Плацебо

Так холодно. Несколько одеял не спасает меня от этой прохлады. Она пробирается внутрь меня. Глубже и глубже… Когда я закрываю глаза, мне вновь видится эта девочка. Та самая, которая была с кроликом. Но теперь она выглядит иначе – так, как я привыкла видеть людей последние несколько лет. Она выглядит ненастоящей. Будто сошедшей с экрана монитора, из какой-нибудь фэнтезийной онлайн-игры. У нее причудливые рога и любопытный взгляд. Так странно. Я никогда так ни на что не смотрела. Рядом со мной внезапно появился высокий юноша с красными волосами. Я не видела его лица. Но я знала кто он такой. Кожаная куртка, ухмылка – это говорит само за себя. Он взял под ручку ребенка и повел его куда-то. Пока он был рядом, я улыбалась. Затем, от корней волос до кончиков, волосы стали принимать блондинистый оттенок. Повеяло запахом кофе. И я ощутила легкую печаль – ту приятную меланхолию, обычно навещающей одинокими вечерами. На голове сопровождающего вспыхнул ярко-синий цвет. И мои эмоции вновь переменились на радостные, но… С какой-то капелькой горечи. Этот человек похож на мою соседку. Они оба такие яркие, что на них невозможно смотреть. Но тень, которую они отбрасывают, столь велика и темна, что мне непонятно, открыты ли мои глаза. В какой-то момент синеволосый юноша рассыпался на сотни ярких огоньков и растворился в густой тьме, накрывшей все пространство целиком и полностью. Тень от ушедшего вдруг потянула руку вверх и принялась подниматься. И я была напугана. И чем-то разочарована. Чем-то очень важным, но не могу вспомнить чем… Темный человек поднялся и улыбнулся мне. Он протянул руку. Это заставило растеряться: стоит ли доверять такому как он? Но все сомнения отошли прочь, когда против своей воли я вложила свою руку в его. Тогда он поднял меня на руки и подарил такие теплые объятия, которые не дарил еще никто. Холод стал покидать мое тело. С ним мне плохо. Но без него еще хуже. Он – небольшая замена той части меня, которую я потеряла.

***

Я мечусь в постели, ворочаясь то так, то сяк. Меня бросает то в жар, то в холод. В квартире только я, наедине со своими внутренними демонами. Мой взгляд периодически падает на часы. И почему-то, чем чаще я моргаю, тем больше проходит даже не минут, а часов. Время утекает сквозь пальцы. Но с его течением мне не становится лучше. Когда я болела, меня всегда лечил брат. Он прогуливал школу и сидел со мной, не боясь заразиться. Джеймс всегда оберегал мое слабое тело. А роль Джейн заключалась в сохранении его светлого представления о мире. Ему не обязательно знать, что случилось в детстве, когда я зашла к родителям не в самое удачное время. Все будет хорошо, если знать буду только я. И пускай они недолюбливают меня из-за того, что я знаю их секреты. Пускай ставят на мне крест. Пускай игнорируют. Мне плевать, если ты в порядке. – Джеймс, – невольно выдыхаю я его имя, скидывая с себя одеяло. Многим бы показалось, что я помешана. Что я одержима. Но дело в том, что все то, что я могла бы подарить многим, я дарю одному – свою заботу, свою верность и… Как бы смешно это не звучало из моих уст – любовь. Я презираю это чувство. Оно испоганено самими людьми. Но больше всего я презираю себя за лицемерие, ведь сама испытываю эту ненавистную любовь.

