Атлант (Atlas)

Джеймс Кирк не пришел на экзамен. Спок узнал об этом по чистой случайности, когда проходил через экзаменационное здание, направляясь на встречу с адмиралом Барнеттом. Сплетничавшие люди гудели как пчелы в улье: краеугольный камень Академии Звездного флота, на котором в последние несколько месяцев было завязано буквально практически все, переутомился до такой степени, что не смог появиться на своем же экзамене! Но правда была куда менее захватывающей. Адмирал Пайк оказался не в состоянии провести назначенную встречу из-за проблем со здоровьем. Поэтому устный экзамен Кирка, согласно уставу Звездного флота, был переназначен с более раннего времени на 1400, когда последствия медицинского осложнения будут устранены и Пайк сможет прийти в Академию. Несмотря на это объяснение Споку показалось, что что-то в сложившейся ситуации было… не совсем так, будто за весьма логичными словами кто-то, изворачиваясь и хитря, скрывал истинную причину. Поэтому вулканец принял единственно-разумное решение: отыскать кадета, чтобы самому его расспросить. Разумеется, Джим должен был знать правду. Но, к сожалению, последним человеком, с которым он видел Джима, был МакКой, что вынудило Спока вернуться к квартире доктора для получения информации о местонахождении Кирка. Привычная угрюмость МакКоя в этот раз была отстраненной, вид у него был скорее задумчивым, нежели раздраженным. Едва взглянув на Спока, он закатил глаза и шагнул обратно вглубь квартиры. - Они просто должны были послать тебя. Ты явился за тем проектом, над которым горбатился Джим, да? – добавил он через плечо; в этом жесте ожидание того, что Спок последует за ним, было настолько очевидно, что он счел вежливым подчиниться. – Что ж, тебе придется вернуться позже или подождать, потому что я понятия не имею, в какое Богом забытое место Джим его запихивает, когда возится с чем-то другим, и я уж точно не собираюсь дергать его сейчас только из-за тебя. - Где кадет Кирк? – Спок шел следом за доктором с бесстрастным выражением лица, никак не вязавшимся с его внутренним любопытством. Чем таким был занят Кирк, что МакКой отказывался побеспокоить его? МакКой сердито покосился на Спока, и тот переспросил: - Где Джим? Доктор махнул рукой в сторону гостиной, прокравшись мимо нее на кухню. Спок быстро посмотрел в дверной проем, намереваясь последовать за МакКоем, чтобы получить дальнейшие объяснения. То, что он увидел, заставило его застыть на месте; ладони все еще были сомкнуты у него за спиной, и лишь направление его взгляда давало понять, что он отвлекся. Джим Кирк, одетый только в свободные серые спортивные брюки, низко сидевшие на его поясе, замер на длинном диване в центре комнаты, растянувшись на животе и правой рукой обхватив подушку, которую он подмял под щеку. Левая рука обессиленно свисала с края софы, плавная линия запястья изгибалась в паре сантиметров от пола, где лежал ПАДД, робко касавшийся поверхностью экрана самых кончиков вялых пальцев. Черты лица, обычно светившегося живостью и вызовом, были наполнены такой мягкостью, какую Спок даже не считал возможной; оно было свободным от волнений и беспокойств, настолько въевшихся под кожу, что на них и внимания не обращали. Большие широкие полоски стерилизованной ткани, пропитанной каким-то медицинским раствором, закрывали всю его спину. Он спал. - Если ты его разбудишь, да поможет тебе Бог, если они когда-нибудь отправят тебя лечиться ко мне. Спок повернулся к МакКою, поначалу не разобрав ни звука в его угрозе. - Мне думалось, что у кадета Кирка… Джима сегодня было несколько важных встреч. Их отменили? МакКой раздраженно посмотрел на него и, не слишком вежливо пододвинув Спока в сторону, приблизился к Джиму. Он опустился на корточки возле дивана и с невероятной заботой проверил повязки и то, что они прятали под собой. - Конечно, у него есть всякие дела, – тихо отозвался доктор. – А как иначе, это ж Джим. Но мы с Адмиралтейством временно сотрудничаем