Часто мне кажется что-то еще

Ready to make sense of anyone, anything.

Уилл просыпается в больничной постели совершенно вымотанным. Так продолжается с того самого дня, как он пришел в себя и мог существовать без трубки во рту. Он ни разу не запомнил ни одного своего сна, но, подсознательно понимает, что это нечто большее, чем просто кошмары. Ужасные вещи, имеющие к нему непосредственное отношение. Возможно, нечто, связанное с его нынешним состоянием. Это не беспокоило бы его так сильно, если бы не забирало большую часть времени, отведенного ему для эмоционального отдыха. Он лишался его и считал это возмутительно нечестным. Доктор Уилкс списывает ночные кошмары на некий побочный эффект от лекарств, коих запихивалось в Грэма целая уйма самыми различными способами. Уиллу хочется, чтобы это было правдой. Но до сих пор этот доктор ни разу не был прав насчет него. Грэма посещает мысль, что так думает любой среднестатистический псих. Но его это нисколько не тревожит. Первое, что его тревожит этим утром – это Алана. Мысли о ней накатывают на него время от времени совершенно внезапно. Ему хотелось бы – нужно было – думать о ней почаще. Но давалось это, мягко говоря, с трудом. Они лежат в одной больнице уже уйму времени, а виделись всего дважды. Не сказать, что это были приятные встречи. Алана совершенно искалечена, и это полностью его вина. Если бы он только знал, что болен, ни за что бы не сел за руль, ни за что бы не взялся вести черт знает куда машину со своими единственными друзьями на заднем сидении. Единственное, что его спасает от всепоглощающего чувства вины – незнание и беспамятство. Все эти сведения он получил от Джека, Аланы и остальных. И как бы сильно он не пытался уличить их во лжи – результатом его действий был ассиметричный шрам на шее Кроуфорда и сломанный позвоночник Блум. Господи… Единственной его зацепкой был его собственный шрам. Уилл знает, как выглядят раны от различных источников повреждений не понаслышке, и даже не из учебников судебной медицины в академии ФБР. И отличить колотую рану от разрывов тканей, полученных вследствие осколков стекла не представляло для него трудности. Получить ранение, как у него, можно было любым колюще-режущим предметом – ножом с тонким и узким лезвием или тем же самым осколком, но предварительно тщательно обработанным, и обязательно – Уилл в этом уверен - при помощи третьего лица, которое, судя по всему, старательно выводило своим орудием выверенную, отточенную траекторию. Исходя из этих знаний, Уилл мог сделать вывод, что его рана несет личный характер, а также это не являлось покушением на убийство, так как не задет ни один жизненно важный орган – и это при том, что от печени Грэма преступника отделяли всего каких пару миллиметров. И все же, несмотря на все эти чудовищные нестыковки, обнаруженные Уиллом, до сих пор он не нащупал ни единого обрывка воспоминаний об этом событии, поэтому делиться своими наблюдениями ни с кем не торопился. Он видел, что они знают больше него, так что это априори не имело смысла и, скорее всего, было бы принято в штыки - что Грэму было нужно в последнюю очередь. Он сам во всем разберется. Часы на стене палаты Уилла говорили о том, что, наверное, уже пора вставать и готовиться к процедурам, поэтому он отбрасывает одеяло и приподнимается, когда в его дверь кто-то стучится и беспардонно заглядывает внутрь, не дожидаясь приглашения. - Уилл Грэм, как я рада видеть вас в здравии! Ну, или хотя бы частично. – рыжая девушка игриво закусывает губу, и легко прошмыгивает в палату, оглядывая Уилла сверху донизу, отмечая круги под его глазами и ссадины на ногах - на самом деле они появились здесь, в больнице, и к инциденту не имели никакого отношения. Естественно, это была вездесущая Фредди Лаундс. Уилл был очень удивлен тому факту, что она появилась