Гарри Поттер и Орден Феникса. Глава 28. (II)
— Скучно, — сказал Сириус. — Когда наконец будет полнолуние?
— Ты говоришь, как та пятая марадёрка. — Нет, я — оригинал, это она — жалкое подобие, подражающее мне.— А я бы и без него обошелся, — мрачно сказал Люпин из-за своей книги. — Между прочим, нам еще трансфигурацию сдавать. Если тебе так скучно, можешь меня проверить. — И он протянул ему книгу.
— Мерлин, никогда не понимал, почему Ремус считает это хорошим способом провести время, — застонал Сириус, глядя на Джеймса — Смотришь на меня, как будто я знаю.Но Сириус лишь презрительно хмыкнул. — Оставь себе, я всю эту чепуху наизусть знаю.
— И снова автор попал в точку! — улыбнулась Лили.— Сейчас развлечемся, Бродяга, — спокойно сказал Джеймс. — Гляди, кто там…
Ремус задохнулся, а Мародёры нервно огляделись по сторонам, все знали, что произойдёт дальше. Джеймс даже подальше сел от Лили, на всякий случай.Сириус повернул голову — и замер, как пес, почуявший кролика. — Великолепно, — мягко сказал он. — Нюниус.
— Лили, хочешь мы прочтём что-нибудь другое? — спросил Ремус, заметив как девушка поёжилась. — Нет, продолжайте. Я же была там, я знаю, что произойдёт и что смогу это перенести… Я имею ввиду, интересно, как это описывается тут, так что давайте просто продолжать. Ремус подумал, чтобы сказать, что название главы «Худшее воспоминание Снейпа», но решил этого не делать.Гарри обернулся и посмотрел в ту же сторону. Снейп около кустов только что поднялся на ноги и теперь прятал свои листки в сумку. Когда он вышел из тени и зашагал по лужайке, Сириус и Джеймс встали. Люпин и Хвост остались сидеть. Люпин по-прежнему смотрел в книгу, хотя его зрачки не двигались и между бровей пролегла едва заметная морщинка. Хвост переводил взгляд с Сириуса и Джеймса на Снейпа и обратно, и лицо его светилось жадным нетерпением.
— Это действительно показывает нас в не лучшем свете, — негромко произнёс Джеймс. — Ты делал это. Попробуй испытать стыд за это, — ответила ему Лили.— Как дела, Нюниус? — громко сказал Джеймс. Снейп отреагировал так быстро, как будто ждал нападения: уронив сумку, он сунул руку в карман и уже доставал оттуда волшебную палочку, но тут Джеймс воскликнул: — Экспеллиармус!
— Лили, он бы наложил на меня порчу, если бы я не сделал это. — Ты окликнул его первым… Просто продолжай читать Ремус.Палочка Снейпа подлетела вверх футов на двенадцать и шлепнулась в траву позади него. Сириус рассмеялся отрывисто, словно залаял. — Импедимента! — сказал он, направив палочку на Снейпа, и Снейп, рванувшийся за своим оружием, упал ничком на полпути к нему.
С каждым словом атмосфера в комнате становилась всё более напряжённой. Никто из них больше не вспоминал это с гордостью. Сириус и Джеймс отметили, как сильно это не похоже на них сейчас. Ремус сожалел, что тогда не вмешался, а Питеру было искренне жаль Снейпа. Лили была единственная, кого не грызла совесть, тем не менее, она была напряженна не меньше остальных.Гуляющие стали оборачиваться в их сторону. Некоторые ученики поднимались на ноги и подходили ближе. Одни смотрели на происходящее с неодобрением, другие — с удовольствием. Снейп, тяжело дыша, лежал на траве. Джеймс и Сириус приблизились к нему с поднятыми палочками; по дороге Джеймс поглядывал через плечо на девочек у озера. Хвост тоже поднялся на ноги и наблюдал за ними с жадным интересом — он даже отошел от Люпина, чтобы лучше видеть.
— Я… я даже не заметил, что Питер смотрел на нас. — Все смотрели на нас, Сохатый.— Как прошел экзамен, Нюнчик? — спросил Джеймс. — Я смотрел на него — он возил носом по пергаменту, — злорадно сказал Сириус. — Наверное, у него вся работа в жирных пятнах, так что ни слова не разберешь!
