Девочка-бунтарка.

- Генри, за стол! Утренний ритуал каждый день остается неизменным. Или почти неизменным. Регина проснулась непривычно рано, но это не помешало ей подняться с кровати. Подолгу валяться в постели она не любила, поэтому как только привела себя в порядок, Миллс направилась на кухню и начала готовить завтрак. Регина разливала горячие напитки по чашкам, когда Генри вошел на кухню. Подросток подошел к матери и поцеловал в щеку, и с приветливой улыбкой сел за стол. - Доброе утро. Как спалось? - Миллс поставила перед сыном тарелку с тостами и кружку ароматного какао с корицей. - Отлично! - ответил Генри и приступил к завтраку. - А ты выспалась? Вчера был трудный день, и я заметил, что ты поздно вернулась домой. - Надо было решить кое-какие важные вопросы, - ответила Регина и села за стол напротив сына. Подросток заметил, как его мама поставила на стол еще две чашки: один с какао, другой с кофе. Его это очень удивило, ведь кроме них двоих, никого не было. Да и гостей вроде они не ждали. Генри молча наблюдал за матерью, которая пила кофе и читала утреннюю газету. - Мам, а для кого какао? - не выдержал мальчик. Любопытство взяло вверх. - Что? - Регина выглядела немного растерянной. Миллс с недоумением посмотрела на дымящую кружку и не могла поверить своим глазам. Но потом она поняла, что какао было сварено еще и для Эммы. За короткое время она привыкла заботиться о Свон, варить ей каждое утро любимый напиток. И сегодня, не задумываясь, на автомате сварила какао не только для Генри, но и для Эммы. Теперь же все иначе, Свон снова стала собой и больше не будет жить в этом доме. Нет больше той маленькой девочки, которой она была. Эмма — взрослая женщина и она может сама о себе позаботиться. У нее есть свои родители, и опека Миллс ей больше не нужна. На душе стало тоскливо от осознания того, что Эмма больше не будет нуждаться в ней. Не покажет больше тех истинных чувств, что скрываются в ее душе. Скованность и скрытность вернулись, Эмма снова воздвигла вокруг себя стены. Миллс поняла это по вчерашнему разговору в участке шерифа. Она почувствовала это, но ничего не могла поделать с решением самой блондинки. Только принять и вернуться к прежнему общению. Но Регина хотела большего... - Прости, Генри, - натянуто улыбнулась Миллс. - Привычка. Я забыла, что Эмма больше не живет с нами. - Она обещала заехать за мной и отвезти в школу, - с улыбкой сказал подросток. - Ты не зря сварила какао и на нее. Я взял с мамы обещание, что она сварит тебе свой фирменный кофе. - Надо будет взять у нее рецепт, - сказала Регина и отпила свой кофе из чашки. У Генри зазвонил телефон. Мальчик ответил на звонок незамедлительно. Миллс сразу же поняла, что звонила Эмма. У нее тут же участилось сердцебиение. Возможное появление Свон вызвало волнение у мадам мэр и чрезмерную радость. Собственная реакция при упоминании Эммы немного смутила Регину, ей одновременно и хотелось увидеть блондинку, но она не знала, как вести себя рядом с ней. - Прости, мам, я сейчас, - Генри поспешно встал из-за стола и вышел в коридор. Регина осталась сидеть на месте. Она поняла, что сын вышел к родной матери. И догадка подтвердилась, когда Генри зашел на кухню, держа за руку явно упирающуюся блондинку. Эмма неуверенно улыбнулась, когда посмотрела на хозяйку дома: - Привет. - Доброе утро, - поприветствовала гостью мадам мэр. - Садись за стол, - Генри усадил Эмму и пододвинул к ней кружку с какао, который приготовила Регина. - Мама сварила его специально для тебя. - Эм, спасибо, - все так же неуверенно ответила Свон. Регина заметила скованность Эммы и это удивило ее, расстроило. - Пожалуйста, - ответила Миллс и вернулась к чтению своей газеты. Нежелание Эммы общаться было на лицо, поэтому брюнетка не хотела навязывать свое общество и продолжила пить свой кофе. На кухне воцарилось неловкое молчание. Это заметили только Эмма и Регина, Генри с удовольствием поглощал завтрак, и попутно что-то рассказывал своей родной матери. Свон рассеяно слушала его, все ее внимание было сосредоточено на Миллс. Она искоса наблюдала за королевой и в душе все сжималось, ведь Регина никогда не будет принадлежать ей. Для себя Эмма приняла решение и тут же его нарушила. Она не хотела заходить в дом, но Генри настоял на своем. Чтобы не вызвать у сына лишних подозрений, блондинка согласилась. И вот она сидит на кухне и пьет какао, который сварила Регина. И это невольно делало Эмму счастливой и довольной. «Почему все так сложно?» - подумала про себя Свон, искоса наблюдая за Миллс. - «Почему за нас всегда решает судьба? Неужели мы сами не можем построить собственное счастье? Почему мы должны любить тех, кто нам предначертан? А не тех, кого мы сами хотим любить?» На эти вопросы не было ответов. И никто не сможет на них ответить. Эмме было досадно, что счастье вроде и рядом, но в то же время оно так далеко, так недосягаемо. Свон хотелось прикоснуться к бархатистой коже Регины, обнять ее