В капкане разума

Tell me does your pride bleed When you see me succeed. Is that the gist of your story Now you had best get used to it Cause I ain't about to quit. And i'm just now getting started Shame me, claim me or deceive me You grow sick every time you hear me say believe me!

      Пальцы скользили по балконному ограждению, Роберт вцепился в них, как утопающий цепляется за спасательный круг. Мужчина никак не мог отдышаться, холодный пот лился с его висков к подбородку, а зеленые глаза бешеным взглядом смотрели на утреннее Спрингфилдское солнце, слепящее, почти ненавистное.        В конце концов, ноги Тервиллигера подвели его, он упал на пол и сжался в комок, половину его тела закрывали непослушные красные кудри. Стоило закрыть глаза, как перед невидящим взором снова возникал ночной кошмар, который приснился Роберту, когда он уснул в библиотеке за чтением книг.        Во сне он видел Лизу. Она стояла, улыбалась, и ничто не предвещало беды. Пока в комнате, нарисованной разумом Боба, не появлялся еще один мужчина. Он был почти неузнаваем, но Роберт с легкостью мог определить, что так его подсознание малюет Джека Лассена. И Джек Лассен резал Лизе горло. Медленно, наслаждаясь этим. А Симпсон все еще улыбалась, захлебываясь в собственной крови, хрипя и кашляя. Умирая.        И чем больше Боб смотрел на лицо Джека, тем больше оно походило на его собственное лицо. Лассен превращался в Тервиллигера.        Поэтому Роберт и проснулся в холодном поту, поэтому и пытался сбежать от собственных кошмаров на балкон. Поэтому и распахивает глаза каждый раз, когда сонный мозг заставляет Боба поспать еще немного. Тервиллигер больше не хочет видеть свой кошмар. Уж лучше пусть солнце Спрингфилда плавит ему белки глаз, чем острый нож будет резать горло Лизы Симпсон снова и снова.        Когда мужчине удалось справиться с сердцебиением и дыханием, он заметил движение внизу. Это старший брат Лизы, Барт, беззастенчиво перелезал через трехметровый кирпичный забор, неся с собой биту. Роберт издал смешок – его и бить не надо, сейчас он и так выглядит самым жалким существом если не в мире, то во всем Спрингфилде точно. Но Боб встает, отряхивается и идет вниз, открывать блондинистому паршивцу дверь. - Где она?! – с порога рявкнул Барт, хватая Боба за воротник мятой рубашки. – Где Лиза?!        Роберт почти повис на парне, не сопротивляясь ни захвату, ни яростному огню в голубых глазах. - Не знаю. Это ты с ней живешь в одном доме, вопрос нужно задавать тебе. - Ублюдок, - выплюнул слово Барт и потряс Роберта словно нашкодившего котенка. – Она не появлялась дома три дня. Где она?        Эта информация отрезвила разум Тервиллигера. Он поднял взгляд, на переносице собрались морщины: - Я не знаю, Бартоломью, - процедил он, отцепляя руку молодого парня от своей шеи. – Эти три дня я тоже ее не видел. Здесь ее нет. - Конечно, ее здесь нет, ведь ты давно убил ее и закопал где-нибудь, как Лассена! – рявкнул Симпсон и замахнулся свободной рукой, чтобы ударить кошмар своего детства, но Роберт оказался проворнее, он перехватил руку Барта и резким толчком впечатал его в противоположную стену, а потом схватил за плечи: - Зачем мне ее убивать? – прошипел мужчина, сверля изумрудными глазами лицо Барта. – После того, как я спас ее и тебя, убив Лассена? «После того, как она смогла полюбить такого психопата, как я» - Не дури, Бартоломью, - Роберт все еще держал парня за плечи. – Я понимаю, ты на взводе, ты переживаешь, но я здесь не при чем. Я с радостью принял ее в этот дом как гостью, но убивать – это не то, что я хотел бы сделать с Лизой.        