Сосед по лестничной площадке

Солнце светит прямо в лицо... Такое яркое и теплое... Я бы сказал слишком яркое. Даже с закрытыми глазами, мне хочется щуриться, чтобы не видеть сияние, которое, кажется, хочет лишить меня зрения, спалив с легким шипением глазное яблоко. Какая мягкая кровать... Я утопаю в объятиях этого предмета мебели, но, как ни странно, вырываться из этих тисков ублажителя снов, приютителя усталости мне ничуть не хочется. Божественное ощущение теплоты и спокойствия... Так хорошо просто лежать и не думать ни о чем серьезном... Блаженство... Наверное это один из многоликих образов счастья. Ммм... Какой запах! Кажется яичница с беконом... Мама... Она постоянно готовила мне на завтрак яичницу. Как давно это было... Детство, детство... Стоп. А, собственно, почему у меня в квартире пахнет этим блюдом? Мой холодильник, насколько я помню, приютил на своих полках лишь кусочек черствого хлеба, краюшку плесневого сыра и страшнейшего вида невесть какого года банку майонеза. Обычно моей едой является рамен на скорую руку в пачке с надписью «быстрого приготовления», или же обед вне дома - в гостях или в ресторане, кабаке, забегаловке — когда как повезет. Готовлю я откровенно отвратительно, даже тот же самый рамен временами получается из рук вон плохо... А иногда все-таки хочется той домашней еды, которая имеет свойственный ей вкус чего-то родного, близкого сердцу. И почему в моей квартире пахнет домашней едой? Да, именно домашней, этот запах я не перепутаю с ресторанными блюдами... Воспоминания вчерашней ночи без какого-либо стука ворвались стремительным водопадом ощущений и чувств в мою наивную, ничего не подозревающую голову... Я сглотнул вязкую слюну и с замиранием сердца и какого-то рода испугом открыл глаза. Шесть раз! Шесть раз за ночь... Постоянно, стоило мне заснуть, я просыпался от того, что все внутри горело, а ощущение напряженности в паху и так называемый стояк давали всему довольно логичное объяснение. Этот чертов извращенец... Всякий раз, стоило мне проснуться, я встречал на себе пронзительный взгляд его аметистовых глаз. Как будто бы он так и ждал, когда я снова очнусь от непроницаемой тьмы, что бы вновь поиметь меня... Сколько отвратительной не казалась мне эта мысль, она все-таки является истинной. Вот ведь гад! Ну я ему еще это припомню!... Хм... А почему я не злюсь, а лишь причитаю и воспринимаю все как должное? Я должен злиться, определенно должен! Странно все это... И вообще, что за странный афродизиак он мне подсунул?! Вроде бы чувствуешь, что отпустило, а через некоторое время опять возбуждение и страстная потребность секса... Как будто тот чай, что я выпил тогда, этими глотками и дает о себе знать, только наверное лишь увеличивая время между актами этого грязного спектакля. Ну я сейчас расспрошу все у этого негодяя! Резко встаю с кровати и тут же падаю, хватаясь за одеяло и тем самым стаскивая его на пол. - Итай! Как больно! Спина, моя спина! Рука! Моя больная конечность отозвалась на соприкосновение с твердой поверхностью резким порывом боли, я умудрился неосознанно ухватится обеими руками за одеяло. Он мне за это ответит! Да что там за это, он мне за все ответит! Свинья! Больно-то как... А на работу я каким образом в таком состоянии пойду?! Да, кстати, интересно, а сколько сейчас времени? Я ведь не опоздал?... Не опоздал ведь... Часы... Где часы?! Меня же уволят к гребаной фени! Быстро собираю свои манатки, и живо на работу! Встать, самое главное встать. Легко сказать... Это вам не какой нибудь один раз, это целых шесть! Блин, как задница болит... - Тсунаеши-кун, я