Атлант (Atlas)

Меньше чем шестнадцать часов спустя они достигли планеты, окутанной бледно-зелеными облаками, которые достаточно эффективно скрывали поверхность. - Как долго мы должны будем их ждать? – шепотом поинтересовался Чехов. - И как они сообщат нам, где они? – отозвался Сулу. Ухура тихо и раздраженно вздохнула. - Прежде всего как они вообще узнают, что мы здесь? Комм на станции Ухуры ожил. - Транспортаторная вызывает лейтенанта Ухуру. - Это Ухура. Говорите. - Лейтенант, это энсин Джеймсон. Послушайте, у нас тут странное… ну, какое-то странное пиканье, которое мы получаем с планеты. Когда оно впервые появилось, то было чем-то вроде устаревшего запроса о перемещении, но теперь осталось только это пиканье. Мы считаем, оно может что-то значить. Вы хотите, чтобы я вам его перенаправил? Ухура взглянула на Спока, который кивнул. - Спасибо, энсин. Пожалуйста, перешлите его, – получив его пару секунд спустя, она поставила его на «повтор», поплотнее прижав наушник и напряженно прислушиваясь. Почти сразу же она покачала головой, удивленная, и перевела сигнал на основные колонки. Методичная цепочка пищания и пауз наполнила мостик, продолжаясь примерно полминуты, а затем начинаясь сначала. – Это код Морзе! Спок поднял бровь. - Любопытно. Вы можете расшифровать его? Офицер по коммуникациям рассеянно кивнула, опустив подбородок и переводя послание. - «Запрашиваем экстренную помощь. Поднимайте пятерых. Один раненый. Любые корабли Федерации, ответьте». А потом оно повторяется, – она повернулась к Споку. – Можем мы узнать, где они, основываясь на этом сигнале? Он посмотрел на рулевого, раздумывая. - Потребуется сложный и замаскированный комплекс расчетов, чтобы поднять их, при этом не открыв их местоположение рилла. - Я могу это сделать! – провозгласил Чехов, уже начиная бешено трудиться за своей станцией. – Это просто вопрос теоретической триангуляции, основанной на нестабильных изначальных точках, да? Очень просто! – он усмехнулся Споку, раскинув руки. – Готово, сэр! Если мои вычисления верны, мы можем поднять их на борт немедленно. - Очень хорошо, – Спок встал с кресла. – Отправьте ваши данные в транспортаторную. Лейтенант Ухура, проинформируйте доктора МакКоя, что его присутствие будет необходимо ради благополучия раненого оперативника. Я встречусь с нашими новыми пассажирами, – он отвесил Чехову едва заметный поклон. – Ваши усилия были неожиданно полезными, энсин. Лейтенант Сулу, вы управляете кораблем. Пока двери турболифта еще не закрылись за ним, Спок успел услышать, как Чехов неуверенно спросил: - Это же был комплимент, да?

