Until the end

      Спешу поздравить всех девушек с 8 марта! Не переставайте улыбаться и будьте счастливы! Мой подарок вам с: POV Jennis Я не могу описать словами как мне больно. Знаете, я всегда думала, что хуже физической боли нет ничего. Я ошибалась. Самая ужасная боль на свете - душевная. Она уничтожает твое тело по маленьким кусочкам. Все органы, чувства, они уже не такие как прежде. Когда мы ударяемся пальцем ноги об угол, у нас болит только он. Когда мы падаем с велосипеда на колени и кисти рук, наша боль распространяется лишь на эти части тела. Иначе дело обстоит с нашей душой. Когда мы видим, как на наших глазах убивают близкого тебе человека, все в этом мире перестает существовать. Тебя как будто накрывает. Ничто больше не ценно для тебя. Ты чувствуешь, что потерял часть себя. И осознание того, что ты потерял и разрывает душу. Мое состояние, в котором я нахожусь прямо сейчас, подстать тому, о чем я вам говорила. Мои чувства надежды, радости, их нет, как и того факта, что все наладиться. Я слышу голос, который также винит меня во всем. Я знаю, кому он принадлежит. Но это меня не волнует. Впервые в своей жизни я понимаю, что больше не чувствую страха. - Убьешь меня? – всхлипываю я и нежно поглаживаю лицо мертвого парня своими руками. Если он убьет меня, Люк, я обещаю, что мы встретимся в том месте, где ты находишься прямо сейчас. Пускай это будет рай или ад. Мне до звезды. Главное рядом, рядом с тобой. - Нет, мне это не к чему. – я слышу усмешку парня в его голосе. - Тогда проваливай. Льющиеся из моих глаз слезы уже нельзя назвать водопадом. Они также стекают по моим щекам, но уже медленней, и не так часто. Боюсь взглянуть на свое отражение в зеркале. Потекшая тушь, опухшие глаза и красный нос, который я замучалась вытирать. - Не думаю, что это будет правильно, - он отвечает мне сдержанно, несмотря на мою грубость. Я отстраняюсь от лица своего неподвижно лежащего парня и бросаю взгляд на собеседника. Как я и думала. Это тот незнакомец с бара, который пытался узнать мое имя. Он сидел на лавочке слева от нас, раскинув руки на ее спинку. - Тогда что будет правильным? Снова прижмешь меня к стене и начнешь что-то требовать? Мое имя тебе уже известно. Или его мало? – мой голос был холодным как никогда. - Твое имя это лишь часть того, что я хочу от тебя, – он не сводил с меня свой коварный взгляд. - Что же ты хочешь? Меня абсолютно не волнует то, что он сейчас ответит. Я знаю, что не дам ему то, что он потребует от меня. Но узнать все же стоит. После его ответа будет ясно, говорит он мне правду или лишь шутит надо мной. - Требований. Что? Каких еще требований? Теперь все ясно. Это какая-то шутка. Какие я могу выдвигать ему требования? Да и зачем? Он хуже того психа, что убил… Я отвлекаюсь на Люка. Нужно что-то делать. Если приедет полиция, что я ей скажу? Кроме меня и этого… Хм... Я даже не знаю имя этого кучерявого. К черту! Я встаю с холодного асфальта и пытаюсь поднять своего мертвого парня. - Дженнис, что ты делаешь? Ты не утащишь его. Пошел он к черту со своими советами. Знаю, что со стороны это выглядит нелепо. Я на каблуках, с опухшим лицом, пытаюсь закинуть себе на плечи почти восьмидесяти килограммового парня. Если об этом стараться не думать, то все нормально. - Ты ведь надорвешься. Оставь его. Слышу усмешку, но не останавливаюсь. Мне удается облокотить Люка о свою спину. Я обвила его руки вокруг своей шеи и крепко держа, стала идти вперед. - Ты