Оранжевые лилии

Риччи и сам давно уже позабыл, в какой именно момент страсть поглотила его жизнь. Она читалась во всем: в том, как парень говорит, ходит, мыслит и даже дышит. Просто однажды он понял, что жизнь его и есть воплощение страсти, тесно переплетенной с какофонией удовольствия. Риччи, являясь довольно-таки сообразительным и проницательным малым, быстро научился брать от жизни все. Следуя примеру отца, он слишком рано пришел к выводу, что миром правят не столько сильные, сколько проворные и хитрые. Сначала школа, а потом и университет стали средствами подняться на ступеньку выше, а для этого были необходимы отнюдь не прекрасные оценки и знания, а связи. Однако иногда хочется отречься от пути цели-достижения и снять стресс, освободив мозги и дав волю физическому удовольствию. Для такого отдыха Риччи обычно и обзаводился парочкой длинноногих «игрушек». Вот только Савада отличалась от других: девушка была «игрушкой для души». Поначалу недоступная и даже высокомерная она будоражила парня, взывая к азарту бывалого игрока. Пан или пропал. Все или ничего. Подобные схемы всегда были по нраву богатому наследнику. Но сейчас вместо долгожданного торжества в сердце затаились совершенно иные чувства: дикий страх и липкое раздражение. Чтобы хоть как-то успокоиться, юноша вдавил педаль газа до упора, несмотря на близкий поворот. Переключить передачу, газ-тормоз, услышать визг шин об асфальт, увидеть перед собой железное ограждение, которое от машины отделяют считанные сантиметры. Риччи всегда упивался гонками, в которых азарт и адреналин били по нервам также сильно, как и "охота" на очередную девушку. Но, пора закругляться. Всего через несколько минут машина он уже медленно скользила между узкими улочками пригорода соседнего городка. Смотря на некоторые обшарпанные дома, юноша надеялся, что навигатор выведет его на более приличную улицу. Но мечтам главного красавчика университета не суждено было сбыться. Они рухнули как карточный домик, как только его ярко-зеленная Nissan остановилась перед типичным итальянским домом – такие всегда ютятся в маленьких провинциях, особенно – на отшибе города. Небольшой, усеянный балкончиками, увитый буйной растительностью – весьма колоритный – меж тем, он представлял собой оплот спокойствия и умиротворения. Чем-то он был похож на характер самой Тсунаеши - та тоже часто дарила какое-то спокойствие, которое частенько раздражало Риччи, привыкшему и упивающемуся постоянной спешкой. Хотелось взвыть от стыда, что девушка, с которой он "встречался" была такой бедной. Если бы хоть кто-нибудь узнал - ему бы долго пришлось "отмываться". Вот и верь потом гадалкам, которые предсказывают в ближайшем будущем завести отношения с очень влиятельной девушкой. Риччи до сих пор интересно, когда же это ближайшее будущее наступит. Помотав головой, парень, все же, вышел из машины и направился к дому. Риччи с опаской огляделся на всякий случай, когда заходил в подъезд – казалось что, того и гляди, кто-нибудь выскочит из-за угла и поцарапает его машину, которую он холил и лелеял. Но во дворе царил покой, видимо, из-за отсутствия детей. Только от одного слова "ребенок" его бросало в дрожь. Чего уж говорить о будущем отцовстве. Да если и обрюхатить кого-то, то красивую и влиятельную девушку, брак с которой будет очень выгоден бизнесу. Примерно такие мысли были у юноши пока он поднимался на второй этаж. И если Савада более или менее соответствовала первому пункту, то для второго ей и полжизни не хватит дорасти. Риччи вдохнул поглубже и, натянув самую обворожительную улыбку, нажал на звонок. Вместо обычной трели до слуха донеслись нежные аккорды пианино. Спустя несколько минут, когда скулы свело от улыбки, а терпение парня резко упало к отметке ноль, устраиваясь рядом с хорошим настроением, дверь, все же, отворили. Вот только вместо ожидаемой шатенки он увидел маленькую старушку. - Добрый день, молодой человек, - на