Мятежное сердце

      Алек не мог определиться, какие высшие силы стоит благодарить за то, что Клэри успела вовремя вернуться из подвала. Нефилим, вместе с демонами, смирно сидел в ожидании на кухне, пытаясь с натянутой улыбкой говорить на изъезженные вдоль и поперек темы о погоде и девушках, и отводил взгляд куда угодно, только бы не пересекаться им с собеседником.       Именно в тот момент, когда разговор уже стал в тягость, из маленькой каморки появилась Дознаватель. Немного потерянная, наглухо засевшая в своих мыслях, но живая. Хотя другого варианта развития событий никто и не ожидал.       Задавать вопросы Агарес настрого запретил, но Лайтвуд не сомневался, что стражи легко прочитали все, что им было нужно, по выражению лица охотницы, ведь не один раз проделывали подобное с ним. Парню до ужаса было любопытно, чем же закончился разговор Клэри и его парабатайя, что та не заметила устремленные на нее четыре пары глаз, но спрашивать не рискнул. Здоровье на данный момент было важнее, а утолить любопытство он мог в другое время, и другим способом.       Тогда никто и предположить не мог, что кто-то заглянет к ним на огонек.       Демон, появившийся в прихожей прямо из воздуха, напугал Алека. Нефилим даже не смог скрыть этого выражения, когда разрывает между громким криком и судорожным бегом в укромное место, где можно спрятаться. И масла в огонь добавляло симпатичное личико гостя. Охотник обратил внимание, что девушка мгновенно напряглась, но за оружие не схватилась. Зато стражи готовы были оскалиться и броситься на посетителя, стоило тому сделать, хоть одно неверное движение.       Только Вельзевул был всего лишь посыльным, принесшим не самую радостную новость. В голове Лайтвуда проскользнула идея, что такого гонца, да еще и с плохими новостями, следует незамедлительно казнить, но его мнения, понятное дело, никто не спрашивал, лишь Агарес незаметно покачал головой, давая понять, что вмешиваться не стоит.       Дознаватель безоговорочно согласилась покинуть дом вслед за демоном, который даже галантно приоткрыл дверь перед ней. В дом он проник эффектно, а вот выйти решил старым дедовским способом. Видимо, переносить троих стражей и охотницу при помощи магии ему было лень, или не под силу. На последнее Алек делал больше всего ставок.       Аббадон был замыкающим в шествии. Кинув на прощание подбадривающий взгляд на парня, которого на закрытую вечеринку не пригласили, так как не дорос еще, мужчина махнул на прощание рукой и плотно прикрыл за собой дверь. Он чувствовал, что о защите дома уже позаботился Вельзевул, и сделал то, что был должен. В то же мгновение на голову нефилиму мягко приземлилась записка, представляющая собой скомканный лист бумаги, на котором были нацарапаны пару строк. Чем демон их карябал, Лайтвуд старался не думать, но почти черный, с красным отливом, цвет буковок навевали только определенные мысли.       «К тебе идут гости. Постарайся достойно встретить Пангборна и Блэквелла. Оружие в библиотеке за стеллажом номер пять».       Читать дважды охотнику не было необходимости. Он сломя голову бросился на второй этаж, без стука врываясь в святая святых Дознавателя. Будь девушка дома, она бы непременно настучала ему по черепушке за такое некультурное отношение к книгам. Шалить в библиотеке позволялось только Малышу, и то, строго в определенные моменты, после чего наводился идеальный порядок.       Алек замер на пороге с раскрытым ртом, готовясь к тяжелой и почти не выполнимой работе. На стеллажах не было ни единой пометки, ни одной цифры, даже намека на то, где искать нужный пятый стеллаж. Рыжая стерва лично собирала коллекцию книг, собственноручно расставляла их по полочкам много дней и прекрасно ориентировалась в помещении без опознавательных знаков, а вот парню, что попал сюда второй раз, это показалось хуже дремучего леса.       — Ну и как мне найти этот шкаф? — Под нос пробубнил нефилим, начиная метаться от одной полки к другой, в надежде наткнуться на клинки серафимов.       После десятого стеллажа надежда на возможность защищаться благополучно собрала вещички в чемоданчик, нацепила широкую шляпку с цветами, помахала белым платочком на прощание и деловито потопала в сторону жарких стран. Лайтвуд почти рычал сквозь стиснутые зубы, потому что время стремительно утекало, а против Пангборна и его напарника он оставался беспомощным.       