The Marauders' Companion

Сириус повернулся перед зеркалом, рассматривая свое отражение, а точнее, любуясь своей новой кожаной курткой, которая выглядела хорошо. Очень хорошо. — Я буду выглядеть так круто, когда у меня будет мотоцикл, — сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на других мародеров, которые сидели на кровати Питера и ели драже Берти Боттс от Дореи. — Мы хотели подарить тебе, но побоялись, что его негде будет парковать, — сказал Ремус. — И, у нас не хватило денег. — Представьте, я в своей удивительной кожаной куртке, на еще более удивительном мотоцикле, сражаюсь с Пожирателями смерти и клею девушек повсюду… Следующий год будет лучшим. Вы должны приехать ко мне, — сказал он Ремусу и Питеру. — Звучит как вызов. — Луни поможет тебе. — А я приглашен на эту вечеринку мародеров или…? — поинтересовался Джеймс. — Конечно нет. — Сириус схватил шоколадную лягушку и продолжил, — В следующем году ты, Сохатый, будешь жить с Лили, а я буду вашим домашним песиком, иногда. Не хочу все время сидеть в вашем любовном гнездышке. — Итак, что мы будем делать сегодня? — спросил Питер. — Читать другой фанфик? — предложил Ремус. — Вдруг он будет действительно хороший. — Как мило, что ты все еще думаешь, что они существуют, — сказал Сириус. Он вскочил с кровати и взял книгу с тумбочки Питера. — Могу я выбрать? — Нет, ты уже нашел «Тридцать часов» и «Серенити Старр», моя очередь выбирать, — сказал Джеймс. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти историю, которая казалась интересной. — Он называется «Гарри Поттер: Предыстория» и написан неким* Дж. К. Роулинг. Она говорит, что это для благотворительности — разве это не круто? Люди платят деньги, чтобы читать о нас! — Просто читай, — сказал Ремус. — Если она написана для благотворительности, то должна быть хоть немного приличной.

Скоростной мотоцикл

— Мотоцикл! Уже хорошо, — сказал Сириус. — Надеюсь, он мой.

в темноте повернул за угол так быстро и резко, что оба полицейских в преследующей машине закричали: «Куда?!»

— Я слишком крут на своем мотоцикле. Своем, — Сириус сказал сказал последнее слово с такой любовью, как будто говорил о ребенке. — Ставлю на то, что это мотоцикл Лили! — воскликнул Ремус — Ремус Джон Люпин, я — единственный, у кого может быть мотоцикл.

Сержант Фишер ударил своей ногой по тормозам, думая, что парень

— Видишь, Ремус? Парень. Это точно не Лили — Это все еще может быть… Сириус фыркнул и взъерошил волосы Ремуса. — Кто бы еще мог водить так безрассудно?

ехавший на заднем сидении, угодил под колёса его автомобиля. Но мотоцикл сделал резкий поворот, не потеряв ни одного из своих пассажиров, и, оставляя за собой красный хвост, растворился в узком переулке.

— Это потрясающе, - сказал Сириус, закрывая глаза. — Как я хочу, чтобы так было на самом деле.

— Они наши! — взволнованно воскликнул полицейский Андерсон. — Это тупик!

— Быстрый вопрос, мы знаем этих Фишера и Андерсона? — спросил Питер. — Какая разница? Они не важны — сосредоточься на мотоцикле, — ответил Сириус. — Не думаю, что мы их знаем, — сказал Ремус Питеру, — Полицейские — это маггловский эквивалент мракоборцев и работников отдела магического права. Значит кто-то тут нарушает маггловские законы.

Резко повернув руль и сломав рулевой механизм, Фишер содрал половину краски с одного бока автомобиля, но всё-таки вписался в узкий переулок между домами и продолжил преследование. .

Сириус вздрогнул. — Ладно, машины не такие крутые, как мотоциклы, но ты все равно должен быть осторожен с ними, Фишер! Разве ты не знаешь, как круто ты выглядишь в хорошей машине? — Откуда ты вообще знаешь об автомобилях? — поинтересовался Ремус. — Я занимаюсь маггловедением, Луни, — надменно сказал он. — Кроме того, я живу в Лондоне. Невозможно не знать об автомобилях, когда они все время рядом с тобой.

Фары осветили свою жертву, ставшую наконец неподвижной после преследования длиною в четверть часа. Двое пассажиров были загнаны в ловушку между высокой кирпичной стеной и полицейским автомобилем, который смотрел на них, как какой-то рычащий, люминесцентноглазый хищник. Между дверьми и стенами переулка было настолько маленькое расстояние, что Фишеру и Андерсону было трудно выбраться из транспортного средства.

— Вот почему мотоциклы более практичны, чем автомобили, — сказал Сириус. — У меня никогда не было подобных проблем. Должен сказать, что Сохатый умеет выбирать хорошие истории; до сих пор не хочется выцарапать себе глаза. Что-то новенькое.

