Эй, малышка

- А ты договориться не могла? - робко прогундосил я, маясь возле уже порядком раздраженной матери.       Резко развернувшись, она красноречиво посмотрела на меня и отрезала: - Нет, не могла. Почему я должна все делать? - брови ее возмущенно сошлись на переносице. - Тебе же надо.       Я только грустно вздохнул, нехотя соглашаясь с мамиными словами.       Нет, она, конечно, безумно права. Тем более свою часть она уже сделала: позвонила Нине, чтобы спросить и уточнить что, где и когда. И я правда был маме благодарен за это, потому что Нина, - для меня Нина Александровна, - после того, как я поступился с Аней, меня не очень желала видеть. И без маминой помощи я вряд ли бы справился.       Но теперь мне предстояло встретиться с Аней, и это, пожалуй, было даже хуже, чем говорить по телефону с Ниной Александровной. Девушка, по маминым словам, тоже подрабатывала в питомнике и могла помочь на месте.       И я как бы был рад этому. Но, учитывая, как я Аньку, не постесняюсь этого выражения, беззастенчиво кинул, поднасрал в душу своим равнодушием к ее обиде и даже не пробовал ни разу связаться после этого, радость заметно таяла. От одной только мысли, что придется смотреть в ее оскорбленные глаза, становилось крайне неловко.       Ну что ты, Стас, за говнюк такой, в конце концов. - Ладно, - все же выдохнул я после драматичных скитаний возле маман, которую моя игра не разжалобила. - Когда там с ней встретиться надо? В два? - Ага, - коротко взглянула мама на часы. - Тебе уже через пятнадцать минут выходить. - Твою ж, - коротко ругнулся я себе под нос едва внятно и ушел одеваться.       Что еще было стремно: мы жили в одном и том же доме. Только Анин подъезд был первым, мой - последним. Прямо каламбур.       Но, несмотря на это, мы никогда не пересекались. С Ниной Александровной я и то сталкивался чаще, стыдливо отводя глаза и с неловким покашливанием здороваясь. Не знаю, почему так было, может, мы взаимно избегали друг друга на подсознательном уровне: и до нашего "свидания" мы тоже друг друга видели крайне редко. - Не забудь перед ней извиниться, - уже в коридоре сухо напомнила мама перед тем, как закрыть за мной дверь.       Я только закатил глаза от досады и, ничего не сказав, выскользнул на лестничную площадку.       Дойдя до Аниного подъезда практически за две секунды, я встал под козырек, неловко топчась на месте и оглядываясь на подъездную дверь каждый раз, когда она открывалась. Появилась Аня через пару минут, которые показались мне самой страшной пыткой за эту неделю. - Привет, - растянул я губы в кривой улыбке, глядя на девушку.       Она, как и ожидалось, все еще выглядела обиженной. Поправив волосы, Аня, пытаясь не смотреть на меня, кивнула и холодно поздоровалась в ответ. Я, наморщив лоб, едва удержался, чтобы не запустить пальцы в волосы на затылке. С трудом сдержавшись от этого жеста, хмыкнул: - Не знал, что ты в питомнике работаешь. - Ты много чего обо мне не знаешь, - облизнула та губы и прошла мимо.       Состроив рожу, передразнивая знакомую, я развернулся и нагнал ее. Спустя паузу поинтересовался, чтобы развеять обстановку: - И далеко твой питомник? - Не очень, - пожала та плечами и, поколебавшись, нехотя спросила: - А кому собаку дарить собрался? - Другу, - охотно поделился я и добавил: - Помнишь Рому? - Тот, с которым ты ушел? Ага, помню, - сдержанно отозвалась Аня, а я прикусил язык, помрачнев.       Ну все, теперь что бы я не скажу, она будет сворачивать в это русло. Типичные женские уловки, я даже почти соскучился по этому.       Шучу. Ни разу не соскучился.       До питомника мы ехали в маршрутке где-то полчаса. И я был рад, что нам пришлось сесть на разные места подальше друг от друга и надобность неуклюже связать разговор отпала сама собой.       Когда мы вышли на нужной остановке, Аня, первый раз посмотрев на меня за долгое время, осведомилась: - Какая тебе собака-то нужна? - Ну, - почесал я нос, исподтишка оглядываясь в новом месте, - щенок, желательно. А вообще небольшая. И недорогая, - тихо добавил я тактично спустя короткую паузу. - В каких пределах? - снова подала голос девушка, а я даже слегка удивился ее деловому тону.       Никогда бы не подумал, что Аня может спрашивать не только ерунду. - Ну, - нахмурился я и, с интересом посматривая на небольшое здание, к которому мы подходили, протянул: - Тысяч пять максимум.       "Тысяч пять максимум" не прокатило. И не потому, что коварная Аня предлагала мне варианты подороже. Я сам со своим чутьем выходил на такие породы.       