Лили обнимала свои колени и терзала себя мыслями: «Почему ты тут сидишь?», «Зачем вскрывать старые раны?», «Мародёры изменились», «Уходи отсюда». — Мне нужно в туалет, — произнесла девушка, вставая с кровати, — Продолжайте читать, я скоро вернусь, — она направилась в ванную комнату мальчиков.Кое-кто из зрителей засмеялся: Снейпа явно не любили. Хвост пронзительно захихикал. Снейп пытался встать, но заклятие еще действовало, и он корчился, будто связанный невидимыми веревками. — Вы у меня дождетесь! — выпалил он, глядя на Джеймса с откровенной ненавистью. — Дождетесь! — Дождемся чего? — хладнокровно сказал Сириус. — Что ты хочешь сделать, Ночник, — вытереть о нас свой сопливый нос? Из уст Снейпа извергся поток ругани и проклятий, но его палочка лежала в трех шагах от хозяина, и ничего не случилось. — Ну и грязный же у тебя язык, — презрительно сказал Джеймс. — Экскуро!
Это было захватывающе, но никто из парней больше не хочет продолжать читать это, однако они не могли остановится. Им хотелось узнать, чем всё закончится. И, как отметил каждый из них, автор не замалчивал их ошибок, как будто он специально хотел показать всё в таком свете.Изо рта у Снейпа тут же полезла розовая мыльная пена, она покрыла его губы, и он задыхался в ней… — Оставьте его в покое!
В этот момент настоящая Лили вышла из ванной. Её лицо было мокрым. Она встала рядом с Джеймсом, и они продолжили чтение.Джеймс и Сириус оглянулись. Свободная рука Джеймса немедленно взлетела к волосам.
Уголки губ Сириуса дрогнули.Кричала одна из девочек у озера, с густыми темно-рыжими волосами до плеч и поразительно зелеными глазами миндалевидной формы — такими же, как у Гарри. Его мать.
— Видишь Лили, у тебя и Сохатого будет ребёнок. Автор пишет так, как будто знает всё остальное. — Мы вроде больше не удивляемся верно. — Да… Я просто хотел сказать, что если у него будут твои глаза… это хорошо. Твои глаза намного лучше, чем глаза Джеймса.— Что, Эванс? — сказал Джеймс. Самый тембр его голоса вдруг изменился — он стал более глубоким и мелодичным, более взрослым. — Оставьте его в покое, — повторила Лили. Она смотрела на Джеймса с откровенной неприязнью. — Что он вам сделал? — Ну, — сказал Джеймс с видом человека, серьезно обдумывающего заданный ему вопрос, — пожалуй, все дело в самом факте его существования, если ты понимаешь, о чем я… Многие зрители, включая Сириуса и Хвоста, засмеялись, но Люпин, до сих пор притворяющийся, что читает, даже не улыбнулся. Не появилось улыбки и на лице Лили. — Считаешь себя остроумным, — холодно сказала она. — А на самом деле ты просто хвастун и задира, Поттер.
Джеймс вздрогнул.— Оставь его в покое — Оставлю, если ты согласишься погулять со мной, Эванс, — быстро откликнулся Джеймс.
— Слава Мерлину, ты прекратил эту тактику, — произнесла Лили.- И ты до сих пор удивлён, почему я отвергала тебя? — Я был молод и глуп и не знал, как обращаться с девчонками.— Давай… пойдем со мной на прогулку, и я больше никогда в жизни не направлю на Нюнчика свою волшебную палочку. Тем временем Чары помех, наложенные на Снейпа, слабели. Медленно, дюйм за дюймом, он подползал к своей палочке, отплевываясь от мыльной пены, но Джеймс этого не видел. — Я не согласилась бы на это, даже если бы у меня был выбор между тобой и гигантским кальмаром, — сказала Лили.