***

Только сон отступает, как я вновь в него погружаюсь, не успевая даже встать с кровати. Когда я открываю глаза в очередной раз, рядом стоит стул, а на стуле сидит Ассоль. Копна рыжих волос скрывает лицо. На небольшом, придвинутом к кровати столике, стоит каша. У нее закрыты глаза, но я уверена, что она не спит – музыка в наушниках долбит так, что даже я ее слышу. Не первый раз замечаю, что ей нравится музыка, где люди кричат, наверняка срывая голос. Костлявое тело, завернутое в какое-то тряпье, вздрагивает и взгляд чайно-зеленых в крапинку глаз падает на меня. Она смотрит внимательно. И мы вместе молчим, хотя кажется, будто у нас такой разговор – состоящий из тишины. – Поешь немного, а то помрешь, – необычайно заботливо с ее стороны. – Ну… Эм… Типа спасибо, – я ощущала неловкость. Уж от кого, так от нее такого не ожидала. – А с чего ты… – Недоумеваешь, почему так забочусь? – на ее лице скользит дежурная улыбка. – Это как рефлекс. Вижу больного – лечу его. А ты у нас, судя по коллекции таблеток, еще и «сердечник». Твой нынешний образ жизни может тебя убить. Ты ведь знаешь это? Пока я размазывала кашу по тарелке, ее чуть хрипловатый голос заглушал то противное тиканье. Знаю ли я? Конечно. Нет ничего, чего я бы не знала о своем теле. Звучит мерзко, но так оно и есть. – Знаю, но у меня есть свои причины, поэтому, пожалуйста, – я сделала акцент на этом слове, – не лезь в это, ладно? – И мысли не было, – она пожимает плечами и встает с места. – Я сказала обо всем тому, кому не все равно, так что теперь это его забота. Дверь хлопнула. Челюсть отвисла. Умеет же добивать последней фразой. Кому сказала? Что сказала? Охренела?

***

Я шмыгаю носом и проверяю мобильник – сообщений море. Желания отвечать – ноль. Потому я откидываюсь на подушку и вновь засыпаю. Мне становится холоднее. Температура повышается. Но мне не хочется ее сбивать. Что, если Ассоль рассказала Джеймсу? Что, если он придет и наконец избавит меня от ада, который я возвела себе сама? Уши заложило. Теперь не слышно проклятых часов. А. Тишина. Как хорошо. Передо мной был врач. Его лицо скрывала маска и очки, отсвечивающие из-за света от фонаря на голове. Мне не виден его рот, но я знаю, что он улыбается. Берет мою голову, приподнимает и что-то пытается просунуть в рот. Что-то холодное. Меня переполняет ужас и я со всей силы его отталкиваю. Но он лишь пошатывается, чудом не упав. Мне же не повезло – я рефлекторно отскочила назад, туда, где кровать кончается. Рухнула на пол и стала отползать к стене – мне было все равно, что выхода там нет. Куда угодно, лишь бы подальше от него. Тыльной стороной ладони утираю какую-то жидкость с уголка рта и нервно смеюсь.

Реальность

– А, блин, вот психованная! – воскликнул Армин, хватаясь за сердце. У него в руках стакан с водой на самом донышке – остальное пролилось. Таблетка так и осталась непроглоченной. Джейн забилась в угол и нервно хихикает, безумно на него поглядывая. Что, неужто ее так накрыло? – Кис-кис-кис, – неуверенно стал подзывать ее парень, присев на корточки. А она все сильнее к стене жмется и свирепо смотрит на него с таким возмущением, будто он так просто заявился к ней в дом и стал ее бить. Всего лишь проявлял заботу – и вот тебе благодарность. Шипит еще, змея эдакая. Ему это поднадоело, потому он потянулся к ней, а та, продолжая играть роль дикого зверя, вцепилась в его руку и хорошенько поцарапала. – Нихрена! – «слегка» удивился темноволосый, приземляясь на пятую точку. – Конечно, под градусами всякое бывает, но такое… Может еще на потолок залезешь и голову на сто восемьдесят повернешь, а? Молчит, все бормочет что-то. – Так, ладно, я сейчас, – говорит он и выходит из комнаты. Джейн, с опаской глядя по сторонам, подбегает к двери и дергает за ручку – закрыто. Осматривает комнату и принимает гениальное решение – спрятаться под кровать! Только туда запрыгнула, как замок щелкнул и в помещение вошел он. Пришелец с громадной зеленой головой и клешнями встал на колени и стал смотреть под кровать. Он потянулся ко мне – и как я не изгибалась, не смогла уклонится от его «атаки». Инопланетянин потащил меня из под кровати и как вытащил, стал держать меня и просто смотреть. Я брыкалась, билась ногами и пыталась даже его укусить – но он не отпускал. – Дже-е-еймс! – закричала я, словно бы это могло меня спасти. Клешня закрыла мой рот. Господи боже, неужто меня зондируют? Нет-нет, это выдумки уфологов. Значит он меня разрежет и будет разглядывать как лягушку? Но я не хочу умирать! Меня подняли в воздух и швырнули на кровать. Трехочковый. Попал прям в яблочко, я даже не ударилась об стену. Воспользовавшись ситуацией, хватаю одело и заворачиваюсь в него так сильно, как могу – раз я под одеялом, никакой монстр до меня не доберется. Что, съел, долбанный пришелец?

