Водоворот Листа

В АНБУ учат многому: как подходить к противнику и охраняемому объекту, как правильно неслышно дышать, как смотреть так, чтобы объект не замечал слежки, так называемый, "легкий взгляд" и прочим необходимым для высококлассного шиноби навыкам. И кто бы мог подумать, что все эти знания понадобятся для слежки за понравившейся девушкой. Итачи сидел на полюбившемся уже дереве, растущем напротив окон лаборатории, смотрел, как Узумаки, напевая себе под нос, готовила очередную целебную смесь для пациентов. Ее покачивающаяся золотая коса притягивала его взгляд, как бантик на ниточке - кошку. Каждого кланового шиноби в обязательном порядке обучали искусству обольщения. Как выгодно подать свое тело, как тонко флиртовать, как соблазнить одним взглядом и как доставить удовольствие партнерам обоих полов. Все это входило в раздел "Разведка". У Учиха перед другими даже имелось небольшое преимущество: все они были если не красивы, то притягательны внешне. Ни дырок для жуков, ни прозрачных, словно стеклянистых глаз. Перед тем, как отправиться на первую миссию, Итачи тоже прошел подобное обучение. Им и Шисуи занялся Кагами-сан. Правда, в силу возраста, носили уроки чисто теоретический характер. Хотя и пригодились впоследствии на миссиях, через несколько лет. Он приглашал на свидания как куноичи, так и простых женщин, встречался, спал с ними. Но понятия не имел, как намекнуть самому непредсказуемому, по словам Какаши, ниндзя Деревни Листа, что она ему нравится. Весь его опыт был бессилен против нелогичного мышления Наруто. Казалось, ее мысли идут каким-то своим ходом, он отличается от привычного. Он был искренне благодарен Кагами-сану за назначение на роль учителя Узумаки. Тем самым родственник позволил ему лучше узнать девушку. Наруто - сильная, волевая личность. Она будет заводить друзей во всех странах, общаться с людьми легко, непосредственно, улыбаться им тепло, от всего сердца, потому что это - часть ее натуры. Ее невозможно принудить к чему-либо. Можно только дать возможность выбрать, но заставить... нереально. И ее уже не переделать, можно только сломать. Все существо Итачи противилось мысли о том, что Наруто станет похожей на Сакуру, все еще заикающуюся и краснеющую при виде предмета своего обожания. Нет, ему нужна была именно такая Узумаки, какой она являлась сейчас. Сильной, несгибаемой, чуть-чуть недоверчивой, колючей, немного наивной. Родной, своей. Он подождет, ведь он уже ближе ей, чем кто бы то ни было. Она впустила его в свой внутренний круг, доверяет ему, как он - доверяет ей. Он будет рядом, опорой и поддержкой. И постарается защитить ее. Хотя иногда и хочется прибить одного несносного Хьюга, который практически поселился в госпитале и не сводит своих пугающих прозрачных глаз с девушки, когда та входит к нему в палату. Итачи хотелось погрузить его в Цукиеми. Останавливала лишь мысль, что возиться с пострадавшим придется той же Наруто. А она и так днюет и ночует в госпитале. После удачного завершения миссии в Звуке, с помощью еще одного свойства шарингана отото показал ему свои воспоминания. То, что они с Наруто обнаружили в бывшем логове Орочимару. Конечно, Кабуто постарался забрать оттуда все, что только возможно. Самые серьезные разработки, практически все документы, результаты экспериментов. Но и того, что осталось, ребятам хватило с лихвой. Саске еще долго просыпался от ужаса, перед глазами стояли люди, подопытные, изрезанные, с привитой проклятой печатью, которая буквально превратила их в зверей. Но даже своему подручному Орочимару не доверял, полностью полагаясь только на себя. В его личных покоях Наруто обнаружила несколько фуин-тайников с документацией по последним экспериментам с проклятой печатью, с рецептами многочисленных ядов. Драгоценная находка, если не знать, какой ценой добился результатов ученый. Они полностью зачистили подземное убежище, разрушив его практически до основания. Что-что, а деструктивные способности имелись в избытке, как у Узумаки, так и у отото. По дороге к Звуку на них напали оставшиеся в живых после многочисленных зачисток Листа подручные Орочимару, его слуги, которых послал Кабуто, выигрывая для себя время. Пострадали почти все члены отряда, если бы не помощь отряда Суны, Шикамару, Кибе и Року Ли пришлось бы нелегко. Но, по крайней мере, их состояние не вызывало опасений, в отличие от Неджи и Чоджи. Те долгое время находились при смерти. После операций их определили на лечение к Наруто. Весь отряд. Итачи не знал, о чем думает девушка, когда замирает, когда стекленеет ее взгляд, упавший на реторты. Почему не порхают пальцы над смесями или микроскопом. Ему хотелось обнять ее, спрятать, чтобы ушла из ее глаз эта усталая обреченность. Что она видела в логове Орочимару, о чем не рассказала даже Саске? Что прочитала в тех документах, которые "случайно" попали под действующие техники катона? Она не говорила никому, ее выдавал взгляд - человека, которому открылась неприглядная истина. А он лишь мог находиться рядом, держать ее за руку, пережидая такие моменты задумчивости. Они проходили, как проходит дождь. И снова вспыхивала ее солнечная улыбка, а в личном мире Итачи сияла радуга. Он распечатал мороженое и легко проник в помещение через раскрытое окно. Пора устроить некоторым трудоголикам перерыв. - Итачи, датебайо! - Наруто по-смешному обрадовалась, цапнула свою половину и уселась на подоконник. Мужчина составил ей компанию. - Напоминает нашу вторую встречу, - хмыкнул он. - Тогда стояла такая же жара. Наруто согласно захрустела льдом. - Не жалеешь, что стала ирьенином? - Нет! - замахала девушка руками. - Я столько всего нового узнала! Она начала рассказывать, оживленно жестикулируя, и при этом умудрялась грызть мороженое. Итачи усмехнулся. Все достижения Узумаки он воспринимал как должное, потому что был