Дорогами вечности. Сохрани меня

Я буду думать о тебе - Запретный плод во сто крат слаще. Я буду думать о тебе Под стук дождя как можно чаще. Я буду думать о тебе... Куда ты путь свой устремляешь? Кому и сколько обещаешь счастливых дней наедине Я буду думать о тебе... Но, милый, если о тебе Я даже думать перестану, То кровоточащую рану Ты всё равно оставишь мне. Я буду думать о тебе... (с)

Этим вечером в городе нашли три трупа. Дома Елена отрешённо слушала разглагольствования Аларика в компании Джереми, Керолайн и Стефана по поводу того, кто из Древних мог припожаловать в Мистик Фоллз и закусить этими несчастными. Она знала, что скажи она Рику, что это был Деймон, он бы не поверил. И никто не поверил бы, потому что старший Сальваторе вот уже многие недели пил только донорскую кровь. Но, тем не менее, это был он. Она знала это, ощущала. Она сама пробудила в нём только успокоившегося зверя. Теперь она будет нести и этот крест. Что дал ей отказ от Деймона? Ничего, кроме относительно благополучных отношений со Стефаном, которые радовали её всё меньше с каждым мгновением. Возможно, дело было в ней, потому что именно вчера она была искренна с Деймоном, а сегодня бессовестно соврала. Возможно, дело было в Стефане, который за время своего пребывания в гробнице сильно изменился, причём она не могла толком понять, в чём именно. Только теперь она осознала, какую чудовищную ошибку совершила. Как изменила их судьбы, испугавшись собственной совести. Но больнее было не от этого. Она чётко сознавала, что всё можно было бы легко исправить, если бы только Деймон простил её. Но она знала, что он не простит. Слишком гордый, чтобы забыть и вновь подпустить её близко к себе. Для этого понадобится чудо. Вечность, быть может. Которой у неё нет. - Елена? Всё хорошо? – Рядом с собой девушка заметила Стефана, обеспокоенно заглядывающего ей в глаза. Обведя комнату взглядом, Елена удивлённо отметила, что кроме них со Стефаном никого не было, а значит, она слишком долго размышляла о своей ошибке. Неожиданно волной взметнулось огромное желание рассказать Стефану обо всём, покаяться, сказать, что она не достойна и малой толики его любви. Она едва пересилила себя, подумав о том, что ей стоило бы позаботиться о чувствах хоть одного брата, а не разбивать сердце ещё и ему. К тому же, где-то в глубине души неприятно жгла мысль о том, что спустя малое время Стефан найдёт утешение в объятиях Кетрин. - Да, Стефан, всё нормально… Я просто…просто задумалась о том, кто из Древних появился в городе, - на одном дыхании выпалила она, надеясь, что парень не заметит, что она соврала. Слишком много лжи для одного дня, слишком много. – Как думаешь, Клаус появится скоро??? - Думаю, пока тебе не о чем беспокоиться, - улыбнулся Стефан, перебирая её волосы. – Он не появится, пока не будет всё готово к его ритуалу. - А что нужно? – От сердца немного отлегло. У неё есть ещё чуть-чуть времени, чтобы попытаться всё исправить. Кто знает, когда Древнейший решить прекратить эту отсрочку? Когда превратит этот маленький городок в ад? - Ты и все твои предки или потомки по женской линии, - увидев удивлённое выражение на лице Елены, Стефан продолжил. – Это одна из мелочей, делающих жертвоприношение небесполезным. Иначе новый двойник, который может родиться у Изабель, Кетрин или Вероники с такой же лёгкостью сможет наложить проклятье. Мир перевернулся, отвечая на слова Сальваторе. Этого не могло быть. - Стефан, они – вампиры!!! Ты что, смеёшься надо мной?! Какие дети?! – Девушка сорвалась с места, сбрасывая руку парня. Запоздало отметила про себя, что в последнее время она стала слишком нервозной. Но, наверное, это было нормально теперь. – И вообще, каким образом Вероника относится к роду Петровых, если она ваша кузина??? - Это долгая история, Елена, но это факт, - у него не было ни малейшего желания вдаваться в подробности, вновь переживая недавний разговор с сестрой, в котором она рассказала ему всё. – И вампиры могут иметь детей, как оказалось. Но суть не в этом. Кетрин в гробнице, границу которой не переступит ни один вампир, потому что обратно не выберется даже Древний. - Стефан, так это правда??? – её удивлению не было предела. Девушка была совсем не готова к таким новостям, хоть ничего особо страшного в словах Стефана не было. - Елена, да. Что с тобой сегодня? – Засмеялся парень, обнимая её за талию. – Ты какая-то рассеянная, - казалось, взгляд его глаз проникает ей в самую душу, читая все её секреты. Опасаясь этого странного чувства, Елена отвела взгляд, рассеянно уставившись в окно, за которым чернела ночь. - Я просто слишком устала, Стефан, - она прижалась лбом к его плечу, представляя на его месте совсем другого брата. - Ты должна… - Я никому ничего не должна! – Раздражённо перебила её собеседница. - Послушай, она ведь не чужой для тебя человек. Ты должна с ней встретиться. Тем более, сейчас… - А что сейчас? – Телефонная линия сильно искажала голос, но даже сейчас чувствовалось напряжение. - Сейчас, когда её мир идёт под откос, - она улыбнулась, зная, что человек на том конце линии почувствует её улыбку. - Боже, неужели ты проповедуешь?! Я просто не узнаю тебя, - женщина усмехнулась, поражаясь такой перемене. - Ещё чего?! Я просто советую тебе…Тем более, тебе ведь есть, что ей рассказать… - Многое вовсе не для её ушей, и ты это прекрасно знаешь. Позволь мне разобраться со своими проблемами самой. У меня на это предостаточно времени. - У тебя – да. У неё – всего лишь на вечность меньше.