— Опять же, гигантский кальмар очень красив, — нервно засмеялся Питер, — Кто бы не выбрал его? — Да ты мог бы. Щупальца, секс и всё такое, — ответил ему Сириус. — Секс и щупальца? Вы о чём вообще, — удивилась Лили. — Видимо о Японии… Просто продолжаем.— Не повезло, Сохатый! — весело сказал Сириус и снова повернулся к Снейпу. — Стой! Но он опоздал: Снейп уже направил свою палочку прямо на Джеймса. Вспыхнул яркий свет, и на щеке Джеймса появился глубокий порез. Кровь хлынула ему на мантию. Еще одна яркая вспышка — и Снейп повис в воздухе вверх тормашками; мантия свалилась ему на голову, обнажив тощие, бледные ноги и серые от грязи подштанники. Многие в маленькой толпе разразились ликующими криками; Сириус, Джеймс и Хвост чуть не захлебнулись от хохота. В уголках губ у Лили что-то дрогнуло, и Гарри на мгновение показалось, что выражение ярости на ее лице вот-вот сменится улыбкой. Но она громко сказала: — Опусти его!
— Не стоит ли нам остановится? — перебил его Питер. — Считайте меня сумасшедшим, но я хочу дочитать это, — сказал Ремус. — Все мы немного мазохисты, — усмехнулся Сириус, — Мерлин, это даже хуже, чем когда я трахал Ремуса.— Пожалуйста, — сказал Джеймс и взмахнул палочкой. Снейп шлепнулся на землю, точно груда тряпья. Выпутавшись из подола мантии, он быстро вскочил на ноги с палочкой наготове, но Сириус сказал: «Петрификус тоталус!» — и Снейп снова упал плашмя, как доска. — Оставьте его в покое! — крикнула Лили. Она тоже выхватила палочку. Джеймс с Сириусом настороженно следили за ней. — Послушай, Эванс, не заставляй меня с тобой сражаться, — серьезно сказал Джеймс.
— Ты серьёзно? Я легко бы вышла с тобой на дуэль, будь это снежки или палочки.— Тогда расколдуй его! Джеймс тяжело вздохнул, повернулся к Снейпу и пробормотал контрзаклятие. — Ну вот, — сказал он, когда Снейп вновь с трудом поднялся на ноги, — тебе повезло, что Эванс оказалась поблизости, Нюниус…
Лили побледнела. — Лили, мы остановимся как только…— Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок!
Лили глубоко вздохнула. Несмотря на то, что прошло два года, она чётко помнила эти слова и интонацию, с которой они были сказаны. — Лили, он не серьёзно это говорил. — Давайте просто закончим с этим.Лили прищурилась. — Прекрасно, — спокойно сказала она. — В следующий раз я не стану вмешиваться. Кстати, на твоем месте я бы постирала подштанники, Нюниус. — Извинись перед Эванс! — заорал Джеймс, угрожающе направив на Снейпа палочку. — Я не хочу, чтобы ты заставлял его извиняться! — закричала Лили, обращаясь к Джеймсу. — Ты ничем не лучше его! — Что? — взвизгнул Джеймс. — Да я никогда в жизни не называл тебя… сама знаешь кем!
Лили слегка улыбнулась. — Это «сама знаешь кем» было очень корректно, Джеймс. — Я вёл себя, как последняя задница всё это время, так что надо было хоть немного наверстать упущенное.— Ходить лохматым, как будто минуту назад свалился с метлы, выпендриваться с этим дурацким снитчем, шляться по коридорам и насылать заклятия на всех, кто тебе не нравится, только потому, что ты от природы… Непонятно, как твоя метла еще поднимает в воздух твою чугунную башку! Меня от тебя тошнит!
Теперь лицо Джеймса потемнело. Именно эти слова стали мотивацией к его изменениям на шестом курсе.на круто развернулась и быстро зашагала прочь. — Эванс! — крикнул Джеймс ей вслед. — Погоди, Эванс! Но она так и не обернулась — Какая муха ее укусила? — сказал Джеймс, безуспешно пытаясь сделать вид, что ответ на этот вопрос его вовсе не интересует.
— Хотя на самом деле это стало причиной, почему его вселенная развалилась. Верно, Сохатый? Джеймс, увлечённый своей мантией, не ответил.— Сдается мне, она считает тебя немножко зазнайкой, дружище, — сказал Сириус.
