Эротические Кошмары

Мини-обращение: Предупреждение уже в названии; Р (извращенческая главка)

***

Питч проснулся с невероятно приятным ощущением тепла на сердце. Все вокруг будто заиграло новыми красками и даже обилие цветов его уже не раздражало. Он чувствовал себя выспавшимся, отдохнувшим, словно до этого не спал сотни лет. Темный дух встал, ощущая энергию, бодрость и огромные силы. День явно близился к своему завершению. Если, конечно, можно считать, что на Солнце существовали обычные сутки. Кромешнику было немного сложно понять, почему Радиант создал у себя дома иллюзию земного времени. Но так или иначе небо стало приобретать здесь рыжие оттенки заката. Питч осмотрелся, но никого не обнаружил. Покои Радианта были пусты. В коридорах тоже было тихо. Темный дух тенью скользил между массивных колонн из залы в залу, пока с волнением не замер, оказавшись на поле маков. Среди красных цветов, одетый в пернатую мантию, спиной к нему стоял Лучезарный. Он смотрел куда-то наверх и излучал нежный золотистый свет. Рядом не было ни души. Питч, любуясь, приближался. Тихо, словно охотник, боящийся спугнуть диковинную птицу, он настиг его и обнял со спины. Радиант, поддаваясь объятьям, откинул голову, кладя ее ему на плечо, но затем, будто очнувшись, резко развернулся. — Питч! Кромешник крепко сжал его в своих руках, не желая выпускать. — Ради… Ты невероятен! Это была самая страстная ночь, о которой я мог только мечтать! Никто еще не доводил меня до такого состояния, — Кромешник с восхищением и жаром посмотрел в глаза Солнечного божества. — Перестань. Это просто влияние силы, ничего больше. Наши магии контрастны, и чувства обостряются… Вот ты и дуреешь, — Лучезарный исподлобья взглянул на него. — Хм, дурею… Какое милое словечко. Спорим и не только я один, — невозмутимо улыбнулся Темный дух. — Тебе было так же хорошо, как и мне, прошлой ночью. Поверь, я это почувствовал. — Мне даже слушать об этом противно, — Радиант отвернулся. Но Питч резко схватил его за плечи, стараясь заставить смотреть на себя. — Как только я тебя увидел в первый раз, тогда, на Луне, я сразу понял, что должен обладать тобой. Мы были созданы друг для друга, Ради. Не отрицай, что-то, что мы вчера испытывали, было идеально! И я знаю, что ты так же не хотел, чтобы это заканчивалось, как и я. Мой страстный, мой ненасытный… — Да как ты смеешь! — перебил его молодой Бог, резко выворачиваясь из его рук. — Ради, — Кромешник облизнулся. — Питч, ты забываешься. У нас был уговор, — Лучезарный максимально жестко произнес эту фразу. — Не более. — А-а-а-а… Ты о Джеке? — по театральному рассеяно спросил Темный дух, и затем вздохнул. — Ради, перестань, дело ведь не только в нем. — Нет, это ты перестань! Я позволил тебе побыть со мной. Теперь отдай мне Джека. Все как в прошлый раз. Это просто сделка и не более. Поэтому не смей трогать меня сейчас, — Лучезарный отступил от Кромешника. — Да. Я все помню. И ты идеально выполнил свою часть сделки. Воистину заслужил награду, — Питч пошло улыбнулся. — Что ж, я позволю тебе побыть с моим мальчиком. Но! Я хочу смотреть. — Питч! — возмутился Радиант. — Это мое условие, — спокойно посмотрел на него сверху вниз Темный дух. — Да и Джек иначе не согласится. Он очень верный. — В отличие от тебя! — язвительно перебил его Лучезарный. — А я тоже верный. Я сплю с теми, кого люблю, — Кромешник приблизился. Радиант округлил глаза, не в силах сдержать эмоции. — Чему ты удивляешься, Ради, я же говорил, что был создан, чтобы обладать тобой. Ну, а то, что ты испытываешь к Джеку, это точно лишь влечение к его холоду. Ведь именно это сводит тебя с ума. — Не только. Джек еще и человек замечательный. Чистый ангел! И красив божественно. А ты… — он замялся, — Питч, ты… Совсем не в моем вкусе. — Хочешь сказать я не достаточно хорош для тебя?! — Кромешник яростно сверкнул глазами. — Намекаешь, что я монстр, урод, чудовище? — Темный дух сорвался на крик. — Я тебе покажу чудовище! Ты будешь моим, Радиант! Хочу тебя прямо сейчас! Немедленно! Питч, злобно оскалившись, хотел было накинуться на дерзкого юнца, но стоило ему сделать шаг в направлении Лучезарного, как его, словно взрывной волной, отбросил назад яркий поток света. В следующий момент в