Teenage Dirtbag

POV Elena       Я закрыла шкафчик на замок, и мое сердце подпрыгнуло, когда я увидела Гарри, прислонившегося к шкафчику рядом со мной.       — Что? — спрашиваю я, выпуская раздраженный вздох.       — Что случилось, Маленькая Мисс Идеальность? — спрашивает он, и высокомерная ухмылка возвращается на его лицо.       Я закатываю глаза.       — Ты прекратишь меня так называть? — спрашиваю я и поправляю сумку на плече, когда иду по коридору.       Я слышу, как Гарри последовал за мной, поскольку его ботинки ударялись об пол, когда он шел.       — Неа, — говорит он, вытягивая звук «а». — Потому что этот проект должен быть закончен через несколько дней, а нам надо еще закончить маленькую речь.       — Да, и? — я останавливаюсь и поворачиваюсь на каблуках к нему лицом.       — Мой дом или твой? — спросил он, склонив голову набок, когда ухмыльнулся.       Я вдруг вспомнила, что сказал мой отец о Гарри, и прикусила нижнюю губу.       — Эм, давай твой дом, — сказала я.       Гарри пожимает плечами.       — Меня устраивает, — говорит он. — Ты работаешь сегодня?       Я качаю головой.       — Нет.       — Хорошо. Приходи ко мне после уроков, — просто говорит он, а потом, развернувшись, уходит на противоположный конец коридора. Я ничего не могу сделать, но закатываю глаза, прежде чем развернуться и пойти по коридору.       Первые уроки прошли быстро, и, прежде чем узнать это, я находилась в спортзале, который был в последнюю очередь. Физкультура — единственный урок с моими друзьями и с Гарри и его друзьями. Они обычно тихо уходили, так что зал был свободен. Поэтому меня поразило, когда я вошла в зал и увидела Гарри и его друзей, уже переодевшихся для физкультуры и готовых играть в игры Тренера.       Я зашла в женскую раздевалку и стала переодеваться. Надев короткие зеленые шорты, белые кроссовки и облегающую голубую майку, я повернулась к девочкам.       — Что же Гарри и его друзья здесь делают? — спрашиваю я, завязывая волосы в высокий конский хвост.       — Видимо, Тренера уже тошнит от их прогулов, поэтому он заставляет их оставаться в спортзале, иначе завалит, — Марисоль, маленькая с короткими волосами девочка из моего класса, заговорила.       Я захихикала, а затем мы с Мелоди и Беккой вышли из раздевалки в спортивный зал. Учитель физкультуры у девушек, Тренер Эванс, дует в свой свисток, как и учитель физкультуры у мальчиков, Тренер Эндрюс, делает это на другой стороне зала. Он говорит парням, что они будут делать, а Тренер Эванс рассказывает нам.       — Правильно, сегодня мы прыгаем через скакалку, — говорит она.       Все девушки обмениваются взглядами, а Тренер хихикает.       — У нас достаточно длинные скакалки, так что в группу по четыре человека. Двое раскачивают скакалку в то время, как другие прыгают. Через каждые пять минут вы меняетесь. Продолжайте делать так двадцать, по крайней мере, минут, а потом я вернусь и мы будем делать кое-что другое.       Я закатываю глаза, когда мы встаем, а Тренер Эванс уходит. Мы с Мелоди, Беккой и Марисоль создаем свою группу, и Бекка берет длинную красно-белую скакалку.       — Кто прыгает первый? — спрашивает она.       — Я буду, — говорит Марисоль.       — Я тоже, — добавляет Мелоди.       Мы с Беккой берем оба конца скакалки и становимся в нескольких футах друг от друга, так что остаётся только потянуть скакалку. Мои глаза переместились в ту сторону спортзала, где я вижу парней, которые играют в футбол. Они играли внутри, так как из-за ночного дождя футбольное поле на улице было мокрым.       