The Marauders' Companion

— О, какими счастливыми вы выглядите, — сказал Сириус, когда он, Питер и Ремус сели за обеденный стол рядом с Лили и Джеймсом. — Купаетесь в любви и счастье, как два безумных идиота? — Бродяга, ты что-то хочешь сказать? — поинтересовался Джеймс. — Наслаждайтесь этой минутой безмятежности. После обеда ей придет конец. — Все мои минуты безмятежности закончились, когда я встретил тебя, — Джеймс положил в рот картофельное пюре. — Чем ты сегодня хочешь меня удивить? — Появилась новая глава нашей любимой Арианы. Джеймс подавился. Сириус похлопал его по спине, зная, что Ариана определенно станет их новым кошмаром. — Живи. Но ты определенно любишь её? — Я? — Да, Сохатый. Ты. И ты тоже, Эванс. — Лили застонала в отчаянии. — Она может быть ужасной Мэри Сью, которая нас, конечно, бесит, но признайте, мы не можем не любить её. Она зло взглянула на Сириуса, и Джеймс хорошо знал этот взгляд, означающий, что кого-то сейчас ударят. — Тебе бы больше нравилось бить меня, чем Ариану? — спросил Поттер? — Иногда, — она с улыбкой поцеловала его в щёку. — На твоем месте, я бы оскорбился, Джеймс, — Сириус указал на него вилкой. — Я чувствую… — Я чувствую себя очень голодным., — сказал Джеймс. — Читать Ариану на голодный желудок очень тяжело. Сириус согласился, и, пока они ели, они обсуждали самые обычные вещи: шутки, которые нужно доработать, домашнюю работу, которую нужно игнорировать, девушек, которые их будут преследовать завтра, когда закончатся каникулы. Сириус начал рассказывать о своем романе, но К Ариана Реддл, притянула их к себе, как черная дыра, которая высосала из них весь их разум. Они уже привыкли к этому. — Ладно. Ариана, — сказал Питер, переворачиваясь на нужную страницу. Он и Ремус заняли диван, давая Джеймсу и Лили тонкий намек, что им нужно рассесться на разные стулья и не должны постоянно играть влюбленную пару. Но задумка не удалась. Парочка села на один стул. — Питер, начинай, — сказал Ремус.

— Эй, Ариана, ты хочешь пойти с нами в класс? — спросил Сириус.

— Ну это зависит от её расписания, а не от предложения Сириуса, не так ли? — сказал Рем. — Я уверена, что она достаточно особенная, чтобы изменить свое расписание, чтобы пойти поучиться с Сириусом, — ответила Лили. — Автор позаботилась о том, чтобы она все равно была рядом с Сириусом, чтобы помочь развитию их отношений.

— Могу показать тебе и все такое.

— Я никогда не говорю фразу все такое. Я литературный гений, автор — пожалуйста, уважай мою манеру разговора. — После всего, что она сделала, ты беспокоишься о своей речи? — сказал Питер. — Поговорим после того, как она расскажет в примечаниях автора, что ненавидит тебя и хочет твоей смерти. — Ну, Питер, если бы у тебя был более интересный характер, возможно бы тебя не убивали в примечаниях, — ответил Сириус. — Я не виноват, что все эти авторы ненавидят тебя.

— О да, Сириус хочет этого, — рассмеялся Джеймс. — Покажи ей…

— Автор использует двусмысленность? — удивилась Лили. — Разве ее драгоценная Ариана не слишком чиста, чтобы подвергаться грязным подростковым мыслям? — Да, так и есть, но поскольку Сириус — ее Самая Истинная Любовь, их секс будет чистым и, вероятно, не раньше, чем до брака или драматического признания в любви, — сказал Ремус. — Поэтому, хотя Джеймс не должен делать замечаний о чем-то столь же возвышенном, как их физическая любовь, это разрешено, потому что они на самом деле друг друга любят.

Ариана не совсем уловила шутку.

— Ах. Ее фиктивный недостаток — наивность, — Лили кивнула.

его брови так красноречиво выражены.

— Я не думаю, что слово «красноречиво» можно использовать в таком контексте. Если, конечно, брови Джеймса не умеют говорить на самом деле, — сказал Сириус. — Было бы забавно на это посмотреть.

 — Если тебе не сложно, — улыбнулась она, запихивая прядь своих золотистых волос за уши.