Сначала половину из предложенного я сразу отверг, дальновидно подумав, что дома у Романыча я торчу часто и дарить ему животное, от которого меня будет воротить, как-то не умно. Вторая половина меня тоже не особо вдохновила, заставляя критически и придирчиво взвешивать все "за" и "против".       Во-первых, я не очень любил собак. Во-вторых, размышления, какая из них придется по душе белобрысому, только сильнее замедляли процесс. В-третьих, щенков было не так и уж и много.       И спустя почти час истязаний Ани, которую моя нерешительность уже откровенно достала, я все же застыл перед клеткой с мопсом и едва не хлопнул себя по лбу. Внутри словно что-то щелкнуло и все сомнения развеялись: это был именно тот вариант, который я хотел с самого начала. - Что? - недоверчиво посмотрела на меня девушка, встав рядом. - Нравится? - В точку! - воодушевленно щелкнул я пальцами.       Короче, обрадовался я раньше времени, даже несмотря на то, что и щенок мопса у них отыскался. Заморочек было выше крыши, Аня в деталях рассказала мне все то, что в обычной ситуации у меня напрочь отбило бы все желание брать собаку. Да и моих сбережений отчаянно не хватало на покупку.       Я даже на секунду засомневался - не поменять ли мне свое решение и не сделать ли какой-нибудь другой подарок. Вдруг Роме и собака-то не нужна?       Впрочем, отступаться все же не стал, хотя периодически из груди рвались жалкие и тяжелые вздохи. Раз уж решился, то возьму. И деньги где-нибудь достану. - Послезавтра приду за ним, оформлю все что надо, - бросив последний раз взгляд на щенка, уверенно проговорил я Ане.       Решив еще парочку вопросов, мы направились к выходу. Уже на улице девушка поделилась: - Хороший выбор, мне мопсы тоже нравятся. Они милые. - Пока на шторы ссать не начнут, - криво ухмыльнулся я, вспоминая свое детство и Тузика, который метил шторы, как мог.       Он, впрочем, мопсом не был.       Аня удивленно на меня покосилась, но переспрашивать не стала. Мы снова замолчали и всю дорогу до дома не сказали друг другу ни слова. И только когда мы оказались в родном дворе и, не сговариваясь, остановились у Аниного подъезда, я, облизнув губы, все-таки сказал: - Спасибо. - Пожалуйста, - повела девушка плечами, поджав губы и опустив глаза. - И это, - почти что смутился я, все-таки запустив пальцы в волосы, - извини за тот раз. Некрасиво получилось. Чувствую себя мудаком.       И, дабы усилить эффект, я состроил такие же глаза, как у несчастных собак в питомнике. И на девушку это подействовало, потому что, поколебавшись, она все же отмахнулась и даже улыбнулась: - Ладно, прощаю. И зато, - быстро добавила она, заглушая мой облегченный вздох и оставляя только вежливую улыбку на губах, - я с Вероникой подружилась. Мы теперь с ней в кафешке иногда сидим и по магазинам ходим.       Со скепсисом подумав, что Аня действительно может по магазинам с Вероникой только ходить, потому что у нее вряд ли есть деньги на такие магазины, по которым ходит брюнетка, вслух я, однако, озвучивать свои мысли не стал. Вместо этого улыбнулся шире и хмыкнул: - Рад за тебя.       Аня залипла, глядя на мое лицо. Я отчего-то не прекращал улыбаться, вежливо таращась на нее в ответ и морща лоб.       Ну, знаете, тот пикантный момент, когда симпатизирующая вам девушка пялится на вас в слепом обожании, а вы не можете отвести от нее взгляд, потому что... это приятно, черт возьми. А кому не хочется лишний раз потешить свое самолюбие, особенно когда этих "лишних разов" не так уж и много?       Вот только упустил я момент, когда Аня, встав на носочки, вдруг резко подалась вперед, впившись в мои губы. Выпучив глаза, я недоуменно уставился на девушку, глаза которой были зажмурены.       Какого, спрашивается, хера.       Спокойно обсосав эту мысль и поняв, что я ничего не чувствую, кроме как противного скольжения блеска по своим закрытым губам, я опустил руку на плечо Ани. Та, наивно решив, что я просто стеснительный молодой человек и вовсе не отталкиваю ее мягко от себя, попыталась неуклюже обвить мою шею руками. Я замычал. - Аня, - булькнул я едва внятно в рот девушки, заставив ту неохотно, но довольно отстранится. - Что? - изогнула она губы в мягкой улыбке и слегка приоткрыла глаза, делая взгляд томным.       Объяснить "что" я не успел. Даже вытереть губы от блеска. Заметив, что Аня посмотрела мне за плечо и ее лицо сделалось каким-то испуганно-настороженным, я в замешательстве тоже захотел повернуться, но чья-то загребущая рука, цепко ухватившая меня за плечо, сама развернула к себе.       Аня, взвизгнув, едва успела отскочить в сторону, когда в рожу мне прилетел тяжелый кулак.       