Звучало странно. Барт прищурился, сжимая в руке биту. - Дай мне пять минут, я приведу себя в порядок, и мы поищем Лизу, - предложил Роберт.        Барт отложил биту и коротко кивнул, Роберт отпустил его. Не нужно обладать невероятным умом, чтобы понять: Симпсон изначально шел сюда за помощью, а не с обвинениями. Если бы он подозревал в похищении Лизы Боба, он просто так бы не успокоился. Тервиллигер усмехнулся. Неужели он завоевал доверие Барта Симпсона, ничего для этого не предпринимая, да еще после всего того, что Роберт сделал с ним, его семьей и всем городом?        Но ехидничать и насмехаться не было времени. Лиза уже сбегала из дома. Но она неизменно звонила с таксофона родителям, чтобы те не беспокоились, и чаще всего девушка оказывалась перед дверью особняка Тервиллигеров. Если она не сделала ни того, ни другого, значит, она действительно попала в беду. Это заставляло Боба вновь и вновь вспоминать свой ночной кошмар. Он беспокоился.        Быстро приняв душ и приведя одежду и прическу в порядок, Роберт вернулся к Барту. Парень уже сидел в столовой, на стуле, где когда-то восседала Лиза. Бобу пришла в голову идиотская мысль, что, если сильно напиться, можно их и перепутать. Одинаковый цвет глаз, одинаковый цвет волос…        Взгляд Боба упал на правую руку Барта. Костяшки парня были ободраны до крови. Роберт поднял бровь: - Я думал, в твоем списке для битья я первый, но, выходит, ты мне с кем-то изменяешь. - Сначала решил, что Лиза у Нельсона. Не думал ничего плохого. Гормоны, все дела…Но у Нельсона ее не оказалось, - объяснил Барт. – И да. Иди в жопу.        Роберт кивнул, соглашаясь с простой и понятной для всех формулировкой. Он вышел на пару минут из кухни, а вернулся уже с аптечкой в руках. Достав оттуда перекись водорода и чистый бинт, мужчина подошел к Симпсону и взял его за запястье. Барт инстинктивно дернулся, пытаясь выбраться. - Я просто обработаю рану. Знал я парня, который катался на скейтборде, упал, разодрал коленку и заработал заражение крови. Ногу ампутировали. – Тервиллигер откупорил перекись и полил раны Симпсона ею. - У тебя в окружении были не только ботаны и всезнайки? – усмехнулся Барт. Роберт покосился на парня и улыбнулся: - Поверь мне, Бартоломью, в студенческие годы я не сидел круглыми сутками в библиотеке, зубря материал. Я не отличался примерным поведением. Конечно, мои проделки по грандиозности с твоими не сравнятся никогда, но «ботаны и всезнайки» - не тот контингент, который интересовал меня в студенчестве. Творческие люди – да, но зубрилы в огромных круглых очках… - А сейчас всезнайки – это твой любимый сорт, да? – Барт неестественно хмыкнул. - Если не хочешь в свой адрес острот по поводу твоих с Нельсоном отношений, прошу, прекрати эту вакханалию. - Заметано.        Роберт перевязал руку парня и убрал медикаменты в аптечку. - Когда ты не злишься как полоумный и не совершаешь идиотских поступков, в общем-то, с тобой приятно разговаривать, - сообщил мужчина. - Ты тоже не вызываешь у меня желания проблеваться, - кивнул Симпсон.        В дверь позвонили. Тервиллигер посмотрел в сторону коридора, потом на Барта. - Я полицию не вызывал, - сразу сказал он. - Я тоже никого не жду.        С тех пор, как Роберта официально выпустили из тюрьмы, он стал слегка нервным. Боялся чего-то, сам не знал, чего. Поэтому внезапные звонки в дверь настораживали мужчину. Он взял в руки биту Барта и пошел открывать.        За дверью оказался курьер с небольшой по размерам посылкой. - Это из Шелбивилля, - пояснил посыльный. – Распишитесь в бланке и заберите груз.        