Темная сторона солнца

POV Tom Устало откидываюсь на сиденье и закрываю глаза. Эта незапланированная встреча выбила меня из колеи. Когда мне позвонил мой заместитель и сообщил, что Его Величество назначил мне аудиенцию, и от этого приглашения невозможно отказаться, в голове ничего не было, кроме одной мысли: хоть бы Билл не догадался, хоть бы он ничего не понял. Отправив его к Симоне и Джонни, я полетел в офис, где по моей просьбе уже подготовили огромнейший пакет документов. Туда включили все: от учредительных документов корпорации, моего свидетельства о рождении, документов об авторских правах на игры и до компромата на Его Высочество, так невежливо скачанного с взломанного компьютера детектива. Надо было быть готовым ко всему. Через 15 часов после звонка я уже подъезжал в специально предоставленной мне машине к императорскому дворцу, такому красивому и величественному, но такому холодному и бездушному зданию. Как только Билл мог здесь жить? Вообще с момента посадки корабля меня не покидало чувство дежавю. Тот же аэропорт, меня тоже кто-то встречает, я переживаю… Но на этом, пожалуй, сходства с мои первым прилетом на Венеру заканчиваются. Во-первых, теперь у меня были реальные поводы опасаться, но в то же время я был уверен, что застрахован почти на 90% от всех непредвиденных ситуаций. Во-вторых, я летел на корабле достаточно высокого класса, где был туалет-бар-душ и прочие приятные для тела прелести, поэтому моим единственным желанием по прилете было не вымыться, а решить побыстрее все дела и вернуться обратно. К Биллу. Меня ждал черный джип с молчаливой охраной. Документов не потребовали. Императорская Служба Безопасности знает все – зачем им лишние формальности. В полной тишине мы отправились во дворец. Я решил позвонить Биллу в последний раз перед встречей, ведь неизвестно, насколько это все затянется, и в каком состоянии я буду после, а мой мальчик будет переживать. Его звонкий голос и искрящийся смех в трубке подарили мне такое количество тепла, что, честно говоря, мне стало плевать на всех и вся. Все равно все будет хорошо. Я знаю. Я уверен. Потому что я сам это сделаю. Мы бесшумно въехали в ворота перед дворцом. Меня подвезли к парадному входу. Какая честь, однако, может, они и аудиенцию мне устроят в парадном зале со всеми придворными и церемонией? От этой мысли, честно говоря, захотелось скривиться и плюнуть прямо на мрамор ступенек парадного входа. Один охранник шел впереди меня, показывая дорогу, а второй сзади, словно следя за тем, чтобы я не сбежал. Залы, переходы, залы, огромные двустворчатые двери, распахиваемые учтивыми дворецкими; снова залы, переходы, лестницы – я бы даже при всем своем желании отсюда не сбежал. Наконец-то мы оказались в комнате, смутно напоминающей приемную, главным образом из-за девушки (типичного вида секретарша), сидящей за столом. И наконец-то один из моего сопровождения подал голос: - Мистер Трюмпер. На аудиенцию. Девушка кивнула, не отрываясь от бумаг. – Проходите, Вас ждут. Я уже дернулся к двери, но был остановлен твердой рукой на плече: - Не торопитесь, мистер. Мы должны удостовериться, что при Вас нет оружия. Я только кивнул – здесь правила устанавливаются явно не мной. Надо сказать, обыскивали они быстро и профессионально – буквально минута, и я уже открывал тяжелую дубовую дверь, за которой, как выяснилось потом, находился кабинет Его Величества. В большом кожаном и, судя по виду, очень удобном кресле, сидел пожилой мужчина, которого я видел тысячи раз на фото и по телевизору – Его Величество. Он дружелюбно кивнул мне: - Приветствую Вас, мистер Трюмпер. - Будьте благословенны, Ваше Величество, - склоняю голову в традиционном поклоне. Этикет есть этикет, от него никуда не спрячешься. - Присаживайтесь, Томас, - он указывает на кресло напротив себя. Медленно и до ужаса шумно и неловко усаживаюсь в кресло. Наконец-то этот не очень приятный для меня процесс закончился, и я выжидающе уставился в голубые, чуть выцветшие глаза человека, сидящего напротив. Он меня пригласил – ему и начинать беседу. - Думаю, Вы догадываетесь, о чем я хотел бы с вами поговорить, - удивленно поднимаю брови, демонстрируя свою полную неосведомленность в данном вопросе. – О Вашем будущем муже и моем сыне... Если опустить все этикетности/вежливости/намеки/витиеватости, то у меня просто попросили прощения за поведение Джереми и уверили, что он не угрожает больше ни мне, ни Биллу, что королевская семья готова возместить весь ущерб, нанесенный нашей семье в материальном эквиваленте и прочее, и прочее. В общем, я вышел от Его Величество абсолютно безмятежный, спокойный и счастливый. Кажется, у нашей страшной сказки будет хэппи энд. Почти сразу набираю номер Билла, но мерзкий механический голос сообщает: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Внутри все сжимается, и я быстро набираю номер мамы. Она хватает трубку в середине первого гудка: - Томми, привет. Ты как там? - Привет, ма. Живой, - хмыкаю. На том конце провода слышится облегченный выдох: - Я так рада, Томми. Мы так переживали, - щебечет она. - Почему переживали? – мгновенно настораживаюсь. - Мы встретили Джона, и он рассказал нам, куда ты поехал, - ее голос становится тихим. - Кто мы, мам? – внутри все холодеет. - Я и Билл. - Что с Биллом? – перебиваю ее. - Да все хорошо, родной, - ее голос как-то странно дрожит. - Дай ему трубку. Хочу с ним поговорить. - Он не может, сынок. Он спит, - она мне врет, что ли? С ним что-то случилось? Ему же нельзя нервничать... - Мам, а по правде? - Правда, Том. Когда нам тебя ждать? – она настолько быстро переводит тему, что я не успеваю сориентироваться. - Через 13 часов прилечу. - Хорошо, милый, мы тебя ждем. - Мам, разбу... - но в трубке раздаются лишь короткие гудки. Как странно… Мама никогда так не бросала трубку. Внутри безмерного счастья появляется маленький комочек тревоги. *** Бегом с корабля, через стойки регистрации на заранее заказанное такси. Прошу побыстрее ехать – маленький комочек нехорошего предчувствия разросся в огромный ком тревоги. Нервно смотрю в окно и стучу пальцами по пластику приборной панели. Тут взгляд случайно падает на цветочный магазин. Идиот! Как же я мог забыть! Прошу остановиться и подождать. Бегом за белыми орхидеями и только за ними. Мне казалось, что домой я ехал год, не меньше, хотя на самом деле всего двадцать минут. Бегом, громко хватая ртом воздух, взбегаю на родной второй этаж и нажимаю несколько раз на кнопку звонка. С той стороны раздается шарканье, словно кто-то надел тапки не по размеру, и теперь они тянутся по полу. Дверь резко распахиваются, и глаза открывавшего наполняются счастьем, а губы выдыхают счастливо-смущенное: - Привет, я так тебя ждал... И больше ничего в этом мире не важно...