Из глаз посыпались звездочки, изо рта - маты, а не упал я только потому, что вторая рука придерживала меня за плечо.       Вот это блять забота.       Отшатнувшись, я схватился за глаз, куда пришелся удар, и, стиснув зубы, быстро вскинул голову, пытаясь разглядеть драчуна. А, разглядев взбешенного Романыча, заорал: - Ты ебанулся, что ли? - А ты не ебанулся? - в ответ заорал белобрысый, сжимая кулаки.       Вылупившаяся на эту сцену Аня испуганно молчала и, готовая в любой момент убежать в подъезд, перевела опасливый взгляд на меня. Вдруг до меня дошло.       Ну конечно. Конечно, мать вашу!       Именно в этот самый момент надо было белобрысому вылезти, как черту из табакерки, и прямо за спиной. А со спины и не видно было, что я сопротивлялся. Вежливо, но сопротивлялся. - Я все объясню, - вытянул я свободную руку вперед, второй все еще зажимая глаз.       Тем временем краем мысли я безрадостно отметил, что эффект бумеранга и тут имеет место быть. Долбанул белобрысому в глаз? Получай, дорогой и хороший, сдачи. От него же. - Можешь не утруждаться, - прорычал Романыч сквозь зубы и развернулся, чтобы утопать в неизвестном направлении. - Ты хули ведешь себя как баба? - закричал я ему в спину, и это подействовало.       Резко остановившись, белобрысый повернулся обратно. И, клянусь, сейчас он выглядел как маленький обиженный мальчик: одновременно готовый в любую секунду броситься с кулаками и зареветь от беспомощности. - А тебе она и нужна! - крикнул тот уязвленно, яростно махнув рукой на Аню и, снова отвернувшись, на этот раз действительно ушел.       Чертыхнувшись, я торопливо оглянулся на девушку, которая растерянно хлопала глазками. Чувствуя прилив раздражения, - ничего бы не случилось, если бы Ане внезапно не захотелось поиграть в любовь, - я буркнул себе под нос: - Ну молодец, - и уже в полный голос: - Мне пора. Увидимся послезавтра.       Как я бежал, как бежал! Форест Гамп мне руку пожал бы, если бы увидел.       Ну, Стас, дожил. Раньше прогнать не мог, теперь догнать не можешь. И когда белобрысый успел тебя так прочно обвязать, приятель? - Рома! - выкрикнул я в напряженную быстро удаляющуюся спину парня.       Тот даже ухом не повел и ускорил шаг. Ругнувшись сквозь зубы и пытаясь не обращать внимания на пульсирующую боль в лице, я повторил более отчаянно: - Да стой ты!       Обогнав насупленного Романыча, на виске которого вздулся желвак, я заставил его остановиться. Коротко оглянувшись на окна домов, в которых, к счастью, заинтересованных зрителей еще не было, я отдышался и, нелепо махая руками, начал: - Это она меня поцеловала!       Рома сморщил лицо с такой болью, словно это не он мне, а я ему повторно дал в морду. На секунду мне даже стало совестливо. - Слушай, - отворачивая лицо, бросил тот с невеселым смешком, - можешь не оправдываться. Я пойму, не тупой.       Был бы не тупым, не стал бы затевать весь этот цирк, хотелось просипеть мне, но, набычившись, я рявкнул: - Да что ты понял? - Что тебе баба нужна? - гаркнул в тон мне Роман и вскинул поблескивающие глаза. - Мог бы прямо сказать, а не шкериться с ней от меня! - Да ты совсем дебил? - заорал я с новой силой возмущения, и в окнах мелькнули первые заинтригованные лица. - Говорю тебе, она первая полезла, я вообще тут не при чем!       Ладно, свалить вину на хрупкую девушку - это вообще-то не по-мужски. Но какого хрена: напортачила-то она, почему огребать должен я? - А что ты с ней делал? - хмуро кинул белобрысый, а я осекся.       Эта заминка не прошла незамеченной, и парень, снова растянув губы в мрачной ухмылке, запустил руку в волосы, лохматя их, как если бы он от всего дико устал. - Забей, - в конце концов замотал он головой и махнул рукой куда-то себе за спину, - просто забей и иди к ней. Она тебя ждет, наверное. - Вот еблан, - зашипел я себе под нос, когда парень прошел мимо меня. - Вот еблан!       Ну не хотел я этому придурку говорить о цели встречи с Аней. Я сюрприз ему сделать хотел. Сделал, называется. - Да не нужна она мне! - чувствуя себя так, словно внезапно телепортировался в слезливый сериал, опять развернулся я и нетерпеливо завопил белобрысому.       Тот, словно ожидая от меня выкрика, в который раз повернулся и, уже не скрывая обиды в голосе, закричал в ответ: - Так скажи, какого хрена ты был с ней?       Я промолчал, поджав губы, глядя на покрасневшего Романа. Тот, шумно дыша, со слабой надеждой уставился на меня в ответ. Когда пауза затянулась, он едва не сплюнул от досады.       Почувствовав, что королева драмы снова собирается уйти, оскорбленно махнув вихрами напоследок, я обреченно признался: - Да за подарком для тебя я ходил, тупица!