Мгновенья

Каждый из тех девяти, что выстроились у нее за спиной, сам стоит десятка — но Каллен в который раз жалеет, что не волен просто взять меч и встать за правым плечом. На стенах уж вовсю кипит битва, и приходится кричать, чтобы услышать друг друга. — Берегите людей, командир, — говорит Эвелина. — Кому нужна победа, которую некому будет отпраздновать? «Берегите людей». Там, на стенах — армия демонов, воплощенный ужас, но солдаты пойдут навстречу этому ужасу, потому что там, на стенах, будет миледи Инквизитор, вестница Андрасте, у всех на глазах схлестнувшаяся с древним магистром, погибшая и воскресшая. Она знает, что это не так — но в столкновении легенды и правды всегда побеждает легенда. Он тоже знает, что это не так, и жалеет, что не волен встать рядом, с мечом. — Если у вас будет возможность прикрыть места штурма, потерь будет меньше. — Сделаем, — говорит она. Проверяет, легко ли достается из петель крепления посох, удовлетворенно кивает. — Да присмотрит за вами Создатель, сер Каллен. — Да присмотрит он за всеми нами, — шепчет он вслед. Навстречу уже бежит вестовой, и некогда больше беспокоиться — старая крепость огрызается всеми своими бойницами, и Каллен едва успевает слушать, смотреть, реагировать — жаль, он не может разорваться на десяток командующих, чтобы быть одновременно везде. Вот летит лестница — люди гроздьями сыплются наземь, меж зубцов стены скалится демон, но несколько мгновений спустя рык из торжествующего становится яростным, а потом наполняется болью. Демон исчезает, на его месте возникает девичья фигура с посохом наперевес. — Вестница, — летит по рядам. — Вестница здесь… Вновь взлетают крюки, тянутся лестницы, карабкаются люди, заполоняя участок стены. Вестница здесь, значит, победа неизбежна. Ему бы такую уверенность. Каллен кивает в ответ на очередное донесение и спешит туда, где он нужен. Сопротивление на стенах стихает — периметр захвачен и остается только продвигаться внутрь. Никаких безумных атак, Инквизитор сказала беречь людей. Еще бы сама ее затея не отдавала сущим безумием — проломиться в самое сердце крепости, найти командора стражей, наверняка умелого и опытного бойца, окруженного не менее опытными, и попытаться образумить. Каллен был уверен — невозможно образумить мага крови, слишком много их он видел — и в Кинлохе, что до сих пор возвращался в кошмарах, и в Киркволле. Но Эвелина… Инквизитор готова была образумливать даже демонов разрывов — если бы те поддавались вразумлению. Слишком много смертей, твердила она. Слишком много крови. Каллен отпускает ординарца с очередным распоряжением, оборачивается лишь затем, чтобы увидеть, как с неба падает дракон… архидемон… неважно. Важно, что тварь исчезает за стенами где-то там, где должна быть Эвелина. Ему плевать, что бегущий генерал в мирное время вызывает смех, а в бою — панику. Перехватывает командование ближайшим отрядом, солдаты размеренно трусят следом. Те девятеро, что с ней, стоят маленькой армии, но однажды они уже схватились с этим чудовищем — и едва сумели унести ноги. Он должен успеть. Должен. Хвала создателю, что все эти месяцы на посту командующего силами инквизиции он не пренебрегал рутинными солдатскими упражнениями. Тело не подводит — хватает и сил и дыхания, а что сердце колотится где-то в горле — так это не усталость, а просто страх. Он вылетает на очередную стену — ровно затем, чтобы увидеть, как рушится в сотне ярдов впереди мост, как падает, спотыкаясь, Эвелина и исчезает внизу, там, где несчетные ярды высоты над брусчаткой крепостного двора. Пытается стряхнуть с плеч руки ординарца — куда бежать, зачем, даже если бы у него были крылья… Додумать не успевает, воздух вспыхивает ядовитой зеленью, на миг Кален слепнет, а когда получается проморгаться, впереди лишь обломки моста и — никого. Он не успел. Он делает шаг, презрев всяческую субординацию, в плечо снова вцепляется ординарец. — Нет, командир. Сперва нужно убедиться, что мост не разрушится. Каллен кивает, лихорадочно припоминая планы крепости. Должен быть обходной путь… Проще всего взять кого-то из Стражей и попросить проводить, но он боится сорваться — ведь это из-за их кровавого безумия Инквизитор… Эвелина оказалась здесь. Алистер смог послать в преисподнюю и приказы, и саму Кларель, почему эти не поступили так же? Почему им проще недрогнувшей рукой перерезать глотку тому, с кем годами ел, спал, сражался вместе, чем восстать против откровенно преступного приказа? Не бывает добрых малефикаров, не бывает меньшего зла… Создатель, о какой ерунде он сейчас думает! Ступени, наконец, заканчиваются, Каллен оглядывает груду битого камня. Никаких следов крови, никаких следов тел… просто груда валунов посреди двора. Солдаты растерянно перешептываются. Вестница Андрасте у них на глазах снова схватилась с чудовищем и… Каллен отказывается произнести это слово даже в мыслях. Командует — коротко и четко. Сдавшихся Стражей разоружить и охранять, но не трогать. Если где-то в крепости остались демоны — добить. Организовать подвоз воды, еды и найти место, где можно разместить людей на ночь — возможно они тут задержатся. Они определенно тут задержатся, потому что Каллен не уйдет, пока не будет знать наверняка. Пока не увидит… разум отшвыривает слово «тело» словно раскаленный уголь. Пока не увидит Эвелину. Оцепить двор. Разобрать завал. Он сам бы растаскивал эти проклятые камни, срывая ногти, но он командир, так его и разэтак, и люди, на чьих глазах только что… исчезла Вестница, должны видеть его спокойным и уверенным. Пропади оно все пропадом. Стражи размещены в бывших казармах — подробности разговора Вестницы с Командором и этим тевинтерским малефикаром уже знают все, и Серые растеряны и подавлены. Воду и еду привезли, наряды поделены, развал расчищен. Ни капли крови, ни одного тела. Инквизитор и ее отряд просто исчезли. Как не было. Каллен отправляет людей в казармы, оставляя лишь небольшой караул. Качает головой в ответ на предложенную флягу с вином. — Вы должны поесть, командор, — говорит ординарец. — И отдохнуть. Каллен снова качает головой. Он не уйдет с этого проклятого двора, пока не увидит ее. Вспыхивает ядовито-зеленым разрыв, Каллен выхватывает меч, но вместо демонов на брусчатку вываливается разношерстная компания людей и нелюдей. Подхватить на руки, обнять и больше никогда, никогда не отпускать от себя. Каллен протягивает руку, помогая подняться. — Хвала Создателю, вы живы. Эвелина медлит, не выпуская его ладонь. — Вы тоже, сер Каллен. Я рада вас видеть.