Разбей окно

POV Митч Отец Скотта сразу не понравился мне. Слишком уж он холодный и злой. Казалось, что он ненавидит все вокруг и готов сжечь весь замок вместе с обитателями. Конечно, это и сравнить было нельзя с тем, во что превратился мой отец. Но Майк хотя бы всегда заботился о нас, поддерживал, любил нас. Да он даже кричал на меня из-за того, что переживал. Я не хочу сказать, что отец Скотта ничего не испытывает ни к сыну, ни к жене, но он создает такое впечатление. В матери не было того гнева и злости, но она так же была холодна. И даже фразочки типа «Чувствуйте себя, как дома», «Наслаждайтесь» не спасали. Блондин замечал, как я нервничаю, и это было неудивительно; я вспотел, руки дрожали, зрачки бегали. Я даже слышал, как мистер Хоинг посчитал не лишним спросить «Не болен ли этот твой лучший друг?». На что Скотт ответил какой-то странной фразой, в смысл которой я даже не вдумывался. Пока слуги возились с разгрузкой вещей, родители предложили пообедать с ними и, конечно же, мы не смогли отказаться. Скотт не мог отказаться. Когда ты просто стоишь неподалеку от какой-то важной, напыщенной персоны, то ты можешь отойти подальше, можешь отвернуться. Но когда сидишь строго напротив такого человека, то никуда уйти не получится, так же как и отвернуться. Отец Скотта (не пора ли запомнить их имена?) смотрел на меня так пристально, что я готов был расплавиться под его взглядом. - Итак, Митчелл, правильно? Как вам наш замок? – сладким голоском спросила мама Скотта. Я глубоко вздохнул, стараясь усмирить ураган внутри. Скотт посмотрел на меня странным взглядом, не похожим на остальные. - Мам, не стоит сейчас мучать его расспросами. – Блондин опустил руку под стол и накрыл своей ладонью мою. - Ну, а что такого? - Шерон наигранно развела руками. – Я лишь хочу ближе познакомится с нашим новым жильцом. – Женщина перевела на меня пристальный взгляд и криво улыбнулась. – Как вам наш замок? Я постарался придать себе самый невинный вид. И, нервно улыбнувшись, я показал «большой палец вверх» - этот жест первым пришел в голову. Отец Скотта надменно хмыкнул. - Альфред, - обратилась Шерон к мужу – Не стоит так остро реагировать. Ну, подумаешь, мальчик не разбирается в архитектуре! В этом нет ничего ужасного. Во мне закипал гнев, обида, я был унижен. Хотелось сейчас провалиться под стол, раствориться. Лишь бы не сидеть под пристальными взглядами этих лицемеров. Скотт крепко держал мою руку и это успокаивало. В любом случае здесь есть тот, кто поддерживает меня. И как у двух таких жутких пафосных персон мог родиться такой чудный сын? Чудный сын.…Внутри стало тепло от таких мыслей. Все-таки блондина я действительно люблю. Он столько сделал для меня. И продолжает делать. Больше они ни о чем меня не спрашивали и разговаривали лишь со Скоттом. Хотя я бы не назвал это разговором. Банальные вопросы, короткие ответы. Когда этот жуткий обед, наконец, закончился, я облегченно вздохнул. Но это было не все. Ужин тоже был всей семьей. Единственное, что радовало – на ужин «бла-бла-бла... цезарь» Я не стал читать все меню. (Составлять меню, чтобы просто поужинать!!!) и выхватил взглядом только любимую еду. Как только я и Скотт зашли в мою комнату, он крепко обнял меня. - Все будет отлично, слышишь? Кажется, ты им понравился. «Понравился? Да они готовы были меня заживо сожрать!» - Неправда. Ты утрируешь. Я удивленно посмотрел на Скотта, но ничего ему не ответил, крепче прижавшись к нему. - Митчелл? Я бы хотела с тобой поговорить. – В комнату внезапно зашла Шерон. Я вовремя среагировал; оттолкнув от себя Скотта и поджав ногу. Хоинг догадался о моей затее. - Что такое? – встревоженно поинтересовалась Шерон, внимательно глядя на нас. - У Митча свело ногу. Я помогаю ему дойти. Ну, до кровати. Хочу, чтобы он лег. Я с трудом сдержал улыбку, закрывая лицо руками и, корча из себя смертельно больного. Скотт помог мне лечь и обратился к матери, которая к тому времени уже подошла к окну и делала вид, что дико заинтересована птицей, пролетающей мимо. - Мам, мне кажется не подходящее время для разговора. - Разве? - Мам, пожалуйста. Митчу сейчас лучше побыть одному. - Ну, тебе лучше знать. – Шерон медленно вышла. Скотт поспешил за ней, напоследок послав мне воздушный поцелуй. Я улыбнулся. Дверь закрылась. Я остался в одиночестве. Но на этот раз, совсем не желая этого. Скотт еще пару раз заходил ко мне до ужина. Один раз принес чистую одежду, а второй – чтобы что-то там взять с полки. Конечно, это были лишь выдуманные поводы, служившие оправданным приходом ко мне. По-моему Хоинг не меньше чем я переживал из-за ужина. Я ненадолго уснул. А проснулся от Хоинговского «Вставай! Быстро! Быстро! Ты чего уснул!» Похоже, у кого-то уже паника. Я почувствовал, как во мне рождается что-то подобное. «Будет смешно видеть, как мы оба нервничаем, да?» - Митч! Мне не до шуток! Тебе помочь одеться? «Это не похоже на подкат. Совсем» - Таблетки дурно на тебя влияют! Одевайся сам! «Мне нужна