Сайдшоу Боб так и сделал. С картонной коробкой он вернулся к Барту, который рассматривал старинный интерьер кухни. - Что там? – уточнил парень, выпрямляясь. Роберт взял нож, чтобы открыть посылку, и Симпсон поморщился. Это не ускользнуло от внимания красноволосого мужчины: - Я бы взял нож побольше, если бы намеревался резать тебя, - обнадежил Боб. - Всегда знал, что заслуживаю большего, - буркнул Барт. Тервиллигер разрезал скотч, вскрывая коробку.        Внутри обнаружились белые жемчужные бусы со следами крови. Роберт сжал их в руке. Мысли перепутались. Этого он боялся больше всего – Лиза не просто пропала, ее украли. И, судя по внешнему виду украшения, возможно, ее бьют или еще хуже… - Блядь, - Барт вскочил, уронив свой стул. – Какого хрена? - Я пока не знаю, - прохрипел Роберт, все еще сжимая бусы. – Нужно узнать, кто это прислал…        Симпсон сорвался с места, чуть не столкнув со своего пути Боба. Парень выбежал из дома, догоняя курьера, крича что-то обидное про его маму и требуя копию бланка доставки. Курьер в долгу не остался, рассказав много интересного и неправдоподобного про отца Барта, но бланк отдал. Все это время, пока Барт ругался с посыльным, Роберт стоял на месте, глядя на чертовы бусы.        Его ночные кошмары снова вернулись, заставляя страдать наяву. У Роберта не было сомнений – то, что произошло с Лизой Симпсон, случилось по его вине. И дело даже не в том, что ее бусы доставили по его адресу. Кому нужно желать этой девочке зла, кроме тех, кто хочет досадить Тервиллигеру? Он виноват. Виноват в ее страхах за семью, в ее болезненном влечении к психопату-уголовнику. Виноват в ее боли, духовной и физической. Судьба – довольно несправедливая штука, нужно обладать очень изощренным чувством справедливости, чтобы заставить Лизу Симпсон переживать такие проблемы. - Шелбивилль, бар «Неоновый свет», - послышалось за спиной. Роберт обернулся – Барт держал в руке смятый бланк доставки. – Говорит о чем-нибудь. - Лассен упоминал его, - Роберт похолодел. Вот уж привет с того света. - Лассен? Он мертв. Мы с тобой собственноручно закопали его, а потом собаки раскопали и сожрали, - Барт смял бланк и кинул в сторону. - Я помню. Значит, это послал кто-то, кто знал Лассена. Кто решил отомстить нам за его убийство. Кто-то знает о том, что мы сделали.        Тервиллигер говорил «нам», потому что признавать то, что виновен здесь только он, было слишком болезненно. Барт потер переносицу и тяжело выдохнул. - Получается, нам нужно ехать в Шелбивилль. - Я поеду один, - отрезал Боб. – Это может быть ловушкой, и будет очень удручающе, если мы попадем в нее вместе. - Нет уж, - фыркнул Симпсон. – Лиза – моя сестра. И если на тебя нападут, я хотя бы смогу помочь. Даже если это ловушка.        Роберт быстро понял, что спорить с этим мальчишкой бесполезно, так что пришлось согласиться. Уже через десять минут они ехали по пустынному шоссе, соединяющему Спрингфилд и Шелбивилль. А чертово солнце слепило обоим глаза. - Извини, что сломал тебе ногу в тюрьме, - через какое-то время заговорил Барт. - Ты не сломал ее, всего лишь трещина, - отмахнулся Роберт. – У тебя была причина. - Какая? – усмехнулся Симпсон. – Твои грязные словечки про то, что я хочу свою сестру? Остынь, я слышал их не раз от многих людей, которые хотели задеть меня или спровоцировать. Забавно то, что у них это почти всегда получалось. - Ты боялся за Лизу, - пояснил Роберт. – Начал бить сгоряча. - Лиз куда сообразительнее меня. Можно было не волноваться – если она ходила к тебе, значит, знала, что делала.        Тервиллигер сжал руль крепче. Знала. Конечно, знала. Но только поначалу. А потом мозг стали затмевать совсем другие мысли. Человек не совершенен. Эмоции порой мешают. Вот как сейчас, например.