с ума сошла? Куда ты тащишь мертвого человека? – встал передо мной. - Я не собираюсь ничего говорить человеку, с которым даже не знакома. – делаю шаг в сторону. - Мы знакомы, Дженнис. – тоже делает шаг в сторону. - Мы не знакомы, ИКС*! – делаю еще шаг. - «Икс»? Хах. Нет, меня зовут не так. – вновь преграждает мне путь собой. - Да неужели?! А похоже на то, что тебя зовут именно так. Тут я решила остановиться и остаться ждать, пока он, в конце концов, представиться мне. - Дженнис, мое имя дорого обойдется тебе. Могу я остаться неизвестным? – выдохнул тот. Я начинаю смотреть по сторонам, не задерживая долго взгляд на чем-то одном. - Прекрати, ты похожа на сумасшедшую, – хватает мой подбородок в свою большую кисть руки. - А я не пойму, где я нахожусь. Такое чувство, что я пришла на рынок, которого нет. А какой-то незнакомец торгуется со мной. За что? За свое собственное имя? – я откидываю его руку и сердито смотрю на него. - Хорошо. Но ты позволишь мне помочь тебе, если я назову свое имя? – его голос прозвучал так, будто он огорчен тем, что представиться мне. Чушь. Я все еще думаю, что он затевает что-то. - Я сама с этим справлюсь… - Нет, ты с этим не справишься. Скажи мне, чего ты хочешь! Кроме моего имени! – он перебил меня, повысив голос. В данный момент он был похож на моего отца. Он всегда кричал на меня, когда я брала без спроса его машину, а потом упиралась, что ни в чем не виновата. Но когда отец перебивал меня, я сразу начинала смотреть на ситуацию с другой стороны, как и сейчас. - То, что я хочу в данный момент, ты мне этого не дашь! – кричу в ответ и обхожу его. - Позволь мне попробовать, – останавливает меня вытянутой рукой, обхватив мою талию. - Да что ты сделаешь? Тут даже пробовать не стоит. Люк мертв. Моя жизнь уничтожена. Скоро умру и я, от мыслей об этом. Я не знаю, что мне сейчас делать. Куда мне его нести? Вызвать скорую или полицию? Я не знаю. У меня на глазах никогда не убивали человека, ЛЮБИМОГО человека. Я даже не уверена что у меня хватит сил, чтобы прийти на его похороны. А его родители? Они должны знать об этом. Но как им сказать? Они тоже обвинят меня во всем… У меня больше нет сил держать Люка на себе. Он очень тяжелый. Я хочу упасть. Похоже, что кучерявый чувствует это. Он подхватывает меня своей рукой и медленно опускает на землю. Тяжесть со спины ушла, когда он положил Люка передо мной. Сам же садиться напротив нас. Я вновь начинают плакать, но беззвучно. Слезы самовольно текут с моих глаз. Люк, мы обращаемся с тобой как с какой-то вещью. Я не могу на это смотреть. Я должна вызвать полицию. Пусть меня обвинят в убийстве, посадят, мне абсолютно все равно. Достаю свой сотовый с кармана и начинаю набирать номер. - Это плохая мысль, – останавливает меня этот парень, прикрыв рукой экран сенсора. Я прикрываю глаза и отвожу взгляд. Не могу, не хочу больше здесь находиться. Мы не больше часа пытаемся решить эту проблему, а мне уже кажется, что прошла целая вечность. - Скажи мне, Дженнис... - тянется к моему подбородку и приподнимает его. Я смотрю в его зелено-карие глаза. – Потребуй от меня, чего ты хочешь прямо сейчас, как от Бога. Продолжаю смотреть на него своим тусклым взглядом. Он как будто знает, чего я хочу, поэтому специально добивает меня своими словами. Издевается? Скорее играется. Ну и пусть. Должна сказать, что эта игра уже порядком затянулась. Хочет требований? Будут ему требования. - Я смертельно хочу, чтобы Люк