Атлант (Atlas)

На мостике Джима понемногу брала в заложники ужасная головная боль. - Адмирал Питерс, окажите мне профессиональную любезность и притворитесь, что не думаете, что я - полный идиот, – поджав губы, он рукой обвел станции офицеров, обращаясь к женщине на экране. – По крайней мере, перед моей командой. Холодное выражение лица адмирала дрогнуло достаточно, чтобы в нем скользнула слабая усмешка. - Когда вы заслужите от меня профессиональную любезность, Кирк, я обязательно ее проявлю. Все офицеры «Энтерпрайз», находившиеся рядом, злобно ощетинились. - Послушайте, – процедил Джим сквозь зубы, – я заполнил все формы. Я выполнил ваши требования. Я перечислил все возможные причины, по которым мы не можем просто все бросить, чтобы немедленно доставить ваших оперативников на Землю, всеми способами, которые сумел найти. Что еще вы от меня хотите? - Я хочу, чтобы вы поступили согласно протоколу о незапланированном и неподготовленном взятии на борт отряда оперативников специального назначения персоналом без надлежащего уровня доступа и сделали их безопасность вашим главным приоритетом. Джим попытался сделать вдох, чтобы успокоиться. - Их безопасность и так приоритет, однако… - Ваш главный приоритет, Кирк, как указано в… - При всем уважении, мэм, мы вроде как в середине миссии, которую ваша команда… - Несмотря на это, вы должны их доставить. - Как только мы сможем… - Немедленно, или я выдвину против вас обвинения в нарушении служебного долга. Джим всплеснул руками. - Дайте мне только развернуть корабль, мэм! Ведь Федерации совершенно фиолетово, если мы потеряем богатую дилитием планету, важно чтобы ваша команда вернулась к послеобеденному чаю! - Что я слышу? – ухмыльнулась Питерс. – Неужели снова неподчинение? Прежде чем зарождавшееся в горле Джима рычание вырвалось на свободу, изображение пропало. - О нет, – спокойно сказала Ухура. – Что такое? Это… - Ионное поле, – бодро чирикнул Чехов, его глаза светились озорством. - Ионное поле, по-видимому, заблокировало сигнал, сэр. Простите, мне так жаль. Джим удивленно моргнул в ее сторону. Потом улыбка медленно расплылась по его лицу. - Ну что ж, – засмеялся он, – вам должно быть стыдно. Оборвать такого важного адмирала да еще и посередине беседы, и все такое. Ухура заговорщически улыбнулась в ответ и повернулась к своей станции. Капитан встал и, потянувшись, приблизился к консоли навигатора, чтобы дружески ударить Чехова кулаком по плечу. - Отличное прикрытие, парень. Спасибо. Чехов аж засиял. - Капитан! – позвала Ухура, ее голос был напряжен от растерянности и беспокойства. Джим метнулся к ее станции, где она яростно набирала что-то на клавиатуре. – Я получаю… Сэр, это сигнал бедствия. Из ботанических лабораторий. Но их терминал, наверное, неисправен или еще что-то, потому что я только получаю код и статические помехи… Комм на кресле Джима запищал. - Джим! – послышался оттуда возглас МакКоя. – Черт побери, где ты? - Переведи его сюда, – приказал капитан. Ухура закончила с этим еще до того, как он замолчал. – Боунс, в чем дело? - Талисман пропала, вот в чем дело! Джим нахмурился. - Что значит пропала? Как она могла пропасть? Ее кто-то забрал? Кто был в медотсеке? - Пропала значит пропала. И я понятия не имею как, если только ее не стащили невидимки, и никто. Она просто исчезла! - Капитан, – пробормотала Ухура, напоминая ему о втором сигнале, – ботаническая лаборатория… - Я понял, – твердо перебил ее Джим. – Боунс, спасибо, что просветил меня насчет ситуации. Я разберусь. Можешь возвращаться к своим пациентам; я найду девочку. - Ага, удачи с этим. Конец связи. - Лейтенант, – добавил он, обращаясь к Ухуре, – свяжитесь с мистером Споком. Скажите ему, пусть встретит меня возле лабораторий. Ему известно об экспериментах гораздо больше, чем мне, и мне наверняка понадобится его помощь, чтобы во всем разобраться. - Да, сэр. - Я знаю, что смена мистера Сулу окончилась, но будьте готовы связаться и с ним на тот случай, если нам потребуется дополнительный вклад. Он ведь и так поутыкался носом почти во все тамошние эксперименты. - Да, сэр. - Мистер Чехов, – на прощание бросил капитан, устремляясь к турболифту, – вы управляете кораблем. - Да, сэр!

