Атлант (Atlas)

Адмирал Барнетт перетасовал бумаги на своем столе, вид у него был более измотанный, чем обычно, что было несколько странно, учитывая, как близок он был к тому, чтобы отправить выживших кадетов выпускного класса на их посты по всей Федерации. Хм. Возможно, это было и не настолько странно. - Он попросил вас, – сказал адмирал, голос у него был изможденный. Он поднял раздраженный взгляд на Спока и развел руки. – На самом деле он требует вас. Только в мой офис уже поступило шесть личных писем, каждый день приходит еще по одному с тех пор, как он получил свой приказ, и каждое из них достаточно уникально, чтобы пройти отбор. Когда мы пытаемся заставить его обратить внимание на иные варианты, он просто присылает еще один запрос с просьбой дать ему вас. Засвидетельствованный в нотариальном порядке, чтобы мы знали, что он абсолютно серьезен. Нам придется хоть что-то ему сказать. Спок ощущал смутную озадаченность. Предположим, он был Кирком; по какой причине он мог нуждаться в Споке? - Должен признать, я испытываю некоторую растерянность, сэр. Какого рода эти запросы? Барнетт уставился на Спока так, будто не верил своим ушам. - Вы же не всерьез заявляете мне, что не знаете? - Уверяю вас, что я абсолютно искренен. - Спок, – Барнетт подтолкнул стопку бумаг к вулканцу, – он запросил, чтобы дали вам должность Первого Офицера на «Энтерпрайз». Он хочет, чтобы вы стали его правой рукой, вторым человеком на борту. И не похоже, что он примет ответ «нет», – адмирал покачал головой. – Как вы можете этого не понимать? Действительно, как? Спок просмотрел документы, каталогизируя встречавшиеся в них схожести и сравнивая различия. Подобная кампания со стороны Джима должна была занять значительное количество его ограниченного времени. Как мог Спок не заметить этого? - Почему вы просто не удовлетворите требования кадета? – осведомился он, вновь возвращая свое внимание к Барнетту. В руках он все еще держал бумаги с запросами на его собственное имя. Барнетт пожал плечами, задумчиво взглянув на Спока. - Это большое решение. У того, кто бы ни стал первым офицером на «Энтерпрайз», жизнь точно будет нелегкая. Кирк уже врубил полный ход, вознамерившись стать таким капитаном, которого ни на чьей памяти еще не было, и мы врубили полный ход, вознамерившись получить из этого все, что можно и что нельзя. Он будет участвовать в миссиях, количество которых превзойдет задания сразу для двух кораблей, не говоря уже о всех тех сигналах бедствия, где будет требоваться присутствие флагмана Звездного флота. Мы думаем, вы ему подходите, – признался адмирал, – но мы не будем принуждать вас принять этот пост просто потому, что кто-то этого требует, даже если этот кто-то - Джеймс Кирк. Похоже, Кирк значил для Адмиралтейства достаточно, чтобы у них уже вошло в привычку склоняться в его сторону. Любопытно. - К тому же, – добавил Барнетт с короткой усмешкой, – парень обычно угадывает все наши ходы наперед еще до того, как мы их сделаем. Для разнообразия неплохо заставить его понервничать время от времени. Спок взглянул на бумаги в своих руках, физическое доказательство того, что Джим желал вновь работать с ним, как они уже делали прежде. Потом он посмотрел на Барнетта. И опять на бумаги. - …Я бы хотел, чтобы мне дали время обдумать данную ситуацию. - Разумеется, – тут же отозвался адмирал. – Но я бы не рекомендовал вам с этим затягивать. «Энтерпрайз» отправляется на пробную миссию утром понедельника. Вулканец быстро поднял глаза на Барнетта. - Так скоро, сэр? Выражение лица Барнетта сделалось пустым и отстраненным. - Звездному флоту нужен наш лучший корабль, коммандер. Это все, что я могу вам сказать, – уголок его рта дрогнул в улыбке. – Пока что.