***

Увидев смс от незнакомого номера, Елена сонно протёрла глаза, мечтая вернуться в тёплую постель и вновь забыться спасительным сном. Но едва девушка прочитала текст сообщения, сон мигом слетел с неё. Не веря самой себе, она пробежала послание взглядом ещё раз, но буквы стояли всё на тех же местах, слагаясь в абсолютно невероятные слова: «Елена, нам нужно встретиться. Приезжай в Дьюк, в мою старую квартиру. Адрес спроси у Рика, но не говори, зачем. Жду тебя к полудню. Изабель». Ей всё же пришлось признаться Аларику во всём, но она добилась, чтобы он поклялся, что ни словом не обмолвится об этом никому из семейства Сальваторе. Совершенно противоречивые чувства испытывала девушка, находясь в пути. С одной стороны, Изабель была вампиром, от которого она, к тому же, не видела ничего хорошего в их короткие и очень редкие встречи. И ей, пожалуй, стоило опасаться вампирши, потому что она не могла даже предположить, что нужно было Флемминг от неё. С другой же…Изабель была её матерью, нравилось ей это или нет. И, порою, она даже мечтала о подобной встрече, когда они будут говорить, говорить, говорить… Она хотела узнать всё об Изабель, как она сошлась с Джоном Гилбертом, почему отдала её в чужой дом, и чем её так не устраивала человеческая жизнь. Хотя теперь она понимала, что в эту встречу не узнает и половины из того, что хотела бы… Переведя дух, она с силой надавила на кнопку звонка. С минуту за дверью не было слышно ни звука, но в последний момент, когда Гилберт уже развернулась, чтобы уйти, дверь распахнулась. - Я рада, что ты приехала, - черноволосая женщина улыбнулась ей, выходя на порог и выглядывая в коридор. – И весьма признательна, что одна. Ну, входи, чего ты стоишь? Тебе ведь пока не нужно приглашение. Елена молча вошла в квартиру, осматриваясь. Мебель была накрыта белой тканью, защищающей её от пыли, а вся обстановка выглядела нежилой. Было ясно, что Изабель не жила здесь, но избрала это место для встречи с Еленой. - Как ты попала сюда? Тебя ведь никто не приглашал, - усмехнулась она, ловя на себе удивлённый взгляд матери. - Рик сдаёт эту квартиру, поэтому мне не стоило никакого труда войти сюда. Ещё вопросы? - Немного. Зачем ты вообще позвала меня сюда? – Спросила девушка, присаживаясь на край диванной спинки. - Поговорить. Мы с тобой виделись всё как-то мельком, вот и поговорить даже не успели нормально… Как поживаешь? – Женщина устроилась напротив неё на стуле, приняв слегка напряжённую позу. - Не думаю, что это было основной целью… Ты знаешь что-то о Клаусе??? - Боже мой, вы что, совсем там спятили? – рассмеялась брюнетка. – Да, я знаю что-то о нём. Я знаю о нём много. Даже слишком много. Но что с того? Я позвала тебя сюда вовсе не затем, чтобы открыть ещё какую-нибудь часть проклятия или дать тебе рецепт зелья, которое убьёт его. Вероника и так уже слишком много рассказала. - Просто Клаус – злоба дня, вот я и спрашиваю. А Ви рассказала совсем немного… Думаю, далеко не всё, что знает. - Я уверена в этом. Но всё равно, разговор у нас с тобой пойдёт о другом. Будешь кофе? – она поднялась и направилась к плите. Да, Гилберт значительно изменилась с момента их последней встречи. Всё-таки семья брата Джона воспитала её совсем не так, как Изабель хотела видеть свою дочь. Но теперь, наверное, было слишком поздно. Елена отрицательно мотнула головой, на что женщина, улыбнувшись, ответила: - как хочешь. А я люблю кофе. - Да, он притупляет чувство голода, - на автомате повторила девушка слова, когда-то слышанные от Деймона. Она могла бы быть её мамой… Но вместо этого Изабель стала для неё чем-то средним между врагом и просто чужим человеком. Аларик и братья Сальваторе ещё перед их первой встречей внушили ей, что Флемминг нужно опасаться, и поэтому мозг до сих пор удерживал её на расстоянии. От Деймона она