в его палате только спустя почти три месяца. Наверняка ее просто не пускали к нему. Это мысль греет Уиллу сердце. - Что говорят доктора? – продолжает ворковать Лаундс. - Мне они многого не сообщили, знаете ли… Вы неплохо выглядите! Во всяком случае, лучше, чем ваша подруга – достопочтенная доктор Блум. Боже, какая жалость… - журналистка проходит дальше и по-хозяйски берет книги, лежащие на подоконнике, рассматривает их, после чего кладет обратно, больше не находя их интересными. Уилл, расцепил руки, до этого подпирающие его голову, провел ладонями по глазам, слегка надавив на веки. Затем открыл глаза и окинул Фредди усталым взглядом. - Вы были у Аланы?.. Как она? – безэмоционально. Безжизненно. Она точно записывает этот разговор. Интересно, что она напишет у себя в колонке? «Совсем не чувствует вины за содеянное… Идеальный психопат» - представляет он себе, и ему хочется биться в истерике и смеяться до припадка, но с ними стоит завязать хотя бы на день-другой. Иначе это просто неприлично. - О, она поправляется. Ходить сможет нескоро, конечно, но спасибо хотя бы за надежду, что сможет вообще. У врачей неплохие прогнозы… - девушка смакует каждое свое слово, но затем хмурится, поднимает голову и внимательно смотрит на Уилла: - А почему вы спрашиваете? Вы находитесь в одной больнице и вас разделяет лишь один этаж. Неужели вы не навещаете ее...? – голос фальшиво настороженный. Интересно, она правда не знает, как это выглядит со стороны? Уилл хорошо видит ее – хищника, облизывающегося при запахе добычи - сенсации. Вот как это выглядит. - Если бы я мог ее навещать, я бы делал это как можно чаще, мисс Лаундс. – Уилл дергано улыбается ей, сдерживаясь из последних сил. – Что вам нужно конкретно от меня? Ему хочется прекратить это прямо сейчас, не хочется разговаривать с ней, не хочется ее видеть. Она кажется ему опасной. Поэтому затягивать и вести с ней светские беседы до полудня в его планы не входило. - Просто пришла узнать о вашем самочувствии. Я слышала, что вы мало что помните… - Я не… - начал было Уилл, но его удачно прерывают. - Извините, что вы здесь делаете? Вы родственница? – сегодня Уилл впервые был рад видеть доктора Уилкса. Хоть какая-то от него польза. - Я не совсем родственница, я друг, и я лишь хотела узнать, как проходит лечение Уилла, все ли с ним порядке… - доктор смотрит сначала на Уилла, который отводит от него взгляд, затем на Фредди Лаундс. Он подправляет съехавшие на нос очки и произносит: - Я прошу меня извинить, но вы не можете здесь находиться. – затем зачем-то добавляет: - Я читал ваши статьи – весьма неплохо. – Фредди улыбается Уилксу, с благодарностью принимая комплимент своим работам, не чувствуя ни капли стыда за то, что десять секунд назад пыталась выдать себя за кого-то другого. Впрочем, здесь не было ничего удивительного. – Но, к сожалению, моему пациенту нужно идти на процедуры, так что лучше вам его не беспокоить все то время, пока он находится здесь. Фредди поджимает губы, смеряет их обоих укоряющим взглядом, сдержав более длительный, как показалось Уиллу, зрительный контакт с доктором Уилксом. Затем она развернулась к самому Грэму. - Мы еще с вами встретимся, Уилл. – звучит угрожающе, на самом деле. - Если вы подозреваете, что ваши так называемые друзья вам чего-то не договаривают, то знайте – так оно и есть… - Покиньте палату, мисс Лаундс. – доктор Уилкс берет ее за плечи, легонько подталкивая к выходу. Она подчиняется, но затем, уже на выходе из палаты, оборачивается: – Вы знаете, где меня найти, Уилл. И я знаю - вы захотите встречи со мной. Уилл смотрит на ее удаляющуюся фигурку, тяжело обдумывая то, что она сказала. Усмешка искажает его лицо: - Это вряд ли, Фредди… Это вряд ли. Но в действительности, последние крупицы его успокаивающего самообмана были разрушены в пух и прах.