Атлант (Atlas)

- Знаете, хоть кто-то из вас мог бы и сказать мне. Офицеры «Энтерпрайз», недавно приступившие к исполнению своих обязанностей, ухмыльнулись, не смотря друг на друга и полностью сосредоточившись на своих консолях, пока их капитан дулся на них, сидя в кресле. - Ну, в смысле, я уверен, вы все были в курсе до того, как это дошло до меня. Так ведь? Значит, вы могли рассказать мне и не рассказали. Тут где-то точно прячется нарушение устава, – он бросил взгляд на вулканца, стоящего возле научной станции. – Что-нибудь порекомендуете, первый офицер Спок? - Да, капитан, – Спок сложил руки за спиной, прежде чем повернулся лицом к Джиму. – Моей лучшей рекомендацией в данной ситуации будет предложение вкратце просветить команду в конкретные аспекты миссии, к которой мы приступаем, включая, разумеется, рассмотрение данных, относящихся к численности населения на и вокруг Эрикс Прайм, – он изогнул бровь. – Это и является вопросом, касательно которого вам потребовалось мое мнение, не так ли, сэр? Джим выпустил тяжелый обиженный вздох. - Да, конечно, – он выпрямился в кресле, выражение его лица и осанка изменились, став более профессиональными. – Лейтенант Ухура, выведите информацию на главный экран. - Да, сэр, – немедленно отозвалась она, открывая необходимые файлы. Появившиеся данные являлись частью доклада Чехова, предоставленного до отправления корабля, и были, как Джим уже ранее отметил, несколько расплывчатыми. - Мистер Спок, – сообщил команде мостика капитан, – был частью изначальной группы, которая определила Эрикс Прайм как лучшее место для вулканской колонии. В связи с этим он посетил не только планету, но так же контактировал и с эриксианскими колонистами, которые уже живут там, – Джим усмехнулся своему первому офицеру. – Вы хотели бы что-то добавить к официальному отчету по пути туда, мистер Спок? Вулканец никак не отреагировал на дразнящую реплику капитана, а лишь слегка наклонил голову. - Да, сэр, – кончики длинных пальцев быстро протанцевали по консоли, пока он открывал файл, загородивший уже отображенные на экране. В изображение пустынной поверхности планеты были вкраплены очертания девяти разных космических станций. – Колонисты, сейчас известные как эриксианцы, являются выходцами с Земли, – офицер по науке говорил тоном, который его сослуживцы узнали по различным лекциям, данным им во время его преподавания в Академии. – В архивных записях указано, что они покинули планету приблизительно около века назад с намерением сформировать новое сообщество, посвященное той ветви научной деятельности, которое называют «Искусством». - Они что, артисты и художники? – удивился Сулу. Он посмотрел на Чехова, потом на Джима. – Простите, сэр, просто в космосе артистов нечасто встретишь. Большинство из тех людей, с которыми я общался в Академии, так или иначе были учеными. А артисты, которых я знал, считали, что я спятил, раз решил к ним присоединиться, и неоднократно мне об этом заявляли. Просто это кажется немного необычным. Чехов кивнул. - На моей родине все обстоит так же. Почему они решили улететь с Земли? - Мистер Спок? – спросил Джим, уголок его губ дрогнул в вызывающей улыбке. - Как я упоминал, – продолжил Спок, не удостоив ответом ни один из комментариев, – их целью было создать общество, посвященное искусству. Согласно их убеждениям на момент их путешествия, земная культура была до такой степени поглощена стремлением к науке и технологическому прогрессу, что отвернулась от искусства и, как следствие, являлась неприемлемой и неисправимой. - Жестоко, – заметил Джим. Чехов нахмурился. - Эриксианцы используют науку и технологию, чтобы избежать развития науки и технологии? - Наиболее нелогично, – Спок разделял это мнение. – Как бы то ни было, они получили официальные документы, которые дали им право колонизировать Эрикс Прайм, и, покинув Землю, поддерживали достаточно малое количество связей с другими обществами с тех самых пор. Если быть точным, – добавил он, – они происходят из места, известного как Франция. Джим ошарашено заморгал. - Они французы? То есть… французы-французы? – он с сомнением потряс головой. – Конкретно, о какой степени французости тут идет речь? - Капитан имеет в виду, – пояснила Ухура, быстро закатив глаза, – говорят ли они на Стандарте или же куда более изолированы от современного