Дорогами вечности. Сохрани меня

Предают только свои. Французское изречение

Он знал о ней всё, что только смог рассказать ему Элайджа: где родилась, когда и кем была обращена, как жила после этого. Вот только того, что творилось в её голове, он понять так и не смог. Он, который думал, что достаточно пожил на свете, чтобы читать людей, словно открытые книги. - Нед, - девушка спрыгнула с бардюра, глядя прямо в его глаза. Вампир вздрогнул: за несколько редких встреч он не сумел привыкнуть к пронзительному взгляду её глаз. – Так почему ты спас меня тогда? – Она в который раз задаёт этот вопрос, но он почему-то всё время уводит разговор в другую сторону. - Элайджа поручил мне найти тебя, вот я и нашёл, - он улыбнулся, подходя ближе к девушке. Она, в свою очередь, отошла на шаг от него, лукаво глядя на парня из-под веера длинных ресниц. – Как ты умудрилась вляпаться в ту историю? Никогда я ещё не видел, чтобы вампир выходил один против стольких оборотней. - Так вышло, - рассмеялась Вероника. Теперь вспоминать об этом было легко и даже немного весело. Наверное, всё дело было в том, что она была до сих пор жива. Но Сальваторе взяла себе на заметку как-нибудь научить Тайлера Локвуда хорошим манерам. – Глупо, и я вовсе не собиралась ввязываться с ними в драку. Так вышло, - повторила она. – А зачем Элайджа отправил тебя ко мне? И почему не пришёл сам? - У него были дела, - ему нравилось наблюдать за ней: такая милая, почти ребёнок в сравнении с ним. И вовсе не хотелось думать, что в любую секунду она из ребёнка могла превратиться в чудовище. Вампир вмиг оказался перед ней, останавливая: - он хотел, чтобы я передал тебе, чтобы ты не ввязывалась в эту историю с Клаусом. Это слишком опасно, понимаешь? - И что? В моей жизни было много опасности. - Это только цветочки по сравнению с тем, что будет, Вероника. Такое под силу пережить далеко не каждому. - Не хочу говорить об этом, - упрямо мотнула она головой, обходя своего спутника. – Я уже всё решила для себя. Да и вообще, не всё ли тебе равно, умру я или нет? - Нет, не всё равно, - Нед пошёл рядом с ней, почти касаясь своими пальцами её руки. - Почему это? Ты ведь совсем не знаешь меня, - девушка скосила глаза на руку парня и осторожно отдёрнула свою ладошку. Купиться на эти участливые речи и неясные жесты? Нет. Нет, она больше не верит в чувства. Не верит. Не. Верит. И не поверит. Никогда. Никогда. Не. Поверит. И ещё, и ещё, гоняя эту мысль по кругу, переставляя слова в этом предложении. Так, чтобы получилось убедительнее. Так, чтобы задавить в себе всё то, что ещё могло чувствовать. - Да. Но… - А что он мог ей сказать? Что проникся к ней непонятной симпатией? Что у него появилось странное желание защитить её? Когда-то он слышал от Кетрин, что этот город по-другому действовал на вампиров. Словно проклинал, заставляя вновь чувствовать. Он не поверил, посмеявшись. А зря. – Мне было бы жаль, если бы ты умерла. - А, ну… Керолайн?! – Сальваторе оборвала фразу на полуслове, заметив одинокую фигурку на скамейке. Бесшумно преодолев расстояние между ними, легко опустилась рядом с белокурой девушкой. - Привет, Ви, - Форбс подняла свои глаза на вампиршу. Поймала взглядом парня, подошедшего к ним. Обворожительно улыбнулась в ответ на его кивок. - Кер, - Вероника подозрительно скользнула взглядом по блондинке и Неду, - это Нед. Нед, это Керолайн, - теперь девушка с чувством выполненного долга обернулась к вампирше. – Кер, что случилось? – Блондинка выглядела очень грустной, в её взгляде не плясали такие привычные озорные огоньки. И это было так необычно, что навевало тоску на Веронику. Она было твёрдо убеждена, что если люди, подобные Керолайн Форбс, начинают грустить, всё стало слишком плохо. - Понимаешь, Вероника… - Ей было необходимо поделиться с кем-то. Просто чтобы не сойти с ума, не сломаться под тяжестью невесёлых мыслей. Елена со Стефаном решили устроить себе выходной ото всех, и, как следствие, были недоступны. Бонни сослалась на какие-то проблемы со здоровьем, вызванные слишком частыми магическими ритуалами. Керолайн знала, что Беннет тяжело даётся колдовство, но понимала, что это был лишь повод не встречаться с ней – отношения между ними с момента обращения Форбс оставляли желать лучшего. Керолайн недоумённо взглянула на парня, всё ещё стоявшего рядом с ними, в ответ на что Сальваторе поднялась со своего места и что-то шепнула на ухо парню – тот растаял в воздухе, словно его и не было. – Понимаешь….