* * * * *

МакКой уже ждал у лифта, когда тот открылся. Он ступил внутрь, мрачно хмурясь, обеими руками держа свою аптечку. - С этим комплектом я смогу предоставить только базовую помощь, но я оставил медотсек наготове на случай, если оперативник истекает кровью, или у него мозги из ушей капают, или легкое проколото, или что-то еще, столь же очаровательное и не так легко излечимое. - …Понимаю. Когда они спешно направились к транспортаторной, стаккато ритма их поступи было единственным звуком, прокатывающимся по коридору. Раздался довольно резкий выкрик мужчины: - …и плевал я на все ваши гребаные «правила», если это будет стоить ему жизни! МакКой вздрогнул, глаза его расширились от удивления, и он поспешил на голос, разразившийся яростной руганью. Хотя Спок и не побежал, но его собственная скорость как-то заметно увеличилась. Он оценил ситуацию, мельком осмотрев все взглядом темных глаз, отмечая каждого присутствующего. Транспортаторный техник стояла возле двери, спиной вжавшись в стену, округленными глазами наблюдая за происходящим. Спок быстро отпустил ее, одновременно и чтобы избавить ее от «удовольствия» созерцать разворачивающуюся сцену, и потому что общение команды с сотрудниками спецназначения должно было быть минимальным. Трое из пяти оперативников, одетых в черные костюмы, которые закрывали их с головы до пят, отделились от остальных членов группы, сгрудившись возле панели управления. Их одежда была изготовлена из какой-то ткани, которая не была знакома Споку, плотно прилегавшей к коже и слабо блестевшей в прямом свете. Перчатки, ботинки и шлемы прятали любые распознавательные черты. Дополнительный материал, который Спок принял за некий вариант брони, был стратегически расположен, защищая уязвимые места человеческой физиологии: каркас-кираса вокруг ребер, щитки на основных соединительных суставах и стоячий воротник, открытый спереди, который защищал горло и заднюю часть шеи. Если какая-то технология и была имплантирована в эти костюмы, ее не было видно. Остальные двое оперативников все еще не сошли с транспортаторной платформы, один растянулся на полу, истекая кровью, второй склонился над своим рухнувшим товарищем, развернувшись спиной к комнате, его шлем валялся рядом. Он умело надавил пальцами под подбородком лежавшего человека, пока и его шлем не отсоединился с мягким щелчком. Тяжелые хрипы раненого мужчины наполнили помещение. Его голова слабо моталась из стороны в сторону, будто он искал что-то вне его досягаемости. - Миссия? – спросил он. Его сообщник взял его за руку. - Мы к ней потом вернемся. А сейчас мы сделаем перерыв, пока ты не перестанешь поливать кровью все вокруг и оставлять за собой красный шлейф. Когда человек влажно засмеялся, МакКой опустился рядом с ним, проверяя реакцию его зрачков и другие рефлексы. - Что случилось? – бросил он. - Засекречено, – сипло отозвался раненый. - Ты мне расскажешь, что произошло, прямо сейчас, ты… – он посмотрел на здорового оперативника и замер, раскрыв рот и неверяще уставившись на него. - Шрапнель, – объяснил невредимый оперативник, странно мягким голосом. – Близко к позвоночнику. У него ноги толком не действуют, – МакКой вынырнул из своего потрясения, вызывая по комму подкрепление и носилки. Брошенные шлемы затрещали, звуча подозрительно похоже на аудио-передачу полученную из космоса. Нераненый оперативник подобрал свой резким яростным движением и швырнул его в стены позади тройки, которую, казалось, совершенно не волновали травмы, полученные их соратником; шлем ударился о перегородку с такой силой, что на его поверхности осталась вмятина и несколько трещин-паутинок. - Я не надену эту штуку обратно, так что если хотите поговорить со мной, делайте это лицом к лицу! Демонстрация его злости впервые позволила Споку рассмотреть его профиль. Вулканец почувствовал нечто странное, будто его легкие сковал мороз, потому что этот человек был ему знаком. Он узнал его гнев так же легко, как и золотые волосы и поразительные синие глаза. - Капитан, – выдохнул он. Капитан Джеймс Кирк, одетый как оперативник, спасенный с проваленной тайной операции, повернулся к своему первому офицеру с лицом, застывшим от злости. Когда он увидел Спока, его взгляд заметно смягчился. - Не думал, что они пришлют вас, – признался он. – Особенно без меня на борту. - Адмирал Арчер не позволил нам выразить протест, – машинально ответил Спок, эти слова вырвались у него без единой мысли в голове. Улыбка дрогнула в уголке губ Джима. - Звучит как раз в стиле Арчера. Медперсонал ворвался в комнату, работая быстро и эффективно, чтобы погрузить раненого пациента на носилки. - Костюм соединен с его основными системами, – сообщил им Джим. Он провел пальцем по внутренней стороне своей руки. – Тонны иголок и всего такого прочего идут вдоль швов, даже вдоль самых незначительных. У вас уйдет много времени, чтобы снять все это, и работа предстоит кропотливая. Будьте очень осторожны. МакКой, который собирался просто сорвать всю эту штуку ко всем чертям, замер, бросив на Джима мрачный оценивающий взгляд, который Спок, как ему думалось, понял. Если костюмы были «подключены» к системам этого человека, были ли они так же присоединены и к Джиму?