общества? - Они владеют обоими языками, – уверил ее Спок. Она медленно кивнула. - Значит, они говорят и на французском. Они отдают предпочтение одному из языков? - Они продемонстрировали умение общаться с легкостью как на Стандарте, так и на французском, – Спок мгновение размышлял. – Однако, – признался он, – у меня не было возможности пообщаться с кем-либо из их детей, поведение которых, конечно же, в этом вопросе явилось бы наиболее показательным. Джим задумчиво хмыкнул. - Вы были там довольно долго и не столкнулись ни с кем из детей... - Я тоже нашел это нетипичным, – согласился Спок. – Мои попытки получить толкование данного факта не привели к удовлетворительным результатам, хотя я предположил, что дети проживали на другой космической станции или же на самой планете, дабы предотвратить вероятность распространения болезни или какого-либо негативного влияния со стороны внешних факторов. - Сторонники элитизма [1], – капитан подпер кулаком подбородок. – Потрясающе. - Это было лишь теорией, – напомнил ему Спок. – Так же имеет место и иное объяснение: дети могли находиться на уроках, или же их старейшины сочли нужным защитить их от потенциального инфекционного заболевания. - Чопорные и параноидальные сторонники элитизма. Еще лучше. - Мы знаем причину, по которой эриксианцы не рвутся делить планету? – спросила Ухура, отвлекая внимание Спока от реакции на поддразнивания Джима. Спок покачал головой. - Они не подали никаких официальных жалоб. - А как насчет неофициальных? – осведомился Джим. Он снова ухмыльнулся, когда Спок взглянул на него. - Согласно записям, – спокойно сказал Спок, – эриксианцы не интересовались и даже были против технологий и науки. Вулканцы, конечно же, никогда не старались скрыть своей наклонности к развитию второго. Вулканская Академия Наук славилась учеными, проходившими там свое обучение, и нет никаких сомнений, что в процессе колонизации будет построена новая Академия. Можно предположить, что эриксианцы не хотят позволить заселить место, которое они считают своим домом, народу, чьи цели настолько противоположны их собственным. - Наука и Искусство, – протянул Джим. – По мне, это звучит как брак, заключенный на небесах. Хороший баланс, – пояснил он, когда Спок изогнул бровь. - …В самом деле. - Так и в чем заключается наша-то задача? – Сулу озвучил вопрос, которым задавались многие члены команды. – Я имею в виду, когда мы прибудем на Эрикс. Какую помощь мы должны будем предоставить? - Нам приказано оказывать любую поддержку, которую мы сумеем обеспечить, во время встречи лидеров эриксианцев и представителей Совета Вулкана, – ответил Спок. - То есть, будем улыбаться и кивать, – прокомментировал Джим, его взгляд, направленный на изображения Эрикса, был расфокусирован – он смотрел, но не видел, – его разум был занят усвоением новой информации. – Если кто начнет нас тормошить, говорим, что мы уверены, что конфликт разрешится для всех наилучшим образом; что мы абсолютно уверены, что вулканцы и эриксианцы могут сосуществовать в гармонии. Но в то же время будем смотреть в оба. - Смотреть на что? – подал голос Чехов после ожидаемой тишины. Джим улыбнулся ему, в его глазах блестели искры мелькавших в сознании расчетов. - На признаки того, что там действительно происходит. Сулу нахмурился. - Сэр? - Все артисты, которых я знал, крайне уважали свою личную жизнь и жизнь их общины, практически на грани трепетного почтения, – объяснил капитан, пожав плечами, и откинулся на спинку кресла. – Я очень сомневаюсь, что целая цивилизация людей, целиком и полностью посвятивших себя искусству, вдруг решит, что их право собственности на планету перевешивает необходимость выживших вулканцев в месте для нового дома. Или эти девять станций забиты самыми большими мерзавцами во вселенной, или там творится что-то еще. В любом случае мы выясним об этом все, что можем. - Как? – полюбопытствовала Ухура. – Нам велено не вмешиваться ни в какие неприятности и не причинять никому ненужное беспокойство. Это вроде как дополнительно указанный и жирно подчеркнутый пункт, добавленный к стандартному приказу. Кирк элегантно отмахнулся. - Где же ваша страсть к приключениям, лейтенант? - Я обменяла ее на офицерское звание, сэр. - Ой, да брось, Ухура! Нечего так волноваться. Мы просто будем тихо и спокойно наблюдать. Ну что может пойти не так?

