Жесть.

Денис замер, задохнувшись от неимоверного возбуждения, накрывшего его с головой. Его бросило в горячий пот, и он понял, что у него нечеловечески стоит на мужчину. «Я не гей!» - кричало сознание, и Денис отдёрнул руку ото рта Максима. Юноша разочарованно облизнулся, всё так же гипнотизируя мужчину взглядом, и Денис выпалил: - Что ты делаешь? Максим нехотя поднялся с Дениса, демонстративно вытер рукой губы и ответил осипшим голосом: - А ты? Денис поперхнулся, пряча глаза, и густо покраснел. - Я… просто решил тебя погладить. Ты спал, и у меня к тебе такие… ну, братские, что ли, чувства, понимаешь? Ну, мне захотелось тебя пожалеть, ведь ты так устал, готовил этот салат, тащился ко мне в больницу, развлекал меня весь вечер, да ещё и выпил бутылку шампанского, вот я и… Макс откинул волосы назад, и Денис поймал себя на том, что залюбовался мощным телом, игрой мышц, цветом кожи, которая, казалось, просто светилась в полумраке комнаты. Он поспешно отвёл глаза и вдруг увидел, что его мощный стояк прекрасно заметен через тонкое клетчатое больничное одеяло. Больной поспешно накрыл пах рукой и воровато взглянул на Макса: не заметил ли? Но юноша как раз пристально смотрел именно на эту часть тела Дениса. Макс хмыкнул, переводя взгляд на Дениса, пристально посмотрел ему в глаза и сказал: - У тебя стоит. Ещё скажи, что не на меня. - Я… Я не гей! У меня просто давно не было секса, а из-за травм я не мог помочь себе сам. Сейчас освободили правую руку, но она всё равно болит, я не могу… Ну, ты понимаешь… Денис окончательно засмущался, он был готов провалиться сквозь землю, но обнажённый торс Максима то и дело приковывал его взгляд, а проклятый стояк всё не проходил, несмотря на всю нелепость ситуации. Денис не мог объяснить сам себе, что с ним происходит, но он всё ещё безумно хотел прикасаться к этому юноше, хотел продолжить свои ласки, а ещё лучше, если бы Максим сам поласкал его… Он проклинал себя за свои желания и ожидал от Макса любой реакции, даже того, что он развернётся и уйдёт сейчас раз и навсегда, но только не того, что произошло дальше. Максим, замерший над ним и лихорадочно думавший, спрятавшийся за маской кажущегося спокойствия, кивнул сам себе головой, приняв решение. Затем он оторвал взгляд от паха Дениса и, оглядев его с ног до головы, впился глазами в лицо мужчины. Денис застыл, почувствовав себя внезапно маленьким и беззащитным, ему показалось, что он целиком и полностью находится во власти юноши. Внезапно Максим сел обратно на стул, левой рукой крепко взялся за конечность, загораживающую пах и отвёл её в сторону. Денис попытался сопротивляться, но здоровая рука Макса оказалась сильнее, и ему почти без труда удалось задуманное. Юноша прижал руку Дениса на уровне плеча к кровати, почти всем телом навалившись на больного сверху, и запустил левую пятерню под одеяло. Сильные пальцы накрыли крепкий член Дениса, обжигая сквозь тонкие трусы, и Макс, стараясь не краснеть и не показывать того, что впервые трогает кого-то, сказал: - Послушай, Денис, к чему нам эти игры? Мне всё равно, почему у тебя стоит, но я ведь стал тебе настоящим другом? - Да… - проблеял ничего уже не понимающий Денис, стараясь не закрывать глаза и не откидываться назад от удовольствия, испытываемого им только от мысли, что Макс трогает его член. - Так вот. Я хочу тебе помочь, как другу. Давай, я тебе подрочу, раз ты сам не можешь? Ничего страшного, я ведь мужчина, считай, что это просто медицинская помощь. Пара движений, не надо стесняться, я же прекрасно умею это делать, ведь уже взрослый мальчик. Денис обомлел от такого предложения и хотел