зал влетел Ледяной дух. — Что вы тут устроили?! Опять боритесь?! Да что с вами не так?! Мне уже и на минуту отлучиться нельзя. — Джек, прости, — виновато опустил глаза Радиант. Кромешник выпрямился, но все еще тяжело дыша, произнес: — Джек, ну как ты не понимаешь, что нам сложно прийти к миру, когда между нами ты. Мальчик с удивлением посмотрел на него. — В старые времена в подобных ситуациях люди устраивали дуэли. Но мы бессмертны и дуэль не решит нашу проблему. Зато есть другой способ, который нам поможет выбраться из этой щекотливой ситуации, — Темный дух сделал паузу. Радиант недоверчиво покосился на него. Кромешник хитро улыбнулся. — Джек, ты должен поцеловать Ради. — Что?! — воскликнул мальчик, заливаясь краской. — Питч, ты в своем уме?! — Конечно. Я все обдумал и считаю эту идею идеальной, — невозмутимо отозвался Темный дух, расправляя плечи и заправляя руки за спину, что придавало ему невероятно серьезный вид в сложившихся обстоятельствах. — Помнишь, Джек, вчера ты мне сказал, что стесняешься быть со мной, потому что тебе везде мерещится Ради. Мальчик в возмущении вылупился на него, меньше всего ему хотелось при Радианте обсуждать это маленькое неудобство. — Ну так вот. Меня это расстроило и я думаю, что предложенным мною способом ты сможешь преодолеть свое стеснение. Так что убьем сразу двух зайцев: и Ради наконец-то снимет напряжение, немного охладившись, и ты перестанешь стесняться этого рыжего. — Нет, ну ты точно издеваешься! — Джек не верил своим ушам. Лучезарный в гневе сжал кулаки. Столь мерзко он себя уже давно не чувствовал. — Нет, Джек, я абсолютно серьезно предлагаю тебе сделать это. — Да как ты можешь так спокойно говорить об этом?! — мальчик в гневе посмотрел на Кромешника и, отвернувшись, вышел из залы. — Джек, стой! — Питч быстро последовал за ним. Поймав его в коридоре и схватив за плечи, он резко притянул его к себе. — Малыш, мне это надо… Постарайся меня понять. Я просто хочу расширить границы твоего мировоззрения, хочу показать, что отношения бывают менее прямолинейными. Бывает множество нюансов. Я знаю, тебе нравится Ради. Так не сопротивляйся своему тайному желанию. Я разрешаю тебе это небольшое разнообразие, прими это, как мой маленький подарок. Уверен, Радиант прекрасно целуется. Тем более это примирит всех нас. В этом нет ничего плохого, — вкрадчиво произнес Кромешник и, перебирая пальцами белые пряди, заправил их за ушко. — Соглашайся. Не будь столь зажат, смотри на вещи проще. Джек тяжело вздохнул и опустил голову. — Можно попробовать, но я ничего не обещаю, — сухо отозвался он. — Молодец, мой мальчик, — Питч одобрительно поцеловал его в макушку и с видом победителя посмотрел на приближающегося неуверенной походкой к ним Лучезарного. — Ну вот видишь, Ради, мы уже обо всем договорились. Юный Бог осторожно посмотрел на Джека. — Пойдем, — он протянул мальчику руку. Тот исподлобья быстро взглянул на него и, уводя глаза в сторону, протянул руку в ответ. Стоило Радианту сжать в ладони холодные пальцы, как он почувствовал, что сердце у него замерло, а затем забилось быстрее, чем ему следует. Юный Бог, как в тумане, прошел парадный коридор и, не помня как, очутился в гостевых покоях. Стараясь побороть внутреннее волнение, он грациозно опустился на диван, напоминающий китайского дракона и, выпрямив спину, рукой предложил Джеку сесть рядом с ним. Мальчик послушался и когда его лицо оказалось напротив Солнечного божества, он, подняв глаза, очень внимательно посмотрел на Лучезарного. От такого пристального изучающего взгляда Радиант невольно смутился. — Прошу тебя, только не двигайся, — попросил Джек, серьезно смотря ему в глаза. — Хорошо, — послушно кивнул Лучезарный, чувствуя, что сдержать данное обещание ему будет очень сложно. Джек так близко… Ему уже хотелось жарко ласкать его, но он постарался всеми силами держать себя в руках. Стоило Ледяному духу приблизить свое лицо, он увидел, как темнеет взгляд Радианта, как его щеки слегка розовеют, как он медленно опускает пышные ресницы и, стараясь не дышать, замирает. Джек интуитивно прикоснулся пальцами к его груди, стараясь немного опереться на его торс, и почувствовал, как сильно бьется его сердце. Солнечный дух явно волновался