— Сириус — профессор по вопросам девушек. Зазнайка, это мягко сказано. — О, я мог бы сказать: «Дружище, ты полный еб**н», — но не сделал этого. Ты слышал о «такте»?Ну ладно. — В голосе Джеймса зазвенела обида. — Ладно же… Опять вспыхнул яркий свет, и Снейп снова повис в воздухе вниз головой.
— Ты это сделал после того, как я ушла? — Я не горжусь этим. Если бы мне снова выпал такой шанс, я бы упустил его.— Кто хочет посмотреть, как я сниму с Нониуса подштанники?
— На самом деле я этого не сделал.Но Гарри так и не узнал, выполнил ли Джеймс свою угрозу. Кто-то словно щипцами сжал ему руку чуть повыше локтя.
— Подождите, я думала, что если ты в чье-то памяти, до тебя не могут дотронуться. — Нет, не могут, но возможно, кто-то в реальности Гарри это делает.Едва не вскрикнув от боли, Гарри обернулся — и, к своему величайшему ужасу, увидел позади себя другого, взрослого Снейпа с побелевшим от ярости лицом.
— Это нехорошо, — сказал Питер.— Развлекаетесь? Гарри почувствовал, что его поднимают в воздух; летний день вокруг него растаял, как дымка. Он летел вверх сквозь ледяную тьму, и рука Снейпа по-прежнему не отпускала его. Потом у Гарри на секунду захватило дух, как после головокружительного сальто-мортале, его ноги ударились о каменный пол снейповского подземелья и он снова очутился в сегодняшнем дне, рядом с Омутом памяти, стоящим на столе в полутемном кабинете преподавателя зельеварения.
— И это всё. — Спасибо Мерлину, Моргану и всем остальным мертвецам, — сказал Сириус, — Мы сделали глупость. Очень сильную. — Я думаю, мне нужно немного отдохнуть, — растерянно произнесла Лили, спрыгивая с кровати. — Наверное, увидимся позже? — девушка направилась к выходу из спальни. Но вдруг чья-то рука легла ей на локоть. — Лили, подожди, мы можем поговорить об этом? -остановил её Джеймс. — Что… да, конечно, на лестнице или.? Они вместе вышли из комнаты. Джеймс засунул руки в кармане. В его движения чувствовалась нервозность. — Лили, я бы хотел извинится. Не только за тот случай, а за все. Если бы я что-то мог изменить, то сделал бы это. Я действительно хочу, но не могу, — он провёл рукой по волосам, глядя на стену, а не на Лили, — Мне правда очень жаль. В молчании Лили села на ступеньки, и после пары секунд размышления сказала: — Я знаю, что ты изменился, и Северус, и я. Просто… мне было неприятно читать об этом. Я ненавидела, как ты относился к Северусу. Джеймс сел рядом с ней. — Я знаю, и я сожалею. Лили положила голову ему на плечо. Поттер огляделся по сторонам, гадая, правильно ли он делает, и приобнял её. — Мне стыдно, как я вёл себя раньше. И мне очень жаль, что я не могу изменить это. — Я знаю. Прошлое прошло. И, как ты сказал, ты изменился. Честно говоря, я думала, что ты — причина, почему мы с Севом больше не друзья, но это не так. Наверное, тогда было проще обвинить тебя. И это то, о чём я сожалею. Если бы я знала больше о вас, о Севе, всё было бы иначе. — Всё равно из нас двоих, глупее всего вёл себя я. — Да, глупее ты. Они рассмеялись. — Я прощён? — Да, — она кивнула, — Извини, что так поздно, но ты прощён. — Она быстро поцеловала его в щёку. — А теперь я пойду в спальню. Я рада, что мы поговорили. Когда она вошла в спальню, она почувствовала, будто с плеч свалилось тяжёлое бремя. Теперь, когда она простила Джеймса, хотя до этого она не понимала, что до сих пор злится на него, Лили почувствовала, что обида в её душе сменилась другими чувствами. Более светлыми и глубокими. Чувства, которые однажды приведут к рождению ребёнка по имени Гарри.