Реальность

– Почему истерит она, а стыдно мне? – бормочет Армин, поправляя на себе кухонные рукавицы и зеленый защитный шлем для занятия спортом. Квартира хорошо отапливается, поэтому жарко – но ничего не поделаешь. Такова цена защиты от травм этой придурочной. – Так, а теперь будь хорошей девочкой и… – он сунул руку под кровать, нащупал что-то вроде ноги и потащил на себя. Это стало брыкаться пуще прежнего. Причем с куда большей силой, чем он предполагал. Конечно, у них разные весовые категории и он крупнее, но сдержать целого человека в одиночку совсем не так просто. Ему пришлось навалиться чуть ли не всем телом, дабы она не зарядила ему в лицо какой-нибудь из конечностей. Она даже попыталась его укусить. Гнева в ней было хоть отбавляй. Но в конце концов, когда она устала, он выбрал хороший момент и отшвырнул ее от себя – стыдно признаться, но к тому времени Армин был в таком шоке, что ему было чуточку все равно, поранится ли она при падении. Когда та завернулась в одеяло и затихла, он обессилено упал на колени и достал телефон. Шлем и рукавицы сняты. Волосы в дичайшем беспорядке. Мысли тоже. Гудки. Опять гудки. И веселый голос братишки. – Ну что, повеселился? – спросил тот, хохоча, а расслышав пыхтение Армина, немного насторожился. – Погоди, чем это ты там занимался?! – Ты… просто… не представляешь… какая она… буйная… – пытаясь отдышаться, говорил тот в ответ. – В чем дело, не можешь больному даже таблетку вручить? – усмехнулся синеволосый. – Да она так отбивается, словно я ее избить собрался! Я уже не знаю что делать! Разве во время простуды бывают такие глюканы?! – запаниковал близнец, взъерошивая челку. – Во время гриппа, может, бывает… Хотя… Узнай что она принимала, может перебрала чего? – по ту сторону трубки послышался шум и какая-то возня. – Ой, слушай, мне пора, позвоню позже. Ну, чао! – Э-! Стой! – но было уже поздно. Парень вздохнул, положил мобильный в карман и посмотрел на близстоящую тумбочку – на ней лежали коробки с различными лекарствами. Не поленившись, он достал инструкции и принялся читать, параллельно прикидывая, сколько таблеток в пластинках не хватает. И все вроде было нормально… Вот только… – Какого?.. – Армин прищурился, разглядывая инструкцию по применению и тут вдруг громко выругался. – Твою мать! Они несовместимы, дура! Злобно зыркнув в сторону свертка, состоящего из одеяла и человека, он вздохнул и стал думать что же делать. Сам факт его прибывания здесь сильно настораживал: как он зашел в квартиру? А все просто. Его впустила Ассоль. Именно он тот самый человек, которому не все равно. Вот только Армина слегка удивило, что она позволила ему ухаживать за Джейн. Ну, как сказать позволила… Позвонила, сказала что «она умирает, но мне лень ее лечить» и бросила трубку. Что еще оставалось делать? Только приехать и помочь. Можно было бы и забить, списать на прикол, но та рыжая бестия хоть и любит черный юмор, не похоже что шутила. И сейчас, к слову, паренек пожалел, что приехал. Чем чаще он думает о Джейн и ее маленьком секрете, тем больше он проводит черту между мужчинами и женщинами. Его всегда считали легким педантом, но сейчас ему удалось превзойти самого себя: для него просто невыносима мысль, что какой-то персонаж распределен не под свою категорию. Звучит так, словно он псих. Ну, чуть-чуть психической неуравновешенности есть в каждом из нас… Но говорить об этом не стоит, да. Так вот, вернемся к главному. Чем больше он об этом