Через минут пять охотник неожиданно замер посреди помещения и ощутимо хлопнул себя по лбу. Приложи он чуть больше сил, и осталась бы внушительная шишка. Алек вытащил из кармана стило, которое из-за дырявой памяти так и не вернул хозяйке. Нарисовать руну на полу не составило особого труда. Голубое свечение быстро растеклось в разнее стороны, после чего образовало небольшую стрелку, указывающую на стеллаж, что примостился возле дальней стены.       — И это пятый стеллаж?! — Возмутился парень, отодвигая в сторону мешающий предмет мебели. — Убью гада, — шипел он, доставая из тайника оружие. Там был целый арсенал. Нефилим совсем не удивился, даже наоборот, предполагал, что по всему дому у Дознавателя припрятаны игрушки на черный день.       Внизу скрипнула дверь, и охотник моментально замер, стараясь производить как можно меньше шума и опрометчивых движений. Книги, конечно, хороший способ спрятаться, но одно неверное движение и вся кипа, рассыпаясь по полу, превращается в злейшего врага.       — Ну и где этот малолетний засранец? — Послышался хриплый голос. Алек поморщился, вспоминая обладателя самого жесткого и неудобного плеча в мире.       — В доме, — отозвался другой мужчина. — Он не мог пройти через барьер Вельзевула, который мы сняли всего минуту назад.       — Разделимся? — Предложил Блэквелл.       — Хорошая мысль, — хмыкнул Пангброн. — Ты осмотри второй этаж, а я первый. Хотя тут не так много комнат, думаю, мы быстро управимся.       Лайтвуд истерично пытался найти способ одолеть двух взрослых сумеречных охотников без лишних звуков и вреда для себя. Ловушку установить уже не было ни возможности, ни времени, оставалось только вступить в бой и рассчитывать исключительно на свои силы. Необходимо было ликвидировать первого противника быстро, чтобы второй не успел примчаться на помощь.       Ловко перехватив клинок серафима, нефилим притаился за самым ближним к двери стеллажом с книгами, уже наметив план действий.       Стоило Сэмюэлю появиться на пороге библиотеки и на мгновение опешить от количества книг на один квадратный метр комнаты, как Алек незамедлительно толкнул стеллаж. Стопки увесистых книг посыпались на мужчину неожиданно, создавая жуткий грохот, но и набивая внушительные шишки на голове. Выскочив из своего укрытия и воспользовавшись невнимательностью противника, парень нанес удар рукояткой клинка по затылку охотника, отправляя того на длительный отдых.       Правда, радоваться победе было некогда. На шум уже спешил коллега, который только собирался заглянуть за таинственную дверь в каморке, но его отвлекли. Стоило Пангборну преодолеть несколько ступенек, как в дверном проеме появился Лайтвуд, с оружием наизготовку.       — Маленький птенчик выпустил коготки? — Усмехнулся мужчина, плавным движением доставая зазубренный клинок из набедренных ножен. — Что ж, давай посмотрим, кто из нас сильнее.       Алек глубоко вздохнул и мгновенно восстанавливая в памяти все наставления Люка и Магнуса, что не жалели сил и времени, а так же нервов, на подготовку всех молодых нефилимов. Сейчас ему как никогда не помешала бы поддержка мага, потому что он не успел даже подстраховаться рунами, пока искал этот проклятый тайник. Зато соперник был подготовлен по самое не хочу. Чего только стоили выглядывающие из-под одежды узоры многочисленных рун.       Сосредоточив взгляд на лице охотника, парень начал медленно спускаться по ступенькам, начиная вести опасную игру. Можно было, конечно, дождаться, когда противнику надоест смотреть на него снизу вверх, и он сам поднимется, но тогда Лайтвуд потеряет преимущество. Пока юноша на голову выше, у него есть весомый шанс, что до шеи ни клинок, ни руки, не дотянется.       Пангборн оскалился, красиво крутанув оружие на ладони, а потом в один прыжок преодолел оставшиеся ступени и нанес первый удар. Алек был готов к этому и ловко выставил защиту, вот только под натиском атаки, усиленной рунами, у него подогнулись колени.       Долго с таким подкованным воякой ему не протянуть, нефилим понял сразу, но и вариантов было не особо много. Первый — это вымотать противника, а потом нанести решающий выпад. Правда, пока он будет сайгаком носиться по маленькому пространству, либо его самого порешат, либо споткнется обо что-то от усталости и выпустит кишки собственноручно. Второй вариант был попроще — спустить охотника с лестницы и добить, как было с его коллегой. Только как повалить этого бугая? Не ставить же ему подножку, в самом деле!       