Потерянное чудо

Наконец, все сборы документов, визиты инспекторов и судебные слушания были закончены. В этот солнечный летний день Арчибальд стал официально считаться сыном Йена! В честь такого события Флоренс, пребывавший в отличном настроении, приготовил праздничный ужин. Стол был уставлен совершенно разнообразными блюдами, салатами и закусками, в центре стояла большая запеченная индейка, спрятавшаяся за бутылкой красного вина и парой пачек сока. Совсем скоро с последними новостями должен был вернуться Йен. Арчи еще пока ни о чем не догадывался, сидя в гостиной и нажимая клавиши на рояле в своей собственной последовательности – оказалось, мальчик неровно дышал к музыке. Вот хлопнула входная дверь, и послышался радостный восклик Арчи: глава семейства вернулся! В этот момент Флой чуть не порезался ножом, который тщательно отмывал после готовки; так удивительно легко и приятно на душе стало от осознания того, что Йен вернулся домой. Перед глазами предстала идеалистическая сцена: альфа-трудяга вернулся с работы в теплый дом, где его ждали муж и сын, готовые всегда помочь, поддержать, обнять и накормить после тяжелого дня. Флоренс впервые ощутил эту легкость. С Тео все было иначе – да и они с самого начала были скорее хорошие друзья, чем условно папа с сыном; вернее дядя с племянником. — Эй, как тут поживает мой… — в кухню на запах пришел Йен и замер, не успев договорить. Стоило ему увидеть море блюд, как серые глаза засияли. — Да у нас сегодня пир, Арчи, ты только взгляни! Арчи, уютно устроившийся на руках теперь уже своего отца-альфы, с раскрытым ртом перескакивал взглядом с одного блюда на другое – такого он еще никогда не видел. — Мастер на все руки, — восхищенно выдохнул Йен и опустил Арчибальда на пол. — А теперь бегом мыть руки, пока все не остыло! — Так точно, капитан! — отдал честь Арчи и исчез в дверях ванной. Йен последовал за ним, успев предварительно чмокнуть попытавшегося неловко отвернуться Флоя. Придирчиво осмотрев себя, Флоренс попытался отряхнуть футболку от неизвестного соуса и остатков муки, но предпочел сменить верх и отправился переодеваться. Его сумка с вещами покоилась в шкафу в детской, наполовину забитая самыми нужными вещами, когда отлучаешься из дома – что-то из одежды, запасное белье, пара книжек и справочник по работе, таблетки на случай внезапного приступа, а зубная щетка еще вчера перекочевала в ванную к другим двум. Йен приложил много сил, терпения и выдержки, чтобы уговорить его оставаться у них. Хоть на какое-то время. Флоренс поначалу упорно сопротивлялся и говорил, что ему несложно приезжать к ним каждый или почти каждый день. Но Йен был не согласен: Гардиан уже обжился здесь, Арчи его не позволял забирать, так что питомец обновил себе место жительства. Последним аргументом Йена служил тот факт, что Арчи часто не мог уснуть по ночам и все время приходил в спальню альфы, чтобы поинтересоваться: «Дядя Йен, а где Флой»? Здесь чуткое омежье сердце не стерпело, и в тот же вечер Флой вернулся с сумкой, нагруженной личными вещами. В связи с тем, что гостевая спальня была переделана под детскую, спать Флоренсу предложили либо с Йеном, либо на диване в гостиной. Пока Флоренс думал, Арчи предложил другую идею: спать с ним. Идея стоила свеч, особенно потому что его кровать была довольно широкой для одного и вполне вмещала в себя и взрослого омегу. Прошла всего пара недель с момента выписки Арчи, он еще казался немного слабым и быстро уставал, но желание к жизни побеждало все. Чудо-альфа трогал все, до чего дотягивался, с деловым видом изучал документы Йена и расхаживал от картины к картине в гостиной как истинный ценитель. На выходе из детской Флоренса поймал Йен. — И где же мой поцелуй в качестве поздравления? — Не многого ли вы хотите, дорогой? — О нет, всего ничего. Флоренс попытался отступить обратно в комнату, но тут между ног резво пробежал Гардиан, и омега поскользнулся от испуга. Йен едва успел его подхватить, но в итоге потерял равновесие, и с глухим стуком Флоренс оказался прижат к полу тяжелым альфьим телом. Где-то в углу комнаты послышалось