Хеммингс был жив, – произношу это отчетливо и холодно. Как ты и хотел, кучерявый! Его такой ответ устраивает. Вижу, как он ухмыляется. - Ты готова отдать за это все что угодно? – он убирает руку от моего лица и кладет ее к левой стороне груди Люка. Чувствую себя на сделке с дьяволом. Будто подписываю сама себе приговор. Буду надеяться, что это все мое предположение и убогая фантазия. - Ты можешь забрать самое ценное, что у меня есть. Хоть мою душу, – без каких-либо эмоций произношу все это. Мне до сих пор кажется, что он сейчас осмеет меня с ног до головы, мол, это был розыгрыш. Скажет, что нас снимала скрытая камера и пойдет, сдаст запись в полицию или того хуже, помучает парочкой своих приколов, а затем убьет. Этот парень улыбается как чеширский кот из Алисы в стране чудес. Он похож на сумасшедшего. Чудесно. Еще один псих за сегодняшнюю ночь. Я наблюдаю за его действиями. Руками пытается достать с сердца Люка пулю, и ему это удается. Он вытирает с нее кровь краешком футболки Люка и протягивает мне. - На память о сегодняшнем дне, – отчетливо произнес тот. Я сжимаю эту пулю в своей руке и продолжаю наблюдать за парнем. Он дотрагивается до шеи Люка двумя пальцами и поворачивается ко мне. Я чувствую страх от его взгляда. Он серьезный, очень тяжелый и до ужаса хладнокровный. Я не могу даже пошевелиться, не то, что отвести взгляд. Он будто приковал меня к земле. Мое сердце бешено колотиться, еще немного и оно выпрыгнет из груди. Страх парализует. - Мое имя… Эштон Ирвин.

***

Утро. Я лежу в комнате своего общежития и слышу, как разрывается мой сотовый. Тянусь к механическому бедняге и беру в руки. Это руководитель практики. - Дженнис Бенсон, вы не собираетесь прийти сегодня на работу?! Который час? Задаюсь вопросом и нажимаю на сенсер. Полдень. Матерь божья! - Да! Я приду после обеденного перерыва! Это как раз через час, я успею собраться. - Вот и отлично! Иначе вам пришлось бы попрощаться со своим местом практики! До скорого! Я кладу трубку. Почему я не слышала свой будильник? Странно, обычно я пулей поднимаюсь, как только он прозвенит. Тогда… Заводила ли я его вообще? И… что вчера было? «Мое имя… Эштон Ирвин.» - крутиться в голове, от чего меня передергивает. Теперь я боюсь этого парня. Его взгляд до сих пор на мне, брр. Чувствую, что по телу бегут мурашки. Я встаю с кровати и слышу, как что-то упало на пол. Это пуля. Я поднимаю ее с пола. Черт! Люк, как он?! Я не помню, как оказалась в своем общежитии. Такое чувство, будто меня чем-то накачали или усыпили. Ничего не помню. Я беру телефон и решаюсь позвонить Люку. Где он? Что с ним? Если полиция меня не ищет, значит... Хм... Эштон (теперь я знаю его имя, которое «дорого стоит») все уладил. К сожалению, меня это не успокаивает. Слышу только гудки. СТОП, ДЖЕН! Люк умер. С чего ты взяла, что кто-то ответит? Я сразу завершаю вызов и кидаю телефон на кровать. - Это еще что за убожество?! – кричу сама на себя, глядя на отражение в зеркале. Тушь также размазана, но уже засохла. Глаза опухшие, как и губы. Прическа аля "вылезла из сеновала". Плюс ко всему этому убогому образу, у меня сильно болит голова. Последствие долгой истерики. Я продолжаю смотреть на себя в зеркало, висящее над раковиной в ванной комнате и держаться за голову. Обреченный алкоголик выглядит в сто раз лучше, чем я сейчас! Ладно, критиковать себя я могу хоть целый день, но на это нет времени. Я быстро принимаю душ, достаю деловой костюм, одеваю