* * * * *

Когда Спок появился в Ботанической лаборатории №2, он сразу понял, в чем была проблема, но не причина. Флора сошла с ума. Виноградные лозы и кустарниковые, маленькие росточки и большие подносы со мхом, новые образцы и старые – они все стали как минимум в три раза больше, вырвались за пределы своих горшочков и контейнеров и превратили всю лабораторию в настоящие джунгли из несовместимых видов. - Почти полгода работы… – с дрожащим вздохом пробормотал один из техников-лаборантов, пропуская ладони через волосы. – Все потеряно. Мы никогда не сможем повторить такую степень роста, чтобы разобраться; в этих результатах нет ни точности, ни смысла. Все испорчено, – он стоял рядом с группой своих друзей из академии в коридоре возле комнаты, где объявили карантин; все они буквально источали поражение. - Я сожалею о масштабах вашей катастрофы, – сказал капитан, в его голосе было что-то, напоминавшее истончавшееся терпение, – но прямо сейчас нашим приоритетом является задача найти и изолировать то, от чего у всех ваших растений снесло крышу. Ладно? Опустошенные ученые едва смогли кивнуть в ответ. Поэтому Спок выступил вперед, сомкнув руки за спиной. - Лейтенант Фостер, – произнес он спокойно, но твердо, – доложите о событиях, которые предшествовали этим… неожиданным результатам. Судя по его виду, Джим испытал такое облегчение от того, что Спок был сейчас с ним, что вулканец почти пропустил первую часть слов Фостера. Он быстро справился со своей отвлеченностью, пытаясь разобраться, каким же образом в лаборатории воцарился такой хаос. - Мы работали над экспериментом по репликации грибка… Ну знаете, сэр, того, с молекулярным строением… - Мне известно, о чем вы говорите, лейтенант. - Да, сэр, и мы не делали ничего, чего не делали раньше, – лейтенант потерянно и недоуменно пожал плечами. – Серьезно, мы только данные записывали. А потом та девочка, которую я даже не знаю, остановилась рядом, и мне это показалось подозрительным, потому что… ну, в смысле, на ней не было формы, но она не могла быть частью научного отдела, потому что я никогда ее раньше не видел; так что я попытался получить от нее какое-то объяснение, или ID карточку, или еще что-нибудь, но тут растения просто свихнулись и… - Какого цвета были ее волосы? – спросил Джим, его голос был напряжен и серьезен. Фостер моргнул. - Я не знаю, сэр… Зеленые? – ученый подумал секунду, потом кивнул. – Да, я уверен. Они были зеленые. И очень длинные. - Как такое возможно? – обратился Джим к Споку. Губы вулканца сжались в тонкую линию. - Я не могу дать объяснения, сэр. Хотя, полагаю, это вынуждает нас подойти к ситуации с большой осторожностью. Джим огляделся и наткнулся на женщину в красной форме службы безопасности, которая наблюдала за обстановкой с безопасного расстояния, будто хотела быть рядом на случай необходимости, но вместе с тем не отвлекать внимания от проблемы. Брови капитана поднялись к его челке. Он заметил нашивки на ее рукавах, а потом позвал: - Лейтенант. Она с уверенностью встретила его взгляд, делая шаг вперед. - Да, сэр? - Одолжите мне ваш фазер на минутку. Она подчинилась немедленно, но спросила: - Вы уверены, что разумно идти туда в одиночку, капитан? Это может быть опасно, и есть другие люди, которых вы можете послать вперед. Джим наклонил голову, устанавливая фазер на оглушение и краем глаза смотря на женщину. Спок попытался увидеть ее так, как по его предположению, видел ее Джим: с длинными прямыми черными волосами, темными глазами и слегка бронзового оттенка кожей, она не была непривлекательной. Она была стройной, форма подчеркивала ее фигуру, но ее нельзя было назвать пышной. Если честно, Спок не был уверен, что понимал, что в ней было такого, что привлекло внимание капитана. - Если я пошлю своих людей разбираться с ситуацией, которую сам не хочу уладить, это будет жалким оправданием для капитана, – легко проговорил он. – И я буду не один, – он с сияющей улыбкой повернулся к своему первому офицеру. – Вы со мной, мистер Спок? Без единого слова он встал рядом с Джимом, очень-очень сильно стараясь не задерживаться на мимолетном всплеске чего-то, что ощущалось как самодовольная победа.