за талию, поцеловать полные манящие губы. Но это всего лишь грезы, несбыточные мечты. Генри вышел из-за стола и убрал со стола всю грязную посуду. Регина благодарно улыбнулась ему, а Эмма с гордостью похлопала его по плечу. Подросток смущенно почесал затылок и, что-то пробурчав себе под нос, вышел из кухни. Регина и Эмма остались наедине. - Я договорилась об отдельной палате в закрытой лечебнице для Зелены, - Миллс отложила газету и серьезно посмотрела на своего шерифа. Она первая решила нарушить затянувшееся молчание. - И как долго она там пробудет? - спросила Эмма, вопросительно изогнув бровь. - Мы не можем держать ее там вечность. - Если у тебя есть какие-нибудь предложения, я готова выслушать, - ответила Регина и встала из-за стола. - Может, просто отправить ее обратно в страну Оз? - как вариант предложила Свон. - Как? - задала встречный вопрос мадам мэр. - Чтобы отправить ее туда, нужен портал. А на дороге, знаешь ли, волшебные бобы не валяются. Да и найти волшебную дверь в Сторибруке тоже проблематично. К тому же нет гарантий, что Зелена не найдет способа вернуться сюда и отомстить... снова. - Других идей у меня нет, - с досадой произнесла Эмма. - Но и там она не будет в полной безопасности. Голд найдет способ поквитаться с ней за смерть сына. - Значит, придется пойти на сделку, - сказала Регина. - Мне. - Что ты несешь?! - возмутилась Свон. Она не хотела, чтобы Миллс шла на сделку с Темным. - Ты с ума сошла?! Я не позволю тебе пойти на этот шаг, Регина! Даже не думай об этом. Слышишь? Негодование Эммы удивило мадам мэр. Она заметила страх и волнение в глазах шерифа. Это выражение напомнило ей маленькую девочку, которой была Свон. Эти чувства она видела в ее детских наивных зеленых омутах, а сейчас уже во взрослой женщине. На губах брюнетки появилась теплая улыбка. - Спасибо за заботу, - произнесла Миллс. - Но ты права, Голд представляет для моей сестры серьезную опасность. - Я сама поговорю с ним, - Эмма подошла к Регине и неосознанно взяла ее за руку. - А пока стоит поставить магический барьер на новое убежище Зелены. Хотя я понимаю, что для Голда снять его не составит никакого труда, но идти на поводу Темного тоже не выход. - Хорошо, - согласилась Регина, наслаждаясь теплом ладони Эммы. - Скажи, как ты себя чувствуешь? Не было никаких проявлений побочных воздействий после обратного обращения? - Я в полном порядке, - Свон слабо улыбнулась. Забота и беспокойство Регины тронуло ее. - Не считая того, что я ничего не помню. И есть еще кое-что, что я должна тебе сказать. - Я тебя слушаю, - Миллс несильно сжала ладонь Эммы, будто боялась потерять контакт. - Я вчера поговорила со своими родителями, - призналась Свон. - Мы все выяснили и в скором времени они должны принести тебе свои извинения. Спасибо тебе за все, что ты сделала для меня. Я в неоплатном долгу перед тобой. Если я смогу что-то сделать для тебя, обращайся. - Ты мне ничего не должна, Эмма, - возразила Миллс с понимающей улыбкой. - Ты бы сделала для меня то же самое. Я рада, что с тобой все в порядке. Мы все боялись потерять тебя. - И ты тоже? - вопрос слетел сам собой, и Свон хотелось прикусить себе язык за это. Она боялась услышать ответ, но хотела знать его. - И я тоже, - честно ответила Регина, глядя прямо в глаза. - Чтобы я делала без своего шерифа? Мы с тобой вместе через многое прошли, и я успела привязаться к тебе, Свон. Не пугай нас так больше, хорошо? - Постараюсь, - ответ Миллс радовал и огорчал одновременно Эмму. Для Регины она навсегда останется только шерифом или в лучшем случае просто другом. На большее рассчитывать... просто глупо и безнадежно. Обе женщины услышали громкие шаги со стороны лестницы. Эмма нехотя отпустила руку Миллс и отступила назад на несколько шагов. Генри взбежал на кухню и вопросительно уставился на матерей: - Я готов! - Тогда, поехали? - Эмма улыбнулась сыну и направилась к выходу из дома. Регина передала Генри приготовленный заранее бумажный пакет с обедом. Генри поцеловал маму в щеку и поспешил вслед за Эммой. Миллс видела, как ее сын садился в желтый жук. Мадам мэр не любила эту машину, она не считала ее безопасной и надежной, но она видела с каким трепетом к ней относилась сама хозяйке. Эта рухлядь на колесах была очень дорога Эмме и вряд ли когда-нибудь она сможет избавиться от нее. Но в какой-то степени Регина понимала блондинку, некоторыми вещами можно дорожить долго, даже слишком долго. Как только желтый автомобиль скрылся из виду, Миллс вернулась в дом. На сегодня у нее есть несколько важных дел, и одно из них — перевезти Зелену в ее новое жилище. Регина хотела, чтобы Эмма сопроводила ее, но она боялась, что старшая безумная сестра может попытаться задеть шерифа за больное. Робин тоже был не вариант, ему и так крепко досталось. Оставался только один кандидат, которому Миллс могла доверять и который не раз помогал в трудную минуту. Оставалось только надеяться, что Руби согласиться помочь и в этот раз.