знала, что Вероника дружила с Изабель, но и сама Сальваторе не могла похвастаться безупречным прошлым и непорочным настоящим. - И это тоже. Ты неплохо усвоила правила жизни вампиров. Но я просто люблю кофе… - На несколько минуть в комнате повисло молчание, нарушаемое только журчанием жидкости, перетекающей из одного сосуда в другой. - Итак, о чём ты хотела поговорить, если не о Клаусе? – Елена дождалась, пока женщина вернётся на своё место и удобно устроится там с чашкой ароматного напитка в руках. - О тебе и братьях Сальваторе. - Опять? – Она попыталась придать своему голосу безразличие, но это было слишком тяжёлой темой для неё. Изабель не могла знать о её чувствах к Деймону, о том, что произошло между ними. Но и того, что знала женщина, было достаточно для основательной лекции. – Тебе не кажется, что ты давным-давно потеряла право разговаривать со мной на такие темы? - Нет, - холодно ответила ей Изабель. – Должен же кто-то наставить тебя на путь истинный. - Может, ты дашь мне возможность разобраться во всём самой? – Флемминг лишь улыбнулась в ответ на эти слова: Елена слишком напомнила ей её саму. - Вряд ли. Ничего хорошего из этого всё равно не выйдет, я уверена. Держалась бы ты подальше от них, Елена… - А если я не хочу? Что могут сделать они мне, Изабель? – с вызовом взглянула она в тёмные глаза женщины. - Погубить тебя всего лишь. Хотя бы потому, что они вампиры, им принадлежит вечность, а ты - всего лишь человек. Тебя это не смущает??? - Нисколько. В конце концов, меня могут в любой момент обратить. Изабель с минуту пристально смотрела на дочь, размышляя над тем, что же на самом деле держало её подле братьев Сальваторе. Она неплохо знала Деймона, но не считала его подходящей парой для Елены. Стефана же – только по рассказам Вероники и старшего Сальваторе, но так же не хотела видеть его рядом с дочкой. К тому же, Флемминг прекрасно знала, что за любовь младшего брата Елене придётся основательно побороться с Катериной Петровой. И она сознавала, что Гилберт будет крайне трудно победить в этой войне. - Любовь человека и вампира трагична… - Голос Изабель зазвучал тише и глуше, находя внезапный отклик в душе Елены. О, да, она испытала это на собственной шкуре. – Но на семействе Сальваторе лежит, наверное, какое-то особое проклятие, - совсем невесело усмехнулась она. – Кетрин была умнее – она ушла… - …всего лишь за тем, чтобы вернуться, Изабель, - так же тихо ответила ей девушка. - И это вовсе не делает ей чести. Попытайся прислушаться ко мне, Елена, и найти здравый смысл в моих словах. Я всё-таки твоя мать, нравится тебе это или нет. - Мать… - Девушка поднялась, чтобы покинуть эту квартиру и Изабель в ней. Эта поездка того не стоила, а слова женщины ещё сильнее разбередили свежую рану Елены. В глубине души она осознавала, что Флемминг права, но понимала, что от Сальваторе ей уже никуда не деться. Теперь она была накрепко связана с ними. Как и Кетрин когда-то. – Почему ты бросила меня, Изабель? - Почему? – Женщина отвернулась от Елены, и в её голосе девушке послышалась горечь. – Мне было шестнадцать и я мечтала стать вампиром. Что мне, по-твоему, оставалось делать? Человеческая жизнь тяготила меня, и я не знаю, как прожила столько лет человеком после твоего рождения… Оставить тебя моим родителям и не видеть тебя, потому что бездушным монстрам не нужны дети? Или обратить, чтобы ты стала вампиром? Или изредка навещать тебя, зная, что рано или поздно мне придётся присутствовать на твоих похоронах??? Нет, дорогая, это слишком даже для вампира. Можешь спросить у любого – в твоём окружении их предостаточно – вечность – это не только молодость и свобода, но и страшная необходимость хоронить тех, кого когда-то любил. – Изабель перевела дыхание, и продолжила уже спокойнее. – Мне было легче столько лет не видеть