***

- Метт стал избегать меня… Это странно, особенно учитывая, что я внушила ему забыть всё, - Керолайн недоумённо пожала плечами. – В его памяти я должна остаться просто человеком. Если, конечно, он всё ещё чувствует что-то ко мне, а не избегает потому, что не хочет продолжать наши отношения. - Да… И если только он действительно забыл всё, Кер! – В голове всплыли такие знакомые голубые глаза и события полуторавековой давности. Он тоже испугался. - Я внушила… И Метт никогда не принимал вербены, - слабое утешение. В душу Форбс начало закрадываться сомнение. Но, если он действительно принял вербену перед разговором с нею, он восхитительный актёр. – Нет, Ви, нет… Он не мог так поступить. Он никогда не знал ничего ни о вампирах, ни о вербене. Если, конечно, кто-то ему не рассказал. Но кто? Сальваторе только молча пожала плечами, машинально окидывая взглядом дом Керолайн. Что-то было не так. Голоса… Вероника осторожно прислушалась к звукам в доме и через секунду шикнула на Керолайн, продолжавшую говорить, останавливая её. - Прислушайся, Кер… Боюсь, это не понравится тебе. Белокурая вампирша напрягла слух, всё больше мрачнея. Мама и…Метт? Чуткий слух вампира уловил присутствие ещё нескольких людей. «Шериф, это и есть засада?» - недоверчивый голос Донована. Господи, как он мог предать её? Заложить собственной матери! «Да, Метт. Мы должны убить её» - голос Лиз полон сожаления, но Керолайн знала, что шериф не остановится ни перед чем, чтобы убить вампира. Мама, мама…за что же она так с нею? «Она опасна, Метт. Она больше не человек. Она мертва, Метт. Мы должны избавиться от неё» - голос убедительней с каждым словом. Но кого она старалась убедить? Метта? Или, может, себя? Каждое слово выжигало пустоту в Керолайн, делая из неё ту, кого только что описала её мать. Неживую. Опасную. Кровожадную. - Это Метт, Ви. Он предал меня, - глухим безжизненным голосом сообщила она брюнетке. На автомате отметила, что Вероника так же внимательно вслушивается в разговор. – Что мне делать? - Что? Пойдём-ка, Керолайн, - усмехнулась Сальваторе. И этой ухмылки едва ли можно было не испугаться. – Пускай они попробуют убить нас обеих. - Ты что, Вероника? Зачем тебе это? - Знаешь… Просто меня тоже когда-то вот так же чуть не предали. Тогда меня спас Стефан. А кто спасёт тебя?