ее лице, усыпанном морщинами, появилась доброжелательная улыбка, будто посетитель ее сын или внук. - Добрый день, синьора, - учтиво начал Риччи, не забывая про свою самую лучшую улыбку. - Вы не позволите увидеться с Тсунаеши? - С кем? - старушка сделала небольшой шаг, подставляя ухо, тем самым показывая, что со слухом у нее проблемы. - С Тсунаеши. - А! Тсунаеши - милая девочка. - Конечно, синьора, - послушно согласился Риччи и, увидев приглашающий жест, зашел в небольшую прихожую. Через несколько минут старушка вернулась с какой-то рамкой. - Вот она, красавица. Навещает меня изредка, - хозяйка чуть не расплакалась от умиления, протягивая фотографию. Ричи скосил взгляд и незаметно выдохнул сквозь зубы, но на фото ради уважения к собеседнику все же посмотрел. И опять ничего примечательного он там не увидел: хозяйка квартиры сидела в обнимку с шатенкой, и обе счастливо улыбались. - А могу я лично с ней встретиться? - С кем? - С Тсунаеши,- скулы начало сводить, улыбка с каждой секундой теряла свою искренность, но Риччи понимал, что срываться сейчас нельзя. - Так она же из Японии! - радостно воскликнула хозяйка, начиная что-то бормотать про молодость и первую любовь. - А разве она не здесь живет? - терпение держалось только на силе воли юноши. Чтобы не сорваться, он посильнее сжал кулаки в карманах брюк. Боль от впившихся в ладонь ногтей немного отрезвила его. - Нет, что Вы, молодой человек. Она лишь изредка меня навещает, - мило улыбнулась старушка. - Ой! Что же это я? Может кофе, молодой человек? - Прошу прощения, но должен Вам отказать, милая синьора. Дела-дела, - сокрушенно покачал головой Риччи, открывая дверь. - Простите за беспокойство, - он напоследок улыбнулся и стремительно покинул злосчастный дом, чтобы уже в машине выплеснуть частичку своего гнева. Хотелось рвать и метать - в подобном состоянии было не безопасно куда-то ехать. "Чертова маленькая сучка! Да как она посмела!" - первый красавчик универа старался успокоиться всеми известными методами. Он набирает заученный номер – он просто не мог так его подвести! Он никогда не ошибался, но сейчас.. - Риччи? Что такое? - друг будто чувствует ужасное настроение Риччи, который обычно начинал разговор с какой-нибудь шуточки. - Этот адрес… - он рычал, почти не сдерживался. И если бы Беллини был рядом, то точно бы словил несколько профессиональных ударов. - Что-то не так? – обеспокоенно интересуется Райль, понимая, что довольно сложно довести его друга до состояния бешенства. - Это не тот адрес. Ее тут нет, - по слогам отчеканил Риччи, сильно сжимая трубку, ожидая реакции собеседника. - Это невозможно. Я лично искал, - удивленно, но не менее уверенно отозвался будущий помощник. - Так найди мне. Настоящую Саваду Тсунаеши! Найди мне эту чертову девку, Райль! - рявкнул Риччи, выплескивая часть раздражения и злости. - Найду. Можешь не сомневаться, - хмыкнули по ту сторону. - Очень на это надеюсь, - более спокойно ответил брюнет, кидая сотовый на заднее сиденье. Риччи, и правда, надеялся. Потому что разочаровываться в старом друге не хотелось столь же сильно, как и найти Саваду. А сам он пока наведается к любимой игрушке. Кажется, она что-то знает. Полностью успокоившись, Риччи покидает злополучный двор. Мишель каждую свободную от работы минуту уделяла своей внешности: спа-салоны, масочки, ванночки и тому подобное. А все выходные хоть могла и провести безвылазно из квартиры, но всегда занималась фитнесом. Вот и сейчас шатенка повторяла ритмичные движения очередного фитнес-тренера по DVD. Но даже усиленные тренировки не могут отвлечь девушку от тяжелых мыслей. Хоть теперь аспирантка и была уверена в том, что с Тсунаеши все в порядке - у нее есть подруги, которые поддержали ее в трудный момент, да и еще не родившегося ребенка она не собирается убивать, но, все равно, маленький червячок совести грызет итальянку с того злополучного утра. Да, Мишель не была святой и редко