Мои глаза почему-то расширились, когда я увидела Гарри, одетого в белую майку и черные шорты с кроссовками. Кудри были растрепаны, и я могла разглядеть его сконцентрированное выражение лица, когда он сосредоточен на игре. Я вдруг почувствовала дрожание скакалки в руках, заставляя собственный взгляд переместиться обратно на Бекку.       — Хватит пускать слюни на Стайлса, давай сделаем это, — говорит она насмешливым тоном.       Румянец разливается по моим щекам, когда я слегка качаю головой. Мы с Беккой начинаем размахивать скакалкой, и Мелоди с Марисоль начинают прыгать в ритм, не отставая от темпа. Это продолжалось в течение пяти минут, пока не пришло время, чтобы меняться. Мы с Беккой были сильны в скакалке, и мне нравилось это. Марисоль и Мелоди взяли концы скакалки, когда мы встали посередине. Они сосчитали до трех, прежде чем начать размахивать скакалкой, и мы начали прыгать.       — Мы должны спеть про Золушку? — со смехом спрашивает Мелоди.       — Да! — воскликнули вместе мы.       Мелоди и Марисоль начинают петь песню, пока раскачивают веревку, и мы прыгаем.       — Золушка, одетая в желтый, пошла наверх, чтобы поцеловать парня! Ошиблась и поцеловала змею, сколько врачей ушло? — они начали петь, и я не смогла сдержать смеха.       — Один… Два… Три… Четыре…!       Подсчет продолжался, пока мы продолжали скакать в ритм, смеясь. Мы остановились на сорок шестом, поскольку настало время, чтобы меняться снова. Когда я схватила скакалку, футбольный мяч вдруг с усилием ударился о мою руку, заставляя бросить веревку и охнуть.       — Ой! — кричу я, хватаясь за руку.       — Ты в порядке, Маленькая Мисс Идеальность? — слышу глубокий голос, который задаёт вопрос, и я смотрю вверх, видя Гарри.       Я дарю ему фальшивую улыбку.       — Замечательно, — с сарказмом говорю я, держась за руку.       Гарри усмехается, наклоняясь, чтобы поднять футбольный мяч.       — Не будь ребенком. Он не ударил тебя так сильно.       Я изгибаю бровь.       — Оу, правда? Тогда почему моя рука такая красная? — спрашиваю я, показывая ему свою правую руку, которая приобрела глубокий красный оттенок.       Зеленые глаза Гарри смотрели вниз, на мою руку, а потом обратно в мои голубые глаза. Вдруг большие теплые руки Гарри схватили мою поменьше, и я замерла. Таинственный шок пробежал по моей руке, когда Гарри схватил ее, и он посмотрел на мою руку, как если бы проверял ее. Его большой палец задел заднюю часть моей красной ладони, заставляя задержать дыхание. Гарри поднял голову, и его глаза встретились с моими еще раз.       — Твоя рука будет в порядке, — говорит он, прежде чем отпустить мою руку и поплестись обратно к своим друзьям, которые его ждали с сумкой в руках.       Я все еще замерла на месте, когда наблюдала, как Гарри медленно вернулся назад, и вдруг меня окружили Марисоль, Мелоди и Бекка.       — Чувак! — задыхалась Мелоди, а ее карие глаза расширились.       — Что только что произошло? — с усмешкой недоверия спрашивает Бекка.       — Он трогал тебя, — говорит Марисоль. — Единственный раз, когда он касается кого-то, чтобы ударить его или что-то еще!       Я кусаю нижнюю губу, а румянец медленно распространяется по моим щекам. Глаза опять блуждают по парням, которые играют в футбол, и Гарри встречается со мной взглядом. Он ухмыляется, подмигивая мне, прежде чем пнуть футбольный мяч. Я глотаю комок в горле, прежде чем посмотреть на девушек.       — Когда это закончится?