С трудом вывернувшись из-под клинка противника, Алек нанес встречный удар. Мужчина, как и следовало ожидать, с легкостью его блокировал, следом нападая в ответ. Пригнуться, выставить клинок, как преграду, возле правого плеча, круговым движением отстранить оружие противника и вернуться в исходную позицию. Всего пара секунд, быстрые движения, а у парня уже сбилось дыхание из-за постоянной балансировки на узких ступеньках. Если он выживет, то обязательно пожалуется Дознавателю на плохое обустройство дома!       — Ну же, птенчик, — ядовито пропел Пангбрн, снова прокручивая клинок в руке, — неужели ты устал?       Лайтвуд тихо зарычал, ощущая беспомощность в сложившейся ситуации. Аббадон, дай Лилит ему сил и здоровья, конечно, предупредил его, дал шанс избавиться от палачей и пулей лететь в подвал, но, наверняка, даже демон не подозревал, как сложно это будет сделать неопытному нефилиму!       Позволив себе секундную слабость, охотник покрепче сжал рукоять своего оружия и снова бросился в атаку. У него не было другого выхода, кроме как сражаться за свою жизнь. Вести в этом танце хищников и не позволять партнеру нарушать установленные правила. Единственно тренировкой для молодых были постановочные бои в Институте, где суровое надзирательство Джослин не позволяло устроить настоящую потасовку и проверить собственные способности. А где, скажите на милость, появится опыт у юных охотников, которые отродясь не выбирались за пределы своего дома и не вступали в настоящие драки? Вот об этом женщина не подумала, а ведь ее сын так же будет рваться в бой, рисковать своей жизнью и проигрывать в навыках более опытным соперникам.       — К черту! — Выругался Лайтвуд себе под нос, едва успевая отклониться от острого лезвия, которое в последний момент задело плечо, оставляя тонкую царапину, которая начала неприятно щипать.       — Ой, прости, — оскалился в довольной улыбке мужчина, стряхивая кровь с клинка, — я не специально!       Была бы другая ситуация, Алек непременно ответил бы что-нибудь ядовитое, но он не терял времени и, пока противник педантично очищал оружие, умудрился-таки подобраться к нему и полоснуть по ноге. Хоть Пангборн и запоздало среагировал на выпад, но рана получилась глубокая, что делало его теперь легкой мишенью.       На втором этаже послышался шорох и несколько этажей матерных слов. Нефилим мысленно возвел глаза к потолку, словно спрашивая, как охотнику с сотрясением мозга удалось вернуться в сознание так скоро, да еще и, судя по звукам, рваться в бой? Если это были руны, то он уже готов был перекреститься и продать душу Дьяволу.       В проеме появился Блэквелл с перекошенным от ярости лицом и клинком наизготовку. Капилляры в глазах от перепада давления после удара полопались, от чего белки глаз окрасились в кровавый цвет, превращая мужчину в какого-то сказочного монстра. Вампира или еще, какую тварь из нижнего мира. Можно было даже не спрашивать, чего ему понадобилось в прихожей. По рычанию было ясно, что Лайтвуд не жилец, если не сможет его повторно оглушить.       Идея пришла так неожиданно, что Алек не успел как следует продумать план действий, а тело уже среагировало. Парень, не медля, выбил клинок из рук раненого Пангборна таким образом, чтобы тот полетел под ноги бросившемуся на него второму противнику. Собственным оружием он сделал незамысловатый выпад и по касательной полоснул опешившего мужчину по горлу. Кровь брызнула во все стороны, попадая даже на язык нефилиму. Сплюнув, юноша успел выставить клинок перед собой в самый последний момент. Блэквелл, который был дезориентирован брошенным под ноги оружием, пропустил ступеньку и в свободном полете начал приближаться к Лайтвуду.       Выставленный вперед клинок серафима словно горячий нож масло пропорол грудь охотника. Под натиском тяжелого тела, Алек не удержался на уставших ногах и повалился на спину, придавливаемый объемной тушей. Оружие врага, выпавшее из разжавшихся рук, звякнуло в паре сантиметров от его головы. Сделав судорожный вздох, отдающийся болью в сдавленных легких, парень с трудом выбрался на свободу. Свое оружие он оставил в плену, так как переворачивать труп, вдыхать металлический запах крови, которого и так хватало из-за вспоротого горла Пангборна, ему не хотелось.       Осмотрев поле боя, Алек усмехнулся. Клэри точно всыплет ему по первое число за такой беспорядок. Мысленно попросив прощения у Дознавателя, он, пошатываясь, побрел в подсобку, намереваясь как можно скорее оказаться в окружении пленников, которые подлечат его. Своих сил хватало только на медленное передвижение ногами. О нанесении Иратце даже и мыслей не появилось.