* * * * *

Вся лаборатория – стены, потолки – была покрыта всевозможными вьющимися растениями. Джим и Спок двигались сквозь удивительно зеленую растительность быстро и тихо – столь же сплоченная грозная команда на «Энтерпрайз», какой они были на Рилуме. Они крались вперед, вслушиваясь в каждый необычный шорох или движение, готовые ко всему. Ну, или почти ко всему. Чего они не ожидали найти, так это талисман, сидевшую на столе в центре лаборатории, одетую во все ту же ночную рубашку и ласкающую ветвь плюща, как человек гладил бы любимое домашнее животное. Ее длинные волосы волнами струились вниз по ее телу, незаметно исчезая во всевозможных тонах зеленого, ковром устилавшего пол, и даже Спок не смог бы сказать, где заканчивалась девочка и начинались растения. Когда ее взгляд метнулся к Джиму, Спок отметил цвет ее радужек как необычный: будто шкурка хамелеона, они меняли свой оттенок, чтобы точно сливаться с изумрудным шатром флоры вокруг нее. Джим осторожно сжал пальцами фазер, но пока не поднял его. - Ты находишься на борту флагмана Звездного флота «Энтерпрайз», – твердо сказал он, не отрывая от нее глаз, – в ботанической лаборатории. Я капитан Кирк, а это - мой первый офицер Спок. Я знаю, ты, наверное, не ожидала оказаться на звездолете, когда проснулась, и я не хочу показаться тебе грубым, но тебе нужно немедленно пойти со мной, потому что ты случайно разрушила результаты многих исследований, и я не могу позволить этому случиться и в других лабораториях, хоть я и полагаю, что это было ненамеренно. - Кирк, – эхом повторила она, ее голос был старше, чем ее тело, и странное знание блеснуло в ее глазах. Она подняла правую руку, перебирая длинными пальцами в воздухе, словно лаская нечто между нею и капитаном. Джим моргнул и помотал головой, растерянно нахмурив лоб. – Хм… Интересно. Так много шансов, чтобы все изменить; так много путей, чтобы пройти; так много-много уз, чтобы сломать или нежно любить. И вы уже получили и пожертвовали столь многим. Спок сделал шаг вперед, намереваясь защитить капитана, вставая стеной между ним и испытывающим взглядом ребенка. - Оставьте свои рассуждения. Капитан этого судна отдал вам приказ покинуть эту лабораторию, и вы подчинитесь. - О… – прошептал ребенок, улыбка дрогнула в уголках ее губ. – А это мальчик с миллионами разорванных уз. Интересно; надо будет понаблюдать. Хотя сейчас мне любопытен его капитан, – ее протянутая рука изогнулась, будто она скользила пальцами по струнам невидимой арфы. Спок услышал, как Джим рвано вздохнул, когда девочка сказала: – Какой прекрасный отзвук. Он такой особенный, капитан… да, похоже на то. Спок повернулся, чтобы проверить, все ли в порядке с Джимом, обеспокоенный зловещим заявлением, и вновь был поражен тем, что увидел. Джим прижимал левую руку ко лбу, брови его были нахмурены, словно он испытывал головную боль. Это не было бы странным, если девочка манипулировала или изучала его при помощи какого-то рода психического ментального прикосновения. Но то, на что Спок не ожидал наткнуться – деталь, которая прошила его страхом, будто всполох огня прошелся по его нервной системе, – стало очевидным, лишь когда Джим встретился взглядом со своим встревоженным первым офицером. Его глаза были серебряными. Спок почувствовал, как его собственные глаза пораженно распахнулись. Он действовал, не задумываясь: сократив расстояние между ними, он пальцами одной руки схватил подбородок Джима, другой вцепившись в его локоть с едва сдерживаемой паникой, и наклонил голову человека в одну сторону, потом в другую, чтобы удостовериться, что