невинное «мяу». — Предатель, — шикнул на него Флоренс. Йен с удовольствием потянул носом вблизи шеи Флоя и ткнулся в нее губами. Омега ощутил, как сердце ускорило бег и попробовал отдалиться от Йена – но куда уж там! Альфа напирал, и в один момент Флоренс почувствовал на коже острые покусывания, от которых мурашки пошли по всему телу. Вздохнув, Флоренс сжал в кулаках рубашку Йена на спине и открыл доступ к шее. Не сказать, что Флоренсу не нравился этот напор, но в какой-то степени он его смущал. Йен часто был импульсивен, когда дело касалось их отношений, по крайней мере, в юности; сейчас же, наоборот, чувствовалось, что альфа старался держать себя в руках, но изредка давал себе поблажки, и в итоге Флоренс, усиленно пряча в себе стоны удовольствия, делал вид, что не радовался поцелуям. Безусловно, Йен понимал, что с каждым днем это недовольство Флоя становилось больше наиграно, поэтому торопился завоевать неприступное сердечко. Он не обращал внимания на отказы в свиданиях, попытках остаться наедине, откровенных ухаживаниях – в глазах Флоренса теперь таилась нерешительность и сожаление, когда он заставлял себя дать Йену от ворот поворот. Но, несомненно, пройдет еще много времени, прежде чем у них все станет как прежде. Мужчины тяжело дышали, Флоренс сдерживал рвущиеся с губ скулежи, пока Йен гладил его живот и иногда словно невзначай поднимался к соскам. Словно ветерок, пройдясь пальцами по ребрам, Йен добился мелкой дрожи тела под ним и в благодарность за отзывчивость впился кусачим поцелуем в шею. Флоренс сжал коленями бедра альфы и сам потянулся к горячим губам, сверкая возбуждением в глазах, как вдруг из-за двери прозвучало: — Ой, вы упали? Шок и смущение окатили Флоя с головы до ног, и он отвернулся, стоило Йену подняться. В протянутую руку он вложил свою ладонь, и Йен потянул его вверх. Чтобы скрыть пунцовое лицо, Флоренс отошел и, сдвинув дверцу шкафа, спрятался в тени, интенсивно перебирая вещи в своей сумке. Перед ребенком ему было стыдно. — Споткнулись о ковер, — пожал плечами Йен, кивая на виновника случившегося. — Пойдем скорее кушать, горячее вкуснее, — Арчи, уже забыв о казусе взрослых, схватил Йена за рукав и повел на выход. — Дядя Флой, поторопись! — Я сейчас, малыш. Стоило альфам выйти за пределы комнаты, Флоренс обессиленно упал на колени. Прикусив губу, еще хранившую тепло и мягкость рта Йена, омега для профилактики стукнулся лбом о дерево перед собой. Вспомнилась реакция Тео на краткосрочный переезд Флоренса. Она была однозначной: племянник бушевал и пытался объяснить дяде, что это большая ошибка, что Йен опять его поматросит и бросит. Вскоре Тео успокоился, когда Флой привел несколько аргументов в пользу Йена. Он же теперь человек семейный, и дело здесь прибыльное заимел – сбежать не посмеет. Но он не учел того, что Йен будет так стремительно его завоевывать. Тео, как думал Флой, тоже не ожидал такого, поэтому и отпустил. Нет, Флоренс верил Йену, он верил в Йена и поэтому по большей части доверял. В прошлом они через многое прошли, и Флоренс знал, что отныне Йен не допустит серьезных ошибок со своей стороны. Конечно, это понимание пришло лишь со временем и долго было в состоянии гипотезы, но сейчас верность Йена можно было почти смело назвать фактом. Во-первых, Йен всегда был рядом. Он отлучался только по работе, или в магазин, или еще по каким-то только ему известным делам и старался проводить с домочадцами все свободное время, выводя обоих на прогулки и в кафе. Во-вторых, отсутствие каких-либо сильных омежьих духов и чужих ноток запахов на теле альфы только приносило ему дополнительные очки – тем более что Йен неизменно целовал или просто обнимал Флоренса по возвращении; чуткий нос сразу бы учуял лишнее. И говоря откровенно, Флоренс уже окончательно расслабился в присутствии Йена. Совсем немного, но он чувствовал себя хозяином положения – если он захочет уйти, он это сделает, и никто ему не помешает. Повода, конечно, ему не давали, но на всякий случай Флой старался об этом не забывать. Но с каждым днем ему все больше и больше хочется начать все сначала.