из-за всех этих его «переработок», так что они не выступают, когда я время от времени вмешиваюсь и спасаю Джима от него же самого. Мгновение Спок молчал, не отводя взгляда от МакКоя, раздумывая над каждой деталью его слов. - Адмирал Пайк не был причиной отмены экзамена, – наконец произнес он. Доктор замер, почти незаметно колеблясь перед тем, как ответить. Он скользнул ладонью по затылку Джима, мягко гладя его по волосам. И этот жест был настолько печальным. - Нет, – МакКой выпрямился, с некоторым негодованием отряхнув штаны. – Антибактериальное широкого спектра, которое безопаснее всего для его организма, прекрасно сочетается с легким снотворным. Когда он в нормальном состоянии, его эффект едва заметен. Когда же он изнурен, оно его вырубает. Я отправил Пайку сообщение, как только Джим закрыл глаза. И он позаботился обо всем остальном. - Любопытное соглашение, – ровно заметил Спок. Взгляд МакКоя ни на секунду не отрывался от Джима. - Думаю, мы все делаем то, что должны. Джим несет на своих плечах груз целого класса погибших кадетов. Адмиралтейство гоняет Джима до тех пор, пока у него ноги не задымятся, а потом деликатно отворачивается и переносит его встречи, пока он под завязку накачан лекарствами и спит как сурок. Спок не стал зацикливаться на странном речевом обороте. - А вы? - А я, – вздохнул МакКой, потянувшись к аптечке на низком кофейном столике, – долблю этого парня, пока он мне не подчинится, так часто, как только могу, - и этого все равно слишком мало. А еще я пытаюсь усмирить возбухающее Адмиралтейство, когда что-то идет не по их плану, и заставить их увидеть логику в моих доводах - что фактически равносильно перетягиванию каната у слона, дрессировке котов, чтобы они строем ходили, и тасканию воды в решете, причем, все это я пытаюсь проделать разом. Порой казалось, что МакКой говорит на совершенно непонятном языке и уж точно не на Стандарте. - …Понимаю. Доктор фыркнул, достав трикодер, и тут же направил его на Джима. Он был одновременно и рад, и разозлен показаниями. - Очень сомневаюсь, мистер Спок. Нахальный медик-специалист. - Кадету Кирку известно, что он пропустил свой устный экзамен? Ответом на этот вопрос послужило то, как дернулся Кирк, рывком выскочив из своего забытья, синева глаз засверкала, когда расширенные зрачки сузились до черных булавочных головок в свете утра. Он попытался приподняться, может, хотя бы подтянуть колени или просто сесть. И эти резкие действия явно были неразумными, учитывая серьезные повреждения на его спине. - Который час? – потребовал он, почти не вздрогнув от боли, упираясь руками в диван, чтобы удержать равновесие; его повязки моментально приняли отчетливый розовый оттенок. Спок подумал, что он был поразительно собран и встревожен для кого-то, кто безмятежно спал еще несколько секунд назад. Стремительно рванувшийся к нему МакКой был просто в ярости. - Проклятье, Джим! Я только-только остановил кровотечение! Я же говорил, с такими ранами твои выкрутасы с серфингом - плохая идея! Кадет проигнорировал его, заметив Спока. - Я же не проспал, да? Я еще успею? - Утвердительно, – убедил его Спок, поскольку доктор определенно был слишком занят тем, что придавливал Джима обратно к дивану, чтобы проверить состояние его травм. По всей длине его спины шли три длинных раны, от левого плеча до правого бедра, ровные, но довольно глубокие и явно причинявшие немало боли. Что бы ни явилось причиной их появления, оно могло почти парализовать или убить Джима. Злость доктора неожиданно стала более чем логичной. – Ваш экзамен был перенесен адмиралом Пайком на 1400 по медицинским причинам. В глазах Джима метнулась вспышка беспокойства, показавшаяся из-под пелены дискомфорта, пока МакКой прощупывал его раны. - Медицинским? Он в порядке? - Состояние адмирала удовлетворительно. Вероятно, причина его поступка связана с административными вопросами. Или, возможно, – прибавил Спок, притворно задумчиво наклонив голову, – адмирал Пайк