тебя… Но когда ты оказалась в опасности, я всё равно не смогла остаться в стороне. Видишь, даже у вампиров есть маленькие слабости… - Ты любила моего отца? – Голос Елены сорвался, и она едва сдержалась, чтобы не заплакать. Эта исповедь Изабель тронула её, заставила почувствовать всё то, что чувствовала она. - Джона? Возможно… Скорее всего, да. Но это была всего лишь юношеская любовь, ничего не значащая, но от этого не менее всепоглощающая и болезненная. Я ни о чём не жалею… Пожалуй, кроме тебя и Рика… Она опомнилась только тогда, когда увидела перед собой особняк Сальваторе, и сильно удивилась, что свернула не в ту сторону. Но потом подумала, что это была не такая уж плохая идея – Стефан должен понять её и дать дельный совет. Но, едва войдя в дом, Елена пожалела о своём решении: Стефана дома не было – он никогда в жизни не стал бы слушать подобную музыку, а с Деймоном ей очень не хотелось сталкиваться сейчас. - О, мисс «я люблю только Стефана»! – Бархатный голос старшего Сальваторе, полный еле сдерживаемой ярости, перекрыл звук музыки, а в следующий момент она и вовсе замолчала. – Увы, но твой любимый сейчас на охоте, и я не знаю, как долго пробудет там – белку в здешних местах поймать гораздо сложнее, чем человека. – Он показался в дверном проёме, ухмыляясь, сунув руки в карманы безупречных брюк. – Ты так и будешь стоять в дверях, Елена? Девушка уже почти развернулась, чтобы уйти, но тяжёлый взгляд голубых глаз пригвоздил её к месту. А, может, это судьба дала ей ещё один шанс, чтобы исправить её ошибку? Елена сделала несколько шагов навстречу ему, когда нечаянный вдох наполнил её лёгкие терпким запахом его духов, смешанным с запахом дорогого виски. Ослепляя, затуманивая рассудок, ошеломляя. - Деймон, прости меня… Мне так много нужно тебе сказать, и… - Часто-часто заговорила она, словно боясь, что он остановит её… Исчезнет, сном растает в странно наэлектризованном воздухе. - Помолчи, Елена, - вампир быстро шагнул к Гилберт, поднося указательный палец к её губам, заставляя замолчать. Но не прикасаясь. А она только смотрела в его глаза цвета небесной синевы, ища в них то, что было там день назад, когда он признавался ей любви. Но это были совершенно не те глаза…Чужие, холодные, не отражающие ничего, кроме отборного сарказма. И только где-то в глубине, на дне чёрных, как ночь зрачков, тёмным омутом разлилась боль. Причиной которой была она. И от этого стало ещё нестерпимее. – Помолчи. Не нужно этого. Не убивай то немногое, что осталось, ладно? Просто не делай этого. Я принял твои правила, и отныне буду играть по ним. Так что же тебе ещё нужно? Не унижайся, теперь мы квиты… - Деймон! – Елена сделала шаг к нему, но Сальваторе проворно отступил на шаг назад. – Мне нужно сказать тебе это! А тебе – выслушать! Поверь, так будет лучше…Для нас обоих… И я… - Нет, Елена. Я не стану слушать тебя, даже если ты всадишь мне в сердце кол. – Деймон настороженно наблюдал за девушкой. Её любовь к Стефану всегда была спокойной, делая из Елены рассудительную и осмотрительную женщину. Но не такую, какой она была сейчас: нервная, смешная в своей настойчивости, показывающая свои коготки при каждом неосторожном взгляде на неё. – Давай оставим всё, как есть. Ты любишь Стефана, я… А я, - натужно произнёс он, - я не люблю никого. – Господи, как же он любил её! Как хотел сжать её в своих объятиях, и не отпускать никогда, не отдавать никому. Поспорить со всем миром за право обладать ею…и победить. Но вместо этого ему оставалось только удерживать её на расстоянии, потому что ещё один её обман разобьёт его навсегда. - Хорошо, - неожиданно даже для себя согласилась Елена, опустив голову. Если он хочет забыт всё, она поможет ему. Ни словом, ни взглядом не даст понять, что их связывает что-то большее, чем дружба. – Передай Стефану, что я заходила.