думал, тем больше различий приводил, больше копил всяких доводов, упреков – лишь бы все встало на свои места. Плюс его особенно нервировало теперь переодеваться в раздевалке. А еще Ассоль недавно наплела, что у этой лгуньи слабое сердце и своим притворством она себя просто напросто губит. В общем, было много причин требовать от нее возвращения к своей личности. Правда, и тут было одно «но» – Армин не знает как ей помочь в первую очередь потому, что у него самого есть похожая сторона от которой избавиться ему не по силам. Нет-нет, в девчонку он не переодевается. И в брата тоже. Однако есть тайна, которую знает лишь он один – та самая, что сделала его абсолютно непохожим на своего близнеца в плане характера. – Не время об этом думать! – сам себе сказал Армин и залез на кровать. «Она же этого не вспомнит, верно?..» – с надеждой подумалось ему. Паренек нащупал в мягком комке дрожащее, то ли от холода, то ли от страха, тельце и принялся его раскручивать. Не без смущения, конечно. И не без усилий. Но его стараниями в скором времени из под одеяла показалась голова с взъерошенными светлыми волосами. Бирюзовые глаза метали в него молнии, пока он, тайно от самого себя радуясь, заворачивал девчушку в «хот дог». После сел на нее сверху и призадумался: ладно, а что дальше-то? Стакан воды в одной руке, набор таблеточек в другой. Руки заняты, а ее высочество головой вертит как сумасшедшая, сжимая губы изо всех сил. «Боже, я в ее комнате и сижу на ней», – подумал Армин в тот момент, краснея до основания шеи. – «К тому же, она… Она же девушка. В смысле, не в 2D, а настоящая». Темноволосый поставил стакан на подоконник рядом с кроватью, сжал в кулаке набор лекарств и стал размышлять еще активнее – впихнуть в нее это силой не вариант. Подавится еще. И возвращаясь к предыдущим мыслям… Армин внезапно взял и дал себе пощечину. «С каких это пор она считается за девушку?!», – прикусив губу, он дрожащей рукой, несильно давя обхватил горло больной. – «Я просто… Помогу другу! Представь, что это парень! Представь, что это всего лишь твой долг, как дру… Стойте, но ведь так и есть! Точно! Это мой долг! Она сама виновата!». С этими мыслями паренек закинул в себя таблетки, набрал в рот немного воды и, зажмурившись, прильнул к губам девчонки, свободной рукой что есть сил разжимая ей челюсти. Когда дело вроде было сделано, он не спешил отрываться, ибо вдруг впал в какой-то транс. Такое бывает, когда вытворяешь что-то, чего сам от себя не ожидал. Но тут кое-кто впился зубками в его губу, прокусив ту до крови, так что ему пришлось отпрянуть. Пытаясь отойти от потрясения, он рухнул рядом с Джейн и закрыл глаза тыльной стороной руки. «Что я сделал?», – пылали огненной надписью в мозгу слова, прожигая его разум изнутри. Почему он выбрал этот путь? Зачем так поступил с ней? А не подло ли это? Правильно ли? Вопросы толпой накинулись на несчастного парнишку, что хотел лишь как лучше. Хотел помочь и вот… Теперь страдает от угрызений совести. Не то, чтобы он никогда не целовался или сильно смущался в присутствии девушек… Но в основном все его пассии были на экране компьютера. Последняя у него была эдак годик назад. Настоящая. Не бот. Вот только оказалось однажды что это не «она», а «он». На том общение и прекратилось. После того случая Армин вообще перестал крутить романы по сети. На это решение повлиял, к слову, не только тот случай, но и одно событие, произошедшее спустя несколько дней спустя инцидента.