Дюйм за дюймом выкарабкиваясь из машины к нарушителям, словно крабы, они потеряли свою представительность. Фишер втянул свой толстый живот, пробираясь вдоль стены, теряя пуговицы своей рубашки по пути, и, наконец, отломив своим задом боковое зеркало.

— Что за неуважение к машине? — Сириус посмотрел на книгу, качая головой. — Что она тебе сделала? — После всех этих историй он все еще может расстраиваться из-за разбитого автомобильного зеркала, — сказал Питер. — Он показывает больше эмоций, чем когда его ел Сохатый.

— Отойдите от мотоцикла, — проревел он самодовольным молодым людям, которые сидели в мигающем синем свете, как будто наслаждаясь этим.

— Сириус просто любит внимание, — сказал Джеймс. — Мы не разобрались, кто может быть пассажиром. — Это должен быть кто-то с почти нечеловеческой крутостью, чтобы быть допущенным к моему мотоциклу.

Они сделали, как им было сказано.

— Может быть, это не Сириус, — сказал Ремус. — Поскольку он физически не способен делать то, что ему говорят». — Ремус, этот человек явно опасный, — сказал Сириус. — Если он повредил такую ​​машину, почему не может попытаться повредить и мой мотоцикл?

Освободившийся наконец от зеркала, Фишер впился в них взглядом. Это были поздние подростки. У того, кто был за рулём, были длинные тёмные волосы;

— Пожалуйста, не упоминайте глаза, как прозрачные слезы, — сказал Сириус, скрестив пальцы. — Мне нравится эта история. Держите прозрачные слезы подальше — пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

его наглая, но вместе с тем симпатичная внешность напомнила Фишеру неприятные визги гитары бездельника-друга его дочери.

— Даже тогда люди говорят, что Бродяга выглядит хорошо. Сколько у нас фанатов?

У второго мальчика тоже были черные волосы, хотя они были короткими и торчали во всех направлениях; он носил очки и широко улыбался.

— Я с гордостью могу сказать, что ты достаточно крут, чтобы быть на моем мотоцикле, — Сириус хлопнул Джеймса по плечу. — Поздравляю. Хотя я не позволю тебе водить его. Ты еще не достиг такого уровня.

Оба были одеты в футболки, украшенные большой золотой птицей; без сомнения, эмблема какой-то оглушительной безликой рок-группы.

— Как феникс, — сказал Джеймс. — Мы знаем какие-нибудь группы с фениксом в названии или эмблеме? — Может быть, это просто означает, что мы члены Ордена Феникса, — предложил Сириус, — Это было бы круто, но не очень удивительно. Я имею в виду, что этот мотоцикл создан для борьбы с сумасшедшими пожирателями.

— Езда без шлемов! — закричал Фишер, переводя взгляд с одной непокрытой головы на другую, — значительное превышение скорости! — (фактически замеренная скорость была больше, чем предельная скорость мотоцикла в представлении Фишера)

— Потому что я просто потрясающий, — сказал Сириус, сияя от «похвалы». — И, конечно, я не ношу шлем. Это для маглов.

— сопротивление требованиям полиции! — Нам бы очень хотелось остановиться, чтобы пообщаться с Вами, — сказал парень в очках, — мы правда пытались… — Не стройте из себя умников. У вас большие проблемы, — прорычал Андерсон.

— Ну, это то, чего мы никогда раньше не слышали», — сказал Сириус, ухмыляясь. Он груб, не так ли? Даже не позволил тебе закончить. Я хочу знать, что мы пытались сделать, черт возьми! — Пил с Ремусом и Питером всю ночь? — Ты не можешь водить мотоцикл, когда ты пьян, — сказал Ремус. — Это небезопасно. — Луни, ты такой бунтарь.

— Имена?! — Имена? — длинноволосый водитель. — Ну что ж, посмотрим. Это Уилберфорс… Вирсавия… Эльвендорк… — И что удобно, вы можете использовать их для мальчиков или девочек, — сказал мальчик в очках. «

— Так вот почему ты хотел назвать своего ребенка Эльвендорком, — сказал Сириус. — Здесь я солидарен с Лили, нельзя оправдывать свою лень желанием назвать своего ребенка так. — Я уже знаю, что я собираюсь назвать мальчика Гарри — а для девочки? Я подумаю, — сказал Джеймс. — Назови ее в честь меня — Пита — Нет, я ненавижу это имя. Я бы скорее назвал ее Джейми. И я тоже ненавижу это имя, — сказал Джеймс. — Но, учитывая, что мы с Лили даже не обнимались, рано еще об этом думать.