***

— Йен. — М-м-м? — Скажи, почему ты не женился? Прошло много времени, а к тридцати годам часто уже хочется завести полноценную семью. — Ты смеешься? Я тебе еще на твое девятнадцатилетие сказал все по этому поводу. Помнишь мои слова? — Эм, ну, вроде… — Я сказал, что скорее отрежу себе самое драгоценное, нежели найду тебе замену. Мое сердце – только твое, и без тебя оно зверски болит и иссыхает. Тогда же мы друг другу пообещали, что вместе подадим заявление на брак, как только ты закончишь учебу. Ты, правда, забыл об этом? Пристыженно опустив взгляд, Флоренс оперся локтями на невысокий забор, ограждающий их от городской речушки. День клонился к закату, когда Флоренс предложил выйти на прогулку. Сегодня погода позволяла ходить по улицам в легкой одежде и даже провоцировала на пассивный отдых в тени. Купив всем по рожку мороженого, Йен повел омегу и ребенка в парк. Там было удивительно тихо: лишь негромко заливались трелью птицы, разнося по всей округе свои чудесные песни, слышался шорох мелких листьев под ногами, нежно подхватываемых свежим потоком воздуха, раздавались веселые детские крики и редкий лай выгуливаемых хозяевами собак. — Значит ли это, что ты от своих слов не откажешься вовек? — Даю слово, — серьезно ответил Йен, глядя вдаль, туда, где прямо под лучами закатного солнца вода радостно искрилась. Арчи сладко дремал на плече Йена, поддерживаемый сильными руками. Мальчик утомился еще в середине прогулки, и Флоренс, заметивший осоловелый взгляд, предложил поторапливаться домой. Йен, также не упустивший из вида усталость сына, с легкостью подхватил его и продолжил идти вдоль тропы, ведущей вглубь парка. Дойдя до перепутья, где мост соединял две части города, разделенных длинной речкой, Флоренс вдруг вспомнил, что у Гардиана заканчивался корм. Примерно в ста метрах на той стороне виднелся зоомагазин, и Флоренс предложил Йену остаться на скамейке и передохнуть, пока он сходит за провизией для питомца. Альфа возражать не стал и с некоторым облегчением присел на деревянную скамейку недалеко от моста. Все-таки с полчаса носить семилетнего ребенка – руки устанут. Возвращавшийся через пятнадцать минут Флоренс резко остановился на спуске с моста и зло просверлил глазами неизвестного омегу в ярких коротких одеждах, расслабленно развалившегося подле его альфы на скамейке! Стало обидно до закипевших в глазах слез, что недавний разговор – не более чем новая уловка, приманка. Хотев было плюнуть на все и отправиться обратно, оставшись до позднего вечера на той стороне города с диким желанием заставив этого лгуна Йена поволноваться, Флоренс внезапно кое-что заметил. В том числе и недовольное выражение лица альфы, и то, как его голова дергалась при разговоре с тем омегой – создавалось впечатление, что он огрызался. Поудобнее перехватив пакет с кормом, Флой быстрым шагом направился к парочке. В десяти шагах от них он уже стал терять ту решительность и забыл гневную речь, потому что услышал отрывок разговора: — Не скорее, чем в следующей жизни. Затем Йен встал и повернулся к мосту, как увидел остановившегося невдалеке Флоя. Ласково улыбнувшись, он протянул к нему руки, словно приглашая в объятия, и Флоренс, подгоняемый непривычной и неожиданной ниточкой ревности, на полной скорости влетел в кольцо рук, вырывая из Йена громкий смех. За спиной послышалось покашливание. Флоренс несколько раздраженно обернулся