Загадки прошлого

***

      На следующий день ЧибиУса проснулась от ужасного грохота. Её качало из стороны в сторону, и она не знала, снилось ли ей это всё, или вокруг по-настоящему происходило что-то странное, из ряда вон выходящее.       С трудом приоткрыв глаза, ЧибиУса увидела только копну каштановых волосов, которые мотылялись туда-сюда перед её лицом. Она попыталась отмахнуться, но чьи-то руки сжали её сильнее, не давая сдвинуться и на сантиметр.       — Чт-то происходит? — прохрипела ЧибиУса. — Кто это?       — Не бойся, — откликнулся мужской голос, обладателя ЧибиУса хорошо знала — это был Нефрит собственной персоной. — Землетрясение не такое уж и сильное, толчки скоро должны прекратиться.       Минутой позже свет вернулся, что ЧибиУса даже зажмурилась. Небо хоть и затянули серые тучи, но для отвыкших глаз яркость его слишком уж зашкаливала. Дрожание земли пульсирующей болью отдавало в голове, и ЧибиУса мимолётом подумала, что Мамору приходилось гораздо тяжелее, чем ей: с Землёй он был связан давно и надолго.       ЧибиУса кое-как села и старательно протёрла глаза, запорошенные пылью. Сквозь сизый туман она видела, как Нефрит методично уничтожал беснующихся теней одну за другой. Неприятели выли и хохотали, набрасываясь на генерала с завидным упрямством, однако Нефрит был сильнее и выносливее. Звёздная магия искрила на кончиках пальцев и яростно сметала ряды длинных теней.       Когда последний враг испарился в ореоле искр, Нефрит устало опустился на землю рядом с ЧибиУсой, держась за ушибленный бок — всё-таки кто-то умудрился его достать.       — У тебя кровь, — ЧибиУса показала на алое пятно, расползающееся на светлом потрёпанном кителе.       — Пустяки, — отмахнулся Нефрит, однако в движениях его сквозили усталость и боль. — Это всего лишь царапина.       Магия вновь заискрила на его ладонях. В воздухе вспыхнула пентаграмма, которую Неф уменьшил до размера раны и приложил её прямо к одежде. Заклинание замерцало, негромко загудело и как будто бы прилипло к тому месту, куда его направили. Кровотечение прекратилось, и Нефрит даже перестал морщиться от каждого неловкого движения.       — Ух ты, а что это такое?       ЧибиУса во все глаза смотрела на светящуюся тусклым светом пятиконечную звезду, которая сейчас выступала в роли… пластыря. Необычное применения боевого, казалось бы, заклинания.       — Это печать защиты, считается символом жизни, — пояснил Нефрит. — Существует большое количество звёздных символов, а это — одно из самых простых, на которое я сейчас способен. Можно было бы использовать восьмиконечную звезду: она исцелила бы рану, но на неё нужно больше энергии. Да и Энд, ну, твой отец, всё-таки больше в целительстве шарит, чем я. Или Серенити. Им сподручнее это дело.       ЧибиУса понимающе кивнула, хотя практически ничего из сказанного не поняла: голова всё ещё гудела и не хотела работать как следует. Вздохнув, она переключила своё внимание на окружающие их обломки.       — Где это мы? — недоуменно спросила ЧибиУса, рассматривая незнакомые здания вдали.       — В паре километров от моего дома, — вздохнул Нефрит, приваливаясь спиной к куску камня позади себя. — Эпицентр землетрясения был неподалёку, поэтому нам спешно пришлось покидать его. Энд успел вытащить тебя и Серенити из-под обломков, а сам потом вернулся особняк удерживать. Там у него какие-то приборы в подвал приволочены, так он не хочет, чтобы они пропали, — ворчал он, хмуря брови.       — А остальные?       — А больше никого не было в особняке: только ты, мессир, Серенити и я, — пожал плечами Нефрит. — А, и ещё Хотару. И Диана. Они где-то недалече должны были сражаться, вот только я сейчас что-то не слышу их.       — Надеюсь, с ними всё в порядке, — ЧибиУса прикусила нижнюю губу.       Она ужасно беспокоилась за лучшую подругу и Усаги, которая в последнее время вела себя слишком странно, когда дело доходило до перевоплощения в Вечную Сейлор Мун. Она делала это как будто нехотя, и прежде чем наконец-то взяться за брошку, рассматривала варианты разрешения непредвиденной ситуации обычными способами. Пару раз её выручал Такседо Маск, ещё несколько — аутеры. Но ведь не могла Усаги вечно избегать трансформации? Она явно что-то скрывала, но ЧибиУса никак не могла понять, что именно.       — Сейчас я немного отдышусь — и пойдём проверим, как они там, — откликнулся Нефрит, на мгновение прикрыв глаза. — Уж слишком шустрыми стали эти тени в последнее время.       — Это потому что мы мало тренировались, — вдруг раздался над ними чей-то голос.       Стоило отдать должное Нефриту: он сориентировался быстрее ЧибиУсы и уже был готов всадить обездвиживающее заклинание незнакомцу по самое «не хочу», но вовремя остановился. Мамору, покачав головой, отодвинул от себя перехваченный кулак Нефрита и помог ему снова сесть на землю.       — Не подкрадывайся так тихо, — проворчал Неф. — Я не Кунсайт — твоих шагов не могу услышать.       — Земля устала кричать от боли, поэтому и не хочет пока что разговаривать с нами, — туманно отозвался Мамору. — Ну-ка показывай, что тут у тебя.       — Да так, ерунда. Царапина.       — У него кровь шла, и ему пришлось наложить пентаграмму, — пискнула ЧибиУса, выдавая Нефрита с потрохами. Тот только зыркнул в сторону будущей принцессы Хрустального Токио, но вслух ничего не сказал.       — Ага, пентаграмма, значится, — недовольно цокнул языком Мамору. — Царапина там у него, ну-ну. Давай-ка сюда.       Пока он возился с раной Нефрита, ЧибиУса решила оглядеться. Кажется, пострадало всего несколько домов на этой улице. В пол-уха она услышала от Мамору, что жертв среди мирного населения нет — многие ещё спали в столь ранний час, и облегчённо выдохнула.       ЧибиУса чертила на пыльной земле всякие закорючки. Прошла целая неделя с тех пор, как вернулись Харука и Мичиру, но даже с их помощью они не смогли отыскать Сецуну. Зеркало Нептуна молчало, показывая лишь туманы безвременья, из-за чего все ещё больше беспокоились.       — Ты сказал «Земля устала кричать от боли», — вдруг вспомнил Нефрит. Мамору нахмурился и молча кивнул, продолжая направлять целительную энергию в рану. — Это она за все годы устала, или…       — Мичиру и Харука тоже это чувствуют, но гораздо в меньшей степени, — почти не размыкая губ, ответил Мамору. — За эти дни случилось очень много катаклизмов: землетрясения, цунами… А в Аргентине проснулся Монте-Писсис, хотя по идее он потухший и должен был быть безопасным.       — Как такое возможно? — ужаснулась ЧибиУса, прижав ладонь к губам. — Ведь… Ведь…       — Не будем забегать вперёд. — Мамору закончил врачевание и поднялся на ноги. — Однако стоит признать, что что-то точно происходит. Может, проблема с ядром планеты, или это такая реакция на инопланетных захватчиков, или…       ЧибиУса его уже почти не слышала. В голове стоял треск и шум, и обеспокоенные голоса Мамору и Нефрита пропадали в этой какофонии звуков. Кто-то смеялся, кто-то плакал, и беспомощная перед этой ослепительной стихией ЧибиУса закричала, хватаясь за голову. Некто словно тянул её вниз, и она рухнула наземь, но прошла как будто сквозь неё, как будто и не было этой преграды. Мир завертелся, закрутился и резко сменился на какой-то другой, бесцветный и блёклый.