его, наношу неброский макияж и тональник, МНОГО тональника, чтобы скрыть свои недочеты. Выпрямляю волосы, делаю легкий начес, обуваюсь, кладу в сумочку все самое нужное и вылетаю из своей комнаты. Я доезжаю до нужного места работы на машине Люка. Благо, что он оставил свои ключи мне. Я получила права, как только мне исполнилось восемнадцать. Права есть, но тачки не было. Зато был Люк с ключами от своей машины. Мои поездки продлятся еще не долго, придется вернуть ключи и машину его родителям. Кто бы знал, как сейчас я не хочу входить в это здание. Меня ждут люди, которым нужно будет улыбаться весь день, хочешь ты этого или нет, нужно быть внимательной к каждому, ответственной, и все делать во время. Ох… пережить бы этот никчемный день. А вечером я однозначно напьюсь. Не знаю, чем еще заглушить эту разрывающуюся в моей душе боль. Все мысли только о Люке и вчерашнем вечере. Хочется разреветься, прямо здесь… На удивление мне, день проходит очень быстро и без особых происшествий. Не считая того, что я пару раз споткнулась о свою же ногу, пролила чай на свою блузку под пиджаком и перепутала письма с датами прилета к нам важных гостей. Неудача словно прилипла ко мне. Руководитель абсолютно не доволен моей работой. Чтобы этого не повторилось, он дал на завтра выходной. Вряд ли это поможет. Даже месяца будет мало свыкнуться с тем, что у тебя больше нет парня, В ЖИВЫХ. Что-то я задумалась. Надо срочно ехать в общежитие, но сначала заскочу кое-куда…

***

Час ночи. Я сижу на окне в своей комнате и пью вторую бутылку пива. «Я не позволю ему сделать это. Слово Хеммо.» Я вспоминаю каждое твое слово, каждый твой жест. Как же мне тебя не хватает, Люк. За окном льет сильный дождь. Подстать моему настроению. Мама всегда говорила мне: «Если хочешь плакать, но не можешь, посмотри на дождь и представь, что это твои слезы». Со стороны это помогает, слезы не льются из моих глаз, но вот душа плачет. Я дышу на свое окно и оно запотевает. Вырисовываю указательным пальцем нас с Люком, держащихся за руки и делаю очередной глоток. Не хватало только депрессии. Я не могу довести себя до такого состояния, иначе через время Мэг, моим родителям и близким придется прийти на мои похороны. Я не хочу, чтобы люди, которые мне дороги страдали из-за меня. Черт. Вздыхаю. Тогда я буду верить, что пустота в моем сердце не поглотит меня полностью, пока я жива и думаю о Люке. Я допиваю вторую бутылку и смотрю на нее. Мдаа... Такие раны не залечишь алкоголем. Отставляю бутылку и смотрю на темное небо. Оно настежь затянуто тучами. Ни луны, ни звезд, ничего нет. Какого-то приятного блеска нет, только темнота и шум дождя. Периодически сверкает молния, но это не тот блеск, который я бы хотела видеть. Этот зловещий. Зачем ты так со мной? – обращаюсь к всевышнему и глубоко вздыхаю. В полной тишине моей комнаты проносится короткий звук мобильного. Время второй час. Кому я понадобилась? Мэг на работе, однокурсники сейчас спят, да и родители тоже. Хм... Я беру телефон в руки и снимаю блокировку. Это смс от… ЧТО? Не может быть?! Мое сердце неприятно сжалось. Оно от Люка! Не раздумывая, я читаю содержимое сообщения: Буду через 20 минут. Это важно. В ответ я посылаю свое: «Хорошо хх». Прижимаю телефон к сердцу. Люк, ты здесь. Ты со мной на этой Земле. Я не одна. Впервые за этот день, я искренне улыбаюсь. Я встаю с окна и падаю спиной на кровать. Джен, вы будете вместе. Все хорошо. Я продолжаю лежать, глядя в