты пообещал назвать в честь неё своего сына. Но это не суть. Когда я попытался поймать тебя, ты схватил крышку от мусорного бака, объявил себя Капитаном Америкой и пообещал вернуть меня обратно в колонию чернокожих рабов. Когда я всё-таки поймал тебя и притащил обратно в бар, ты скинул пиджак, засунул под рубашку мой фонарик и сказал, что ты железный человек. На самом деле, ты такой милый, когда напьёшься. Почти не буянишь в отличие от прошлого пьяницы, которого я притащил сюда по доброте душевной. За тобой наблюдать – одно удовольствие. - Чувак, я не был пьян! - Ты включал и выключал зажигалку и удивлялся, почему свет ещё горит. Веришь ты мне или нет, а доказательства моих слов уже бороздят просторы интернета. Ничего личного, парень. Кстати, у твоего брата отвратительный вкус. Незадолго до того, как ты слетел с катушек, твой брат покинул бар в сопровождении очень страшной девки. Я бы не придал этому значения, но не припомню, чтобы я принимал её на работу. Френсис, задыхаясь от боли в сухом горле, бежал домой. Казалось, что его судорожное хриплое дыхание слышится даже в соседнем квартале. Небо хмуро давит на город серыми тучами. На улицах никого нет, все отсыпаются, да и дождь лёгкий моросит. Мало кто рискнёт высунуться в такой день и в такую погоду из тёплой кровати. Мужчина сразу почувствовал, что что-то не так. Надо было сразу позаботиться о мобильном телефоне, так можно было бы связаться с Реми. Только бы с Никки ничего не случилось! Чуть ли не выломав и без того хлипкую дверь, Френки ввалился в дом с громким криком: - Ник! Братишка, отзовись! – мужчина подскочил к дивану, на котором спал когда-то сам, и с облегчением выдохнул, увидев брата – перепуганного, как всегда лохматого и заспанного. – Боже, ты жив… - А что со мной должно было случиться? – просипел Николя, одним взглядом послав Френки куда подальше. Парнишка укутался в огромное старое одеяло и закрыл глаза, жалея о том, что такой интересный сон прервался. – Это вы, два алкаша, должны переживать за свою судьбу. А я примерный ребёнок. - Ничего странного с тобой вчера не случалось? Никто к тебе не лез? Не звонил? – Френсис нащупал ногу брата под одеялом и потянул на себя, заставив Ника отбросить остатки сна и сесть на кровати. Что было странного вчера? Ничего, Никки всего лишь прогулялся вечерком, в то время, когда его братья уже пропускали по рюмочке беленькой. Он знал, какие планы у Френсиса на Рэймунда. На сердце скалила зубы обида – обида на старшего за то, что тот не захотел провести время со всеми своими братьями. Нет, не обязательно идти по барам, думал Николя, можно прогуляться до парка или кинотеатра и поесть сладкого попкорна. Никаких приключений, что казалось странным по прошествии тех событий, которые пережил подросток. Купив на последнюю мелочь шоколадку в автомате со вкусностями, Ник задержался у книжного магазина. У прилавка маячила рыжая девка – некрасивая, мужеподобная, развратная настолько, что многих пробирала дрожь. Она такая же, как и её брат – тоже толстый, тоже некрасивый. Что можно попросить у Френки? – думал Ник, разглядывая рыжую девку. Наверняка он захочет побаловать своего шкета. Может, набор книг о рыцарстве? Но тогда их надо покупать в месте, расположенном как можно дальше от рыжей развратницы. Или лучше попросить новый телефон? От размышлений Ника отвлёк задребезжавший городской телефон. Френки со скоростью пули метнулся к нему и судорожно снял трубку. Он ничего не говорил, только слушал. Это длилось настолько долго, что Николя успел перекусить, сделать зарядку и всячески подшутить над братом-изваянием. Френсис положил трубку. - Ник, Реми похищен.