* * * * *

Когда медперсонал удалился, Джим повернулся к трем оперативникам, жестким и холодным словно безупречные алмазы. - Похоже, твое командование окончено, – обратился он к высокой широкоплечей фигуре, которая стояла за спинами двух других, мужчины и женщины. – Мы предоставим вам комнату, но вы ее не будете покидать ни на секунду и ни по какой причине. Это ясно? – фигура отозвалась неясным, но требовательным жестом, на который Джим ответил резким решающим взмахов руки. – Нет. Это мой корабль, моя команда и проваленная под твоим руководством миссия. Я не сдамся, я не отступлю, и я не подчинюсь. Мы здесь закончили, мистер Спок, – добавил он через секунду. – У нас уже есть безопасное место для этих людей? - Да, сэр, – немедленно сказал он. - Отлично. Пусть полная группа офицеров безопасности сопроводит туда наших гостей. Они будут сменять друг друга так, чтобы та комната всегда оставалась под пристальным наблюдением. Для вашей же пользы, – добавил он оперативникам, блеснув в их сторону ослепительной улыбкой. – Чтобы убедиться, что никто не будет на вас заглядываться. Предосторожность и все такое. Предводитель проделал еще несколько жестов. Джим проигнорировал его демонстративно и снисходительно. Споку стало интересно, было ли это его намерением спровоцировать оперативника на нападение. Он не мог придумать никакого разумного объяснения подобному поведению, которое, учитывая историю Джима, несколько увеличивало шансы на то, что его интерпретация данного поступка была верна.

* * * * *

Отряд офицеров безопасности, возглавляемый энсином Джотто [1], которого Джим чаще всего называл Кеком, появился быстро. Они проявили незаурядное мастерство при исполнении своей работы, подстроившись под обстоятельства эффективно и без промедлений. Не задавая никаких вопросов, они установили и то, кого они защищали, и то, от кого они его защищали. Хотя они никак не противодействовали оперативникам, их неприязнь к ним была совершенно очевидна. Спок обнаружил, что он одобрял их проницательное поведение, поскольку это значило, что оперативники будут уведены от Джима в течение следующих мгновений, и так и было; капитан остался возле транспортаторного терминала, оперевшись на него руками и низко опустив подбородок, выдавая глубокую усталость. - Сэр, – осторожно спросил Спок, – вы ранены? Капитан отрицательно покачал головой. - Просто вымотался. - Вы не имели возможности получить достаточное количество сна во время вашей… миссии? Джим засмеялся, звук вышел более изнуренными и обессиленным нежели счастливым. - Я вообще не спал. Точка. Мы не можем даже подремать, пока не сделаем работу или не провалим ее ко всем чертям. Боже, я бы убил за чашку кофе! - Возможно, это не будет необходимым, – сухо отметил Спок. – В вашей каюте есть репликатор, где вы так же сумеете выспаться теперь, когда ваша миссия, как вы выразились, была «провалена ко всем чертям». Капитан снова засмеялся, в этот раз тепло и с удовольствием, и выпрямился. - Точно подмечено. За исключением того, что поспать не выйдет, – он согнул руки в локтях, повернув ладони вверх, рассматривая слабый блеск. – Тебе стоило видеть эту хрень в темноте. Мы были практически невидимыми. Спок сделал шаг вперед, не в силах перебороть свое любопытство, и прикоснулся самыми кончиками пальцев к левому запястью Джима. - Мне незнаком этот материал. Джим кивнул, не шевеля рукой, чтобы позволить Споку рассмотреть ткань получше. - Да, тайные оперативники получают самое лучшее снаряжение. Бесплатные полевые