потолок, но тут на меня нахлынули иные мысли, и улыбка стала постепенно растворяться с моего лица. Люк жив? Как такое вообще возможно? Он умер у меня на глазах! Пуля попала ему прямо в сердце, я не чувствовала пульса и дыхания. Здесь какая-то ошибка. Это не может быть, Люк! Возможно ли, что это один из его знакомых? Друзей? Или вообще… ПОЛИЦИЯ! Точно! Наверняка это полиция! Я без раздумий начинаю собираться быстрее, чтобы покинуть свою комнату общежития. Осталось 15 минут до их приезда. Я должна успеть! Я сгребаю все свои вещи, кредитку, наличные. Сейчас же уеду в соседний город. Денег хватит, чтобы пробыть там день. Потом вернусь сюда. Но чуть позже. Полиция наверняка будет караулить меня здесь. Не могу допустить, чтобы меня упекли в тюрьму. Эти стены сведут меня с ума. Нет уж. Лучше я сама где-нибудь умру. На свободе. Я собралась за минут десять. Так, у тебя есть еще 5 минут, Джен, пора выходить. Через главный вход лучше этого не делать, ибо комендантша спалит меня сразу. Остается другой выход. Через окно. Я открываю его. Сильный ветер резко врывается в мою комнату и сносит все тетради и учебники со стола моей подруги. Прости, Мэг. Я встаю на окно и скидываю сумку с вещами вниз. Так, теперь и я сама. Прикрываю окно за собой, закрепляя на защелку. Смотрю вниз. Хоть это и первый этаж, но прыгать страшновато. Смотрю на часы. Времени мало. Собираю силы в кулак и спрыгиваю. Прыжок отличный, приземление неудачное. Здесь не асфальт, а земля, мокрая. Я проезжаю по земле вансами и падаю на спину. Конченая неудачница! От дождя и мокрой земли на моей одежде, я полностью промокла. На вокзале меня точно примут за бомжа, вдобавок пьяного. Зачем мне захотелось выпить именно сегодня?! Поднимаюсь сама, затем и свою сумку с земли. Выхожу из-за угла общежития и вижу направляющийся сюда, чей-то силуэт. Я резко разворачиваюсь и бегу обратно. ЧТО ЗА АХИНЕЯ?! Меня не должны видеть! Я бегу точно за угол, слышу сильный удар грома. От испуга мои ноги подкашиваются, и я вновь поскальзываюсь. К моему счастью, я падаю в кусты. Отлично, Джен! Завтра твое тело полностью покроется синяками и ссадинами. Я отодвигаю часть листьев куста и наблюдаю за тем, кто шел сюда. Этот тип запрыгивает на мой подоконник и поскальзывается. –Пфф, – прикрываю рот руками, чтобы не рассмеяться. Он удержался, и пытается открыть окно. Это точно не полицейский. Как бы по-гейски это сейчас не звучало, но обычно они ходят парами, а он один. И если предположить, то полиция не стала бы лезть в окно, она прошла бы через главный вход. Хм... Тогда кто это? Он уже в нашей с Мэг комнате. Если бы он включил свет, я смогла бы разглядеть его, но он уже там около трех минут. Что он делает? Может грабитель? Пфф, что за глупости? В общежитии нечего воровать. Может это наш студент, которого не пустили через главный вход без пропуска? Даже если так, то КАКОГО ХРЕНА НУЖНО ЛЕЗТЬ В МОЕ ОКНО?! ТАМ ЧЕ, МЕДОМ НАМАЗАНО!? Свет в моей комнате включился. Пытаюсь присмотреться. Это парень. Он стоит ко мне спиной. Кофта на нем очень знакома. Это же кофта, что была вчера на Эштоне! Да он хуже полиции!!! Нужно бежать отсюда, что есть мочи!!! Я больше не хочу видеть тех его глаз!!! Я встаю не спеша, вылезаю из-за кустов и крадусь под своим окном, чтобы снова не поскользнуться, и не спалиться. В моем кармане зазвонил телефон. ВОТ «ПОДФОРТИЛО»! Мелодия играет очень громко, я слышу шаги Эштона в моей комнате к окну. Я набираю скорость и