не меньше самого Хранителя, он весь слегла дрожал, но старался не шевелиться. Джек, прикрыв глаза, осторожно коснулся губами его губ. Губы Радианта были теплые. «Похоже на Питча», — успокаивал себя Джек. Но также они еще были мягкие и очень нежные. И это было уже не похоже. Тем временем мальчик почувствовал, как язык Лучезарного осторожно проникает к нему в рот. Ледяной дух было напрягся, но не захотел возмущаться, ибо ощущения оказались чертовски приятными. У Джека даже голова закружилась от удовольствия. А Радиант, увлекшись, так нежно и страстно продолжал ласкать его губы, язык, небо, что мальчик почувствовал, как возбуждается. В панике он слегка оттолкнул от себя Солнечное божество, тем самым разрывая сводящий его с ума поцелуй. — Прости… Я знаю, ты просил не двигаться. Я не сдержался… Тебе не понравилось? — в глазах Радианта задрожало волнение. — Нет, скорее наоборот, — смутился Джек. — Нам лучше остановиться, Ради. — А мне бы хотелось, чтобы вы продолжили, — раздался коварный голос Кромешника. — Питч! — взмолился Ледяной дух. — Джек, вы оба столь прекрасны, что смотреть на вас одно сплошное удовольствие, — томно произнес Кромешник, развалившийся на диванчике по соседству. — Прошу, не лишай меня этого. Потом я уверен, тебе тоже понравится и не беспокойся, я не накажу тебя за это. Наоборот, мне хочется, чтобы тебе было приятно. И к тому же этим небольшим представлением ты доставишь мне большое удовольствие. — Питч, ну я так не могу. — Я совсем тебе не нравлюсь? — осторожно спросил Лучезарный, заметно погрустнев. — Не-е-ет! Что ты! — испуганно воскликнул Джек. — Просто все это так странно. — Дже-е-ек… — протянул Питч, сверкая желтыми опьяненными глазами. — Расслабься, позволь Радианту сделать тебе приятно. Не разочаровывай меня, малыш. Не порть столь прекрасную игру. Поверь, все только выиграют, — он коварно улыбнулся. — Ну же, Джек, будь послушным мальчиком, потешь фантазию древнего духа, — Кромешник игриво поднял и опустил брови. — Джек, если ты действительно совсем этого не хочешь, я не буду настаивать, — понимающе вздохнул Радиант. Питч недовольно покосился на него. — Святошу из себя решил строить. Я теперь самый плохой, получается, — недовольно процедил сквозь зубы Кромешник. Джек хитро посмотрел на Темного духа. — Извращенец, — с ухмылкой произнес он. — Ну ты же меня знаешь, — невозмутимо с довольной улыбкой ответил ему Питч. Лучезарный, пользуясь отвлеченностью мальчика, не теряя времени, руками начал нежно ласкать его ключицы и шею, трепетно забираясь теплыми пальцами под покрытый инеем камзол и, немного придерживая его, сам, поддавшись вперед, поцеловал холодные губы. И Джеку совсем не захотелось сопротивляться. Так тепло, так приятно, так расслабляюще. Он даже не заметил, как Радиант осторожно надавив на грудь, аккуратно опрокинул его на диван. Ледяной дух ничего уже не замечал, он лишь чувствовал, как плывет в сладкой неге, опьяненный этим поцелуем. Тем временем Лучезарный почти полностью освободил его и себя от одежды. Он осторожно взял в руки одну из ног мальчика и нежно поцеловал прохладную коленку, ласково смотря на него. — Такой красивый… — тихо произнес Солнечный дух, трепетно скользя пальцами по внутреннему бедру и, склонившись, нежно целуя холодную шею. От этих, казалось бы, невесомых прикосновений, Джека буквально затрясло. Он сам не ожидал столь сильного возбуждения. Теплые руки, похожие на Кромешника, только более нежные, ласковые так умело скользили по его телу, доставляя неимоверное удовольствие. Мальчик уже не мог удерживать томные стоны. Радуясь столь чувственному отзыву со стороны Ледяного духа, Лучезарный приступил к более смелым действиям. Он сам налегая на него, дал почувствовать ему свое возбуждение. Слега зажатые между торсами их члены соприкоснулись и это легкое трение возбудило обоих неимоверно. Джек громко простонал, когда почувствовал теплые пальцы у себя внутри и, закусив нижнюю губу понял, что именно это он хотел сейчас больше всего. Испугавшись своего желания, он осторожно взглянул в сторону Кромешника. Но тот лишь, коварно улыбаясь, со страстью и жадностью следил за каждым их движением. Чувствуя, как мысли его растворяются в растущем желании, Ледяной дух закрыл