уверен в способностях подруги. Но ведь если призадуматься, она училась долгие годы, с самого раннего детства. И могла использовать технику мистической руки еще до выхода из Академии. То есть уже тогда могла претендовать на ранг, а сейчас, заполнив все пробелы, тем более. Он уже знал, что ради безопасности, Хокаге решила не давать девушке звания чунина, так что это могло быть отличным решением. Медики всегда стояли отдельно от остальных шиноби, для них не имел значения официальный статус, лишь внутренняя классификация. То есть любой мог получить тот же А-ранг, оставаясь при этом генином. Для этого необходимо было пройти определенные испытания под присмотром Хокаге. - Нару, ты не думаешь сдавать экзамен на ирьенина более высокого ранга? - вклинился он в ее монолог, после очередного восторженного "датебайо". Внезапно девушка смущенно покраснела, захлопнула рот ладошкой, посмотрела на него виновато-виновато. - Мне ба-чан провела испытания сразу после возвращения в Деревню и присвоила ранг В, - с опаской поведала она. - И ты молчала? - поднял брови Итачи, не зная, сердиться ему или смеяться. Узумаки неисправима! - Я забыла, датебайо! - протянула Наруто, сложив ручки под грудью и усиленно давя на жалость. - Забегалась и совсем про это забыла! Итачи только покачал головой. - Поздравляю! - мягко улыбнулся он, погладил девушку по волосам. Та счастливо заулыбалась, поняв, что головомойки не будет. Теперь, будучи генином, как медик она могла выполнять миссии на чунина. Он достал из печати еще одну порцию фруктового льда, разломал его, половину тут же определил Наруто. Идиллию разрушил противный звонок таймера. - Ой, прости, мне пора бежать, датебайо! - Наруто соскользнула с подоконника. - Наруто! - Итачи подался вперед, боясь, что она убежит до того, как он успеет выполнить задуманное. - Может, сходим сегодня вечером погулять вдвоем? Узумаки кивнула. - С радостью, Итачи! Я побежала. Спасибо за угощение! Итачи остался смотреть на дверь, за которой скрылась подруга. И думать, поняла ли Узумаки, что он пригласил ее на свидание. Вряд ли. Узумаки шла по коридору, углубившись в чтение историй болезни, попутно здороваясь с встреченными ирьенинами. Прижилась она в госпитале, сама не заметила, как он стал ей вторым домом. Частенько девушка сутками могла не появляться в собственной квартире, оставаясь ночевать в ординаторской. Ну а что - диван есть, душ есть, сменную одежду она притащила, а перекусить всегда можно сбегать в Ичираку. Зато так можно было больше времени посвятить учебе и работе. Ба-чан всерьез взялась за нее, постепенно натаскивая на А-ранг. Хотя Хокаге не говорила об этом прямо, Наруто не составило труда узнать, к какой категории относятся данные саннином книги. И вроде бы все хорошо, но на душе как-то неспокойно. Интуиция поблескивала на периферии сознания, покалывала разум, временами не давая спокойно уснуть. Что-то должно было произойти, что-то серьезное в жизни Узумаки. И Наруто сама не заметила, как участившиеся встречи с Итачи стали для нее спасением. После бесед со старшим Учиха она засыпала мирно, и сновидения ее были легкими и светлыми. Девушка мотнула головой и сосредоточилась на данных анализов. Их первая серьезная миссия, без сопровождения, без подстраховки в лице наставников. И если Наруто, после Страны Волн, осознавала, что их запросто могут убить, что противники не пожалеют генинов, то ребята столкнулись с подобным впервые. И вышли из испытания с честью. Хотя тот же Киба мог бы геройствовать менее разрушительно. Рана повредила часть кишечника, вскользь задела печень. Конечно, для насыщенного чакрой организма ничего серьезного, однако девушке все равно пришлось повозиться, вытаскивая его из критического состояния. Шикамару ушел на своих двоих в тот же день. На то он и гений, чтобы отделаться парой царапин, несильными сдвигами после гендзюцу и встречей с красивой девушкой из Суны. С Чоджи пришлось повозиться самой Хокаге. Пилюли оказали смертельное воздействие на его организм, чуть не спалив каналы чакры к злобным екаям. Если бы ирьенины, посланные вслед Цунаде, хоть чуточку задержались, одним Акимичи на свете стало бы меньше. Неджи занималась Шизуне. С помощью помещенной в печати пряди волос и огромного количества чакры, помощница Цунаде смогла вытащить еще одного гения буквально с того света. Вот к нему-то и направлялась Наруто, отложив на время все мысли об Итачи. Она подумает о нем чуть позже. - Добрый день, медик-сан, - поприветствовал ее Хьюга, ехидно щурясь. Он все еще не воспринимал девушку всерьез, хотя именно благодаря ей пошел на поправку гораздо быстрее, чем можно было ожидать. Наруто не жалела ни медикаментов, ни чакры, запас которой был больше, чем у всех медиков в Деревне. За исключением разве что Цунаде. - Добрый день, неизлечимый пациент, - вредно улыбнулась в ответ Узумаки. Неджи выразительно скривился. Со свойственной ему клановой невозмутимостью и огнем в глазах, Хьюга с утроенной силой рвался из госпиталя на тренировки. Кто бы его отпускал! Наруто почти не вспоминала об экзамене на чунина, когда назначала ему очищающую клизму. Почти. Разве что чуть-чуть. Возле стены сидел еще один Хьюга. Обычно Хьюга несерьезные раны лечили внутри клана или оплачивали услуги ирьенинов СПА Учиха, предпочитая связываться с другим родом-собратом, из-за чего появлялись в больнице еще реже, чем прочие шиноби. Однако в этот раз избежать госпиталя не удалось. Из-за своих клановых заморочек Хиаши опасался, что перспективному воину, к тому же племяннику, причинят вред или попросту убьют. А потому в его палате всегда дежурил кто-то из побочной ветви Хьюга. Хокаге смотрела на это сквозь пальцы, у нее имелись более важные дела, чем спорить по поводу присутствия телохранителей в палате. Благо, он не сильно мешался, во время обследований вообще сидел