***

- Мааам, - Керолайн осторожно выглянула из-за двери, крепко сжимая руку Вероники в своей. – Метт? – Блондинка изобразила удивление, увидев Донована в своей гостиной рядом с матерью. - Керолайн, - Лиз поднялась со своего места и направилась к дочери. Мгновение поколебавшись, что не укрылось ни от одной из вампирш, женщина прижала дочку к груди. - Мам, это Вероника Сальваторе, знакомься, - вампирша пропустила брюнетку вперёд. Шериф скользнула взглядом по тоненькой фигурке девушки. – Она сестра Деймона Сальваторе, ну, ты его знаешь, - Керолайн щебетала легко и беспечно, словно бы ничего не знала. Это новое обстоятельство заставило Лиз пристальнее приглядеться к новой подруге дочери. – Она недавно переехала, и теперь учится со мной в одном классе. – Неприкрытая ложь. Но что за беда, если каждая из них знает правду? Просто, чтобы создалась видимость нормальной человеческой семьи. В последний раз. - Керолайн много рассказывала о вас, Лиз, - Вероника легко пожала протянутую руку. – Она много рассказывала о том, как легко вы расправляетесь, - тут она понизила голос до зловещего полушёпота, - с вампирами. – Керолайн метнула на свою союзницу удивлённый взгляд – это был вызов. Вызов, который было бы лучше не принимать. - Держите их! – Женщина отшатнулась от девушки, отталкивая опешившего Метта, одновременно выхватывая откуда-то деревянный кол. Керолайн и Вероника испуганно оглянулись, будто бы раньше не видели двоих вооружённых мужчин. Оглянулись – и исчезли со своих мест, и кол, посланный Лиз, одиноко упал на то место, где только что стояла Сальваторе. Казалось, время невозможно замедлило свой ход. Мелькающие по гостиной тени, четверо испуганных людей, беспорядочно падающие в пустоту колья, короткие распоряжения шерифа… Метт немного отошёл от первого шока и послал кол в Керолайн. Без всякого сожаления – для него она умерла. Да и кто вообще мог любить такого бездушного монстра? Отточенная деревяшка звонко упала на деревянный пол, где только что была Форбс. - Эй, шериф! – Вероника похлопала по плечу женщины, и тут же оказалась в другом конце комнаты, ловко увернувшись от деревянной пули. Отбила рукой кол. Так просто. Отточенные за годы движения, шаг, шаг, удар – и в другое место, запутывая противника. – Ваши предки в этом деле были куда проворнее, - глаза женщины округлились, но это не помешало ей выпустить ещё одну пулю, пронзившую пустоту. Она была даже рада появлению этой вампирши – это не давало ей заняться собственной дочерью, что было больнее всего. Краем глаза она заметила, как обмяк и рухнул на пол один из её помощников, как под натиском нечеловеческой силы потерял равновесие и напоролся на кол Донована второй. Теперь она осталась совсем одна – Метта можно было не брать в расчёт – от перепуганного парня было мало проку. Поискав глазами брюнетку и не найдя её, женщина развернулась к Керолайн. Блондинка смотрела на неё, не отводя взгляда, и в этом пронзительном взгляде было что-то нечеловеческое…но сквозь это смотрела на неё её девочка, её маленькая Керолайн. Переведя дыхание, миссис Форбс нажала на курок…вот и всё… Но вампирша стремительно сорвалась с места, и деревянная пуля глухо стукнула о стену. Вместо этого Керолайн оказалась за спиной матери и тяжело ударила её по затылку. Не насмерть, просто чтобы оглушить. - Прости, мама, - прошептала девушка, аккуратно оттаскивая женщину подальше от места драки. Теперь оставался Метт. Тот, кого она любила, тот, кто предал её. Она шагнула к нему, а он, закричав что-то нечленораздельное, со всей силы метнул в девушку кол. Но перед блондинкой словно из-под земли выросла Вероника. Кол вонзился ей в руку, и девушка, охнув от неожиданной боли, присела. В глазах уже отчаявшегося парня заблестела радость. Заметив это, Сальваторе с удвоенной силой рванула деревяшку из тела – подумаешь, впервой, что ли? И, страшно улыбнувшись, обнажив клыки, шагнула к Метту. – Постой, Ви, - Керолайн удержала её. – Это моя месть. Я сама убью его. - Постой, Кер, у меня есть кое-что получше для него, - с этими словами она сбросила руку блондинки и вновь направилась к Метту. – Ты желал ей смерти? – Она вплотную подошла к нему. – Так ты сам встретишься с нею. Ты поймёшь, каково это – быть мёртвым. Замысел Вероники дошёл до Форбс только тогда, когда та, выпустив клыки, впилась ими в собственное запястье. Мгновение – и Метт глотал вампирскую кровь, мыча что-то в знак протеста. Ещё мгновение – и Донован рухнул с неестественно вывернутой шеей. На несколько минут в комнате повисло молчание. - Вероника, как ты так легко отбивала все эти пули и колья? - Я зверь травленный, Кер, - Сальваторе тяжело опустилась в кресло, потирая место, где совсем недавно была рана. – Мне доводилось бывать во многих передрягах, потому что далеко не везде, где я была фамилия «Сальваторе» вызывала приятные ассоциации. Тебе тоже стоит этому научиться. Кто знает, в какую историю вляпаешься ты? Прошло немало времени, прежде чем Метт Донован зашевелился, осторожно потягиваясь. Всё, что он помнил, перед тем, как наступила темнота – первобытный страх и смерть. Две смерти в облике прекрасных девушек. А после он почувствовал вкус крови на губах, и через мгновение острая боль насквозь пронзила его. Но он был жив, и это немало удивляло его. - А, проснулся, - Вероника наклонилась над сжавшимся парнем. – Добро пожаловать в…ммм… вечность, - девушка бросила ему пакет с кровью, который он тут же с жадностью выпил, сам испугавшись себя. Она отошла от него и больше не обращала внимания. Метт попробовал было улизнуть из этого дома, но едва солнечные лучи коснулись его, кожа начала гореть, причиняя невыносимую боль. - Ви, почему она не приходит в себя? – Керолайн обеспокоенно склонилась над матерью. - Похоже, ты слишком сильно ударила её. Дай ей своей крови. И вот ещё…нам нужно, чтобы она забыла всё, что произошло здесь… - Я знаю, - отрезала блондинка, аккуратно вытирая кровь с лица Лиз. – Но в её крови столько вербены, что она не выведется и за неделю. - Я знаю, кто может помочь нам, - пальцы Вероники застучали по кнопкам мобильного, набирая теперь такой знакомый номер.