взял на себя слишком много обязанностей, не заботясь о своем здоровье, и изнурил себя. Может быть, он не сумел побороть потребность своего организма в отдыхе, что вошло в конфликт с его расписанием. Кирк моргнул, посмотрел сперва на Спока, потом на МакКоя. - Он что, только что отчитал меня? МакКой вколол Джиму еще один гипошприц, и Джим глухо вскрикнул. - Если так, то он чертовски прав. Ты не можешь изматывать себя до такой степени, Джим! А то будут последствия. - Ага, – Джим изогнул руку под совершенно диким углом, потирая шею там, куда МакКой сделал укол. – Это я уже понял, – МакКой отвесил ему подзатыльник, и Кирк послушно замер на диване. И уже через пару секунд это его утомило. Его взгляд заблуждал по комнате, задержавшись на отодвинутой в угол тумбе с кучей ящиков, потом вернулся обратно к вулканцу. Губы Джима изогнулись в полуулыбке. – День у тебя сегодня не слишком занятой, Спок? – он намекающе поиграл бровями. – Или ты здесь, чтобы насладиться зрелищем? Ай, Боунс! Прекрати! - Он тут из-за твоего проекта, – сообщил МакКой и прижал последний гипошприц к шее непоседливого «пациента». Затем он начал накладывать на раны Джима самоприклеивающиеся повязки, которые были более прочными и устойчивыми, чем предыдущие. Спок внимательно следил за выражением лица Кирка, наблюдая за его реакцией на слова МакКоя. Джим задумчиво нахмурился. Он подпер щеку одной рукой и чуть повернулся боком, чтобы лучше видеть друга. - Вовсе нет, – ровно сказал он. МакКой недовольно выдохнул, отодвинувшись назад. Он толкнул плечо Джима обратно вниз, когда тот попытался сесть. - Не дергайся, – приказал он. – Они закрепятся через пару минут. И что еще значит это твое «вовсе нет»? - Он не мог прийти сюда из-за проекта, – просто объяснил Джим, все еще уткнувшись подбородком в сжатые в кулак пальцы, пока он смотрел то на МакКоя, то на Спока, – потому что я сам им его принесу сегодня днем. В зависимости от того, когда именно я это сделаю, оно может оказаться очень близко к самым главным пунктам моего расписания. - Ты меня обманул! – прошипел МакКой Споку, помрачнев не хуже самой темной тучи. Спок поднял бровь. - Вы сами сделали свои выводы и предположения, доктор, – отозвался он. – Я всего лишь не стал вас поправлять. - Хобгоблин, – прорычал МакКой, со злостью запихивая свои инструменты обратно в аптечку, а затем, громко топая, вышел из комнаты. - О-о, похоже, ты произвел на Боунса неизгладимо хорошее впечатление, – протянул Кирк. - Касательно этого наши мнения расходятся, – не согласился Спок. Джим усмехнулся. - А вот и снова эта твоя манера речи. Ты, наверное, всех в своем отделе задолбал до такой степени, что они по струночке ходят. Задолбал? - Статистически крайне маловероятно, что я в принципе нанесу какую-либо подобную физическую травму, что… - Это просто такое выражение, – после недолгого молчания Джим снова поднялся на руках, но уже гораздо более осторожно. Его крайне аккуратные движения выражали нежелание навлечь на себя гнев доктора МакКоя, разорвав повязки, и это было понятно. Приняв более или менее вертикальное положение, он спустил ноги на пол и уселся, неторопливо потягиваясь. Потом он с любопытством посмотрел на Спока. – А почему ты, собственно, здесь? Спок отвел взгляд. Он все еще формулировал свой ответ, но так вовремя вернувшийся МакКой спас его бедственное положение. Доктор держал поднос с несколькими бутербродами, овощами, молоком, водой и целым ассорти из витаминов. Джим усмехнулся при виде еды. - Что-то тут не больно-то много, Боунс. Уверен, что нам всем хватит? МакКой фыркнул, ногой подцепил ближайшую к нему ножку стола и подтянул его поближе. Опустив поднос перед Джимом, он скрестил руки на груди и снова нахмурился, но в этот раз требовательно. - Я уже поел, уверен, и коммандеру нужно сейчас быть где-то еще. Это все для тебя. Джим выглядел встревоженным. - Боунс, ты же не думаешь всерьез, что я… - Все это. В преддверии подступающей перепалки Спок тихо ушел.