глаза, наслаждаясь тем, как Радиант умело ласкает его внутри и в то же время нежно целует шею, плечи. Все это вместе было безумно приятно. Джек просто таял от этих ласковых и одновременно страстных касаний. Все его тело уже горело в желании все больших и больших прикосновений. Поэтому, когда пальцы Лучезарного покинули его анус, мальчик разочарованно простонал, с ужасом краснея от осознания, что хочет, чтобы тот не останавливался. — Позволь мне… — ласково прошептал Радиант. — Обещаю, больно не будет, — он страстно скользнул руками по холодным бедрам. — Ты же хочешь… Я прав? — Да, — судорожно выдохнул Ледяной дух, думая что сейчас взорвется от напряжения. Питч внимательно смотрел на то, как Лучезарный с любовью и так ласково глядит на Джека. В душе у Кромешника неприятно защемило от этого взгляда в сочетании с доброй улыбкой. Перед глазами снова всплыла горячая картина из ночи в отеле, где Радиант дарил и ему столь теплые чувства. Питч тут же ощутил сильную тоску в сочетании с ноющей болью. Как он захотел, чтобы Лучезарный и на него так посмотрел. Но нет, он трепетно целует Джека, что-то заботливо шепчет ему. Злоба огромная злоба разгоралась внутри Кромешника. — Все будет хорошо, — успокаивающе прошептал Лучезарный, поглаживая талию Ледяного духа. Он трепетно прильнул своими мягкими губами ко рту мальчика. И это действительно помогло Джеку успокоиться. Радиант, углубляя поцелуй, стал медленно входить в уже размякшее в его умелых руках тело. В то же время он старался языком максимально углубить и приумножить свою ласку, словно пытаясь проникнуть в мальчика одновременно везде. Джеку показалось, что он на седьмом небе от удовольствия. И он полностью расслабился, отдавая себя в руки Солнечного божества, наслаждаясь каждым новым движением его тела. Столь приятное тепло, столь точные касания. Радиант будто знал, где Ледяной дух захочет прикосновений в следующий момент и, предугадывая его желания, удовлетворял все его фантазии. Джек чувствовал, что просто плывет в райской неге. Так хорошо ему уже давно не было, хотя ТАК, наверно, и никогда, ибо с Кромешником удовольствие всегда приходило через боль, что, конечно, возбуждало… Но здесь страсть не несла в себе боли, это удивляло, завораживало. Ледяной дух, теряя самообладание, обеими руками вцепился в Радианта, стараясь прижать его к себе как можно крепче. Тот, не разрывая поцелуй, посмотрел на мальчика с такой благодарностью, с такой любовью, что у Джека сердце сжалось от этого нежного и одновременно страстного взгляда. Не выдерживая столь сильных эмоций, он громко закричал, чувствуя, что кончает. В этот момент в глазах Радианта вспыхнуло пламя и он, тихо зарычав, с еще большим желанием стал прижимать к себе бедра мальчика, стараясь двигаться в нем еще быстрее. Джеку показалось, что лучше просто не бывает. Но когда Ледяной дух уже был готов полностью отключился от реальности в преддверии нового оргазма, он услышал болезненный вой Радианта. Поцелуй был прерван. Мальчик в недоумении открыл глаза и увидел серые пальцы, проникшие в рот Лучезарного, и темную руку болезненно сжимающую золотистые локоны. — А-а-а-а! — прекрасное лицо Солнечного духа исказила гримаса боли. — Нет! Питч, что ты делаешь?! Радианту же больно! Перестань! — Успокойся, Джек, Ему потом будет приятно, ты же знаешь, — Питч довольно улыбнулся. Лучезарный, плотно стиснув зубы и зажмурившись, старался удержать предательски навернувшиеся слезы. Он с ужасом ощущал, как Темный дух безжалостно проникает в него. Кромешник же, схватив его за бедра, резко насадил на себя, окончательно входя до основания. — Ну вот, я и внутри твоего животика, — сладко прошептал Питч на ухо страдающего божества, одновременно поглаживая его в чуть ниже пупка. Кромешник даже не мог понять, почему ему сейчас так особенно хорошо. Но неописуемое наслаждение пронизало каждую клеточку его существа, наполняя негой и счастьем. Будто все это время его мучила ломка, и сейчас он испытывал столь желаемое облегчение. Можно было сравнить это с диким голодом и с первым укусом сочной пищи… — Кайф! — Питч блаженно закрыл глаза, крепко обнимая обнаженный живот. — А-а-а-а, — навзрыд простонал молодой Бог. — Чшшш, Ради, не плачь, большие мальчики