***

      Я еду за черным «Вольво» Гарри, когда он ведет меня в свой дом. Я одета в белый H&M топ, на котором изображено черное сердце, в пурпурные узкие джинсы и бежевые ковбойские ботильоны. Я завязала свои волосы в косу, которая упала на мое плечо сразу после спортзала, делая вид немного приличней.       Я увидела, как автомобиль Гарри повернул налево, на въездную дорожку, и я последовала его примеру, припарковав свою машину прямо позади его. Я вышла из машины, глядя на дом перед собой. Это был среднего размера красный дом с темно-серой крышей. У них впереди была лужайка, и дом выглядел очень уютно. Гарри вышел из машины и подошел к крыльцу, и я последовала за ним. Гарри открыл входную дверь и зашел со мной на буксире.       Я зашла в дом и огляделась. Там была гостиная с телевизором с плоским экраном, диван у стенки и еще один напротив телевизора. Фотографии, где Гарри с двумя женщинами, которые он прислал мне, прежде чем выставить повсюду дома, и некоторые фото еще младенца Гарри. Приятный коридор вел к лестнице и открывал дорогу в гостиную. В доме было так комфортно и уютно, намного противоположнее, чем в моем.       Мой дом просто кричит: «У нас есть деньги», что раздражает меня. Я бы предпочла иметь дом, как у Гарри. Мой дом слишком большой для родителей и меня. Большую часть времени в доме только мы с Люси, так как Тайлер в колледже, а мои родители всегда на работе. Так одиноко.       — Пошли за мной, — бормочет Гарри, проходя в гостиную. Когда мы останавливаемся в ее середине, он говорит:       — Подожди, я скоро вернусь.       Не сказав больше ничего, Гарри уходит, оставляя меня одну в гостиной. Я кусаю нижнюю губу, и моя сумка все еще на плече, когда я оглядываю комнату. Взгляд цепляют фотографии на вершине небольшого камина, одаряя мое лицо улыбкой. Там была куча фотографий младенца Гарри с ямочками на щеках, который восхитительно улыбался. Там было много фотографий Гарри, который совершенно не похож на парня, которым он является сегодня. Он кажется таким невинным и чистым на этих картинках. А сейчас выглядит просто как боец, полный Bad Boy.       — Оу, привет, — говорит женский голос.       Я оборачиваюсь и вижу женщину, у которой темно-коричневые, почти черные волосы и темно-зеленые глаза, почти как у Гарри. Я дарю ей полуулыбку.       — Здравствуйте, я Елена.       — Я Энн, — улыбается она, показывая ямочки. — Не хочу показаться грубой или что-либо подобное, но что ты здесь делаешь?       — Оу, у нас с Гарри проект, который нужно закончить, — сообщаю я ей.       Брови Энн поднимаются, и она понимающе кивает.       — Ах, хорошо! Я никогда не встречала других друзей Гарри прежде. Кроме мальчиков, разумеется.       Я хихикаю.       — Мы почти никогда не разговариваем. Просто партнеры по проекту, я считаю.       — Эй, мам, — говорит Гарри, когда показывается откуда-то, и я улыбаюсь слегка, когда вижу, как он целует мать в щеку.       — Я вижу, ты уже познакомилась с Еленой.       Энн кивает, улыбаясь.       — Да, — улыбается она. — Могу ли я сделать что-нибудь для вас двоих? Закуски? Чай?       Я качаю головой.       — Я в порядке, спасибо.       — Неа, у нас все хорошо, мам, — говорит Гарри. — Мы будем только работать над нашим проектом здесь.       Энн кивает и говорит мне:       — Приятно познакомиться, Елена.       Я улыбаюсь в ответ.       — Мне тоже, Энн.       Она развернулась и пошла прочь, оставляя нас одних. Он жестом предлагает мне присесть, и я сажусь на один из диванов. Гарри садится на другой диван и говорит:       — Так мы должны просто написать небольшую речь друг для друга, да? Тогда будем делать?       — Тогда будем делать, — со вздохом говорю я, доставая тетрадь и синюю ручку.       