испытания, плюс оно не дает им убиться. Иногда. Костюмы вроде этого станут доступны для Звездного флота где-то лет через пять или около того. К тому моменту у оперов будут еще более крутые вещички, в свете которых эти будут выглядеть как надетые на перестрелку полотенца. К тому моменту они, может, даже окончательно разберутся с этой невидимостью, – подразнил он, скрестив руки на груди, когда Спок отпустил его. - Вы способны сами снять костюм? – осведомился вулканец, смыкая ладони за спиной. - Не-е, тут слишком много всех этих иголок, и сенсоров, и аппаратуры слежения, и всего прочего. Я не преувеличивал, когда предупреждал Боунса быть очень осторожным с Флангом. Брови Спока поднялись. - С Флангом? - А-а, черт, – Джим опять помотал головой, ущипнув себя за переносицу. – Зря я это сказал. Это не его имя, – устало объяснил он, взглянув на своего первого офицера. – Ни у кого из полноценных оперативников нет имен, только позиции, чтобы защитить их личности. Он в арьергарде и прикрывает с фланга, так что… Да. В основном эти «прозвища» нам даны, чтобы вызывать друг друга по внутренней связи, – он кивнул на брошенный шлем Фланга. – Они снабжены такими коммуникаторами. Полностью изолированными. Ты нифига не услышишь снаружи, но внутри кажется, что кто-то говорит прям над твоим ухом. Иногда это неприятно. - Какова ваша позиция в команде? – поинтересовался Спок, не смотря на Джима. – Как они называют вас во время миссий, чтобы сохранить вашу личность в секрете? - Кирк, – на его лице появилась полуусмешка, когда Спок встретился с его глазами, с легким любопытством наклонив голову. – Я не полноценный оперативник, – пояснил он, поведя плечами, – просто доброволец с неполной нагрузкой, который затыкает дыры в их рядах, – он недовольно поморщился. – Я вообще не должен был больше им быть, но они в этих своих прикидах упрямые как бараны поутру. «Нет» значит «нет», верно? Спок моргнул. - Возможно, вы устали сильнее, чем утверждали ранее, капитан. Взаимосвязанность ваших слов, похоже, несколько нарушена. Могу я предложить вам вернуться в вашу каюту? Джим коротко усмехнулся, запрокинув голову назад, его руки все еще были скрещены на груди. - Боже, чего б я не отдал, чтоб ты был со мной на этих гребаных миссиях. Ты просто чудо. Комм пиликнул прежде, чем Спок успел сформировать ответ. (Что было удачно, поскольку у него его не было.) - МакКой вызывает Спока. Вы еще там, ребята? Спок подошел к терминалу. - Говорит Спок. Капитан Кирк со мной. Что вам нужно, доктор? - Спок, слушай, не позволяй Джиму снимать эту хламиду самому. Костюм раненого - в полнейшем беспорядке. Мы только совместными усилиями можем отдирать его по сантиметру за раз, и я даже не знаю, как больно ему бы было, если бы мы не вкололи ему анестезию. Я ненавижу ту хрень, из которой сделана эта броня; мы ее и срезать-то не можем. Отведи Джима в его каюту и займи его чем-нибудь пока, ладно? Никакого сна, никакого стриптиза, никаких лишних движений. Мы забежим к вам где-то через час, хорошо? - Утвердительно, – отозвался Спок. - Отлично. Конец связи. Когда Спок повернулся к Джиму, тот слегка улыбался, но его лицо было слишком бледным, а выражение на нем – слишком усталым. Ему ничто не было нужнее сна, которого он не мог получить, и от необходимости отказать Джиму в столь существенном покое в груди Спока что-то неприятно заворочалось. Он отмахнулся от этого чувства, опять смыкая руки за спиной. - Идемте, капитан? - Ага, – вместо того чтобы направиться к двери, Джим в течение долгого момента