— Мы должны пить под эту игру — по шоту каждый раз, когда упоминается о ее красоте, стеснительности или других Сьюшных вещах, — сказал Сириус. — Нас бы хватило минут на пять, — ответил Ремус. Сириус пожал плечами и вытащил свою палочку. — Это, мой дорогой Лунатик, неплохой способ приблизить конец этой истории. — Только не огневиски, — попросила Лили. — Ненавижу его. — Спокойно, нам будет достаточно и вина. У эльфов должно быть пару бутылок. А пока мы их ждем, продолжим читать.

Ее серьги, маленькие рубины с золотой окантовкой, принадлежали ее матери —

— Это считается за Сьюшность? — спросил Пит. — Если это говорит о том, что она из богатой семьи, чтобы владеть такими дорогими драгоценностями, то да, это ещё один признак Сью, — сказал Ремус. — За это пьём один шот или два? — Два, — ответил Джеймс. — А вот и вино. Четыре темно-зеленые бутылки залетели в окно и приземлились на колени Сириуса. Он постучал одной из них своей палочкой, чтобы открыть ее, в то время как Джеймс сотворил пять стаканов из воздуха. — Хорошо, значит каждому из нас по два, — сказал Сириус, наливая вино. — Ура!

или так ей сказали.

— О, точно, она была сиротой, — вспомнил Пит. — Или нет? — Да, Ариана была сиротой, — сказала Лили.

Они были прекрасны

— Ещё один! Господи, Луни, я думаю, что «пять минут» — был очень оптимистичный прогноз, — сказал Джеймс.

и самое ценное владение Арианы. Когда уроки закончились,

— Подождите, разве занятия не только только начались? — прервал Пит. — Прыжки во времени, которыми автор грешит, — ответил Сириус. — А вот я… — Сириус, похвастаешься, после того, как мы закончим читать это, — сказала Лили. — Дорогая, я всегда могу похвастаться.

Сириус показал Ариане школу.

— Точнее, темницы и множество устройств для пыток -, сказал Питер, глядя на книгу. — Ты действительно хочешь, чтобы эта девушка знала, где она может найти устройства для пыток? — улыбнулся Поттер.

Джеймс и Ремус пытались пойти с ними, но Сириус тонко попросил их остаться

— Как я благороден, — Сириус был явно впечатлен собой. — Жертвую собой ради вас. — Должны ли мы выпить ещё? — поинтересовался Джеймс. — Это же поведение Сью — хвастаться, как сильно Сириус уже любит ее? — Или это может означать, что Сириус — шлюха, — сказал Ремус. — Не пьем.

чтобы он мог побыть с Арианой. Он придумал прозвище для нее —

— Грузная убийца канона? — предложил Сириус.

«Златовласка», из — за ее волос -

— Действительно? Я думал, что ее так зовут из-за размера ее пальцев! — Лили закатила глаза и наполнила стакан. — Это прозвище заслуживает Сью Шот — она ​​уже так принята и любима, что у нее есть прозвище, которое только подчеркивает ее красоту.

и если бы он был более очевидным в своих намерениях,

— Намерениях убить её?

даже Ариана заметила бы, что он флиртует с ней.

— Либо она очень глупая, либо я действительно планирую убить ее. — Кроме того, теперь стоит выпить за то, что мы знаем, что Сириус обожает ее, — сказал Ремус.

Но ей не пришло в голову, что он мог бы —

— Ах, как Ремус однажды сказал: «Единственная причина, почему она так не подумала, потому что его там не было», — произнес Сириус. — Автор, хватит выдумывать всякие глупости!

В конце концов, он был красивый, популярный Сириус Блэк

— Действительно я.

и она была только Ариана Риддл, никто.

— Сью Шот, — одновременно сказали Лили и Ремус. — Что? Почему? — возмутился Питер. — Она просто сказала, что она никто — разве это не анти-Сью Шот? — Питер, даже я вижу это, — ответил Джеймс. — Она просто говорит это, чтобы читатели подумали: «О нет, он тебя обожает!». Она пытается вызвать конфликт этой фразой, чтобы все сказали ей, что она классная.

— Похоже, у Сириуса Блэка появилась новая жертва, — пробормотал блондин с четвертого курса гриффиндора с лицом пекинеса своему другу, у которого были маленькие глаза, очки и уродливые волосы.

— Это два Сью Шота, — сказал Сириус. — Один за то, что о ней говорят совершенно случайные персонажи, а второй — за то, что автор даёт понять, что они не такие красивые, как она. — Эта пьющая игра была плохой идеей, — произнесла Лили.

— Она долго не продержится, — ответил друг. — Как обычно.

— Я не шлюха!

Почему она должна быть особенной?