Мы работали вместе, чтобы помочь друг другу написать сочинение, и мой взгляд зацепился за Гарри, который без труда писал. Это отчасти заставило меня задуматься, что в мире он писал обо мне. Я прикусила нижнюю губу, глядя вниз, на мою работу, когда писала сочинение для него. Наша близость позволила мне почуять его запах. От него пахло мятой и специями, и это был действительно хороший запах, если честно.       Я закончила писать мое маленькое сочинение, когда его закончил писать и Гарри.       — Так мы закончили? — спрашивает он, положив ручку.       Я киваю.       — Да, мы закончили, — говорю я, положив свою ручку обратно в сумку. — Все, что мы должны сделать, — представить его, — Гарри кивает, и я вздыхаю.       — Я должна идти, — говорю я, собирая свои вещи.       Гарри просто кивает, когда я встаю, и он встает тоже. Когда мы выходим из гостиной, Энн возвращается.       — Ой, ты уже уходишь? — спрашивает она.       Я киваю, даря ей улыбку.       — Мне нужно возвращаться домой, — говорю ей. — Было приятно познакомиться с Вами, Энн.       — Мне тоже было приятно познакомиться, милая, — она тоже дарит мне теплую улыбку. — Я надеюсь увидеть тебя в ближайшее время.       Я слабо улыбаюсь, не догадываясь, что будет происходить в ближайшее время. Энн полностью напомнила мне о том, что приличная, добрая, заботливая и любящая мать – полная противоположность моей. Моя мама заботится только о работе и всегда отдает предпочтение Тайлеру. Она всегда работает, и я редко вижусь с ней, а в основном только тогда, когда она осуждает или критикует меня.       — До свиданья, Энн, — я дарю ей ещё одну улыбку, когда иду к двери.       Энн тоже улыбается, когда выхожу за дверь. Гарри остается у двери, и его рука остаётся на дверной ручке, когда я покидаю дом.       — Так, я думаю, что увижу тебя завтра? — говорит он, и это звучит как вопрос.       — Э-э, да, — говорю я. — Пока, Гарри.       — Пока, Елена, — говорит Гарри, прежде чем я разворачиваюсь и сажусь в машину. POV Harry       Я смотрю, как она уезжает, вернувшись обратно в свой дом и закрывая за собой дверь. Я повторно возвращаюсь в гостиную, встречая мою маму там.       — Мне понравилась она, — улыбается она, прислонившись к стене. — Она выглядит милой девушкой.       Я фыркнул, закатив глаза.       — Елена самая любимая девушка в школе, мама, — говорю я. — Конечно, она бы тебе понравилась. Она же Маленькая Мисс Идеальность, — я ухмыляюсь на маленькое прозвище, которое дал ей. Мне нравилось доставать ее. Это развлекало.       Мама неодобрительно улыбается.       — Внешность может быть обманчива, Гарри, — говорит она. — Елена может показаться идеальной, но ты никогда не знаешь. Ее жизнь может быть сложнее, чем ты думаешь.       — Мама, ты видела ее дом? — изгибаю бровь, садясь на диван. — Он в три раза больше нашего дома.       Мама вздыхает, садясь на другой диван.       — То, что у нее есть большой дом, не значит, что он нравится ей. Ты что-нибудь знаешь о ней?       Я морщу брови, размышляя.       — Я знаю, что она любит фотографировать и читать. Я знаю, что она любит Джаз и Поп музыку. Я знаю, что она любит фильм «Спеши любить». Я знаю, что она хочет жить в Париже или Лос-Анджелесе. Я знаю, что она никогда не хочет разочаровывать родителей… — мама поднимает бровь, глядя на меня, будто спрашивая, откуда я знаю эти вещи.       — Это из-за проекта, — быстро добавляю я.       — Ммм, — мама кивает, но видно, что она не совсем в этом убеждена, затем проводит рукой по своим темным волосам, даря мне слабую улыбку.       — Елена кажется милой девушкой, Гарри. Так быстро не суди. Ты никогда не знаешь, ведь можешь быть совершенно не прав насчет того, что думаешь о ней.