в уголочке и только пристально смотрел за каждым движением медика. Неджи уже привычно разделся, давая девушке осмотреть шрам, оставшийся от сквозной раны в плече. Клинок прошел очень близко к сердцу, задел зону возле него. Опять же медики успели вовремя. Наруто ощупывала мышцы с помощью чакры, слушала дыхание и невольно сравнивала Неджи с Итачи. Учиха был старше, да и его тело было лучше сформировано. Гибкий, жилистый, сухопарый, поджарый. Как гончая, нацеленная лишь на охоту и убийство. Его гладкую, почти не загорелую кожу покрывали тонкие нити шрамов, она казалась чуть загрубевшей от постоянных тренировок и сражений. И она нравилась больше. Наруто вспыхнула, отстранилась и принялась быстро заполнять карту. Неджи поднял бровь, но ничего не сказал, начав снова упаковываться в традиционное кимоно клана. - Когда меня отпустят? - с надеждой спросил он. Узумаки хихикнула: будто о тюрьме говорят, не о больнице. - Сегодня еще подержим тебя на восстанавливающих, а завтра можно уже выписывать, - улыбнулась она. - Только не слишком усердствуй с тренировками, по крайней мере, дня два. Хорошо, датебайо? В этот момент она обращалась по большей части к телохранителю. Он проследит, чтобы гений не повредил сам себе. Тот кивнул. - А что это за шум был сегодня с утра? - спросил Неджи, бросая Узумаки апельсин из корзинки со своей тумбочки. Посетители у него не переводились, особенно старался выздоровевший, а потому в два раза более счастливый, Рок Ли. Им запрещалось заходить только тогда, когда шло обследование, несмотря на то, что вела его их одноклассница. Поэтому гений клана Хьюга быстро просчитал плюсы от как можно более длительного нахождения Узумаки в палате. И частенько останавливал ее просто поболтать. Правда, Наруто не поддавалась, оставалась только, когда имелось свободное время. Сейчас время было. Она уже выгнала-выписала из госпиталя Инузуку, обследовала Чоджи, а дежурство начиналось только через полчаса. - Это Какаши-сан к нам в отделение попал, датебайо! - хмыкнула Наруто, увидев, как одновременно удивленно поднялись брови у Хьюга. Каждый шиноби обязан был проходить полное медицинское обследование раз в три-четыре месяца, максимум - раз в полгода. Но чем выше поднимались по званию ниндзя, тем хуже выполняли данное предписание. А у медиков просто не имелось достаточного количества людей, чтобы переловить всех. И если с генинами и некоторыми чунинами это было сделать достаточно просто, то с джонинами приходилось изгаляться. Чем дольше те находились в своем звании, тем большую хитрость проявляли. Были, конечно, сознательные личности, вроде Ируки Умино или недавно ставшей джонином Куренай Юхи. Но имелись и те, чьи побеги вошли в легенды среди населения Конохи. Например, в стремлении избежать внимания медиков Ширануи Генма по скорости исчезновения шуншином мог поспорить с Призраком Шисуи. Впрочем, тот не отставал. Итачи вообще ни разу не появлялся в госпитале, очарованные взглядом его глубоких, бархатных черных глаз, медсестрички не глядя черкали в его карточке. К тому же, у них были СПА, врачи которого проверяли всех в клане. Асума Сарутоби прятался на территории своего клана и не высовывался, пока не замечал, что медики потеряли энтузиазм. Наруто тоже поучаствовала в охоте - поймала сопротивлявшуюся команду Конохомару. Но Какаши - это совсем другой разговор. Хатаке Какаши был первым среди "убегайчиков". Да и какой ирьенин может соперничать с Копирующим? Раз - и ты в гендзюцу, а сам шиноби уже на другом конце Деревни, в одном из своих многочисленных тайных убежищ. Как оказалось, и на него можно найти управу. Цунаде не стала церемониться и на очередную жалобу Шизуне на "непослушного" джонина вызвала того в кабинет и вырубила одним точным ударом. А потом сама же доволокла до приемного покоя, где ему обрадовались, как родному. Тут же прикрутили к койке, сделали уколы, поставили капельницу и влили парочку слабительных настоев. Для лучшей очистки организма. Так что, когда Какаши пришел в себя, было уже поздно. Вот он и возмущался, дергаясь в ремнях, на которые Джирайя лично поставил блокирующие чакру печати. Этот шум и услышал Неджи. Наруто видела, как обоих Хьюга тянет рассмеяться, но они сдерживаются изо всех сил, соблюдая клановое достоинство. Поэтому обрадовалась, когда в палату залетел лаборант и передал ей приказ Хокаге срочно явиться в кабинет. Надо же ребятам тоже расслабляться! Она не сомневалась: уже завтра истории о "подвигах" дорогого наставника разлетятся по всей Конохе. По дороге Наруто ощущала на себе слабый, легкий взгляд. Итачи научил ее сосредотачиваться, чтобы уметь обнаруживать слежку уровня АНБУ, показал, на что конкретно нужно обращать внимание, какие признаки, приметы и так далее. Это только убедило ее во мнении, что что-то грядет. Цунаде приложила палец к губам и показала печати для концентрации и сенсорного сканирования окружающего пространства. Наруто послушно прикрыла глаза, прислушалась к себе. Они вместе со старшим Учиха улучшили сенсорные навыки девушки. Теперь радиус "поражения" составлял сто метров. Ничего, пусто. Наруто двинулась чуть дальше и на ста десяти обнаружила всплеск чакры, тонкая ниточка которой вела к кабинету Хокаге. Куда именно - девушка не поняла, да это и не нужно было. Данзо, глава Корня все никак не мог успокоиться после признания джинчурики внучкой Хокаге и медиком госпиталя. Он придирался ко всем приказам Цунаде, усилил внимание к клану Учиха, на чье додзюцу уже давно облизывался. Впрочем, те, загруженные по уши делами со СПА, предприятиями внутри квартала и полицией, сидели тихо и ни на что не обращали внимания. Ночь нападения Кьюби научила их ценить свою жизнь. Тем более, Хокаге и Совет Кланов - на их стороне. Саннин молча подошла, заграбастала девушку в объятия и шуншином переместилась к себе домой, где