* * * * *

- Я бы хотел предоставить свой официальный отчет, в котором излагаю поддержку в решении повысить кадета Джеймса Кирка до звания капитана корабля Звездного флота «Энтерпрайз». Барнетт усмехнулся. - Он и вас покорил, да? Спок проигнорировал эту формулировку. - Поведение кадета претерпело удивительные и беспрецедентные изменения за последние три месяца. Он действительно в значительной мере превзошел ожидания даже самых строгих инструкторов и этим продемонстрировал свою полную готовность командовать звездолетом. Любое иное назначение, которое не позволит ему применить все свои умения в полную силу, во времена, когда это крайне необходимо, будет проявлением высшей степени небрежности со стороны Академии и в особенности со стороны Адмиралтейства. Адмирал протяжно присвистнул, выражая свое потрясение. - Ух ты! Да он в этот раз выше головы прыгнул, – Спок сузил глаза, что заставило Барнетта победно усмехнуться. – Вы же понимаете, что он попросит вас? Прежде чем Спок сумел сформулировать какой-либо иной ответ кроме как «Что?», кто-то нетерпеливо постучался в дверь. Спока застал врасплох этот неожиданный звук, и он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть Джеймса Кирка, уверенно ворвавшегося в комнату, с ПАДДом в одной руке, широкой улыбкой на лице и горящими синими глазами. Уже знакомый рюкзак висел у него за плечами, и Спок задумался на секунду, сколько времени потребовалось Джиму, чтобы МакКой разрешил ему надеть эту сумку, учитывая его ранения. - Добрый день, сэр, – радостно начал Джим и только потом заметил Спока. На мгновение он замешкался – это произошло настолько быстро, что Спок почти не заметил этого, – и его улыбка пропала. – Простите, сэр, – извинился он, пряча очевидное любопытство. – Мириам не сказала, что вы заняты. Барнетт скептически на него посмотрел. - А ты и впрямь спросил мою ассистентку, был ли я занят, или ты просто рванул прямо сюда, как ты всегда и делаешь? Кирк наконец отвел взгляд от Спока, чтобы вновь ослепить адмирала своей улыбкой. - Я постучался. - Да, ведь в народе совсем не принято ждать, пока тебя после этого позовут. - Ну, вы не поменяли статус значка на двери, чтобы было понятно, что вы не один, – парировал кадет, спокойно похлопывая ПАДДом по бедру. – Пожалуй, я бы вообще оспорил… Барнетт вскинул руку, сдаваясь. - Достаточно, – он провел ладонью по лицу, потом медленно потер висок, утихомиривая уже начавшую просыпаться головную боль. Со своего места Спок видел, что Барнетт проделал это движение только для того, чтобы скрыть свою усмешку от Кирка, вид у которого сперва был довольным, а затем стал виноватым. - Простите, сэр. Когда Барнетт справился со своим немного неуместным весельем, он перевел посерьезневшие глаза на Джима. - Зачем ты здесь, Кирк? Джим быстро покосился на Спока, после чего шагнул вперед, наклонился над столом Барнетта и протянул ему ПАДД. - Я закончил сегодня утром, сэр. Конечно, еще понадобятся дальнейшие тесты и отладка, но к ранней осени она будет полностью готова. Спок ощутил укол любопытства, желая узнать, было ли это очередным экзаменом Кирка или же еще одним его проектом на добровольных началах. Барнетт пролистал информацию на ПАДДе, все еще напряженный, будто предчувствуя какую-то беду. Подняв голову, он задумчиво посмотрел на Кирка, на Спока и обратно. - Кадет, – начал он, – полагаю, вы не будете против, если коммандер Спок тоже взглянет на это? Раз уж он сейчас здесь. В первый раз на памяти Спока Джим испытал явную неловкость. Он снова покосился на Спока, на лице его смешались эмоции, которые вулканец не смог разобрать. - …Нет, сэр, – наконец сказал он, снова поворачиваясь к Барнетту, в линии его плеч на долю секунды отразилось обреченность. Но она тут же исчезла, сменившись уверенностью и дерзкой ухмылкой на лице. – На самом деле, поскольку он и впрямь тут, я бы это рекомендовал. Я уверен, что коммандер без труда обнаружит все мои просчеты. Барнетт хмыкнул, пристально изучая Кирка. Но кадет упорно продолжал ухмыляться. - Что ж, мне пора на мой экзамен, так что я пойду, – он отдал честь сначала Барнетту, потом Споку, идеальный жест без единого лишнего движения, всполох красной формы Академии. Напоследок полуулыбнувшись Споку, словно бы извиняясь за что-то, Кирк покинул кабинет. - …Хм-м, – изрек Барнетт, прерывая