— Потому что она Мэри Сью с пророческой силой и красотой, не поддающейся сравнению? — сказала Лили. Она уже заметила, что для формулирования фраз требуется немного больше времени. Эта пьющая игра была очень плохой идеей.

Блондинка пожала плечами.

— Теперь это… меня это беспокоит, — сказал Ремус. — Я видел это много раз в фанфиках. Люди внезапно упоминаются по цвету их волос. Да, мы не знаем, как ее зовут, но зачем называть ее «блондинка»? Для ситуации не имеет значения, что она блондинка, это не добавляет глубины или чего-то еще, это просто… еще раз напоминает нам, что она блондинка. Это ужасно.

— Она очень красивая —

— Черт, еще один шот, — сказал Ремус.

даже ты должен признать это.

— И еще один за то, что ее враги признают ее совершенство… — Время открыть еще одну бутылку? — предложил Сириус.

— Но достаточно ли это для Сириуса Блэка?

— Может быть — просто возможно — у нее хороший характер? — Лили сказала, не торопясь, чтобы произнести «характер». — Не все мальчики клюют на внешность. Да, Сириус может выглядеть как поверхностный мудак, но у него верное сердце. — Ах, Лили, я знал, что ты тайно любишь меня, — улыбнулся Бродяга.

Тем вечером за ужином,

— Воу! Снова скачок во времени, — сказал Питер. — Полегче, автор!

Ариана сидела с мародерами. Она не разговаривала с Джеймсом, потому что он

— Он был спасен любовью к Лили, — сказал Джеймс. — Потому что, давайте посмотрим правде в глаза, пока это единственное, что спасает меня. — Наша Истинная Любовь настолько сильна, что может защитить тебя даже от злых Сью, — произнесла Лили. — Там, где вижка терпит неудачу, наша любовь непоколебима!

был слишком занят, глядя на Лили Эванс,

— Меня спасают фантазии о Лил? Ух ты.

которая игнорировала его и разговаривала с мальчиком, который напомнил Ариане человека, который

— Сколько ещё «которых» в этом предложении? — спросил Ремус. — Почти все, — сказал Пит. — Успокойся, Луни, выпей.

воспитывал ее, когда ее оставила мать, которую она никогда не знала.

— Умная мама, — сказал Сириус. — Жестокая мать, заставляющая этого человека жить со Сью, — ответила Лили.

Она веселилась с Сириусом и Ремом, хотя

— Надеюсь, мы убили её вижкой, — сказал Ремус. — Это было бы весело.

(Питер был в больничном крыле, потому что кто-то пытался его убить).

— То, что авторы тебя не любят, спасает тебя от общения с Сью, — заметил Сириус. — Тебе можно даже позавидовать. Питер не был уверен, согласен ли он с этим, поэтому он решил выпить еще.

Сириус и Ремус рассказали ей обо всех шалостях, которые они совершили, и Ариана предложила множество идей для новых, которые они могли бы сотворить.

— Это Сью Шот, — поднял стакан Ремус. — Посмотрите, как она просто включается в нашу компанию, притворяясь, что она всегда была там?

— Ты великолепна, — выдохнул Сириус.

— Еще один? Святые штаны Мерлина! — Лили сделала небольшой глоток.

Она застенчиво покраснела

— Еще один, просто потому, что я ненавижу, когда они упоминают, как она стесняется, — сказал Ремус. — Ремус, не заставляй меня, — сказала Лили. — Просто выпей это. Это просто вино, — подбодрил её Сириус.

и пожала плечами. — Спасибо. Они собирались выйти на улицу, чтобы Сириус мог показать ей территорию, когда Ариана почувствовала слабость, её голова закружилась.

— ВОТ ОНО ПРАВОСУДИЕ! — закричала Лили. Сириус тонко схватил ее стакан и опустошил его самостоятельно. — Лили, спокойно.

— Подождите минутку, ребята, — прошептала она, поднимая свою нежную руку

— Шот для всех, кто не Лили!

к ее лицу. — Я не очень хорошо себя чувствую… — О нет!

— О да, — прошептал Ремус. — Это страшно, когда он говорит так, — прошептала Лили сказала на ухо Джеймса. Он кивнул. — У Ремуса это иногда бывает. Ты в порядке? — Да, я в порядке. Только не давайте мне больше алкоголя в течение следующих пяти минут. У меня кружится голова, и это не от фанфика.

Ариана! Чем я могу вам помочь? — произнес Ремус.

— Я ее слуга! — Ремус был возмущен. — Фанфики! Меня, слушайте. Ничто не остановит вижку, когда он найдет Сью, чтобы прикончить! Ничто из того, что ты можешь сделать, не поможет ей.