слышал грохот, что-то случилось? - Завидев мою разозленную тушку на полу, пытающуюся подняться нелепо хватаясь за край кровати, он озадаченно посмотрел, по кошачьи склонив голову на бок, и прыснул, не сводя с меня взгляда. - Чего?! - Грубо отозвался я, пытаясь выпутаться из просторов одеяла. - Это ты во всем виноват! Что за странную хрень ты мне дал?! У меня до сих пор при воспоминании о тех ощущениях внутри все съеживается... Какого ты напоил меня этой фигней, я думал, ты натурал... И вообще, хватит пялиться, помоги мне! Он тихонько рассмеялся и, приблизившись, схватил меня на руки. - Эээ, поставь на место! Я не то имел в виду... - Этот афродизиак не совсем обычный, одно новое изобретение моего друга... - Так ты на мне экспериментировал?! Отпусти меня обратно! Мне нужно на работу! - Я не натурал, я бисексуал. Такой же как и ты. - Откуда ты вообще... - Сейчас три часа дня, так что на работу мы с тобой, Тсунаеши-кун, опоздали. - Перебив меня, без какого-либо сожаления сказал он. - Чего?!... - Заткнули меня весьма оригинальным способом — обворожительной улыбкой, которая ввергла меня в легкое замешательство и непомерное восхищение, все-таки он чертовски красив, и последовавшим за ней поцелуем... Мягко, сладко, непостижимо... Сам того не осознавая, я начал отвечать... Его юркий язык касается нёба, вырисовывая круги и ведомые лишь ему одному узоры. Я теряю себя в этих ощущениях... Кажется будто я оглох, слышу лишь как часто бьется мое сердце, с каждой мгновением, кажущимся вечностью, ускоряясь еще на шаг... Наши языки сплетаются, и все мирские заботы отходят на задний, не значимый и совершенно не волнующий нас в эту вечность план. Дыхание... Воздуха не хватает... Черт! Что? Почему я так расстроен? Это животное сейчас меня заткнуло таким способом, а я еще разочарован в том, что его животной страсти помешала наша потребность в кислороде... Черт, что со мной твориться? Это его феромоны так на меня действуют? Альфа-самец, блин... Так если ты бисексуал, то какого ко мне привязался?! У тебя что недотрах? Найди себе какую-нибудь девочку по вызову, или уж на крайний случай мальчика, и отыграйся на них в конечном счете... Аргх... Вообще не понимаю, что он творит! Вроде общались нормально, и тут такое... Кажется, мой мозг сделал тройной аксель в черепной коробке. - Зачем? - Спокойно, как на допросе, задаю волнующий меня вопрос, пытаясь смотреть этому парню в глаза. - Что ты имеешь в виду, Тсунаеши-кун? - Не отводя взгляда, спрашивает этот бесстыдник. Честно признаться, это меня не то что удивило, скорее поразило до самых пяток. Нет, неужели эта... то, что он со мной сотворил, кажется ему обыденным и довольно привычным? Ну знаете... - Зачем ты это сделал? Да что там сделал... Делаешь до сих пор! Не притворяйся, ты ведь понимаешь, о чем я. - Зачем уложил в постель, предварительно напоив афродизиаком? Ну, понимаешь, Тсунаеши-кун... Ты меня заинтересовал еще с первого дня нашего с тобой знакомства... Помнишь же, когда ты в хлам пьяный сбил меня на машине? Тогда ты меня немало удивил, и весьма, весьма заинтересовал... Мало где можно встретить парня с симпатичной мордашкой, феерично сбивающего тебя на машине, обзывающего грубияном и, что не менее поразительно, добирающегося до квартиры ползком вслед за другом, пребывающем в похожей консистенции. А после моего знакомства с тобой ближе, интерес, зародившийся в тот день, усилился еще больше. Мне стало любопытно попробовать тебя на вкус... - Чего?! - Что за странные желания? Он так каждого заинтересовавшего его встречного пробует на вкус подобным