сожалела, если могла отбить парня у любой другой девушки. Но что-то было в Саваде такое, из-за чего, после случившегося, шатенка не могла нормально спать и работать. Что-то такое, из-за чего хотелось сорваться с места и начать просить прощения прямо сейчас. Единственной преградой был запрет подруги Тсунаеши. За невеселыми размышлениям время на передышку быстро прошло. И когда девушка собиралась делать очередной подход, по квартире раздался звонок. Грустно выдохнув, девушка поставила запись на паузу и, накинув олимпийку, пошла встречать гостя. Ее любимчик часто навещал по выходным, поэтому увидеть перед собой брюнета не было сюрпризом. Однако его внешний вид оказался неожиданным для аспирантки - растрепанные волосы, которые обычно укладывались в незамысловатую прическу; мятая одежда и лихорадочно блестящие глаза. Такого Мишель никогда не видела, так как Риччи старался держать марку вне зависимости от ситуации. Ошарашенная девушка не могла сдвинуться с места, а вот у юноши терпение закончилось около получаса назад. Поэтому он довольно грубо отодвинул любовницу, освобождая проход, и по-хозяйски вошел в квартиру, закрывая дверь. - Что ты знаешь? - тихо прорычал Риччи, нависая над аспиранткой, которая вжалась в стену. Мишель всегда боялась боли в любом ее проявлении. И если с моральной болью она научилась справляться путем удушения совести и детских мечтаний, то вот с физической болью было все гораздо сложнее. Некоторые знакомые девушки говорили, что юная наследница очень умна. Но это не так - Мишель переставала или, наоборот, начинала говорить в зависимости от ситуации. Но всегда своевременно, чтобы ей не причинили боли. Когда ей говорили, что она умна, девушка мысленно начинала смеяться. Естественно, что табели успеваемости были усыпаны хорошими оценками. Но это только из-за влияния отца, который был ректором одного из самых престижных университетов. Потому у сеньориты Бернардо всегда были хорошие оценки. Единственное, в чем девушка преуспевала своими силами - иностранные языки. И когда ей говорят, что она умна - ей хочется смеяться. Но нельзя, ведь синьора Мишель всегда знает, когда замолчать. Так проще избежать боли. И аспирантка всегда так делала, но сейчас, когда она стояла перед одним из ее студентов, девушка понимала, что сегодня, возможно, ей не избежать ненавистной боли. - Я тебя спрашиваю, - злобно прищурился Риччи, сжимая плечи любовницы. - Отвечай! - Я не понимаю, - тихо прошептала шатенка, которую боль вывела из оцепенения. Но теперь Санно была близка к истерике. Лишь только осознание того, что брюнет только сильнее разозлиться удерживало девушку. - Савада, - не сдержавшись, юноша со всей дури впечатал кулак в стену возле лица собеседницы. - Не знаю, - чуть ли не плача произнесла Мишель, понимая, что студент серьезен, как никогда. - Врешь, - рыкнул Риччи, хватая руку девушки и сильно сжимая запястье. - Телефон, - заикаясь, выдавила побледневшая аспирантка. - Диктуй, - злость все еще не отпустила молодого человека, но уже не так сильно, как в начале разговора. - Сейчас, - пискнула шатенка, забегая в комнату с рабочим столом. Пока Мишель отсутствовала, Риччи попытался успокоиться в который раз за этот проблемный день. - Вот, - аспирантка дрожащей рукой протянула план семинара, где аккуратным почерком были выведены цифры. Хмыкнув, юноша выдернул листки и ушел, не попрощавшись. Как только входная дверь хлопнула, девушка осела на пол и расплакалась. Ей было дико обидно за свою слабохарактерность и пугливость. Ей было стыдно, что она так подставила Саваду, доверие которой возможно ничего не вернет. Но тут догадка озарила Мишель, и она помчалась к телефону, где уже давно был записан злосчастный номер. Вслушиваясь в короткие гудки, аспирантка молилась всем богам, чтобы она дозвонилась быстрее чем студент - так она хотя бы сможет предупредить Тсунаеши, для которой этот звонок может обернуться ужаснейшей трагедией.