На связи!

-Господин, в нашу страну хотят въехать… -К черту. -Но господин, это люди из… -Пусть сдохнут. Мне нет до них дела, - Объединенные Арабские Эмираты поморщился, рассматривая свое отражение в дорогом золотом зеркальце. Черт, неужели опять эти мерзкие пигментные пятна вскочили?! Это все от той партии из ушедшего под воду Алжира, вот точно! Еще чуть-чуть, и кожа темнеть начнет. А это приравнивалось к смерти. -Это альбиносы. Из Чада, - хотя… Так, если разбавить всю массу приезжих чернокожих абсолютно белыми людьми, наверное, они уравновесятся. ОАЭ самодовольно улыбнулся и, отложив зеркальце в сторону, обратился к Дубаю: -Хорошо, пусть живут. Главное, чтобы не сгорели, а то солнце… Дубай вздохнул и вышел из комнаты, оставив Эмираты в одиночестве. Как же ужасно, когда твоя страна настолько самовлюбленная, что позволяет к себе обращаться только на Вы, да еще и «господин» прибавлять. Глупый зажравшийся ребенок. В самом начале нормальным хоть был, милым, ходил, как все арабы и не позорился. А теперь… Во что он превратился?! Зайд просто не узнавал старшего брата – высветлить кожу, покрасить волосы…. Да на кого он хочет быть похож?! Вначале Зайд предполагал, что на европейца. Но, услышав, как Эмираты обкладывает весь европейский род, он перестал быть в чем – то уверен. Дальше – хуже. Вскоре ОАЭ заявился к Дубаю и объявил, что его лицо покрыто уродливыми пигментными пятнами! Так он обозвал несколько веснушек, которые раньше не замечал, отчего они вольготно расположились на носу и жили себе безбедно. Но Эмираты стал их замазывать. Зайду иногда казалось, что вместе с ними он замазывает свою былую доброту и сердечность. -Зайд, здравствуй! – внезапно Дубая кто-то окликнул. О, это Катар. Правильнее сказать, Катаро – Бахрейнский Эмират. Совершенно другого склада и характера человек. Хоть он и ужасен в том, что носит этот мерзкий Аллаху облегающий черный верх, оголяющий торс, в остальном он замечательный человек. А какая у него шикарная коса – до пола… -Здравствовать и тебе, Катаро – Бахрейнский Эмират! Зачем пришел? -Я к Амиру! – Катар улыбнулся и, прошлепав босиком мимо Дубая (обувь он не носил из принципа. Непонятно, правда, по каким соображениям, но не носил.), зашел в комнату к Эмиратам, даже не постучавшись. Зайд удивленно посмотрел ему вслед и вздохнул – ну как у Хасана находится мозг, чтобы общаться с его зазнавшейся страной? При этом Катар считает это совершенно нормальным и даже записывает Амира в список друзей. Такого зазнайку и самовлюбленного кретина! Это достойно уважения гораздо больше, чем черный верх, оголяющий торс. Действительно, Катаро – Бахрейнский Эмират был очень странным человеком. С одной стороны – веселый, открытый, верующий, миролюбивый… Идеальный исламист, хоть и позволяет себе гораздо больше, чем нужно в плане веры. Его можно понять – в Дохе стоит ужасная жара круглый год, так должен он получать удовольствие от своего бытия страной или нет? Почему ему нельзя оголить торс? Можно, он ведь страна, если его убьют, он обязательно вернется – лишь был бы жив на Земле хоть один человек, в котором течет кровь Катара. С другой же стороны… Он всегда носит с собой золотой хлыст. И периодически пускает его в ход. От этого на спине у Арабских Эмиратов целых три шрама… А еще у Бахрейна один – через все лицо. Говорят, они сильно поссорились, вот Хасан и хлестнул друга. А как виртуозно он им владеет! Умеет драть до кости, но при этом может и просто набить синяк – все зависит от степени злости. Наверное, он немного ненормальный. В его стране не было ни одного случая заражения, ровно как и в Эмиратах. Наверное, это благословение Аллаха. -Я слышал, Амир настолько добрый, что пустил в страну с десяток негров-альбиносов. Правда? – Катар широко и обаятельно улыбнулся, появившись позади Эмиратов, в отражении зеркала. -Ах, это ты, - всегда, когда Эмираты видел Хасана, он тут же изображал себя крайне усталым человеком. Непонятно, почему… Может, потому что Катар не любил бить усталых людей? Хотя, как он сам со смехом замечал, для Амира у него всегда останется припасена пара ударов в любом состоянии, - да, пустил, и что с того? – Эмираты картинно закатил глаза и стал поправлять прическу – высветленные волосы, теперь пшенично-золотые. Это была его гордость, посему корни он закрашивал каждый день, благо денег хватает. -С какой это милости? – Катар улыбнулся и, ничуть не задумываясь, приобнял ОАЭ за талию. Да, они любили друг друга. По крайней мере Хасан любил. Иначе бы ударов было бы не три, а тридцать. Или триста. Смотря по настроению. -Да отстань! – Эмираты обиженно поморщился, но вырываться не стал. На самом – то деле ему было очень приятно, что кто – то его любит. И что этот кто – то выглядит куда хуже него. Да-да! Такие косы, должно быть, носили его прабабушка и прадедушка, а эти штаны не то что вышли из моды… Они просто туда не входили! Амир был ну очень себялюбивым. В списке самых дорогих людей у него всегда находился лишь он. Он, он, он, он и его отражение в зеркале. Зайд правильно ужасался с него – ОАЭ был просто кошмарен. И Катар выбрал его непонятно по какой причине…. -Ну Амииир, я же соскучился, дай поцелую! – Хасан вырвал из рук у Эмиратов зеркальце и, широко, немного ненормально улыбаясь, изо всех сил прижал к себе. Эмираты хотел было возразить, возмутиться, но… У Катара были слишком приятные губы, чтобы возмущаться. Амир закричал. Громко, протяжно, испуганно… На крик тут же прибежал Дубай. От увиденного он схватился за голову – только не… Хасан лежал на полу. Точнее то, что было Хасаном. На лице Эмирата не было привычной широкой улыбки, глаза закатились, а тело изгибалось в конвульсиях. -ПОЧЕМУ??!! У НЕГО ЖЕ НЕ БЫЛО НИ ОДНОГО СЛУЧАЯ!!! НИ ОДНОГО ЗАБОЛЕВШЕГО!!! – Амир истерично расплакался, отходя от Катаро – Бахрейнского Эмирата. Это… Это просто невозможно, это абсурд. Катар внезапно затих. Нет, не умер – грудь вздымалась, каждый вздох давался с трудом… Хасан свернулся клубочком и закашлял. Плохой это был кашель… Изо рта у него текла кровь. Похоже, он тоже заражен. Или… Или это вообще какая-то новая болезнь? А вдруг он заразил ей ОАЭ? Зайд вздохнул и попытался выставить Амира за дверь. Не получилось. Араб стоял на месте, бледный как смерть, отчего его веснушки выделялись еще ярче. -Помоги… Ему. Не мне. Ему нужнее… Зови слуг, Зайд. Пусть ему приготовят комнату… И вызови врача. Если он его не вылечит… Я прикажу казнить его, - на эти слова Катар, с трудом фокусируя взгляд на любимом, улыбнулся. Подрагивая от лихорадки, все еще сплевывая кровь… Улыбнулся. Потому что действительно понял, что Амир его любит. В тот день ни Катаро – Бахрейнский Эмират, ни Объединенные Арабские Эмираты на связь не вышли. И больше не выйдут. Никогда…