* * * * *

Спок покинул офис Барнетта и не останавливался до тех пор, пока не оказался в укрытии неприкосновенного пустынного сада. Он сел на скамью, осторожно опустив ладони на колени. То, что он делал, было почти медитацией, способом мыслить вне граней времени. Часы сливались в минуты, песчинки сыпались внутри стеклянных куполов бесполезных песочных часов. Итак, Джеймс Кирк, капитан «Энтерпрайз», хотел, чтобы Спок стал его правой рукой. Результаты их первых попыток сработаться были не слишком обнадеживающими. И все же последняя из них, когда Кирк взял на себя руководство и слушал мнения людей вокруг себя, была более чем успешной – ведь они спасли Федерацию от почти неминуемой гибели, одержали победу там, где проиграли бы другие. У них были совершенно разные взгляды на жизнь. Их мысли настолько отличались друг от друга, что их можно было квалифицировать как почти противоположные. Спок, будучи вулканцем, руководствовался логикой и голосом разума. Джеймс Кирк был живым олицетворением теории хаоса. Идея об их сотрудничестве была практически смехотворна. Кроме того бесспорного факта, что команда, которую они составляли, была удивительно эффективной. Их различия дополняли друг друга, а не вступали в конфликт, каждое из них возносило другое на новые высоты достижений и мастерства. Джиму с его безумными идеями понадобилась бы значительная сила, способная удержать его в рамках разумности и выполнимости, предостеречь его от поступков, из-за которых и он, и все вокруг погибли бы во вспышке сверхновой, сверхновой непредсказуемости, из-за которой все пошло совсем не так. Что-то, какая-то маленькая часть Спока, та, что никак не была связана с логикой, хотела вновь работать с Джимом, хотела почти отчаянно. Он никогда прежде не чувствовал себя настолько живым, настолько взволнованным, настолько сосредоточенным, как когда он и Джим действовали плечом к плечу, ведомые одной целью и боровшиеся против одного врага. И сейчас Джим был бесконечно увлекательным, совсем не таким как три месяца назад на тесте Кобаяши Мару. Чем больше Спок о нем узнавал, тем больше он понимал, что оставалось еще немало тайн. Ученый в нем был пленен этой постоянной загадкой. И его второе «я», старший Спок из другой временной линии, где Вулкан все еще существовал, похоже, так любил Джима, так защищал его и неотступно и непостижимо верил в него. Почему? Почему? - Коммандер Спок! Вулканец поднял голову, его мысли вынырнули из состояния почти-медитации при первом же звуке этого голоса. - Капитан Кирк, – отозвался он с коротким кивком, смотря, как улыбнулся ему новоиспеченный офицер Звездного флота. Кирк, одетый в красную форму Академии в самый последний раз, большими шагами приблизился к Споку; в его левой руке была зажата маленькая коробочка. Скорее всего, особенная благодарность за его заслуги. - Ты пропустил церемонию выпуска. - Данное утверждение верно, – Спок встал, распрямляя складки на своем черном облачении. – Меня задержали. - Счастливчик, – бросил Джим, задумчиво разглядывая Спока. В его глазах вулканец увидел поднявшееся желание спросить о подробностях, которое угасло, когда он получше поразмыслил над этим. Вместо этого он снова улыбнулся и кивнул золотоволосой головой в сторону жилых корпусов. – Я хочу забросить это в квартиру Боунса. Прогуляешься со мной? Потом заскочим на выпускную тусовку, которую закатит Звездный флот, и ты сможешь извиниться перед Ухурой за то, что пропустил такой выдающийся момент в ее жизни. Спок изогнул бровь, выражая сомнение. - Я сомневаюсь, что Нийота испытывает неудовольствие от моего отсутствия на церемонии, о которой она неоднократно отзывалась как об «абсолютно бесполезной и напыщенной». Но несмотря на это я буду сопровождать тебя, – твердо закончил он, прежде чем Джим успел пустить в ход многочисленные контраргументы, которые новый капитан с большой долей вероятности уже сформулировал. Джим самодовольно ухмыльнулся, но не отвесил по этому поводу никаких комментариев; они развернулись и вместе направились к небольшой квартире, где был прописан доктор МакКой. - Разве ты не должен хранить эту награду в своих аппартаментах? – спросил Спок, проверяя теорию. - Не-е, – пожал плечами Джим, – я там вообще не появляюсь. Раньше я просто делил квартиру с Боунсом, но они выдали ему его собственную, когда мы вернулись после Неро, – он нахмурился, задумчиво подбросив коробочку в воздух на ладони. – Вообще они сделали это для всех выживших кадетов. Дурацкое решение, – он опять повел плечами и широко улыбнулся Споку. – Я в итоге проводил столько времени у Боунса из-за лечения, и последующего ухода, и чертовых гипошприцов, что в конце концов он сказал мне поселиться на его диване. Поэтому я притащил пару тумбочек и сделал так, как он велел. Диван маленький, – признался он, – но это выход. Боунс не так сильно бухтит и переживает, если я нахожусь поблизости от этих гипошприцев, а его софа оказалась на удивление удобной. - …Понимаю. Они достигли квартиры МакКоя спустя пару секунд. Джим набрал код, и дверь послушно отворилась. Неожиданно сильная рука хлестнула Джима по левой половине лица, отвешивая ему пощечину и ударом отталкивая к дверному косяку, заставив того вскрикнуть от острой боли и удивления. Спок машинально схватил его за плечо, помогая удержаться на ногах, и оттащил его от истеричной женщины, напавшей на него на пороге дома МакКоя. Джим потряс головой, растерянный, ошеломленный, пытающийся уловить смысл в ее воплях. Она была на несколько десятилетий старше нынешних офицеров Звездного флота и находилась в настолько неопрятном состоянии, что точно определить ее возраст не представлялось возможным. Ее грязные светлые волосы походили на воронье гнездо, длинные пряди спутались, взгляд ее темных глаз был поникшим и безвольным. Тень некогда прекрасной женщины еще не полностью исчезла, сохранившись в ее скулах и тонких линиях искривленных в бешенстве губ. Какой бы раньше ни была ее внешность, теперь от нее совсем ничего не осталось. - Верни его! Ты забрал его, чудовище! Верни его, верни его мне… Глаза капитана расширились, когда он узнал ее. Он обошел Спока и с потемневшим от боли лицом потянулся к женщине. Она опять ударила его, размахивая руками, пока он пытался привести ее в чувства, и не переставала отбиваться, даже когда сорвалась в отчаянные рыдания. В ответ на ее усилившийся бред Джим лишь мягко и утешительно что-то шептал и нежно уговаривал ее успокоиться. Спок был озадачен. - Его глаза! – внезапно закричала женщина, ее пальцы метнулись вверх, изогнувшись будто когти, желающие что-то выцарапать, вырвать. – Ты забрал его! Забрал его глаза! Верни его! Верни мне его глаза! Все. Длинные тонкие пальцы Спока сомкнулись на шее женщины. Та замерла, вздрогнула и рухнула. Джим подхватил ее, притягивая к себе с выражением неимоверной боли на лице. Он отвернулся от вулканца, поднял женщину на руки и отнес ее вглубь квартиры. Когда он ушел, Спок наклонился, чтобы подобрать упавшую на пол коробочку.