твоя помощь». Я закусил губу. Скотт страстно поцеловал меня в губы и резко отскочил. - Ты меня бесишь! Одевайся и спускайся вниз. «Ладно, прости. Это действительно таблетки. Подожди меня. Мы должны спуститься в этот ад вместе». Скотт кивнул и, вздохнув, сел на край кровати, внимательно наблюдая за тем, как я одеваюсь. Я был полностью прав, называя ужин «адом». Шерон и Альфред опять были одеты в дорогую одежду. Иногда появлялось желание подойти и облить чем-нибудь ее платье, которому она уделяла каждые пять минут. - Что-то все притихли. Митчелл, расскажи о себе. – Почему Шерон так заинтересована моей персоной? Я беспомощным взглядом посмотрел на Хоинга. Тот едва заметно пожал плечами. Я смахнул челку, и мои руки медленно задвигались, создавая слова на языке глухонемых. Это было ужасно. Я видел, как в глазах Шерон и Альфреда появилось презрение, ненависть, насмешка. Но внешне они остались абсолютно такими же равнодушными. Уж лучше бы они просто высказали все, что думают. - Скотти, ты не мог бы переводить? Мы не понимаем язык «сломанных пальцев». – Шерон засмеялась. Альфред поддержал ее. Хотелось сжать руки в кулаки и набить их пафосные морды, но я лишь мысленно посчитал до десяти и продолжил «говорить». - Я не знаю, что именно вам рассказать. Я сочиняю стихи, пишу рассказ. Слушаю музыку. Люблю читать. Обожаю свою семью. - Скотт внимательно следил за моими руками, переводя, - Я не настолько талантлив, как ваш сын. – Блондин застенчиво улыбнулся. – Очень рад с вами познакомится. Большое спасибо, что разрешили мне и сестре с братиками остаться с вами. А еще вы самые чудесные и приветливые люди из всех, каких я только встречал. – Продолжал Хоинг неуверенно. Глаза Милены округлились от ужаса, почти, так же как и у Скотта, но он старался не подавать вида. - Что ж, мы рады принять такого гостя как ты. – Сколько насмешки в этой фразе. Как Шерон еще не лопнула от такого количества иронии? Весь ужин они не давали мне спокойной поесть и мучали вопросами. В какой-то момент Шерон и Альфред переключились на Милену. Ведь она не присутствовала на обеде из-за того, что сидела с мальчиками. На ужин они тоже не пришли по двум причинам. Во-первых, ужин был назначен на одиннадцать вечера – Арвин и Тей давно спали, во-вторых, Милена, так же как и я побаивалась родителей Скотта и их реакции на двух маленьких мальчиков. С ужина мы шли вымотанные, словно пробежали большое расстояние. Втроем мы собирались в моей комнате. Я и Скотт сидели рядом, облокотившись на спинку кровати. А Милена сидела напротив нас, поджав под себя ноги. - Ну ты даешь, Митчелл! Да ты же перечислил все матерные слова, которые только существуют! А если бы они знали язык глухонемых? Боже мой, Грасси, мне было стыдно даже видеть это. Скотт спас тебя, что не перевел дословно. - Я с трудом подбирал слова! Это было так жутко. Я все время боялся, что просто озвучу то, что ты показывал. Не делай так больше. - Подтвердил Скотт. "Прости, Скотт, но они...их поведение просто ужасное! " - Твои родители высосали из меня жизнь. – Призналась Милена. Настало неловкое молчание. Я пристально посмотрел на Скотта. Тот обнял меня за плечи и притянул к себе. - Милена, нам надо кое-что обсудить с тобой. - Что же это? - Милена заинтересованно взглянула на нас обоих. - Я люблю твоего брата. Больше жизни люблю. – Скотт говорил тише обычного, даже не смотря на то, что родители давно были в своей комнате, которая располагалась на первом этаже. Милена улыбнулась уголком рта. - Я довольно давно это поняла. Еще тогда, когда застала тебя в дверях палаты. К тому же врач все мне рассказал. Я хотела тебя поблагодарить за то, что спас Митча. И все время его спасаешь. - Я жить без него не могу. Знаешь, стало легче, когда мы все рассказали тебе. - Полагаю, родители и понятия не имеют об этом. - Лучше им этого и не знать. Это все равно не имеет значения. И не играет никакой роли. Мне все равно, что творится в их гомофобных головках. Я тихонько засмеялся, уткнувшись носом в торс Скотта. Блондин поцеловал меня в макушку. Милена лишь покачала головой, ни сказав, ни слова по этому поводу. Конечно, она была не согласна к такому отношению к родителям, какими бы они не были. Но не ей учить этого почти незнакомого блондина. Еще немного поболтала с нами, сестра пожелала нам спокойной ночи и, поцеловав меня в нос, ушла в свою комнату. - Я люблю тебя, Митчи. Я поцеловал блондина в губы. Парень углубил поцелуй. Мы крепко обнялись и, пожелав друг другу приятных сновидений, разошлись по комнатам. Вернее Скотт покинул мою. За этот день у меня создалось впечатление, что оба родителя абсолютно не рады видеть сына. И к вечеру от их безумно дорогих брендовых нарядов рябило в глазах, а от напыщенности и пафоса тошнило. Но я держался из последних сил. И почему они не понимают, что все больше и больше портят отношения с сыном? Разве они не видят себя со стороны? Не понимают, какие они безжалостные твари? С мыслями обо всем этом я и заснул.