недолгое молчание. – Все прошло лучше, чем я рассчитывал. - Могу ли я узнать о содержании данных ПАДДа кадета? – осведомился Спок, сомкнув руки за спиной и тем самым удерживая себя от того, чтобы не потянуться за устройством, скрывавшим работу Кирка. Вместо того чтобы передать ему ПАДД, Барнетт долго молча рассматривал Спока. - Он думает, вы плохо это воспримете, – произнес адмирал, кивнув на ПАДД. – Он даже думает, что вы разозлитесь. Не уверен, что я с ним согласен. - Возможно, я смогу предоставить свое собственное мнение, – Спок не допустил, чтобы в его голосе проскочила хоть капля раздражения, – если мне позволят посмотреть на его работу. - Это тест Кобаяши Мару. Спок замер. Барнетт вздохнул, снова потерев висок, теперь уже явно из-за настоящей головной боли. - Когда кадеты вернулись после инцидента с Неро, – устало объяснил он, – первым, что сделал Кирк, это подал официальный запрос на разрешение перепрограммировать симулятор Кобаяши. Мы отказались, основываясь на том факте, что Кирк, будучи кадетом, не имел права вмешиваться в учебную программу. Но он настаивал, приводил всевозможные аргументы. Когда вы пришли сюда три месяца назад касательно той миссии по новой вулканской колонии и Кирк был тут, вы увидели, как он наконец получил разрешение приступить к проекту. На определенных условиях, конечно же. Если бы это начало мешать его учебе или как-то навредило нынешней программе, мы бы приказали ему прекратить, вне зависимости от сил, которые он бы туда вложил. Но он не был бы Кирком, если бы не взялся за это дело как следует и не принял этот вызов, и все предварительные отчеты показывали, что его версия на самом деле превосходила образец, – он послал Споку полную раскаяния улыбку. – Простите, коммандер. Нам придется использовать его тест. Была как минимум дюжина вопросов, которые Спок хотел задать, бесконечное число пунктов, которые он хотел уточнить, но самый главный из них всех – Почему? – вертелся в мыслях во всех своих многообразных формулировках. Почему программа Кирка была лучше? Почему они позволили кадету, только что вернувшемуся после трагедии, приступить к настолько большому проекту? Почему он вообще потребовал этого? Почему кадет никогда не был тем, кем должен был быть? Почему он замешкался, когда Барнетт спросил его, мог ли Спок взглянуть на программу? Почему на короткое мгновение он вдруг выглядел таким обреченным? Хотя Спок не проронил ни слова, Барнетт вздохнул снова, откидываясь на спинку кресла. - Единственным доводом, которым он так и не воспользовался, – мягко проговорил адмирал, – был, я думаю, тот, который был для него самым весомым. - И каковым был этот довод? – Спок сказал это ровно и тихо, его взгляд как магнитом притягивало к безобидному ПАДДу на столе Барнетта. - Он не хотел, чтобы кадеты, пережившие то, что натворил Неро, проходили тест, предназначенный для того, чтобы сделать их лучшими лидерами, и, пока клингоны неотвратимо уничтожали их корабль, ломали себе голову, было ли это тем, что чувствовали их погибшие одноклассники в последние минуты своей жизни. В таком свете, – Барнетт горько усмехнулся, – Кобаяши Мару становилась не обучающей программой, а психологической пыткой. - …Могу я взглянуть? – после долгой паузы произнес Спок. Барнетт молча передал ему ПАДД. Конечно же, это было блестяще. Построенная вокруг скелета кодов Спока, эта версия была практически непобедимой. Кадеты на симуляции должны были бы использовать различные приказы и действовать дерзко и бесстрашно, чтобы получить возможность активировать одну из трех подпрограмм Кобаяши Мару и таким образом завершить тест в разной степени успешно. Это уже был не безвыигрышный сценарий, но ситуация, достаточно близкая к нему, чтобы заставить сидящего в кресле капитана показать все, на что он был способен. Поиск ключа к вероятной победе, без сомнения, привел бы к тому, что кадеты с курсов Командования старались бы на пределе своих сил, все вместе, планировали бы свои решения, приспосабливались бы и отказывались признавать поражение. Качества, необходимые для каждого капитана Звездного флота. - Курьер с камерой, – задумчиво протянул Спок. Он посмотрел на Барнетта спокойно, но в его глазах светилось прозрение. – Когда вы планируете отправить его к кадету Кирку? Барнетт смеялся почти десять минут.