пулей лечу за угол. Он меня видел?! Определенно слышал, что я там была! Я продолжаю бежать по территории общежития, игнорируя мелодию звонка. Кто бы это ни был, сейчас я больше пекусь за свою жизнь. Эштон слышал меня. Я уверена, это он написал мне с телефона Люка и пришел сюда за платой своего имени! Иначе зачем я ему понадобилась?! С той скоростью, что я сейчас несусь на своих двух ногах, я могла бы выиграть чемпионат! Такого адреналина я никогда не испытывала. Добегаю до машины Люка и рыскаю в кармане, в поисках ключей. Из-за моих трясущихся рук, я не могу вставить ключ в замок. - Давай же! – возникаю я. Я останавливаюсь, когда кто-то сзади меня прикладывает обе своей руки к машине на уровне моего лица. Боюсь повернуться. Сердце колотится с бешеной скоростью. Зрачки расширены. Я смотрю в отражение в зеркале. Лица не видно. Парень в кепке, поверх которой накинут капюшон. Он молчит. Дождь продолжает также лить. Я начинаю дрожать, но не от холода. Моя кровь так кипит, что мне даже жарко. Виной этому мой страх. Я сглатываю. - Хотела сбежать? Я резко поворачиваю свое тело к обладателю этого голоса и вскрикиваю. - ЛЮК! - Ты чего вопишь, ненормальная?! – отходит от меня. Либо я сошла с ума, либо меня только сейчас вштырило от второй бутылки пива. Одно из двух. - Хотела сбежать с ключами и моей машиной?! И это твоя благодарность за то время, что я тратил на тебя?! – язвит он. Я бросаю сумку на пол, прижимаюсь к нему и плачу. Слезы счастья. Я чувствую его сердцебиение, тепло. Но это не чудо, кажется, я тронулась умом. - Отцепись от меня! – отталкивает меня к машине. - Давай ты больше не будешь так делать. Мне вообще-то больно. – чешу затылок, которым ударилась и продолжаю улыбаться, глядя на то, что вообразила сама себе. - Сама полезла ко мне в объятия! И убери эту противную улыбку со своего лица. Ты похожа на чокнутую! - А разве это не так? Я вижу перед собой мертвого человека, который оскорбляет меня и делает больно. - Ты адекват вообще?! Какой еще мертвый?! Я живой! У мертвых не бьется сердце, они не разговаривают, они даже двигаться не могут! А я здесь, прямо перед тобой и я хочу ключи от своей машины назад! Почему до меня начинает, что-то доходить, после того, как на меня кричат? Передо мной стоит ЖИВОЙ ЛЮК! Как это вообще возможно? Это выходит за рамки нормального! Да любой на моем месте так повел бы себя. Я закрываю глаза и мотаю головой, чтобы прийти в себя, но Люк принял это как отказ, на право владения своей машиной. Он подходит ближе и зажимает кисти своих рук в моих. Одной рукой он раскрывает мою ладонь и достает свои ключи, затем грубо отталкивает меня. Я еле удерживаюсь на ногах и наблюдаю за тем, как он садиться в машину. - Люк, куда ты?! - Не твое дело, – дерзко отвечает мне. Я подхожу к дверям машины и не даю ему закрыть их. - Отойди. - Что происходит? - Я пытаюсь уехать, а ты мне мешаешь, – он вновь отталкивает меня и захлопывает дверцу своего Chevrolet’а Aveo. - Люк, объясни мне! Что с тобой?! – кричу по другую сторону машины, он опустил стекло между нами. - Чтобы не было недопонимания, – он смотрит на меня, как на чужую еще пару секунд и продолжает - мы не встречаемся. Ты и Я, мы не вместе. Я словно забыла, как говорить. Люк сидит в тачке прямо передо мной и заводит ее. Он вот-вот уедет не объяснившись. Все, что я могу сказать ему прямо сейчас: - Но я люблю тебя. - Исчезни, – он резко жмет по газам и уезжает. Икс* – иначе говоря, неизвестный.