тут же поставила все известные ей барьерные печати. Цунаде звали Неудачницей, но идиоткой женщина никогда не была. Перед своим уходом она сдала в аренду всю принадлежащую Сенджу недвижимость и раз в год, через доверенное лицо, подтверждала договор. А по возвращении заняла небольшой двухэтажный домик, издавна служивший ее бабушке местом отдыха от гиперактивного, энергичного дедушки. Мито поставила там такую защиту, какая не снилась тому же Данзо. Цунаде заварила чай, разлила его по чашкам, порылась в буфете и достала корзиночку с печеньем и орехами в шоколаде. И только потом присела напротив. - Наруто, нам надо серьезно поговорить. Ты слышала об организации Акацуки? Кабуто и мечник, с которыми вы сражались, когда пришли за мной, входят в нее. В задачу организации входит поимка всех биджу и их изъятие из носителей. Для чего - пока неизвестно. Совет Старейшин с полной поддержкой главы Корня АНБУ Шимурой Данзо решил, что на ближайшие два года тебя нужно отослать из Деревни вместе с саннином Джирайей. На обучение. Ради твоей безопасности и безопасности Листа. Наруто ошеломленно хлопала глазами. Покинуть Коноху, свой родной дом? - Но... как же так, ба-чан, датебайо?! - растерянно воскликнула она. И замерла, когда увидела серьезный взгляд Хокаге. Успокоилась, постаралась взять себя в руки. - Ты уже что-то придумала? Не зря же пригласила меня сюда, - обвела она рукой небольшую кухоньку дома. - Да, - Цунаде сделала глоток, аккуратно отставила чашку. - Думаю, ты и сама понимаешь, что Джирайе тебя научить нечему. Не с твоими целями. Ты хочешь стать медиком. - Но Данзо нужен джинчурики-боевик, - мрачно проговорила Наруто выводы, которые они сделали вместе с Итачи на одной из тренировок. - Верно, ему нужен полностью подвластный оперативник, - кивнула женщина, крутя в пальцах орешек, не замечая, как он пачкает кожу шоколадом. - Он со Старейшинами считает, что Джирайя сможет при необходимости спрятать и защитить тебя, да и многому научит. Саннин же, - фыркнула она, выражая свое отношение к этому мнению Совета и своему приятелю в том числе. В чем-то с ней пришлось согласиться. Джирайя не был прирожденным учителем, как та же Цунаде. Он постоянно забывал, что с детьми необходимо возиться, объяснять им простые вещи вроде контроля чакры и сосредоточенности. И предпочитал "поиски вдохновения" совмещать с разведкой, а не с ролью наставника. - Но ты так не считаешь, - проницательно заметила Узумаки. Цунаде тяжело вздохнула. - Во главе Акацуки стоит бывший ученик Джирайи вместе с друзьями. Думаю, любовь к ним не позволит ему сражаться в полную силу. Он может проиграть. И я не согласна выпускать тебя в опасное время из-под защиты Листа. К тому же... Наруто подобралась, понимая, что они подошли к самому важному мотиву данного разговора. - У меня слишком мало людей, которым я могла бы доверять, - Цунаде смотрела прямо, открыто. - Насчет которых я могла бы точно сказать, что они не подосланы Данзо или Старейшинами. Та же Анко... она слишком привязана к своему бывшему учителю, Орочимару. И то, что она выдает за ненависть, на самом деле является давней, застарелой обидой. Почему он взял Кабуто вместо нее? Почему оставил? Эх, - Цунаде махнула рукой, отпивая чай. - Вернемся к нашему разговору. В свое время я планировала скинуть на доверенных людей часть своих дел, ведь даже мне тяжело успеть все сразу. Тебе я хотела отдать на откуп госпиталь. К тому моменту ты должна уже была бы изучить всю эту "кухню". Поставки, медикаменты, пациенты, отчеты об операциях и обследованиях - все проходило бы через тебя. Разумеется, без помощи мы с Шизуне тебя бы не оставили, следили бы, помогали советом, но основную работу контролировала бы именно ты. Поэтому ты нужна мне здесь и сейчас. Не хочется отдавать такой важный аспект жизни Деревни в руки прихвостней Данзо. - Но как же Шизуне? Почему не она, датебайо? - Шизуне нужна на месте моего личного помощника, - покачала головой женщина. - Это не вызовет подозрений, к тому же, Като предана лично мне, а не Конохе. - Понятно, датебайо... - протянула Наруто. Озвученные планы Хокаге ее пугали. Отдать госпиталь какой-то девчонке, пусть даже ирьенину ранга В? К тому же джинчурики? Работа, причем упорная, никогда не пугала Наруто, она способна была трудиться до седьмого пота. Но подобная колоссальная ответственность ее пугала. Цунаде ласково взяла ее кисть, сжала в своих теплых пальцах, пустив немного чакры. - Не стоит бояться ответственности. За последние годы ты - единственный медик, который освоил технику мистической руки, будучи еще учеником Академии. А выучка Учиха привила тебе серьезность, дала необходимые знания. Думаешь, мне не сообщили, что именно ты несколько месяцев подряд рассчитывала бухгалтерию двух предприятий Учиха с легкой подачи Кагами-сана? - Цунаде скептически взглянула на нее. Наруто покраснела. - И мы будем рядом, подхватим, если ты не справишься, не дадим натворить серьезных ошибок. Да и другие ирьенины - тоже. Они уже несколько раз тонко намекали мне на твой потенциал, - Цунаде фыркнула, припомнив те "намеки". - Справлялись же они все эти годы, когда почти вся медицина в Конохе была заброшена? - последнее она проговорила с горечью. В свое время Цунаде убила очень много времени и сил, чтобы обучить хотя бы два поколения ирьенинов. Но стоило ей покинуть Коноху, как тут же генинов перестали обучать чему-то более серьезному, чем подпитка нейтральной чакрой, чтобы подопечный хотя бы дожил до больницы. И сейчас те, кто трудились в госпитале Конохи, либо были ее бывшими учениками, либо являлись первыми учениками тех ее подопечных, что окончили курс. - Но даже я не могу проигнорировать решение Совета Старейшин, голос Главы Корня АНБУ, - скривилась Цунаде. Не любила она стариков, очень не любила. - И что ты предлагаешь, датебайо? - У тебя есть