образом? Страшный человек... Но целуется классно. Так, о чем это я?! Прочь, прочь эти мысли! Кажется мои щеки стремительно залил румянец... - Ты на вкус, как зефир... Так сладко, что невозможно оторваться... - Бьякуран показательно облизнулся, - я хочу еще и еще, и каждый раз не могу насытится сполна... Ты мой личный сорт героина... - Героин не имеет сортов. - Факт, кстати говоря. Не подумайте, я не употреблял, просто где-то слышал, не помню уже где... - Ну тогда ты мой личный сорт морковки. - М-морковки? - Если не ошибаюсь, он говорил, что любит зефир, а тут вдруг морковку вспомнил... Странный тип. - Просто я обожаю морковку. - Он ухмыльнулся, сажая меня на диван в гостиной, по пути к которой мы так мило беседовали. - Хочешь есть, Тсунаеши-кун? Я приготовил яичницу. Надеюсь тебе понравится. Так он еще и готовить умеет... Прям не мужик, а домохозяйка. Значит морковки... Это что-то вроде признания в любви? Изощренно... Я ухмыльнулся, мысли внезапно появившейся в моей голове, после переваривания полученной информации. Она была глупой и в тоже время казалась весьма правдивой... Тем временем передо мной на стеклянном столике уже стояла тарелка с недавно приготовленным блюдом, от которого еще шел легкий пар. От аромата, исходившего от блюда, у меня потекли слюнки, и я решил, что продолжать расспрос и выяснять почему, как и что лучше на полный желудок. С немалым энтузиазмом я приступил к поеданию яичницы. Кстати говоря, впервые я был рад, что этот диван в гостиной настолько мягок, я почти не чувствовал боли в пояснице. На половине моего уплетания за обе щеки угощения, и сверления меня взглядом со стороны Бьякурана, раздался пронзительный дверной звонок. - Кто ко мне пожаловал в такое время? - Не скрывая раздражения, прошипел Джессо. Как только мой соседушка-совратитель вышел из комнаты, я наконец смог вздохнуть с облегчением. Яркий румянец не желал сходить с моих щек, а от его пронзительного взгляда меня бросало в дрожь, и сердце билось в бешеном ритме. - Оу, какие люди! Доброго дня. - Лилейным голосом, даже слишком приторным и слащавым, промолвил Бьякуран. Если бы со мной говорили в подобных интонациях, я бы наверное задохнулся и не пожелал иметь с этим человеком ничего общего. - Да, доброго... - Ответил ему в не менее уступающем тоне знакомый мне голос. - Не подскажите, где Тсунаеши-кун? На работу он не вышел... Не могу ему дозвониться, телефон отключен, а на звонок в дверь он никак не реагирует. И почему вы не вышли на работу? - Телефон похоже разрядился, он и так вчера был на последнем издыхании, что уж говорить о сегодняшнем дне. Но что здесь делает Мукуро?! Неужели так обо мне беспокоился? - Нет, не имею малейшего понятия. Сам я слегка приболел... - Он наигранно покашлял. Врет и не краснеет, хотя откуда мне знать, краснеет он или не краснеет... - Ну раз я пришел, то не позволите ли войти? - Нет. - Кажется разговор переходит в более грубую форму... Страшно... А если зайдет и увидит это? Как объяснять-то?... - Ку-фу-фу, разрешите мне пройти. - А если нет? - Правильно, не позволяй ему войти! Хотя можно и помягче... - И почему же? - Не имею желания видеть вас в своей квартире. - На полном серьезе ответил Бьякуран. - Я могу и уволить вас, знаете ли. - Не имеет значения. Страшно... Я думаю вмешиваться не стоит, но ведь это я буду виноват в том, что соседушку уволят с работы! Надо выйти и показаться Мукуро, сказать что приболел и завтра буду на работе. Ковыляя, двигаясь преимущественно опираясь на стенку в одной простыне, в которую был завернут ранее, я, подобно греческому богу, вышел из-за