***

      — Она слишком долго не приходит в сознание, — вздохнула Усаги, осторожно приглаживая взлохмаченные волосы ЧибиУсы.       После землетрясения и скорейшего устранения его последствий Усаги и Мамору забрали будущую дочку с собой. Хотару пошла бы с ними, но у неё самой предстоял долгий разговор с Мичиру и Харукой по поводу того странного объявления в газете. Поэтому в квартиру Чиба они пришли лишь в сопровождении Дианы и Луны, которая быстро прибежала на место происшествия. Мамору взял на работе несколько дней за свой счёт, чтобы побыть дома и следить за состоянием ЧибиУсы.       — Если так продолжится дальше — придётся прибегнуть к Серебряному или Золотому кристаллам, — Мамору присел рядом с Усаги на кровать и приобнял её за плечи. — Пойдём, Усако.       Она кивнула, и они тихо ушли из спальни, оставляя Диану следить за состоянием ЧибиУсы. В гостиной царил лёгкий беспорядок, поэтому Усаги хотела взяться за уборку, лишь бы скрасить эти тягостные часы в ожидании чуда, но Мамору остановил её.       — Что-то происходит, — тихо сказал он. — И ты не хочешь перевоплощаться — каждый раз. Что случилось?       Мамору обеспокоенно смотрел на свою невесту, пытаясь понять, что творилось у неё на душе, однако Усаги было не так-то просто расколоть. Она порывисто обняла его, сжимая пальцами ткань рубашки.       — Всё так запутанно, — горячо зашептала Усаги. — Я бы так хотела во всём этом разобраться, но сама ничего не понимаю. И… Мне так страшно. За маму, за Землю, за ЧибиУсу. За тебя. А вдруг грядёт то, чего мы все так боимся?       Она подняла на Мамору голову. Усаги видела, что и он переживал за них всех не меньше, и это в какой-то мере приносило успокоение. Но не надолго.       — Ведь Хрустальный Токио… — начала Усаги, однако Мамору заставил её замолчать, коснувшись пальцем искусанным почти до крови губ.       — Тшш, — прошептал он, ближе привлекая Усако к себе. — Не будем об этом. До него ещё очень и очень далеко.       — Я стану королевой в двадцать два. Чуть больше, чем через три года, — возразила она. — Ты понимаешь, к чему всё это ведёт?       Мамору вздохнул и, потянув Усаги за собой, опустился на диван. Она поудобнее устроилась рядом с ним и свободной рукой скользнула под рубашку, ладонью касаясь груди, где отчаянно билось горячее сердце. Его стук на какое-то время успокаивал Усаги, позволяя дышать чуть свободнее.       — Не думай об этом. По крайней мере, сейчас, — посоветовал Мамору, крепче прижимая её к себе. — Поговорим о другом. Ты когда хотела пойти к маме?       — Наверное, через пару дней, — ответила Усаги через пару секунд раздумий. — Она ведь очнулась, но пока слишком слаба.       — Главное, что она пришла в себя, — он улыбнулся уголками губ. — Значит, шанс есть, что всё будет в порядке. Операция прошла успешно, и… Поэтому не накручивай себя раньше времени.       — Я стараюсь…       Усаги приподнялась на локте и легонько поцеловала его.       И пока они с Мамору отвлекались от насущих проблем, то не заметили, как в соседней комнате разлилось яркое сияние, и чей-то силуэт склонился над спящей ЧибиУсой…