***

– Да твою мать! – выкрикнул геймер, швыряя джойстик в подушки на диване. Пока он проходил в сотый раз одну и ту же игру, ему вновь пришло сообщение от обманщика. Как несколько дней назад выяснилось (спасибо скайпу) его «подружка» оказалась сорокалетним, судя по всему, педофилом. Который сейчас ему то и дело шлет смс-ки с фальшивых аккаунтов с извинениями. – Больше никаких романов в сети, – пробормотал он, обмахиваясь каким-то журналом мод, оставленным Алекси. – Армин, иди кушать! – послышался голос мамы из кухни. – Да сейчас, иду я! – крикнул тот в ответ и рухнул на пол перед экраном с надписью «потрачено». Пол был прохладный. Это был рай, так как сейчас стояло знойное и жаркое до ужаса лето. Август протекал назло долго. А этот месяц геймер не любил. Да и вообще лето ему нравилось лишь из-за каникул. Огромный минус этого сезона – пекущее солнце. Во-первых, из-за него экран отсвечивает и не видно, что там происходит. Во-вторых, оно слепит глаза, жжет кожу и оставляет на ней загар, а он ох как загорать не любит. Ну и в-третьих – Алекси пропадает неизвестно где. И возвращается довольно поздно. И в это позднее время еще умудряется найти в себе силы загнать спать задрота. От ветра шторка чуть приподнялась и улетела немного влево, давая лучику света проникнуть в комнату. Армин глядел на крутящиеся на свету пылинки и вздыхал. А потом резко поднялся, подошел к окну, дабы поправить занавеску и застыл. На улице – никого. Лишь одна девчушка. Идет с зонтиком (не от дождя, от солнца) вниз по улице размеренными шагами. Ее белые волосы отсвечивают блондинистым оттенком на свету. Альбинос? Похоже на то. «Где-то я ее уже видел…», – подумалось тогда Армину. Он облокотился на подоконник и подпер голову рукой. «Ах, да, та девочка с комплексом брата из параллельного», – вспомнил он и усмехнулся, но как только вновь посмотрел ей вслед, улыбка вдруг сползла с его лица. – «Странно, я никогда не видел ее без брата. Так редко увидишь ее одну…». – Армин, все остывает! – повторно кричит мама. – Все-все, иду уже! – нетерпеливо отвечает он и идет на кухню. На следующий день. В то же самое время. Она шла вниз по улице с зонтиком. И ему вдруг стало интересно, куда это она ходит. Конечно, было бы проще спросить… Но по слухам, она, скорее всего, его пошлет. Поэтому темноволосый быстренько натянул джинсы, кеды, черную толстовку и марлевую повязку – так, на всякий, чтобы она его не узнала, если вдруг каким-то чудом запомнила его имя вообще. Накинув на голову капюшон и вдобавок надев солнцезащитные очки, Армин воодушевленно посмотрел в зеркало и… «Боже, я выгляжу как сталкер-извращенец», – подумал он и приуныл. – Божечки, ты решил выйти на улицу?! – мама у порога стояла в шоке и смотрела на сына счастливыми глазами. – А… Я передумал, – буркнул он, но было уже поздно. Его мать буквально вытолкала его из квартиры и сказала «ну повеселись там». «Ай, и ладно, это лучше, чем по тысячному кругу проходить одни и те игры. Все анонсируют классные игрушки, а самих их нет. Только распродажа старых в стиме¹», – подумал тогда Армин и вышел на улицу. Ту девушку еще было видно в конце улицы. Поэтому он прибавил шагу и пошел вслед за ней. Из-за переезда у него тут пока что не было друзей, а знакомств заводить как Алекси он не умеет. Вот и остается играть роль какого-то преследователя. Только бы она не позвонила в полицию. И пока он волновался о ее реакции, они уже успели дойти до автобусной остановки. Теперь ему пришлось подойти ближе, так что он смог ее рассмотреть. Армин, собственно, никогда к ней не приглядывался. Ему, конечно, нравятся тихие спокойные люди, но также ему нравится двусторонний разговор. А когда он ей впервые представился – она вообще никак не отреагировала. Как читала книжку, так и читала. Впрочем, когда она молчит, выглядит красиво. По крайней мере для альбиноса она была очень даже ничего. Не то, чтобы ему не нравились альбиносы… Просто выглядели для него