Случайность

— Нина, ты поедешь сегодня в офис? — Нет, я останусь с Кристиной, мы хотели прогуляться по парку. — Хорошо, буду в обед, — Йен поцеловал меня в щеку и вышел.       Криста уже прыгала на нашей кровати, когда я вышла из душа. Это маленькое чудо никогда не сидит на месте и постоянно требует внимания. Она была определенно папиной дочкой: светлая кожа, темные волосы и невинно голубые глаза. Но неуклюжесть у этой малышки явно от меня. Ее нельзя отпустить ни на секунду, она споткнется, упадет или ударится. — Крис, давай одеваться, милая, — я села на край кровати. — Мамочка! — она обняла за шею. — Можно розовое платье? — конечно же, она сказала "лозовое". — Да, пойдем.       Кристина взяла меня за указательный палец и повела в гардеробную.       За ней так интересно наблюдать. Как ее маленькие босые ножки шлепают по полу, как она сильно сжимает мой палец, когда боится упасть, как она каждый раз удивляется, видя папу в газете или по телевизору. Она обожает отца. Он для нее все, как и она для него...       Когда у нас с Йеном завязались серьезные отношения, он перестал употреблять что-либо. Вечеринки сменились походами в театр, минералка с утра - на бодрящий кофе. Я не знаю, что с ним случилось, но тот человек, который сейчас со мной - не тот Йен, с которым я познакомилась в клубе.       Лишь одно осталось в нашей жизни неизменным - я не люблю его.       Это произошло спонтанно, неожиданно и быстро. Мне нужна была любая поддержка, а он всегда был рядом, даже когда я этого не хотела. Он помогал мне и морально, и материально. Дарил невероятные вещи, которые все еще рядом со мной. Он читал мне сказки, когда я не могла заснуть и не пускал в клуб. Он возил меня на выставки, благотворительные вечера. Я видела стольких детей, которым он помогал, и все они были счастливы. Его плюсы сейчас можно перечислять бесконечно, но я ничего не чувствую. Возможно, что тогда, 7 лет назад, я что-то почувствовала, раз согласилась выйти за него, но сейчас... Я думаю, что это была лишь увлеченность или же привязанность.       Причины по которым я все еще с ним две. У меня в душе все еще живет боль. Бесконечная и невыносимая, но, когда я рядом с ним, она отступает. Она дает мне дышать, дает свободно жить. Он помогает мне сдерживать боль. А вторая сейчас любуется своим розовым платьем. Кристина была запланированным ребенком, мы хотели малышку. Это чудо совсем освобождает меня от боли, но, что более важно, что будет с ней, если я уйду? Ей будет больно. Ужасно больно. Предательство. Это ужасно, я знаю, поэтому никогда не оставлю мою малышку.       Мы с Крис выходим из дома и идем в сторону Центрального парка. Сейчас весна, все оживает, отходит от зимнего сна. Криста бежит чуть впереди, рассматривая каждое дерево и нюхая цветочки. Внезапно она на секунду останавливается и со всех ног бежит вперед. — Кристина!       Сначала я безумно пугаюсь, но потом замечаю красное пальто. Саша подхватывает Кристину на руки и они кружатся. Две эти мисс Сомерхолдер обожают друг друга, как никого другого. У них даже есть свой язык, который никто не понимает! — Почему ты так пугаешься, Нина? — А ты бы не испугалась? Мой ребенок внезапно побежал куда-то, не сказав ни слова. — Это и мой ребенок тоже, так что молчи. Вы в парк? — Да, сейчас погуляем, а потом пойдем готовить папе обед.       Когда мы дошли до озера, Саша отправила Кристину кормить уточек, а меня держала при себе так, чтобы Крис не слышала, о чем мы говорим. — Нина, ты любишь его? — Что? — Ты услышала.       Саша остановилась и внимательно посмотрела на меня. Она переехала в Нью-Йорк вслед за нами месяц назад. Часто заходит на ужин и всегда странно смотрела на нас с Йеном. Я никогда не понимала, что происходит, пока она не спросила это впервые. Тогда от ответа меня спас Йен, но она все еще говорила со мной об этом, но напрямую так и не спрашивала. До этого момента. — Да, Саша, я люблю его. У нас счастливая семья и дочь, если ты не заметила. — Я заметила, Ник, но... ты несчастна. — А теперь вспомни меня несколько лет назад. Когда я каждую ночь проводила в клубе, когда практически не спала, когда глотала успокоительное, не считая. Тогда я была счастлива? — Подожди, — я собиралась уйти, но Саша взяла меня за руку. — Но ведь это не любовь. Ты держишься за него, за них, как за спасательный круг, но все-таки тонешь. — Но не так быстро.       Я разворачиваюсь и иду к озеру помогать Кристе кормить уточек. Она так ярко улыбается, что я не могу сдержать своей улыбки. Когда уточек становится много, она прыгает от радости и хлопает в ладоши. Естественно, все утки уплывают, но это ее нисколько не огорчает. Беззаботный ребенок, как это прекрасно.