два варианта развития событий. Ты можешь уйти с Джирайей, попутешествовать с ним по миру, увидеть другие Страны и Деревни, выучить его техники. Это первый вариант. А второй.... Наруто Узумаки уходит из Листа, а через два месяца на ее месте появляется моя вторая ученица, ирьенин А-ранга, которую я оставила в одной небольшой деревушке. Она и станет главой госпиталя Конохи. Наруто, ты должна понимать: если ты выберешь второй вариант, ты должна будешь скрывать свою истинную личность от друзей, близких тебе людей. Изменить внешность, повадки, даже голос, забыть на время свое истинное имя и никому не открывать тайну. Подумай, каково тебе будет находиться в Конохе, видеть их каждый день пробегающими мимо и молчать. Наруто прикусила губу. - Но как же ты, ба-чан? - подняла она глаза на саннина. - Тебе же нужна моя помощь, датебайо! - Наруто, - выдохнула женщина. - Как Хокаге, я объяснила тебе свои мотивы и желания. А теперь я говорю с тобой, как бабушка. Для меня нет ничего важнее твоего счастья. Если для этого тебе нужно уйти с Джирайей, я буду ждать сувениров из Стран и городов, в которых вы побываете. По твоему возвращении мы посидим за чашкой чая, ты расскажешь свои впечатления. Если честно, именно такого пути я хотела бы для тебя. Потому что при втором варианте ты два года вынуждена будешь лгать своим друзьям, делать все, чтобы они ничего не заподозрили. Наруто растерянно смотрела на ба-чан, в голове у нее была полная каша из вороха мыслей, урагана чувств и сомнений. Цунаде понимающе смотрела на нее. - Подумай хорошенько. У тебя есть неделя, чтобы принять решение. Через семь дней вас с Джирайей уже не должно быть в Деревне. Узумаки кивнула, и женщина сняла барьеры. Девушка тут же помчалась домой. Видеть сейчас полные жизни улицы Конохи, фигуры друзей, слышать их голоса сейчас было очень больно. Дома она начала вышагивать по комнате, перекладывать вещи в расстроенных чувствах. В мыслях и на сердце царила полная сумятица, с которой никак не удавалось справиться. Одна лишь мысль о том, что ее практически выгоняют из Конохи, пусть и на два года, сдавливала грудь, от нее сжималось сердце. Девушка встала в центре комнаты и воспользовалась дыхательной гимнастикой, которую показал ей дедушка Кагами, чтобы она могла обуздывать свой типично клановый темперамент. Если она сейчас уйдет с крестным, то потеряет два года, которые могла бы потратить на оттачивание техник. Цунаде была права, когда говорила, что госпиталь, возможно, придется отдать преданному Данзо шиноби, потому что Шизуне просто физически не сможет разрываться на два поста, а доверенных людей мало, медиков среди них - еще меньше. Если Данзо "захватит" ирьенинов, он сможет, по сути, продолжить работу Орочимару, пусть и не в таком жестком и жестоком варианте. Но два года обманывать доверяющих ей людей.... Наруто прошлась по комнате, взгляд ее упал на рамочку с фотографией. Саске и Итачи, два ее лучших друга. Если теме она считала братом, почти близнецом, знала, что он сумеет понять и простить, то Итачи.... Словно два разных человека встали перед ней. Раньше между ними всегда присутствовала странная отчужденность со стороны Учиха. Всегда существовали четко очерченные рамки, за которые они не решались выходить. Несмотря на то, что они стали друзьями, Наруто точно знала, ради чего, вернее, ради кого Итачи все делает. Саске, любимый младший брат. Видела это, как будто читала раскрытую книгу. И была согласна оставаться на вторых ролях, помощником и статистом, лишь бы ее учил гений клана. Но несколько месяцев назад эта преграда пала. Итачи стал ближе, понятнее. Как воздух, он проникал в нее, смешивался как акварель с водой. Его взгляды, его улыбки.... Наруто ощущала, что они адресованы именно ей. Подобная близость вызывала... смутные, непонятные чувства в глубине души, еще слабые, незнакомые девушке. Такого она не испытывала ранее. Здесь были и восхищение и безоговорочное доверие, надежда и мягкая, насмешливая нежность. Узумаки старалась не копаться в этих ощущениях, чтобы не запутаться в том, чего она не понимает. Не торопила, не прислушивалась особо к ним, но знала: они зреют в глубине ее сердца, заставляют замечать в Итачи то, чего она не видела ранее. Тяжелую прядь блестящих волос, падавших на глаза, тонкие, сильные пальцы с аккуратными ногтями, стрелочки ресниц и сдержанный смех в глубине глаз, заставлявший лицо сиять внутренним светом, отчего мужчина становился еще привлекательнее внешне. Наруто ни с кем не говорила о своих маленьких открытиях, откладывала их, как драгоценные фотокарточки в шкатулку. И ждала созревания плода в своей душе, чтобы понять, что же с ней такое творится? Тянула, тянула Тору за хвост, вот и дотянулась. Сумеет ли Итачи простить ее, если узнает об обмане? Сможет ли она не выдать себя за два года, если выберет второй путь? Так ни к чему и не придя, Наруто отправилась на обещанную встречу с мужчиной. Вечерняя Коноха затихала, шумные лавочники убирали товар. То тут, то там видела девушка знакомых ирьенинов, здоровалась с ними, отвечала на дружелюбные вопросы. Смеялась вместе с ними, грустила вместе с ними. И с каждым шагом понимала, что не сможет оставить этих людей, не сможет уйти из Листа. Итачи ждал Наруто возле заброшенного полигона. Несмотря ни на что, даже если девушка ничего не поняла, он решил сделать так, чтобы ей понравился этот вечер. Мать, лукаво улыбнувшись, сунула ему в руки свиток с угощением. Отец, не отрываясь от газеты, сурово сообщил, что велел прибраться в небольшом домике, стоявшем в отдалении от основного. Если Итачи вернется поздно или под утро, он может переночевать там, никого не разбудив, особенно Саске. Итачи фыркнул, упомянутый Саске подавился чаем. Домик, о котором говорил Фугаку, предназначался для молодоженов, чтобы они привыкали к совместной жизни