они странно. Особенно их белые ресницы. Автобус подъехал к остановке. В него зашла девушка, а «преследователь» следом за ней. Она села где-то в середине, у окна, а он дошел до самого конца и сел рядом с сюсюкающейся парочкой. Кстати, парниша рядом пялился на Армина весьма недружелюбно. Поездка продолжалась долгие жаркие полчаса. От теплового удара из-за толстовки спасало лишь то, что под нее он не одел ничего и кондиционер. Но увы, пришлось покинуть холодный прохладный салон автобуса и выйти вслед за девчонкой. Интересно же. Она пошла в лес. Одна. «Дура! Кто в лес прется, тем более один?! Мало что там может произойти!», – его слова были абсолютно точно к месту – ведь не так давно по телевизору, в новостях и газетах крутили сюжет про убийцу, что рандомно убивает и обворовывает людей направо и налево – причем нападения совершает как днем, так и ночью. Несмотря на все это, альбинос шла все глубже и глубже в чащу, по почти непротоптанной тропинке. И в итоге вышла на небольшую полянку. Села у дерева и принялась читать книжку. И… И все? Весь этот путь чтобы почитать в одиночестве? Это что, какой-то новый уровень интровертизма или что? Как это вообще назвать? Что должно происходить дома такого, чтобы это стало достойной причиной ежедневного побега в долбанный лес? «И куда ее брат только смотрит?», – думал он, пока она надевала наушники и включала музыку. Армин в это время, даже как следует не подумав, пользуясь тем, что она сейчас ничего не слышит, прошел немного по «бездорожью» и уселся по другую сторону дерева, на которую она облокотилась спиной. И все было хорошо, пока недалеко не появились два парня, которые вешали скворечник. У нашего героя в темноволосой голове что-то перемкнуло и он подумал «вот она – опасность!». Быстро вскочил, мельком глянул на задремавшую девушку и хохотнул: «Вот он, мой шанс!», – вот что он подумал, дергая за шнурки и затягивая капюшон на голове. – «Сейчас я спасу беззащитную девушку от двух свирепых извращенцев…» Двое молодых людей над чем-то посмеялись и стали щебетать о пользе для птичек. «Тогда она крикнет «мой герой», захочет со мной встречаться, но я ее отвергну! Почувствуй то же, что и я во время нашего знакомства… А потом она разнесет славу о таком героичном классном парне как я и у меня появится толпа фанаток! Да, все идеально!», – с такими мыслями он потопал к тем любителям природы. – «Только посмотрите, делают вид что пришли помочь птицам, а сами… Как в реальной жизни делать комбо? И сколько у них жизней?..». – Кыш, не троньте ее! – выкрикнул Армин, махая руками так, словно прогоняет голубей. – Во, блин, пошли отсюда, псих какой-то… – сказал один из «свирепых извращенцев» и потащил друга прочь. «Ха-ха, испугались, да?!», – пролетела у него мысль, как вдруг в глазах потемнело и он рухнул на прохладную землю. Когда он открыл глаза, то обнаружил, что лежит головой на коленках девушки, за которой следовал. Она мирно листала книжку и не обращала на него некоторое время внимания. А потом достала бутылку воды и молча вручила ему. – А… Что?.. – не понял он, принимая сей предмет. – Ты идиот? – вот какие были ее первые слова обращенные к нему. – Кто, я?! – воскликнул парень, тыча в себя пальцем. – Ты видишь тут кого-то еще? – усмехается она, перелистывая страницу. – Почему я… – Да, почему это ты следовал за мной? – спрашивает она, усмехаясь. – И зачем в такую жаротень надел темную теплую одежду? Ты совсем глупый? Именно из-за этого у тебя тепловой удар и случился. – Ты заметила?! – он обратил внимание только на ее первый вопрос и зарделся. – Да. Мне было интересно, зачем же ты шел за мной… Как там тебя зовут? – она призадумалась, а потом вспомнила. – Ах, да. Армин. – Ты помнишь?! – еще больше поражался он и все пуще краснел. – Конечно помню. Это ты в «Team Fortress 2²» вечно играешь за шпиона. – Что за… – А я тот поджигатель, что в каждом раунде сжигает твою команду. Теперь вспомнил? – Т-ты..! – Я..? – Дура!