* * * * *

- Они забрали детей! Джим замер, ладонь, протянутая для рукопожатия с представителем эриксианцев, повисла в воздухе. Все, кто находился в транспортаторной на космической станции в тот момент, повернулись, когда незнакомая женщина в панике ворвалась через дверь. - Что? - Дети! – она подбежала к эриксианцу, статному мужчине с сединой, серебрившейся в темных волосах, и, рыдая, рухнула на колени. – Они отделились от своей учебной группы и оказались сами по себе на планете. Вы послали за ними шаттл, тот, который перевозит товары, и пираты забрали их вместе с грузом! – мужчина побледнел, покачнувшись. Джим схватил его за плечи, не дав упасть, его глаза сузились в яростном подозрении. - Пираты? Эриксианец прикрыл веки. - Вулканцы не могут поселиться здесь, – разбитым голосом сказал он, – потому что мы стали жертвами воров и наемников с тех пор как… - Об этом потом, – со злостью выдохнул капитан. – Когда они забрали детей? - Меньше десяти минут назад, – заплакала женщина. - Кирк вызывает Скотта, – бросил Джим в свой коммуникатор. - Скотт слушает, капитан. Какой приказ? - Поднимайте троих. За короткой растерянной паузой последовало: - Есть, сэр. Джим ткнул пальцем в мужчину, когда вокруг них собралась и завибрировала энергия транспортера. - Лучше бы вам все объяснить, когда мы вернемся с детьми.

* * * * *

Едва они оказались на «Энтерпрайз», Джим и его группа – Спок и Ухура, которых Джим выбрал потому, что они владели необходимыми навыками и опытом, – быстро направились на мостик. Джим начал раздавать приказы, едва двери турболифта закрылись за его спиной. - Мистер Чехов, просмотрите все результаты сканирований. Ищите незарегистрированный корабль в этом районе, побывавший тут в течение последних двадцати минут. Найдите место, где он появился и где исчез. Мистер Сулу, помогите мистеру Чехову проложить курс для преследования. Мы должны действовать тихо, поскольку они не могли знать, что мы были тут. Я хочу сохранять элемент неожиданности так долго, как это будет возможно. Как только у вас будет курс, ложитесь на него. Лейтенант Ухура, следите за всеми частотами на предмет любых сообщений от или вокруг пиратского судна. Если у них где-то рядом есть подкрепление, я хочу об этом знать. Если они планируют совершить еще один набег, я хочу об этом знать. Если они злорадствуют о том, что собираются сделать с пленниками, я хочу об этом знать. Мистер Спок, помогите лейтенанту. На целое мгновение команда мостика во все глаза уставилась на капитана. В чертах Джима застыла жестокость. - Я неясно выразился? – спросил он ледяным тоном. На каждой станции тут же закипела работа. Спок осторожно приблизился к Джиму. - Позволите высказаться, капитан? – негромко произнес он. Джим, со все еще каменным лицом, едва взглянул на него. Спок расценил это как разрешение. - Наши приказы касательно этой миссии предельно точны. Синева глаз потемнела, в них проступил такой холод, какого Спок в них прежде не видел. - И что же вы предлагаете, мистер Спок? – Джим сказал это низко, угрожающе. – Хотите, чтобы мы позволили кораблю с опасными преступниками уйти вместе с похищенными детьми только потому, что нам было велено не вмешиваться в мирные переговоры? - Отрицательно, – спокойно отозвался вулканец. – Однако же… - У нас есть курс, капитан! – вмешался Чехов. – Похоже, они остановились возле одной из лун соседнего газового гиганта. Поле планеты будет негативно влиять на многие системы старых кораблей, включая и тот, который мы преследуем. Они, наверное, думают, что смогут скрыться там без риска быть обнаруженными. Но «Энтерпрайз» будет функционировать все так же. - Следуйте за ними, – приказал Джим. – Мистер Сулу, – прибавил он, – мы должны догнать этот корабль. Мы должны сделать это немедленно. И мы должны сделать это тихо. Сулу ответил на это так, как Джим и ожидал – с уверенностью в распрямленных плечах и упрямой усмешкой в уголке рта. «Энтерпрайз» быстро скользнула в варп. - Двадцать минут, сэр, и мы будем на месте. Я спрячу нас в