и натолкнулся на понимающий взгляд того ярко одетого омеги. — Вы, стало быть, Флоренс? Здравствуйте, — омега поднял подбородок и мельком глянул вбок, — мое имя Крис. Флоренс нехотя кивнул. — Думаю, всем нам пора домой, время уже не раннее, — вздохнул Крис и снова обернулся. — Шун, иди ко мне! Все посмотрели в одну сторону. Из-за деревьев вышел симпатичный маленький мальчик с раскосыми глазами, светлыми, практически белыми кудряшками на голове, одетый в бриджи и футболку с рисунками. Прямо за ним выскочил и Арчи, энергично махавший руками и что-то рассказывавший. На вид оба ребенка казались ровесниками, хотя, возможно, светловолосый мальчик был чуть старше. — Это мой сын Шун, — представил мальчика Крис, хватая его за протянутую ручку. — Рад был встретиться, Йен, Флоренс. Пока, Арчибальд. Кивнув на прощание, Крис удалился. Арчи же остался под впечатлением и долго смотрел вслед уходящим. — У Арчи первая любовь? — засмеялся Флоренс и смех его был подхвачен Йеном, когда маленький альфа не отреагировал. — Шун омега, я правильно понял? — поинтересовался уже у старшего альфы Флой. — Да, ему восемь, он совсем немного старше Арчи. Надеюсь, они подружатся. Хотя с Крисом мне бы не хотелось иметь дел. — Кстати, что это за Крис такой? — тут же нагнал на себя грозный вид Флой. — Мой старый знакомый, — Йен глубокомысленно прижал палец к подбородку. — Он вдовец. Уже пару лет пытается вытрясти из меня всю душу, но больше из-за природного упрямства. Сам Крис понимает, что ему ничего не светит, и места для другого омеги у меня в сердце не найти. — То есть он пытался сорвать большой куш, захватив тебя в лапы семейной жизни, — прокомментировал омега. Не дождется! Только что Флоренс ощутил то долгожданное, чего ему все это время не хватало. Та непоколебимость, постоянство и твердость в отношении Йена к нему стали лекарством, даже скорее противоядием от его неуверенности в альфе. А окончание подслушанного разговора и эти слова о том, что Флоренс – единственный, сделали все за него. В последний момент Флоренс заметил, как сильно сжимал рубашку на спине альфы. Йен откинул со лба омеги выпавшую прядь и вдруг резко подул в лицо. — Эй, ты чего? — дернувшийся от неожиданности Флоренс поднял вопросительно-издевательский взгляд. — Ты слишком сосредоточен. Расслабься, — мурлыкнул Йен Флоренсу в основание шеи. — Мг-м, сегодня просто волшебно пахнешь. — Не подлизывайся, — Флоренс положил руку на плечо Йена, но отталкивать не стал, пока не заметил, что Арчи что-то выискивал в траве. — Пойдем домой, Арчи наверняка сильно утомился. Согласия от Йена не требовалось, он и сам все понимал. Хотя оторваться от теплого омеги было невыносимо трудно, он смог, а потом не медля подхватил Арчи за ручку и направился к дому. По другую сторону от Арчи пристроился и Флоренс, сжимая маленькую ладонь. Путь до дома преодолели быстро и почти незаметно. Стало прохладней, и взрослые решили не задерживаться, несмотря на то, что Арчи проявил энтузиазм в плане продолжения прогулки. — Экий авантюрист сыскался! — пожурил Флоренс мальчика, пропуская Йена вперед, чтобы открыл квартиру. — Я не ава…тюрсист – я альфа! — возразил Арчи устрашающе. — Конечно, родной, ты у нас тут главный альфа, — поддакнул Флой, не обращая внимания на наигранно-огорченное выражение лица пропустившего их в коридор Йена. — И главные альфы должны быть сильными. А значит, кому-то надо