Притворись моей невестой.

Оставшиеся два дня до приема превратились для Василисы в безумный микс из пыток инквизиции и шоу «Топ-модель по-украински». Маргарита Степановна, казалось, решила впихнуть в голову Лисы всё наследие мировой культуры, а в её ноги — устойчивость столетнего дуба. Утро началось с изучения «светской беседы». — Лиса, дорогая, представь: к тебе подходит старый лорд и спрашивает о твоем отношении к импрессионистам. Твой ответ? — Маргарита строго постукивала веером по столу. — Я скажу, что Моне — это топ, а Мане — ну, такое, на любителя? — предложила Василиса, отчаянно пытаясь запомнить разницу. — Боже, дай мне сил, — вздохнула Маргарита. — Просто загадочно улыбайся и говори: «О, это так амбивалентно, не находите?». Это работает в 90% случаев. Днем начался «Мастер-класс по поеданию морских гадов». Перед Василисой поставили блюдо с креветками размером с небольшого кота и целым арсеналом щипцов. — Это не еда, это набор юного сантехника! — возмутилась Лиса, пытаясь вскрыть панцирь. В какой-то момент щипцы соскользнули, и несчастная креветка, совершив эффектное сальто в воздухе, приземлилась прямо в чашку с кофе Антона, который неосторожно зашел на кухню. — Прямо в яблочко! — хохотнул Антон, вылавливая «морепродукт» ложкой. — Мам, может, ей лучше заказать пиццу на прием? Она её хотя бы не использует как метательное оружие. На второй день главной проблемой стали туфли. Шпилька в 12 сантиметров была официально признана орудием пыток. — Я на них как новорожденный жираф! — причитала Василиса, шатаясь по коридору. — Ноги живут своей жизнью, а голова пытается не отвалиться. Вечером, когда Маргарита Степановна наконец ушла отдыхать, Василиса сидела на кухне, опустив гудящие ноги в тазик с холодной водой. Именно там её и застал Антон. — Ну что, «леди», копыта отваливаются? — он присел на край стола, протягивая ей плитку шоколада. — Издевайся-издевайся, — буркнула Лиса, жадно разворачивая фольгу. — Твоя мама — киборг. Она может стоять по восемь часов и даже не моргнуть. А я... я чувствую себя подделкой. Антон вдруг стал серьезным. Он спрыгнул со стола, взял полотенце и, к полному шоку Василисы, присел перед ней. — Давай помогу, — он аккуратно достал её ногу из воды и начал вытирать. — На самом деле, ты справляешься круче, чем любая из этих светских кукол. Эвелина бы сломалась еще на этапе «истории экономики». — Правда? — Василиса посмотрела на него сверху вниз. В тусклом свете кухни Антон уже не казался тем самовлюбленным парнем из машины. — Правда. У тебя есть характер, Лиса. А манеры... это просто камуфляж. Главное, на приеме не забудь, что ты — это ты. Если запутаешься в вилках — просто возьми ту, что побольше, и ешь с видом королевы. Никто не посмеет возразить. Они замолчали, глядя друг на друга. Расстояние между ними сократилось до опасного минимума, и Василиса вдруг поймала себя на мысли, что её «фиктивный жених» пахнет очень даже приятно — кедром и уверенностью. — Эй, — прошептала она, — а если я всё-таки опозорюсь? Если я споткнусь об этот шлейф и снесу фуршетный стол? Антон усмехнулся и легонько щелкнул её по носу. — Тогда я упаду рядом и сделаю вид, что это был наш запланированный перформанс. Мы вместе устроим грандиозный скандал и уйдем, громко хлопая дверью. Идет? — Идет, — улыбнулась Василиса, чувствуя, что страх перед завтрашним днем куда-то испарился.