отдельно от всех, и чтобы семья не мешала им в первые дни новой жизни. Более тонкого намека отец не сумел бы дать. И он знал, что все это останется в пределах клана, Учиха не имели привычки сплетничать об отношениях своих родичей. А Наруто вообще считали другом чуть ли не все семейства. И пустившего слухи о ней или об Итачи с Саске, неминуемо ждала суровая кара. Даже главе вряд ли бы сообщили, разобрались бы сами, благо вспыльчивость тоже была в крови Учиха, как и сдержанность и продуманность решений. Все мысли вылетели из головы, когда к нему подошла Наруто. Немного рассеянная, чем-то расстроенная, она все равно попыталась взять себя в руки и улыбнуться ему. Итачи без лишних слов подхватил ее на руки, наложил на них сложную иллюзию и скользнул к границам Деревни. Благодаря урокам Кушины-сан, барьер пропустил его без раздумий. А у Наруто был универсальный ключ ко всем фуин Водоворота - кровь Узумаки. Прижав драгоценный груз к груди, чувствуя, как буйно бьется сердце возле самых его пальцев, сжавших ребра, он помчался по деревьям к своему любимому месту в пределах Листа. Наруто с интересом оглядывалась и спокойно пошла за ним, когда он взял ее за руку и повел узкой тропой между пышными кустами дурманяще пахнущих гортензий и магнолий. Отвел завесу тонких ивовых ветвей, открывая взору девушки небольшое озеро, прячущееся в окружении высоких, раскидистых деревьев. Над ним парили светлячки, плакала горько ива на гладкую поверхность воды, отчего раздавалась повсюду хрустальная капель. Каждый раз светлячки взмывали, начинали кружить, затем опускались и прятались в густой траве, чтобы при следующем перезвоне снова взмыть ввысь. Никто не знал об этом месте, кроме самого Итачи. Здесь он находил покой для своего сердца. И здесь проводил большую часть свободного времени в последние дни. - Как красиво, датебайо! - благоговейно прошептала Наруто, подходя ближе к озеру. Расширенными от восторга глазами, с приоткрывшимся ртом следила она за парением светлячков, даже подставила паре из них ладонь, но те не опустились. Итачи распечатал свиток и достал корзину с угощением и тонкое, но теплое одеяло, послав матери мысленную благодарность. Сам он, даже при всей своей гениальности, об этом не подумал. Оказывается, рядом с Узумаки нужно забыть обо всех приемах очарования и просто наслаждаться ее близостью, их совместно проведенным временем. Они сидели на пледе, ели вкуснейшие пирожки Микото-сан и смотрели на зачаровывающий, ни разу не повторившийся танец светляков. Мерным, тихим голосом Итачи рассказывал древнюю легенду о богине, влюбившейся в смертного. Они прожили вместе долгую, полную приключений и опасностей жизнь, а когда он умер, она велела похоронить его в своем священном озере. А сама опустилась на берег и принялась оплакивать потерянного любимого. Боги сжалились над ней и превратили ее в тонкую иву, а душа ее возлюбленного рассыпалась горстью светляков в ее ветвях. С тех пор они всегда были вместе. Не сразу мужчина заметил, что Наруто почти его не слушает, погруженная в свои мысли. - Нару, тебя что-то беспокоит? Она вздрогнула, как-то испуганно взглянула на него, отчего Итачи еще больше уверился в том, что подруга что-то скрывает. - Итачи, скажи... - она нерешительно ломала пальцы, кусала губы. Совсем на нее не похоже. - Скажи, если бы ты узнал... что я от тебя что-то скрываю... или обманываю... как бы ты поступил? - бросила косой взгляд из-под челки. Скрывает? Обманывает? Сердце дрогнуло. Что уже произошло за те несколько часов, что они не виделись? - Я бы сначала узнал, почему ты так поступила, - рассудительно ответил он, поднял лицо подруги за подбородок, взглянул в печальные синие глаза. - Я тебе доверяю, - и тут же прикусил язык. Мука, исказившая лицо девушки, острым лезвием полоснула по сердцу. Наруто отвернулась, сжала руки в кулаки. Итачи чувствовал, как в ней идет нешуточная борьба. Она сомневалась, колебалась. Но когда выпрямилась гордо, мужчина понял: Узумаки что-то для себя решила. - Через неделю я ухожу с Джирайей на тренировку. На два года, - тихо произнесла она. Мужчина прикрыл глаза. Чего-то такого он и ожидал, когда услышал от Саске об Акацуках. Его противник, мечник Тумана, оказался весьма болтливой... рыбиной. Наруто не зря велела увести его тогда от родника, дополнительного источника его родной стихии. Хотя без поддержки саннина отото все равно пришлось бы плохо. Однако основное выяснить он успел: организация собирает биджу, тем самым убивая их носителей. Лишь вопрос времени, когда они придут за Наруто. - Ты об этом волновалась? - улыбнулся он. - Ну, да, - девушка по привычке запустила руку в волосы на макушке. - Не хотела беспокоить заранее, датебайо! Она лгала, неумело, безыскусно врала. Это заставляло сердце Итачи сжиматься... от жалости. Сколько раз он сам врал, скрывая свои ранения и усталость, лишь бы не волновать мать и брата? Сколько раз улыбался, глядя в тревожные глаза отца, обманывая его, что все в порядке? Что же заставило Наруто научиться этому? Врать ему? В груди закрутилась боль, тонкая, как игла. Чтобы утишить ее, Итачи притянул к себе Наруто, обнял ее, вдыхая полюбившийся запах ее волос. Что бы ни случилось, он выяснит, в чем тут причина. Но сейчас Наруто нужна его поддержка, попытки вызнать правду только причинят ей ненужные страдания. - Тебе нужна какая-нибудь помощь? Лицо Узумаки просветлело, на этот раз она улыбалась вполне искренне. - Просто побудь со мной, - попросила она, прислонившись к плечу и вновь устремив взгляд на светлячков. - Мне так спокойнее. Итачи сжал тонкую кисть, ледяные хрупкие пальчики. И пообещал себе, что непременно узнает, что же скрывается за "обучением" Узумаки. От чего она хочет обезопасить своих друзей? Они провели вместе всю ночь. Гуляли по лесу, держась за руки, по большей части молчали. Наруто