* * * * *

К тому моменту, когда он нашел Джима, капитан уложил напавшую на него незнакомку на кровать МакКоя. Ища коммуникатор, он не встречался взглядом со Споком. - Кирк вызывает МакКоя. - Что? – отозвался в ответ ворчливый голос. - Боунс… Где ты? - А как ты думаешь? Ты ж сам сказал начинать без тебя! - Боунс… – повторил Кирк почти беспомощно, и при звуке его оборвавшегося голоса из комма тут же послушалось эхо быстрых шагов. - Уже иду. Где ты? - У тебя дома. - Ты один? Что случилось? Джим коротко посмотрел на безмолвно стоящего гостя. - Спок здесь. Я в порядке. - Черт побери, Джим! Если ты в порядке, то я - хренов котяра! Оставайся там, слышишь? Я буду через минуту.

* * * * *

Дверь доктору открыл Спок. - Где он? – с порога заявил МакКой, тут же бросившись в сторону спальни; Спок шел за ним по пятам. – Что произошло? - Джима атаковала женщина, находившаяся в вашей квартире. Она обвинила его в том, что он забрал какого-то человека, но уточнений не последовало, и выражала твердую уверенность в том, что глаза Джима принадлежали этому неизвестному. Когда она попыталась выцарапать глаза капитану, я предпринял меры, чтобы предотвратить это. МакКой застыл, с ужасом посмотрев на вулканца. - Что? – прошептал он. Вопль из спальни не дал Споку повторить. Они оба бросились в ту сторону; Джим склонился над кроватью, удерживая запястья женщины, пока та брыкалась, хрипло кричала и лягалась, стараясь нанести ему как можно больше вреда. МакКой вывернул все содержимое аптечки, которую он держал на ночной тумбочке, а потом метнулся к ним и вколол женщине успокоительное, которое должно было продержать ее без сознания достаточно долгое время. Она заснула, тихо всхлипнув. Джим быстро попятился от нее, так сильно желая увеличить дистанцию между собой и ею, что ударился о тумбочку, с грохотом сшибая все, что лежало на ней, и едва не сворачивая ее саму. Он успел удержать ее от падения, а затем начал беспорядочно водить ладонями по одежде, будто пытаясь стереть ощущения, когда женщина ногтями впивалась в ткань, защищавшую кожу от ее нападок. МакКой двинулся было к другу, подняв обе руки в знак того, что он никак не хочет ему навредить. Джим отшатнулся, не поднимая глаз, весь съежился и вжался спиной в стену. МакКой замер, поджал губы, выражая участие и огорчение. - Что я могу сделать, Джим? – мягко спросил он. Взгляд Джима метнулся к женщине. - Пусть она не просыпается, – ответил он тревожно пустым голосом. – Я позвоню, чтобы кто-нибудь забрал ее. - В Уставе Звездного флота достаточно четко прописаны правила касательно ситуаций, когда совершается нападение на капитана, – заметил Спок, и, будучи свидетелем, он знал, что за произошедшим было что-то еще, какая-то важная ключевая деталь, которую он упускал. Джим ушел, ничего не сказав; его плечи дрожали от напряжения. МакКой, помрачневший от злости и сочувствия, тяжело вздохнул, запрокинув подбородок и крепко зажмурившись. - Спок… – произнес он. Потом покачал головой, словно бы не в силах продолжать. Наконец он посмотрел на Спока и обреченно махнул в сторону женщины. – Он не может отнестись к ней, как к какому-то случайному человеку, потому что это не так. Пауза. - Это его мать, Спок.