— А, так вы имели ввиду НАШИ имена? — спросил первый, поскольку Андерсона охватил приступ гнева. — Так бы сразу и сказали. Это — Джеймс Поттер, а я — Сириус Блэк. — Что ж, вам будет действительно плохо через минуту, Вы развязные малые.**

— Это очень грубо — подшучивать над моим именем, — сказал Сириус. — И этот каламбур, который я раньше не использовал; Я должен запомнить это. Серьезно черный.

Но ни Джеймс, ни Сириус не обратили на это внимания

— Грубо.

Они неожиданно, словно по тревоге, как подстреленные псы, бросили свои взгляды, минуя Фишера и Андерсона, над крышей полицейского автомобиля, в затемненное начало переулка. Затем, они медленно достали руками из своих задних карманов.

— Вы не должны носить свои палочки там. Я слышал, некоторые волшебники так лишились своих ягодиц. — Луни, с кем ты водишься, что такое слышишь? — поинтересовался Сириус

В какой-то момент оба полицейских представили себе пистолеты, нацеленные на них, но всего секунду спустя они увидели нечто иное, похожее на…

— Окей, что такое пистолеты? — спросил Джеймс. — Что-то вроде палочки, которую маглы используют, чтобы стрелять друг в друга, — сказал Ремус. — Они должны быть смертельными, как правило».

— Барабанные палочки? — присвистнул Андерсон. — Что ж, шутники, вы задержаны по обвинению в… Но Андерсон не успел договорить, в чём их обвиняют.

— Я хочу знать, что это, — сказал Ремус. — Ваш штраф за превышение скорости или чего-нибудь в этом роде сделали бы мой день.

Джеймс и Сириус прокричали что-то непонятное, и свет фар переместился. Полицейские оглянулись вокруг, затем удивлённо посмотрели назад. Трое мужчин летели, на самом деле ЛЕТЕЛИ над переулком на мётлах и в тот же самый момент полицейский автомобиль встал на дыбы на задних колёсах.

— Потрясающе, — воодушевленно прошептал Сириус

Колени Фишера пошатнулись, он тяжело упал назад; Андерсон споткнулся о ноги Фишера и плюхнулся на него. Как вдруг, они услышали хлопок, удар, хруст — мужчины на мётлах приземлились на перевёрнутый вверх ногами автомобиль и свалились с него на землю, в то время как сломанные частицы мётл с треском разбросало вокруг.

— Теперь мы сломали и машину, и их метлы, — произнес Джеймс. — Я уверен, что у нас были причины для этого, — сказал Сириус. — Чтобы преподать им урок. — Никогда не летайте, потому что маггловские вещи могут просто подпрыгнуть и атаковать вас? — усмехнулся Питер. — Да, этот урок должен быть полезным.

Мотоцикл снова заревел.

— Мотоцикл!

Мотоцикл снова ожил. Раскрыв рот, Фишер собрал силы, чтобы оглянуться назад на этих двух подростков. — Большое спасибо, — крикнул Сириус под рёв мотора. — Мы у вас в долгу! — Да, были рады встрече с вами, — сказал Джеймс. — И не забывайте: имя Эльвендорк подходит как для мальчиков, так и для девочек!

Мародеры засмеялись. — Это ты, Джеймс», — сказал Ремус, взяв пригоршню конфет Берти Боттс. — Очень характерно.

Вокруг стоял невыносимый грохот, Фишер и Андерсон в испуге побросали своё оружие и испуганно обняли друг друга;

— Я чувствую подтекст! Подтекст! — сказал Питер. — Теперь я просто жду рассказа о том, как они в тайных отношениях. Это должно быть где-то.

их машина упала на землю.

— Бедная машина, — сказал Сириус. — Лучше бы мне отдали. Я бы о ней позаботился.

Теперь уже мотоцикл встал на дыбы. Перед глазами полицейских, отказывающихся поверить увиденному, он поднялся в воздух

— МОЙ МОТОЦИКЛ МОЖЕТ ЛЕТАТЬ! — Сириус вскочил и сжал кулак в воздухе. — Это так здорово! Я хочу мотоцикл — я не могу ждать еще год! Вы видите это? Это летающий мотоцикл!

Джеймс и Сириус исчезали в ночном небе, оставляя за собой мерцающий рубиновым светом след.

— Я собираюсь сохранить этот фанфик, — сказал Сириус, забирая книгу у Джеймса и прижимая ее к груди. — Это о моем мотоцикле. Это должно быть из будущего, это должно будет удивительно, если так оно и будет. — Конечно, — улыбнулся Джеймс. — Просто продолжай говорить себе об этом. — Он зевнул и выглянул в окно. — Может, нам стоит покататься на коньках по Черному озеру, — сказал он. Или заглянем к Хагриду? — Давай, — сказал Сириус. — Тогда я расскажу ему о своем мотоцикле — уверен, ему это понравится!