глядела на него так, словно пыталась запомнить каждую черточку, каждый жест. А Итачи тряс над ее головой кусты магнолии, осыпая дождем скопившейся ночной влаги и лепестков. И слушал ее заливистый, звонкий смех. У всего их "свидания" была нотка отчаянной решимости со стороны Узумаки, несмотря на это, Итачи завалился под утро спать абсолютно счастливый. Громкий стук разбудил Годайме Хокаге на рассвете. Медленно, в полусне она распахнула дверь. На пороге стояла Узумаки, раскрасневшаяся, с растрепавшейся косой. Сна - ни в одном глазу. Видимо бродила всю ночь, а затем - бежала, решила Цунаде, мельком отметив влажную от росы одежду и прерывистое дыхание. Женщина пропустила внучку внутрь, закрыла дверь. Поставила барьеры, и только после этого Наруто решительно выдохнула: - Я согласна на второй вариант, датебайо! - Вот, - Цунаде сгрузила перед девушкой три высоченные стопки книг. - Это все требуется выучить наизусть, если хочешь подняться до ранга А. Еще тебе следует продумать свой образ, имя, порепетировать, чтобы привыкнуть к нему. И обязательно сообщи его мне. Тяжело объяснить, почему я не знаю имени собственной ученицы, - лукаво улыбнулась саннин. - Где я буду жить по приходе в Коноху? - девушка методично запаковывала литературу в свитки. - У меня дома. Шизуне остался дом после смерти дяди, она живет там. У второй моей ученицы нет никакого жилья в Конохе, - пожала плечами Цунаде. Когда Наруто закончила и присела вновь на диван, она достала из печати свиток. - Это - контракт для заключения кровного договора с призывом Кацую, - пояснила она, пока девушка разворачивала и рассматривала написанные там имена. - Попытайся договориться с призывом, убедить ее сотрудничать. Да и просто пообщайся, Кацую - добрая, отзывчивая душа. К тому же много знает про медицинские техники. - И здорово плюется кислотой, датебайо! - сверкнула глазами Узумаки. - Не без этого, - гордо мотнула головой Цунаде. Женщины посмотрели друг на друга и рассмеялись. Итачи спешил как мог. Тенью пролетал по крышам домов, скользил по веткам деревьев. Хокаге отправила его на задание. Вроде бы ничего сложного, но к моменту ухода Наруто он опоздал. Когда он вернулся, ее уже не было в Деревне. Неделя, он пропустил всю неделю, которую мог бы провести с ней. Запомнить ее, надышаться ею. Не успел, опоздал. Все тянул время, не сказал самого главного. Девушка обернулась, словно почувствовала его, что-то сказала саннину, тот кивнул. И скользнула в рощу неподалеку. Джирайя не спеша, насвистывая себе под нос, отправился дальше один. А девушка встала под широким деревом, задрала голову. - Хорошо, я успею с тобой попрощаться, датебайо! - улыбнулась она. Итачи молнией спрыгнул возле нее, почти вплотную и поймал эту улыбку на ее губах. Поцелуй, нежный, не требовательный, простое соприкосновение губ. Но такое сладкое, долгожданное. Все могло измениться, два года - большой срок. Не для него, для нее. Поэтому он хотел дать ей это время для раздумий. И запомнить ее перед расставанием. Вкус вишен и яркого, обжигающего солнца, что теперь поселилось в его груди и освещало весь его мир. Нежные, сухие губы, немного удивленные. Кончиком языка мужчина лизнул пухлую нижнюю, отчего девушка приоткрыла рот, легко застонала. Обхватила его за шею, прижалась ближе, давая ощутить на руках свою тяжесть. Итачи с трудом отстранился, уткнулся лбом в ее лоб. Наруто выглядела ошеломленной, удивленной. Кончиками пальцев прикоснулась она к своим губам, непонимающе посмотрев на Учиха. Глаза потемнели, как небо перед штормом. - Нару, подумай обо мне не только как о друге, - мягко произнес он. - Прошу тебя. В глубине синих глаз мелькнуло нечто странное, темное. Наруто кивнула, уголки рта дернулись, однако девушка была слишком ошеломлена, чтобы улыбнуться. Она просто вышла из рощи и бросилась догонять саннина. Итачи помчался домой, прячась под иллюзией. Ни на кого не обращая внимания, его лицо снова стало каменным, когда он сдавал отчет, выслушивал одобрение Хокаге. И лишь дома, укрывшись в своей комнате, в ее полной темноте, позволил себе прикоснуться кончиками пальцев к губам. Цунаде посвятила старого приятеля в план лишь частично. Джирайя должен был сопроводить Наруто в деревеньку на границе Страны Огня, к дальним родственникам Сенджу, где девушка продолжила бы изучать медицину. Что крестный и проделал, уже на следующий день испарившись из поселения, где не было ни одной открытой купальни. Друзья ба-чан Наруто очень понравились. Старушка Цуме вместе с мужем Такео приняли девушку с распростертыми объятиями. Никак не могла семейная пара поверить, что "малышка Цуна-тян", частенько гостившая у них, стала целым Хокаге. И спрашивали о ней, о ее здоровье, личной жизни. На что Такео ворчал, а Цуме хихикала, подмигивая Наруто, как заговорщик. Некогда Цуме являлась одной из лучших вышивальщиц по шелку, ее кимоно покупали дайме всех Стран. В пятнадцать лет она вышла замуж за мастера резьбы по дереву Такео. И с тех пор они не расставались. Наруто смущенно отворачивалась, когда видела, как смотрит муж на свою жену. И казалось ей, не видит он ни морщин, ни старости. В его глазах она - по-прежнему молодая вышивальщица по шелку. С головой окунулась она в атмосферу домашнего тепла и уюта, гармонии и любви, в которой ей предстояло провести два месяца. За это время она должна была прочитать уйму книг, выданных ей ба-чан, еще больше - выучить, чтобы суметь сдать тест на ирьенина ранга А. Девушка тренировалась целыми днями, находила покалеченных животных, помогала всем в деревне. Жители только порадовались появлению, пусть и временному, шиноби-медика. Цуме, пеняя ей, какая она "маленькая да худенькая", силком вытаскивала поесть и отдохнуть. А по вечерам распускала ее косу и долго-долго расчесывала волосы, напевая себе под нос. Просила Шинигами не трогать