много отдыхать и набираться сил. Чтоб потом взять и… — И забрать себе всех Шунов домой! Взрослые переглянулись и широко улыбнулись друг другу. — Да, именно так. — Тогда я пойду набираться си-и-ил! — улетел мальчишка самолетиком в ванную – руки мыть. — Ну что, начинаем откладывать деньги на свадьбу сына? — томно шепнул Йен прямо в ухо Флоренса. — Кажется, начинаем, — хмыкнул в ответ Флоренс и подставил губы под поцелуй. Йен не растерялся – а если и растерялся, то не показал этого – и молниеносно наклонился, пока омега не передумал. Губы были горячими, казалось, даже слишком, и Йен притянул к себе Флоренса так плотно, что всей кожей через одежду ощутил жар его тела. Руки пробрались под футболку и наткнулись на влажную спину, Флой вспотел, и его запах только усилился. А потом в какой-то момент Флоренс резко дернул Йена за волосы и больно цапнул за язык, хозяйничавший в его рту. Сильная дрожь сотрясла его тело, и из горла вырвался болезненный полустон-полувой. — Малыш?.. Все было предельно очевидно, но Йен боялся поверить своей удаче. — Нет, быть не может. — Флой, у тебя течка. — Она должна была начаться… на следующей неделе. Поэтому я не беспокоился. Может, это все-таки не она?.. На саркастичный взгляд Йена Флоренс протяжно застонал. — А как же Арчи? Вытащив из кармана телефон, Йен быстро нашел нужный номер и приложил трубку к уху. — Привет, Питер, у меня к тебе огромная просьба. Да, подъезжай, это срочно, — глаза Флоренса расширились, когда он понял, что Йен разговаривал с его управляющим. — Ты же любишь детей и знаком с Арчи. Флоренс со мной. Да, на несколько дней, финансово я обеспечу. И пусть твоя кошка потеснится, к ней присоединится новый друг. Отлично, жду. Йен сбросил звонок и снова обратил все внимание на Флоя, который неизменно грелся в его объятиях. Тишина была почти осязаема. — Откуда Питер знаком с Арчи? — не выдержал Флой. — Питер был вынужден привезти мне документы, пока я был в больнице с Арчи, — пояснил как ни в чем не бывало Йен, — тогда они и познакомились. — То есть ты пристроил мне своего человека? Надеюсь, не в качестве дополнительной слежки? — Заметь, пристроил его ты, а я лишь предложил его кандидатуру, — на второй вопрос Йен решительно не стал отвечать. Тем более, что у Флоренса внезапно подогнулись колени, и он был вынужден зацепиться руками за шею Йена, так что все вопросы разом сдуло. Почти. — А Питеру можно доверить Арчи? Абсолютно? — Ты же знаешь, он мухи не обидит, пока эта муха ему подлянку не подложит. Как человек и нянька он безопасен. Более того, домой я тебя не отпущу. «Сомневаюсь, что Арчи понравится предстоящее шоу», — Йен тоже не горел желанием оставлять ребенка у близкого друга, но другого выхода он не видел. Постояв так еще с минуту, Йен легким шлепком отправил Флоренса в душ и ушел в детскую, объяснять ситуацию сыну. Через какое-то время прозвучал звонок в дверь, Арчи к тому моменту уже сидел на пуфике в коридоре с модным вместительным рюкзачком за плечами и махал ногами в воздухе, поглаживая одной рукой лежащего рядом с ним Гардиана. Встретив Питера, он обрадовался – этот бета ему еще тогда в больнице понравился. Когда мальчик попрощался с отцом, его обрадовали, что сейчас они поедут к Питеру в гости, а завтра отправятся в парк аттракционов. Парк аттракционов, Арчи и мечтать о таком не смел! Жаль только, что дядя Флой заболел и не сможет присоединиться.