же не плачут, — тихо на выдохе прошептал Кромешник, нежно касаясь губами ушка божества. — Видишь, я все же снова внутри тебя, несмотря на твой отказ. Чувствуешь меня? — Питч толкнулся немного вперед, ловя болезненное шипение. — Тихо, тихо. Успокойся. — Ты обещал только смотреть… — Прости, но когда ты близок к экстазу, то становишься еще соблазнительней. Смотреть на твою божественную и столь ритмично двигающуюся попку спокойно было невозможно. Не хочу, чтобы ты кончил без меня. Хочу чувствовать тебя в этот момент. Хочу, чтобы ты получил оргазм, ощущая меня внутри себя. Ммм, как же хорошо сейчас. Тихо, мой милый. Смирись. Ведь ты не посмеешь спалить меня, как вчера, правда? Джек может пострадать. Так что успокойся. Хочу, чтобы ты привыкал к этим ощущениям, — Питч обхватил его голову и успокаивающе погладил вспотевшие золотые пряди. — Негодяй, — прошипел Лучезарный, — так унизить меня перед Джеком. Ты о нем-то хоть подумал? — Конечно, у меня от него нет секретов, пусть тоже полюбуется на то, как ты прекрасен в такие моменты. Радиант, ты невероятен! Правда, Джек? — Кромешник языком прошелся по всей длине нежной шеи и довольно посмотрел на шокированное лицо Ледяного духа. — А-а-а-а! — простонал молодой Бог, ощущая, как в нем начинают ритмично двигаться. — Давай покажем Джеку, как это делают взрослые. — Ненавижу тебя! — болезненно взвыл Лучезарный, чувствуя, что не в силах удержать слезы. Обида и беспомощность в этой ситуации ужасали, и в то же время новая волна удовольствия стала накрывать его с головой. Кромешник же не обращая внимание ни на чье мнение, казалось, полностью абстрагировался от реальности и с эгоистичным наслаждением вбивался в столь манящее его тело. Слегка утолив мучивший его голод, он, чтобы заглушить громкие негодующие возгласы Джека, смачно впился в его рот поцелуем, крепко сжимая обоих духов в своих объятьях. «Ммм, холодно и горячо одновременно, — я в раю! Вкушать два желанных блюда…» — Питч жадно прошелся руками по холодной спине, углубляя поцелуй и не давая мальчику вырваться, достаточно болезненно вцепился в его ягодицу. — «Истинный кайф!» — Просто идеально! — провыл он, продолжая вдалбливаться в жаркое и уже податливое тело. Радианту оставалось лишь подчиниться задаваемому Кромешником ритму и, синхронизировавшись, наблюдать, как млеет Джек в его руках. Разорвав поцелуй с Ледяным духом, Питч переключился на Лучезарного, властно сминая его губы и рыча, он проник языком в задыхающийся от стонов рот. Темный дух с таким упоением, с таким счастьем и при этом страдающим лицом проникал в Радианта, так крепко прижимал его к себе. Джек с огромным удивлением наблюдал за этой картиной. Раскрасневшийся юный Бог выглядел необычайно томно, закусывая нижнюю губу, стараясь удерживать громкие стоны. Таким мальчик даже не ожидал его увидеть. Но это зрелище, на удивление, действительно возбуждало его еще больше. Кромешник, заметив с какими взглядами Ледяной дух их осматривает, обхватил руками его голову и снова жадно поцеловал. Столь горячего и страстного поцелуя Джек уже давно не получал от него. Видно было, что Питч действительно перевозбужден, и это гипнотизировало, опьяняло, подчиняло. В сочетании с ритмичными проникновениями Радианта это просто сводило с ума. Мальчик ощутил, что выдержать такое сильное удовольствие он уже не в состоянии. Но похоже, он был не одинок в своих томных мучениях. — А-а-а-а! — закричал Радиант. — Я больше не могу, — тяжело дыша, с мольбой в голосе протянул он. Питч разорвал поцелуй с Джеком и, удерживая бедра мальчика, на Лучезарном еще с большим рвением начал проникать в стонущего юношу. — Потерпи еще чуть-чуть, Ради. Ты же Бог, ты все можешь. А-а-а-а! Как хорошо… Джек, подсознательно желая продолжения поцелуя, потянулся губами к Питчу, но Рад перехватил их своими, прижимая Ледяного духа плотнее к себе. Кромешник в отместку впился в его шею, и залу огласил глубокий стон. — Джек! — воскликнул Ради, прижимая к себе мальчика и поглощая его рот своим языком. «Джек?» — Питч даже не ожидал, что это имя может вызвать в нем столько боли. «Почему Джек? Это же я сейчас в тебе». Он со всей силой прижал к себе Лучезарного, насаживая его на себя и проникая настолько глубоко, насколько