Но в этот момент Ариана потеряла сознание в объятиях Сириуса.

— Это заслуживает шота за драматичность, — сказал Джеймс. — Можно я все? — произнес Пит. — Меня подташнивает. Сириус закатил глаза. — Ты жалок, Хвост. И… эй, я не открыл третью бутылку, не так ли? — Его взгляд остановился на стакане Питера. — Ой, ты выпил больше нас, тогда извини.

Ее глаза закрыты, но ее рот —

— Это звучит так, будто она делает странный минет, — сказал Питер. — Это подтекст?

Это начал говорить голосом лошади.

— «Это»? То есть… Ариана сейчас вещь? — заметил Ремус. — Хорошо.

Сразу же она привлекла всеобщее внимание;

— Еще один глоток, — сказал Сириус. — Мало внимания шлюхе.

даже некоторые учителя поднялись из-за своего стола, чтобы посмотреть, что происходит.

— И еще один шот. И я возьму эту книгу, — сказал Ремус, замечая, как слова Питера стали невнятны. Он пробежал глазами по странице, и не знал, смеяться или плакать от прочитанного. Хорошо, что он был навеселе. — - Ребята? Следующая… следующая вещь — это пророчество. Не перебивай — я хочу, чтобы ты почувствовал весь удар.

На третьей неделе четырнадцатой луны Когда солнце и луна будут равны. Тогда на судьбу ссылаясь, Будет ли в школе хаос? В Хогвартсе, летнее дитя Глаза, как слезы, всеми любима. Она встретит Темного Лорда И он упадет.

Сириус был озадачен. — Ну, я думаю, мы все можем родить людей, которые уничтожат Волдеморта — извини за это, Эванс. Я не знал, что Ариана собирается украсть славу Гарри, — сказал Сириус. — Так сколько же это Сью Шотов? — спросил Джеймс. — Один за внезапное пророчество, один за то, что она субъект пророчества, один за то, что ему суждено победить Волдеморта, один за то, что ее назвали «Дитя лета», один за кражу эпитета Сириуса… — Я чувствую вину за то, что вообще не пью с вами, — сказала Лили. Она сделала маленький глоток из своего стакана. — Это пророчество ужасно. — «Глаза, как слезы, всеми любима» — о, кстати, это еще один шот, за то, что все её любят. — Разве пророчества не должны быть расплывчатыми? — прервал Питер. — Это просто сказало: «Ну, да, Ариана собирается уничтожить Сами-Знаете-Кого». — Как смешно было бы, если бы оказалось, что это пророчество на самом деле о Пите? — улыбнулся Джеймс. — Там говорится «она», Сохатый. Я не девушка. — Ну всякое может быть. Питер решил не отвечать, а Ремус продолжил чтение.

— Боже мой! — Сириус воскликнул, когда Ариана пришла в себя. — Я никогда не знал, что ты Прорицательница!

— Шот? — спросил Джеймс. — Нет, хватит, — сказал Ремус. — Прежде чем Питер начнет рвать.

— Что… что случилось? — пробормотала она. — Что я сказала? — Ар-Ариана… Думаю, я знаю, что это значит, — прошептал Ремус.

— Великие Вижки идут, Ариана! — сказал Ремус. — Остерегайтесь их мести!

Его глаза были большими от беспокойства.

— Или радости. Я говорю, что это зависит от интерпретации характера, — сказал Сириус. — У моего Ремуса большие глаза от радости.

— Я… я думаю, это может быть пророчество о Волан-де-морте.

— Вау, ты умный, — сказал Джеймс. — Как он узнал? Неужели там упоминается Темный Лорд?! Этого же не может быть. — Джеймс, ты пьян, — произнесла Лили.

— И если мои расчеты верны…

— Когда я успел вычислить что-либо?

это означает, что есть кто-то, кто может остановить Волан-де-морта.

— Я думал, что должен быть умным. Это не делает меня умным, это просто заставляет всех выглядеть безумно глупо, — Ремус нахмурился. — О, хорошо, мы добрались до последней строки — будьте осторожны, после того нам придётся опустошить стаканы.

Он задохнулся. — И это ты.

— Сью шот, — сказали они хором и опустошили свои стаканы. — Ты прав, алкоголь помогает пережить это, — сказала Лили. — У меня кружится голова, но Ариана перестала быть такой отвратительной, как раньше, — она положила голову на грудь Джеймса. — Что насчет ещё одного фанфика? — Если ты думаешь, что справишься с этим, — произнес Ремус. — Давай сделаем это!