***

Девушка рассеянно выглянула в проём: теперь каждый неясный шорох и каждый неожиданный звук пугали её, заставляя сердце трепетать, как в смертельной агонии. Но этот посетитель был совсем не опасен. - Да у тебя прекрасные условия, как я погляжу, - мужчина улыбнулся, подходя ближе. – Как дела? - Не заговаривай мне зубы. Ты мне должен, Джон, и я жду, когда ты возвратишь свой долг, - Кетрин прислонилась к шершавому камню. Улыбка сползла с лица посетителя. - Понимаешь… Я стараюсь, но что-то у меня плохо получается. Я не авторитет для неё. - Вот уж плохо стараешься, значит. Я свою часть договора выполнила давно – указала местонахождение кинжала, рассказала, как убить Древнего. Но ты решил убить не того вампира, - Кетрин угрожающе ухмыльнулась. - Кетрин… - Ты должен был убить Клауса! – Вампирша знаком приказала мужчине молчать. – А с какой-то стати решил пойти против Элайджи, да ещё вовлёк в это Деймона! Мы так не договаривались, Джон. - Ты рассказала мне про проклятие, а я взялся отвратить Елену от Стефана, чтобы тебе было проще вновь завоевать его. О том, как я буду обращаться с кинжалом и против кого направлю его, речи не было. - Позволь напомнить тебе, что ты и сам желаешь уберечь свою доченьку от братьев Сальваторе. Так что это и в твоих интересах тоже. Джон, у тебя есть ещё месяц. Я не люблю, когда мне не возвращают долги, - с этими словами Кетрин зашагала вглубь гробницы. - Но, Кетрин… - Месяц, Джон. Месяц.