девочку, не оборачивать к ней лик свой. Под это пение Наруто засыпала. Чего девушка никогда не делала - так это не бежала от проблем. Их она отважно встречала лицом к лицу. Стоило ей задуматься, как пальцы невольно касались губ, на которых огнем отпечатался ее первый поцелуй. Со смущением Наруто вспоминала твердость губ Итачи, их нежный, сладкий вкус. Как у нее подкосились ноги и перехватило дыхание, когда коснулся он ее кончиком языка. Внутренности словно схватила огромная рука, сжала в комок. Стоило признать, противно не было, как она представляла в детстве, когда видела "взрослые" поцелуи. Итачи просил подумать о нем не как о друге. А как о ком? Возлюбленном? Любовнике? От таких мыслей Наруто хотелось приложить к горящим щекам снег или лед. Впервые она поняла, что Итачи - мужчина. Привлекательный, сильный шиноби. Безусловно, он ей нравится как друг, она ему доверяет. Но что-то большее? Уже в который раз решила она не торопить события. Время все расставит по своим местам. Нужно дать себе возможность разложить мысли по полочкам. Лишь заметила, что из Итачи получился бы - снова щеки вспыхнули огнем - неплохой муж. Но об этом подумает Наруто Узумаки, когда "вернется в Деревню". А пока она - Шиномори Хино, ученица Пятой Хокаге. И у нее не было, нет и не будет отношений с наследником клана Учиха. Придумывая образ, Наруто не стала мудрствовать лукаво. За основу она взяла своих знакомых шиноби. Волосы подверглись химической обработке усовершенствованным составом краски бабушки Фумико. Уши украсили небольшие сережки-"гвоздики" с круглыми камушками серого "кошачьего глаза". На металлической основе находились необходимые фуин, изменяющие родной цвет глаз усложненными иллюзиями. Платье, как у Шизуне, без белых вставок, сплошь синее. А маска - как у Какаши-сана. На верхней части находились печати, среди которых имелась та, которая не позволяла ее снять. На нижней, на горле - еще один фуин, изменявший голос. Никакой деформации связок, никаких повреждений, изменения лишь "на выходе". Ну а на десерт - две майки из металлизированной сетки, на смену. Цунаде расщедрилась и отдала девушке наследие своей бабки. Майка отлично скрывала чакру, наподобие древних доспехов Узушио. На это "превращение" девушка убивала все свободное время по ночам. Она даже не подозревала о существовании подобных печатей, пока не открыла раздел "Маскировка" в книге бабушки. И вот, в конце второго месяца, перед зеркалом стояла девушка с темно-коричневыми волосами, забранными в широкий, свободный узел у основания шеи. Простое платье и босоножки на низком, широком каблуке делали ее чуточку повыше. Маска скрывала половину лица, оставляя на обозрение лишь темно-карие, почти черные, глаза. Она обладала экономными, скупыми движениями, спокойствием Будды и глубоким, хрипловатым голосом. Пришлось поработать над привычками и характером, долго тренироваться. Цунаде снова оказалась права: Наруто пришлось почти полностью переделать себя, девушка находилась в постоянном напряжении, контролируя каждое слово, каждый жест. Хотя внешне это никак не проявлялось. Она стояла перед зеркалом и прощалась с Наруто Узумаки на долгих два года. Теперь она - Шиномори Хино. - Цунаде-сама, вызывали? - обратился Шисуи к занятой бумагами Хокаге. По бокам от него безмолвными статуями стояли Итачи и Саске в зеленом жилете. - Да. В документах, раздобытых в логове Орочимару, аналитики нашли координаты остальных "змеиных" гнезд. Необходимо зачистить их без лишнего шума, не привлекая внимания. Это задание для вашей тройки, - она передала свиток Итачи. - Вместе вы обладаете почти всеми стихиями. С вами отправятся два медика. Время не ограничивается. Можете выполнять. Шиноби беззвучно исчезли из кабинета. Цунаде откинулась на спинку кресла, посмотрела на бурлящую жизнью Деревню за окном. За это теперь можно не беспокоиться, три гения Учиха справятся идеально. Скоро, совсем скоро, прибудет подкрепление. Шизуне разрывалась на две части, пытаясь успеть и в госпитале и в качестве помощницы Хокаге. Таким образом у девочки скоро будет нервный срыв. Цунаде вздохнула. Будь ее воля, она назначила бы на эту должность кого-нибудь другого, более опытного. Но выбора-то как раз и не было. Все, кто претендовал на звание главы госпиталя, оказывались либо ставленниками Старейшин, либо носили забавную печать на языке. Захватить Данзо еще и эту сферу влияния Хокаге просто не могла позволить. Ничего, скоро ее ученица будет на своем месте. Обе ее ученицы. Хокаге вела оживленную беседу с главами кланов Хьюга, Яманака и Нара, когда дверь отворилась, и внутрь проскользнул шиноби. - Цунаде-сама, к вам посетительница. Говорит, что вы ее ждали. Саннин кивнула и засияла, когда увидела вошедшую темноволосую молодую женщину лет двадцати с хвостиком. Маска скрывала ее лицо, оставляя глаза, платье - фигуру. - Шиномори! - радостно воскликнула она. - Учитель, - укоризненно покачала головой женщина, под маской обозначилась слабая улыбка. - Я же просила! Хокаге повернулась к присутствующим. - Позвольте представить, Шиномори Хино, моя ученица, которую я оставляла приглядеть за одной деревенькой. Женщина поклонилась, любопытные взгляды глав клана скрестились на ней. Но она продолжала серьезно и в то же время безмятежно смотреть в ответ. - Прошу, зовите меня Шино. - Так вас зовут только друзья? - поднял бровь Хьюга, намекая на подхалимаж. - Так меня зовут все, - спокойно отрезала женщина. - Не люблю свое полное имя. Вскоре главы клана распрощались с Хокаге, оставляя ту наедине с ученицей. - Ну что, - весело осведомилась саннин, - готова к проверке на А-ранг, будущий глава госпиталя Конохи? - Да, Хокаге-сама, - склонилась в неглубоком поклоне равной женщина. Цунаде довольно и легко рассмеялась. Новая игра, длиной в два года, началась. И на этот раз у нее есть подкрепление.