синева и впрямь превратилась в серебро; чтобы убедить себя, что это была не игра света. - Спок, – Джим был растерян и обеспокоен, – в чем дело? – пока он говорил, свечение схлынуло из его глаз. Но Спок видел его, он видел, как ирисы радужек окрасились цветом яда Ленор Каридиан, и не мог ни объяснить это, ни проигнорировать. Поэтому он сжал пальцы на здоровой руке Джима, намереваясь утащить его обратно в медотсек к МакКою, трикодерам и медицинским обоснованиям. - Спок! – зашипел капитан. – Мы не можем оставить девочку… Эй! – добавил он талисману, когда Спок не выказал ни малейшего намека на то, что согласился с ним. Джим упирался пару секунд, достаточно долго, чтобы поманить девочку к себе. – Ты должна пойти со мной. Я отведу тебя в лазарет, а потом мы направимся… – он окинул своего первого офицера долгим взглядом, – куда бы то ни было. Девочка грациозно поднялась, протягивая руку Джиму, а растения вокруг нее ослабили хватку и иссохли. - Конечно, – согласилась она. Когда ее ладонь соприкоснулась с кожей Джима, его глаза снова вспыхнули серебром. Спок оттолкнул ее со звуком, на волосок не дотянувшим до рычания. Глаза Джима снова стали нормальными; он сердито уставился на вулканца. - Слушай, я не знаю, что происходит, но ты не можешь просто… - Позвольте ему защищать вас, – мягко произнесла девочка. Она улыбнулась, когда Джим повернулся к ней. – Вы не видите мир так, как видит его он. Я буду сопровождать вас. Джим посмотрел на Спока, потом на талисман, потом на лабораторию. И нахмурился. - Ты убила все растения. Она дотронулась до коричневого листка с явной любовью. - Такова их природа. Идем? – добавила она, обращаясь к Споку. С ней или без нее, целью Спока все так же был лазарет. Он прибыл в медотсек в рекордно короткое время, и всю дорогу туда он тянул за собой озадаченного, но слегка развеселенного Джима; талисман тенью скользила за ними.

* * * * *

Когда они вошли в палату, МакКой недовольно посмотрел на них. - Что конкретно тут происходит? – он нахмурился, заметив девочку. – Ты должна быть мертва! - Как вы видите, – она развела руками, – это не так. Спок толкнул Джима вперед. - С капитаном что-то не так. Хмурость МакКоя трансформировалась в сердитый взгляд. - А поточнее нельзя? – несмотря на тон его голоса, он уже начал сканировать Джима, который закатил глаза, но подчинился. - Я тут вроде как капитан, – бросил он девочке, которая загадочно улыбнулась. - Вы - это многое, очень многое, Джеймс Тиберий Кирк. Джим с недоверием уставился на нее. - Как ты узнала… - Твою мать! – выдохнул МакКой, едва не выронив трикодер. – У него глаза серебряные! Джим вздрогнул, поворачиваясь к своему другу. - Что? Доктор оттеснил Джима к биокровати, оттягивая его веко, чтобы получше рассмотреть проблему. - Сколько раз это уже случилось? – глухо рявкнул он. – Черт, оно уходит. Что тут творится, Спок? - И у меня тот же вопрос, – мягко сказал Джим, скорее раздраженный, чем напуганный, и скрестил руки на груди. Спок сомкнул ладони за спиной. - Боюсь, я не могу предоставить вам объяснения, доктор. Я узнал о данном феномене, только когда талисман… – неприятная мысль посетила вулканца. Он мгновение колебался, потом шагнул вперед. – Однако я могу предложить теорию, – он протянул руку, опуская пальцы на пси-точки Джима. – Могу ли я?.. Все еще выглядя раздраженным, Джим кивнул. Когда Спок инициировал самое поверхностное слияние разумов, глаза капитана вспыхнули серебром. - И что за теория? – поинтересовался МакКой, когда Спок оборвал связь и все следы серебра пропали. Спок снова убрал руки за спину, идеально распрямив