поле, указанном мистером Чеховым. - Отличная работа, вы оба, – Джим поднялся и зашагал к турболифту. – Лейтенант Ухура, сведите все коммуникации на борту к минимуму. Продолжайте следить за частотой. - Есть, капитан. Спок подсчитал вероятность того, что Джим покинет мостик ради чего-то иного, кроме спасательной миссии, и встал у него на пути. - Капитан, – он говорил твердо, но тихо, – указания Звездного флота относительно преследования и проникновения на борт пиратского судна предельно ясны. Вы должны сообщить об инциденте и позволить… - Указания Звездного флота относительно защиты граждан Федерации тоже предельно ясны, – оборвал его Джим, заставляя замолчать. – В наши обязанности и долг входит освободить и защитить… - Шансы обученных профессионалов экспоненциально выше… - Обученные профессионалы сейчас так заняты, что нам очень повезет, если они появятся тут через неделю. И чем же мы занимались все это время в Академии, если не готовились к… - Скрытые операции на борту вражеского корабля без наличия данных о численности противника, его вооружении или даже виде будет равносильна самоубийству и… - Численность, вооружение и вид не будут иметь никакого значения, если мы проберемся туда и исчезнем до того, как они хотя бы поймут, что мы там… - А каковыми будут последствия? Мы не сумеем выдвинуть легальных и официальных обвинений против пиратов без документированных доказательств их преступления, и ничто из этого не будет возможным, если мы продолжим… - Мы найдем другой способ привлечь их к ответственности на бумаге, но только не позволив им… - Если даже оставить в стороне решение попытаться провести спасательную операцию, не имея достоверной информации или поддержки, будет нелогичным для капитана корабля… - Брехня; то, что я капитан, с этим никак не связано. У меня больше опыта, чем… - За исключением миссии на «Нараду», ваше досье совершенно лишено всего, что может квалифицироваться как «опыт»… - Ты взломал мое… - …что делает ваш аргумент несостоятельным и не имеющим значения. - Послушай, только потому что ты… - Я не могу с чистой совестью позволить вам скомпрометировать себя, когда мы можем просто воспользоваться нашим вооружением, которое превосходит по качеству и мощности вражеское, чтобы заставить их отступить… - И тогда их заложники окажутся на линии огня и… - Невысокий шанс применения насилия против пленников не оправдывает… - Я не позволю им причинить боль ребенку. Спок замер, ощутив озноб при виде лица Джима, холодного, спокойного, убийственного. - Сулу, – в полной тишине Джим позвал своего рулевого, – ты со мной. Мистер Спок, вы управляете кораблем, – когда Сулу скользнул мимо Джима в турболифт, капитан поднял взгляд на Спока. – Отправьте запрос о поддержке, как только мы вытащим оттуда детей. Если у этих пиратов завелась привычка нападать на одну из планет Федерации, мы заставим их об этом пожалеть. - Есть, сэр, – пробормотал Спок, делая шаг в сторону, руки его были сомкнуты за спиной. Двери турболифта закрылись. Меньше чем через десять минут «Энтерпрайз» вышла из варпа, невидимая для корабля, за которым они охотились от Эрикс Прайм. Ее системы между тем беспрестанно пополнялись потоком данных, сосредоточенных на небольшом устаревшем судне. В радиусе сканеров «Энтерпрайз» никаких других кораблей не было. - Я слежу за их частотой, – без лишних предисловий объявила Ухура, выводя на главный экран жизненные показатели двух членов спасательной команды. Она настроила линию их коммуникаторов так, чтобы ее можно было слышать через звуковую систему мостика. С минуту ничего не происходило. Затем… - Кирк вызывает Сулу. - Я вас слышу, капитан. - Что ж, по крайней мере хоть эти штуки работают. Готовы увести корабль у пиратов? - Без сомнения, сэр. - Отлично. Скотти, включай. …Они исчезли. [1] Элитизм – идеология, по которой общество состоит из элиты, управляющей его деятельностью, и народа; согласно ней, элита могла лепить из народа что угодно, а развитие общества определялось исключительно умением «гончаров».