угла и слабо улыбнулся боссу. - Здрасте, Мукуро-сан. - Он был немало ошеломлен представшему перед ним зрелищу. - Я слегка приболел и поэтому... - Значит вы... - В его голосе слышался немалое замешательство и удивление. - Да, мы любовники. - Он приблизился ко мне и приобнял, зарываясь носом в макушку. - Чего? Нет... Это не то что вы... - Не стесняйся, Тсунаеши-кун. - Он показательно чмокнул меня в щеку. - Мы любовники. Я не столько был шокирован, сколько в гневе и бешенстве. Как он вообще... Вот скотина! Какие нахрен любовники?! Совсем того... То ли от гнева, то ли от удивления я лишился дара речи и, как рыбка, то открывал рот, то снова закрывал. - Хм... Вот значит как... - С легкой задумчивостью сказал он, а после, улыбнувшись каким-то своим мыслям продолжил - Тсунаеши-кун, ты можешь и дальше работать моим секретарем, а вас Джессо-сан, я попрошу покинуть мою компанию и искать другое место работы. - Тсунаеши не будет работать там, если вы выгоните меня. Правда ведь, Тсунаеши-кун? - Я удивленно хлопал глазами и лишь кивнул в знак согласия, ведь если он из-за меня лишиться работы, то совесть будет мучить душеньку мою до конца наших с ней дней. - Яре, яре... - Рокудо призадумался - Ну что же оставайтесь, но поблажек не ждите. - Особенно он выделил слово поблажек, а после развернулся и стремительным шагом направился вон из дома. Я сглотнул и с немалой яростью в голосе произнес: - Какие еще нахрен любовники?! Он лишь улыбнулся и, схватив мое разъяренное лицо в свои ладошки, посмотрел в мои глаза. - Я ведь говорил тебе, ты меня весьма заинтересовал. А таких людей, которые меня интересуют не так уж и много... Если ты не понял, Тсунаеши-кун, то это было предложение встречаться. Я хочу, что бы ты был моим любовником. Он сейчас спрашивает или утверждает? Странный тип. Очень странный тип. Но что-то в нем меня цепляет, заставляет мое сердце биться чаще... - Возможно. - Стремительно краснею и отвожу взгляд. - Я не понимаю, что чувствую, и в замешательстве от того, что ты меня вот так вот использовал... Я пока не понимаю... Просто из любопытства я буду с тобой встречаться... Если бы мне сказали хотя бы вчера днем, что моим любовником будет человек, почти мне не знакомый, накануне напоивший какой-то хренью и можно сказать изнасиловавший, то я бы не за что не поверил и приторно рассмеялся, а сейчас... Чувствую невесомый поцелуй в висок и краснею еще больше, ощущая, что внутри все сжимается, а в животе порхают бабочки. Слышу как что-то падает и вижу на площадке соседку с верхних этажей, удивленно зажимающую рот ладошкой. Вот блин, дверь забыли закрыть! То есть эта женщина видит двух прижимающихся друг к другу мужчин, один из которых закутан в простыню... Бедная психика этой дамы... - Это не то, что вы... Долго я разъяснял этой женщине, что к чему, а если сказать более точно, то откровенно лгал, а этот гад лишь стоял рядом и ухмылялся... Со временем наша жизнь стала более покладистой и спокойной, я уволился с работы, устав от этих вечных приставаний босса и перепалок между ним и моим любовником. Другая работа хоть и не такая прибыльная, но тоже весьма неплохая. А что насчет моего теперь уже сожителя... То это весьма долгая история, хоть и довольно занятная. Много же он из меня кровушки-то выпил... Но я так и не нашел ответа, на волнующий меня все это время вопрос о том странном чувстве, которое возникает, когда вижу его... Вот так вот мы с моим любовничком и живем - я его личный сорт морковки, а он мой личный кролик. Почему кролик? По физическим потребностям. По очень частым физическим потребностям...