плечи. - Я подозреваю, что нейротоксин, ранее произведенный Ленор Каридиан, был скомпрометирован иммунной системой капитана и позднее изменен вмешательством телепатии как ментального барьера. Его изначальная функция - насильственное предоставление неискаженных фактов - была некоторым образом нарушена смягчающими обстоятельствами, что создало реакцию на физическое воздействие, не сильно отличающуюся от предположительно безвредной аллергической реакции. Его объяснение встретили мертвой тишиной. - У него аллергия на телепатов, – наконец произнес МакКой, его голос был ровным. - На телепатическую активность. Она может быть крайне чувствительной, в зависимости от силы неустановленного телепатического навыка талисмана. - То есть, мои глаза становятся серебряными, когда кто-то рядом начинает играться телепатией? – задумчиво протянул Джим. Спок покосился на него. - Теоретически. - Значит, теперь я как система раннего обнаружения для телепатических штучек, – он усмехнулся своему первому офицеру. – Круто. Вот мне интересно, а какой радиус у… МакКой отвесил Джиму подзатыльник. - Не круто, идиот, мы даже не знаем, опасно ли это! Твои серебряные глазки могут быть только первым симптомом! Нам надо провести тесты, и взять образцы, и еще эксперименты… - Притормози-ка, – Джим поднял одну руку, он был нехарактерно серьезен. – У нас нет на это времени. Оно кажется безобидным, так что мы с этим возиться пока не будем. - Но… - Доктор, – резко сказал капитан, – у меня нет времени, – МакКой сдался, хмуро уставившись на него; Джиму был знаком этот взгляд – он означал, что ему придется потом получить порцию гипошприцов. Он подавил вздох и кивнул в сторону талисмана. – Она не мертва. И не спит. По-видимому, она какой-то телепат. И она сотворила хрен знает что с лабораторией. Есть идеи? МакКой прищурился, в этом жесте мелькнуло всего на секунду что-то упрямое; потом он поджал губы, потряс головой и повернулся к девочке. В конце концов ему сейчас больше нечего было добавить к ее медицинскому файлу. Его сканеры все еще не засекали ее, всякие показания отсутствовали, и она была до зубного скрежета молчаливой, когда ей задавали вопросы. - Ладно, забудь, – Джим провел ладонью по лицу. – Слушай, – он посмотрел на девочку, – тебе ведь нравятся растения, да? Она наклонила голову. - Отлично. Это здорово, – он повернулся к Споку. – Я отведу ее на Смотровую площадку С. Там есть сад. А ты возвращайся в ботаническую лабораторию и посмотри, что там еще можно спасти. Хорошо? – этот вопрос был задан всем присутствующим. Когда никто не выразил протеста, он кивнул. – Ну и прекрасно, – он протянул руку талисману, закутываясь в плащ своих лучших манер офицера Звездного флота, считая, что к существу, о котором все думали как о богине, вероятно, должны были относиться по крайней мере так же хорошо как к высокопоставленному лицу. – Согласитесь ли вы сопровождать меня, ваша светлость? Талисман слегка улыбнулась, обхватив его ладонь. Когда его глаза стали серебряными, МакКой быстро просканировал Джима, но ничего не сказал. Он подождал, пока Джим и девочка уйдут, и обратился к Споку: - Нам надо узнать, не опасно ли это. Спок чуть опустил подбородок, для него в этих словах был смысл более глубокий, чем для доктора. Серебряный след яда Ленор не был единственной неизвестной переменной в этом уравнении. Еще оставались талисман и пока не установленная телепатическая сила, которую она так спокойно использовала в отношении капитана Спока. Вулканец собирался выяснить, была ли она угрозой или же нет. А затем он будет действовать соответствующе.