продолжал серьезно смотреть на своего первого офицера. – Прости, – наконец произнес он грубым от напряжения голосом. – Ну, за то, что пропустил игру, – он немного беспомощно дернул плечом. – Меня вроде как задержали. Спок наклонил голову. - Это было по весомым причинам, сэр. Ваша миссия с этой командой имела гораздо большее значение, чем простая игра в шахматы. Я понимаю. - Нет, – настаивал Джим, – не понимаешь. И она не была важнее. Я сказал адмиралу, что я больше не отправлюсь на какие-либо ее миссии, Спок. Они на добровольных основах даже для полноценных оперативников, и когда она передала мне «приглашение» на эту, я его отклонил. Мое место здесь, на «Энтерпрайз». Кроме того я б никогда не ушел вот так вот, не дав тебе знать об этом, при нормальных обстоятельствах. - Если вы отказались, – осторожно проговорил Спок, ища на спокойном лице Джима какой-то неопределимый намек или знак, который даже он сам не мог уловить, – почему вы отправились с ними? - А я и не отправлялся. Меня забрали, – он прижал пальцы к вискам, со вздохом прикрыв глаза. – Они поймали меня сразу после той встречи. Когда мы покинули орбиту, у меня было два варианта: или надеть костюм или быть сброшенным на неизвестную планету в одной золотой форменке, и хотя она и выглядит хорошо, но все равно похожа на мишень. Но я не собирался идти с ними, и я сказал Альф… – он нахмурил лоб и покачал головой. – …Ну, я подал официальную жалобу. Спок подумал над тем, что ему было известно о ситуации: отряд специального назначения хотел получить Джима в свою команду настолько отчаянно, что нарушил Устав, успешно похитив капитана Звездного флота. Несомненно, Джим уже «бегал» с этими людьми раньше и, похоже, был с ними знаком в достаточной степени. Оборванное имя или кличка «Альф», вероятно, могло полностью озвучиваться как «Альфа» – прозвище, используемое в собачьих и волчьих стаях, чтобы обозначить вожака. Эта информация, совмещенная с недавней беседой Джима с адмиралом Пайком и стычкой в более ранний момент, до того как Спок стал первым офицером Джима, начала рисовать, к сожалению, сложную и безрадостную картину. - Эти оперативники - Псы, – тихо сказал Спок, наблюдая за лицом Джима. – Ими командует неприятный человек, которого вы однажды назвали «Альфи», являющийся, по сути, Альфой или оперативником-лидером их группы. - Черт, – Джим обеими руками потер лицо. – Я надеялся, что ты этого не сделаешь… Господи, да ты меня под военный трибунал отправишь. - Крайне маловероятно, – рассеянно убедил его Спок, окидывая взглядом усталую фигуру капитана. – А теперь, сэр, мы должны последовать указаниям начальника вашей медицинской службы. Я буду ждать вместе с вами, пока он придет и избавит вас от вашего костюма, – когда Джим медленно потащился к двери, вулканец, поколебавшись, добавил: – Мы можем… Возможно, мы могли бы провести игру-«реванш», о которой вы говорили, когда покидали «Энтерпрайз», отправляясь на вашу встречу, сэр… Джим. Шахматная доска все еще в моей каюте, и ее легко достать. Улыбка Джима стоила тех усилий, которые пришлось приложить Споку, чтобы откопать доску с самой высокой и дальней полки. [1] Я как-то слегка запуталась. Мне казалось, что Хендорфа Джим называл Кексиком, а не энсина Джотто («Ensign Giotto»). Не уверена, почему автор так сделал(а). И еще: я (изначально) назвала его Гиотто, хотя были еще варианты Джотто или Джиотто (и вроде чаще всего его так и называют), но потом мне подсказали, что правильнее все-таки Джотто, так что я буду использовать этот вариант.