выкрикнуть, что он – не гей, но горячая рука властно обхватила ствол и вдруг совершенно плавно и предельно нежно пару раз двинулась вверх-вниз прямо сквозь трусы. Мужчина охнул, протяжно вздохнул и ответил: - Да… Макс отвернулся, чтобы скрыть ликование. Он пробрался в трусы к Денису прямо под одеялом, чтобы не смущать мужчину. Какой же огромный член! Именно такой, как он себе представлял! Юноша огладил толстый ствол, покрутил большим пальцем по головке, нежно помассажировал яички. Мужчина застонал и откинул голову на подушку. Максим, осмелев, крепко взялся за член, начиная водить рукой по стволу. Другой рукой он, не удержавшись, начал аккуратно стягивать с Дениса одеяло вниз. Больной лежал под ним в одних трусах и гипсе, и даже не почувствовал, что теряет покровы. Постепенно перед взглядом юноши предстала могучая грудь, покрытая тёмными, пушистыми, кудрявыми волосками. Макс тихо застонал от возбуждения и запустил пальцы на грудь Денису. Мужчина начал протяжно вскрикивать, изгибаясь от каждого движения сильной руки, и Максим провёл ладонью по рельефной груди, огладил крепкую шею, накрутил на пальцы чёрные волосы надо лбом Дениса, не забывая надрачивать ему. Движения стали яростными, Денис жадно хватал воздух и вдруг схватился почти здоровой рукой за свободную ладонь Максима, выдёргивая её из своих волос. Они переплели пальцы, и Денис поднял голову, встретившись глазами с Максимом. Мужчина охватил взглядом сильное тело, красивое лицо, мускулистые руки, оказавшиеся такими нежными. Возбуждение накрыло Дениса с головой, и он, не отводя взгляда от пронзительно-серых глаз Максима сокрушительно кончил прямо ему в ладонь. Юноша аккуратно собрал всё, что выплеснулось из мужчины в руку и плавно остановился. Денис расцепил пальцы, отпуская ладонь Максима из своей, и откинулся на подушку в полном изнеможении. Он тяжело дышал, перед глазами, под закрытыми веками, бегали разноцветные круги, но Денис всё же нашёл в себе силы сипло прошептать: - Спасибо. Максим, весь покрытый жарким потом, вынул руку из-под одеяла, пристально оглядел запачканную ладонь и, уже вставая со стула, произнёс: - Не за что. Я в туалет, руку помыть. – И юноша выбежал из палаты, как был, голый по пояс. * Максим ворвался в туалет, второпях ополоснул руку под холодной водой, закрылся в кабинке и принялся яростно расстёгивать ремень. Он загремел пряжкой, даже не думая, что кто-то может войти и услышать его, звякнул молнией и, наконец, высвободил отчаянно стоявший член. Макс схватился за ствол и начал торопливо дрочить, закрыв глаза. Перед ним стояла картина распятого на кровати, беспомощного Дениса, тихо стонущего, влажного от испарины и запредельно возбуждённого. Как он изгибался! А как гладил его, словно они и вправду любовники, так нежно и в то же время сильно! Такая крепкая рука, грубые пальцы, а сколько ласки! Больше всего на свете Макс хотел бы впиться в сладкие губы требовательным поцелуем, облизать всё это мощное тело и, может быть, даже взять в рот прекрасный член! А если бы Денис пососал у него… От этой мысли парень оглушительно кончил прямо на неприглядную кафельную больничную стену туалетной кабинки. Сперма потекла по стене вниз, и Максим, отмотав туалетной бумаги, поспешно вытер следы преступления. Он отдышался, оперевшись спиной на стену, затем неторопливо оделся, пригладил волосы и вышел из туалета. Всю дорогу по коридору он с ликованием думал только об одном: «Лёд тронулся! Я расколол этот айсберг, осталось чуть-чуть!» Но если бы он в этот момент услышал душевные терзания Дениса, то понял бы, что теперь его ждёт ещё более неприступная пропасть.