он мог. Протяжный стон был ему наградой. Радиант, тяжело дыша, запрокинул голову, укладывая ее на плечо к Кромешнику. Тот тут же воспользовавшись этим, проник языком сквозь припухшие губы юноши и, наслаждаясь его ртом, больше уже не смог себя сдерживать, чувствуя что кончает. — Божественно… — не вынес Радиант, ощущая, как разливается в райском холоде внутри мальчика. Ледяной дух, ощущая столь приятное тепло, сладко взвыл, размякая в руках Лучезарного. Питч крепко обнял их обоих, с наслаждением ощущая их судороги экстаза. И вновь знакомое болезненное чувство пронзило его изнутри. Слишком хорошо и хочется больше. Но Радиант, тяжело дыша, отстранился. Он на руках уложил сонного Джека в мягкость дивана и, обнимая, нежно поцеловал его лоб, перебирая белые пряди. — Он такой красивый, Питч… — Лучезарный улыбнулся. А Кромешник с ужасом понял, что любуется в данный момент именно им. Его спадающими на бледное тело мальчика золотыми локонами, светящимися любовью глазами, нежной улыбкой. И чувствуя, что хочет быть ближе, он всем телом накинулся на Солнечного духа, подминая его под себя и, прихватив Джека, тоже крепко прижал к ним обоим. Радиант очень хотел возмутиться, но был слишком уставшим, чтобы сопротивляться, поэтому лишь послушно сдался в его объятья, чувствуя, что засыпает.

***

Кромешник так и не смог уснуть. Отойдя от сладкой полудремы, он довольно посмотрел на золотистые волосы. Вдохнув их аромат, Питч счастливо улыбнулся. Радиант пах воистину божественно. На сердце у Темного духа воцарилось спокойствие и умиротворение. Он начал медленно поцелуями спускаться по спине спящего божества, наслаждаясь нежной кожей, но вскоре его губы наткнулись на холодные белые пальцы Джека, обнимающего во сне Лучезарного, Питч с умилением поцеловал и их. С восторгом осознавая, что два самых желанных им создания сейчас мирно спят в его объятьях. Чувствуя, как эмоции буквально распирают его изнутри, стараясь вырваться наружу, он, не в силах сдерживать их, поднялся и довольно посмотрел на сладко спящих юношей. Чтобы не тревожить их сон, Темный дух решил пройтись и хоть как-то в движении выплеснуть накативший на него восторг. Заодно он хотел продумать момент, уже давно не дававший ему покоя. Питч не мог понять, что с ним происходит, когда он с Радиантом. Чувство, которое возникает, когда тот получает наивысшее удовольствие, не давало покоя Кромешнику, дурманило… Почему всегда так мало? Совсем как тогда в отеле. Так ошеломляюще и так быстро, всегда оставляя ощущение незавершенности процесса. Будто его подразнили, дав вкусить самого лучшего лакомства, и затем нагло отняли прямо изо рта, так и не дав насладиться в полной мере. Что это за ощущение, почему так хорошо? Питч медленно плыл в своих мыслях, скользя из коридора в коридор. Тишина и сумрак спящего замка способствовали его задумчивому состоянию. Но вдруг он словно очнулся и, как дикий зверь на охоте, стал осматриваться, чуя отголосок этого необычного ощущения. Казалось, источник «дурмана» был совсем рядом. Кромешник напрягся и, услышав звук приближающихся шагов, спрятался за одну из колонн. Вскоре в коридоре появилась процессия чинно идущих Лучиков. Они словно плыли по воздуху, следуя одна за другой и выглядели иначе, чем другие обитательницы дворца. Эти девушки были одеты в золотые мантии полностью закрывающие их тело. На них были золотые маски, переходящие в некое подобие корон. Их взгляды были спокойны и бесстрастны, а в руках они несли свет. Выглядело это воистину магически. Золотые тонкие лучи, словно струились над их пальцами и порой лишь слегка колыхались, как языки пламени, но при этом оставаясь светло-золотыми и не испуская никакого жара. Чистый свет, но при этом так сильно манящий Кромешника. Похоже, Радиант излучал такой же свет, но только более сильный. Не в силах оторваться, Темный дух наблюдал за девушками и затем, стараясь оставаться незамеченным, последовал за ними. Вскоре перед ними предстала лестница, идущая вниз, и чем дальше они спускались по ней, тем сильнее становилось дурманящее чувство. В конце их пути открылась гигантских размеров круглая зала, стены которой были исписаны красивыми светящимися символами, и Питч в шоке замер, поражаясь тому, что он