***

Армин открывает глаза. Кажется, он задремал. Так вымотался пока гонялся за Джейн, что даже резко провалился в сон. Оглядевшись, он вдруг понимает, что прижался поближе к ближайшему источнику тепла – тому самому «хот догу» из человека и одеяла. Джейн глядела на него с любопытством и толикой удивления. Однако ничего не говорила насчет его месторасположения. Даже слегка покраснела. Хотя скорее всего это от температуры. – Ты… Не кричишь на меня? Не прогоняешь? – тут он слегка разозлился. – Вот так вот просто подпускаешь к себе какого-то… Гм, и ничего не говоришь? – Да нет, – она пожимает плечами и вскидывает брови вверх. – Разве я виновата что не считаю всех мужчин и… – она покосилась на Армина. – …мальчиков озабоченными животными? Парень покраснел от того, что под «мальчиком» она имела ввиду его. Ну и от замечания тоже. – Если мы лежим рядом, это еще не означает ничего пошлого. Компрометирующее положение – да, но в остальном, о чем ты подумал – нет, – простецки сказала она, глядя ему в глаза. – Ну… В принципе, наверное, ты права, – он вздохнул и добавил. – И все же в своем возрасте ты должна быть осторожнее со сверстниками. Твое мнение не единственно верное. – Знаю. Но тебе доверяю, – говорит Джейн, переворачиваясь на спину. – А это еще почему? – он тоже перевернулся на спину и уставился в потолок. – Я не твой тип, – говорит беловолосая и усмехается. – Ты видел меня только в роли парня, так что вряд ли сможешь относится ко мне как к девушке. – Ты не помнишь?! – он подскочил и уставился на нее сверху вниз. – Не помню что? – Я – тот сталкер! – выпалил он, подмечая про себя что сегодня, да и вообще каждый раз рядом с ней какой-то эмоционально нестабильный. – Ты кто? – довольно равнодушно делает вид непонимающего человека она. Армин раскраснелся и, буркнув «неважно», рухнул обратно. Он себе не признался, но лежать вот так рядом – очень приятно. Ему привычней чувствовать жар от перегревшегося компьютера, чем от живого человека. «Может, поэтому я чувствую себя немного странно?», – подумал он, потирая заспанные глаза. И в комнате настала тишина, нарушаемая, как всегда, теми шумными часами. Джейн все хотела их переставить, но каждый раз ее что-то отвлекало. Наверное, стареет. Взрослые вечно хотят все что-то поменять… Написать, там скажем, книгу или сделать еще чего выдающегося. А ничего не меняют. Как были офисным планктоном или кем-то вроде – так ими и остаются, приговаривая про себя «завтра же то, завтра же это и больше никогда…». В соседней комнате тихо играло радио. Судя по всему, звучали Radiohead. Почему-то, их музыка всегда нагоняла легкую печаль и ностальгию. И вот, Армин и Джейн, лежа в одной кровати, прислушивались к песням. За «Creep» шла «Karma Police», а за ней «The Trickster». Слова последней немножко расшевелили альбиноса, уже начинавшего дремать. – Эй, – первым прервал тишину Армин, – а если бы на моем месте был бы кто-нибудь другой, ты была бы также, м-м, дружелюбна? Джейн слегка призадумалась. – Возможно, – неопределенно ответила девушка, вгоняя собеседника в смешанные чувства. – Ты что же, правда совсем не чувствуешь смущения? Вообще никогда? – все продолжал Армин, повернувшись лицом к беловолосой. «Или только со мной?..», – промелькнула у него грустная мысль. – Армин, – его имя из ее уст прозвучало немного резко, – я не верю в любовь. Я верю в симпатии, привязанность, долг и желание. Мне совершенно не кажется, что в своем нынешнем образе я привлекательна, поэтому особо не опасаюсь за то, о чем ты так назойливо ведешь речь. Но это не значит, что у меня совсем нет гордости – если мне самой того не захочется, я никому не позволю лишний раз и пальцем себя тронуть. Так понятней? Она смотрела на него в упор. И во взгляде не было холода. И гнева не было. Там не было ничего. Пустой взгляд. Словно у какой-то куклы. От него становилось не по себе. Особенно Армину. Потому что этот взгляд он не раз замечал в зеркале. – Вот значит как, – парень вздохнул и прикрыл глаза. – Значит ты из «этих». Сейчас совершенно перестали ценить чувства. Никто не верит в любовь. – Потому она существует только для тех, кто в нее верит, – скептично подметила она и вновь ненадолго задумалась. – Мне никогда не приходилось ее испытывать. Может, только к брату. Но он родственник. И поэтому эта любовь объяснима. Она имеет смысл. А вот любовь к чужому человеку… Этого мне не понять. – Ты читала Шекспира? – вдруг спросил темноволосый, загадочно улыбаясь и глядя на девчушку из под прикрытых век. – А… Ну было дело, а что? – Джейн редко бывает сбита с толку, но тут ее заставили удивиться. – «Любовь бежит от тех, кто гонится за нею», – цитировал он, откидывая челку Джей, что застилала ее глаза. – «А тем, кто прочь бежит, кидается на шею». Мортимер усмехнулась и закрыла глаза. Ей не хотелось с ним спорить. Просто хотелось продолжать вот так лежать и вполголоса беседовать на всякие разные темы. У него был приятный голос. И теплые руки. Пусть он и строил себя перед ней в предыдущие разы грозного плохого парня, на самом деле он довольно застенчивый. Так легко краснеет от прикосновений. А от обычного соприкосновения губами вовсе отрубился. Джейн решила сделать вид что не помнит этого. Все равно поцелуем это назвать нельзя, ведь поцелуй, как таковой, не имеет никакой определенной цели – это просто порыв или желание. А он таким способом просто хотел в нее впихать лекарства. Так что этот инцидент не имеет значения.

***

Я приоткрыла глаз и повесила наушники на шею. Недалеко от меня Армин кричал на двух юношей, вешавших скворечник. Мне показалось это забавным. Это он что, пытался так позаботиться о моей безопасности? Поэтому он так упорно следовал за мной? Улыбка вдруг пропала с моего лица – этот мальчишка рухнул на землю. Перегрелся наверное, в такой-то закрытой темной одежде. Ну что за дурак? Я со вздохом поднимаюсь и шагаю в его сторону. Он неровно дышит и чуть заметно дрожит. Я присела рядом с ним на корточки и аккуратно сняла с него очки. Ах… Это тот мальчик. В школе он пытался со мной познакомиться, но я его не услышала из-за наушников. Он их не заметил за моими волосами, наверное. И убежал, сгорая от стыда, думая что я его игнорировала. Точно дурак. Пыхтя, я потащила его за руки обратно к дереву. А как добралась до него, положила его голову к себе на колени – ибо подложить чего-нибудь на роль подушки не получится. Свою одежду я не пожертвую, раздевать спящего – не очень гуманно, а сумка полна твердых вещей, так что лежать на ней – куда хуже чем на земле. «Интересно, он знает с кем сутки на пролет играл в компьютерные игры онлайн?», – про себя усмехнулась я и откинула с его лба челку, при этом принявшись внимательно разглядывать его лицо. – «В нашу первую встречу я подумала, что он красавчик, но этого я ему никогда не скажу…».