увидел. В воздухе парила огромная светящаяся сфера, вокруг нее, как кольцо Сатурна, находился прозрачный подиум на который и шли девушки, окружая этот гигантский объект. Сев на колени, они протянули к нему руки и начали петь. Сфера, медленно вращаясь, стала всасывать в себя принесенный ей свет. Кромешник, как завороженный, смотрел на этот ритуал. И то ли от этого прекрасного пения, то ли от мягкого, пленяющего света, но что-то содрогнулось в душе Темного духа. Он почувствовал, как на его глазах наворачиваются слезы. Что-то очень мощное росло внутри его сердца. Похожее чувство он испытывал, когда осознал, что любит Джека. Но сейчас это было что-то еще большее и в этом не было боли, не было страсти… Лишь необычная благость. Питч такого еще никогда не испытывал. Любовь… Чистая, светлая, очищающая… — Так вот кто ты, Радиант… Свет, дающий жизнь. Вот откуда это опьяняющее тепло. Любовь, что ты подарил в самом начале, возвращается тебе сполна. Любовь. Вот, почему с тобой так хорошо. Сладкий наркотик мечтаний миллионов людишек, источник жизни этого мира. Какое странное чувство, так хорошо… А я всего лишь тень, — прошептал он. — И как же сильно я хочу быть с тобой. Воистину божественная сила. И получается, что ключ к этому могуществу, это ты сам. Ты сам отворяешь двери в этот рай, — на этих мыслях Кромешник покинул хранилище света. Он чувствовал себя совсем иным, окрыленным, полным сил и приятного тепла внутри. И все, чего он сейчас хотел, это увидеть Радианта, обнять его и навсегда оставить в своих объятьях.

***

Радиант проснулся от того, что почувствовал, как его осторожно трогают. Он медленно разомкнул веки и столкнулся с голубыми, внимательно смотрящими на него глазами Джека. Тот перебирал его волосы и, едва касаясь, скользил по его плечам, слегка щекоча своими холодными пальцами. Увидев, что Лучезарный проснулся, он чувствуя неловкость, немного отвел глаза. — Извини, я не хотел тебя будить. Ты так мило спал. Радиант удивленно посмотрел на него, не веря в то, что это все не сон. Джек уткнулся носом в его грудь и, холодя кожу своим дыханием, заставил Лучезарного буквально взвыть от удовольствия. Поймав этот момент, Ледяной дух продолжил блуждать дыханием по торсу и плечам юноши, периодически целуя теплую кожу. — Джек, если ты сейчас не остановишься, это чревато последствиями… — тяжело дыша, выдавил из себя молодой Бог. — Тебе нравится? — довольно улыбнулся мальчик. — Очень, — признался Радиант, чувствуя, что уже горит от возбуждения. — Но я не хочу останавливаться. Ради, я хочу сделать тебе приятно. Лучезарный в шоке распахнул глаза. Такого он не ожидал услышать даже в самых смелых своих фантазиях. — Ради, мне неловко. Но я бы очень хотел попросить тебя кое о чем. — Конечно, Джек, все, что скажешь! — Радиант с участием посмотрел на мальчика. Ледяной дух залился краской. — Понимаешь, я еще никогда не был активом, с Питчем у меня просто не было этого шанса. А мне бы так хотелось попробовать, ну хоть один разок. — Не вопрос! — весело улыбнулся Лучезарный. — Сейчас позову своих Лучиков, выбирай любую на свой вкус. Поверь, для каждой это было бы великое счастье. — Нет. Ты меня не так понял, — Джек смутился еще сильнее. — Понимаешь, я бы хотел это сделать с тем, кто мне по-настоящему нравится. Я хотел бы это попробовать с тобой. Только не подумай ничего лишнего. То, как ты… — мальчик замялся. — Я хотел сказать, мне было очень хорошо с тобой. Радиант покраснел. — Джек, но я… Не пойми меня неправильно, но… — Просто, когда я увидел, как Питч это делает с тобой, то осознал, что тоже очень хочу тебя, а ведь я даже не представлял, что ты можешь быть в этой роли. Лучезарный рот рукой прикрыл от шока. — Прости! Я не хотел тебя обидеть. Я не настаиваю, — мальчик опустил глаза. Радиант тяжело вздохнул и затем, весело улыбнувшись, немного смеясь, произнес: — Ну вот кто бы мог подумать! В тихом омуте, как говорится… Джек исподлобья игриво посмотрел на него и нагло улыбнулся. — Значит «да»? — Ну скрывать не стану, мне даже немного любопытно. Ледяной дух азартно сверкнул глазами и накинулся на Лучезарного, переворачивая его на спину и подминая под себя. — Что ж, — он победно просиял и, наклонившись, коснулся губами губ Радианта, стараясь одновременно слегка раздвинуть его ноги. Лучезарный послушно впустил его язык в свой рот, но уже спустя пару секунд перехватил инициативу. Томно постанывая, он уже сам глубоко целовал Джека, крепко обнимая его за талию. Мальчик почувствовал, как теплая рука начинает приятно ласкать его член. Ледяной дух от удовольствия прикрыл глаза, но вдруг, словно очнувшись, прервал поцелуй и отстранился. — Что-то не так? — взволнованно спросил уже возбужденный Бог. — Просто ты очень активен, я не хочу, чтобы ты помогал мне, иначе я долго не выдержу. А я хочу все сделать именно сам. Джек, нежно целуя его плечи, осторожно перевернул Радианта на бок, и Лучезарный округлил глаза ощущая холодные пальцы, скользнувшие между его ягодиц. — Не волнуйся, я буду осторожен. Радиант сглотнул, чувствуя легкую комичность ситуации в сочетании с волнением и, стиснув губы замер, ощущая, как Ледяной дух, закончив легкую подготовку, начинает медленно входить в него. — А-а-а-а, как хорошо! — несдержанно простонал Джек, зайдя чуть поглубже. Он покрепче прижался к Радианту и тяжело задышал, замерев у него внутри. Затем, обхватив покрепче, начал двигаться, с радостью поймав глухой стон божества. Это вселило в него уверенность, и в следующий момент, он, немного злобно стиснув зубы, двинулся резче, с любопытством и удовольствием следя за ответной реакцией, но увидев, как Лучезарный страдающе закусывает губы, стараясь терпеть явную боль, через некоторое время остановился. — Прости, я делаю тебе больно… — Если тебе этого хочется, я потерплю. Я все равно рад быть с тобой. Джек почувствовал, как сердце у него болезненно сжалось. — Прости меня, Ради! — он обнял Солнечного духа, меняя угол своих движений. — Ммм, как приятно, — улыбнулся Лучезарный. И правда, холод, проникающий в него, становился чертовски приятным. Радиант удивлялся своим новым ощущениям. — Ради, мне сейчас так хорошо. Кажется, я долго не выдержу, — прошипел сквозь зажатые зубы Джек, чувствуя огромнейший кайф. Так горячо, так потрясающе. «Как Питч вообще может сдерживаться?» Ледяной дух почувствовал, что готов сейчас же признаться Радианту в любви, ибо было невозможно не любить столь совершенное существо, дарящее божественное удовольствие. Мальчик, крепко обнимая его, старался прижаться, как можно сильнее. Радиант так приятно стонал в его руках и Джек отчетливо ощущал его учащенно бьющееся сердце. Это зачаровывало. «Так вот что, оказывается, чувствует Питч. Так что же он так не бережен, ведь любовник так уязвим в этот момент.» Продолжая с упоением двигаться, Джек вскоре заметил, как бледнеет кожа молодого Бога, как светлеют его волосы, приобретая легкий розовый оттенок, как с каждым стоном он все больше и больше расслабляется, отдавая себя в его полное распоряжение. Тепло Лучезарного дурманило, кружа голову, Ледяной дух наслаждался каждой секундой этих новых для себя ощущений. «Такой нежный, теплый», — Джеку было безумно приятно прижимать его к себе, проникая все чаще и чаще. Мальчик уже не мог сдерживаться. Хотелось излиться, слившись с ним, и хоть на мгновение заполучить все это тело только себе. Схватившись обеими руками за бедра юноши, он ускорил свои движения и со счастливым криком, входя поглубже, замер, ощущая абсолютное блаженство. — Радиант! — опьянено прошептал Джек, упираясь носом в почти белые волосы и поцелуями скользя по ним, настиг ухо своего любовника. — Это так приятно… Спасибо тебе! Ты действительно невероятен… Лучезарный, еле дыша, нежно улыбнулся. Двигаться ему явно было сложно. Он влюбленно, при этом с какой-то странной болью посмотрел на Джека. — Ты такой красивый, — прошептал мальчик, крепко прижимаясь к нему. Радиант медленно закрыл глаза, ощущая что отключается. Сил у него совсем не осталось. Ледяной дух же напротив впервые чувствовал себя столь всесильным и счастливым. Пожалуй, это состояние отдаленно напоминало ему тот момент, когда он поднялся над озером в ночь своего рождения и осознавал, что может летать и морозить все подряд. Да, восторг и впрямь был похожим. Джек еще крепче прижал к себе Лучезарного, с мыслю, что никогда не хочет его отпускать. Он уткнулся губами в его шею, и, наслаждаясь нежным теплом, уснул, ощущая абсолютное счастье.