I could help

      

You looked inside then you turned away, My makeshift savior Song: Red – darkest part

             Я хотел рвануть к нему в ту же секунду, что закрыл дневник, но не решился идти в пять утра. Надеялся найти Эштона в школе, однако его там не оказалось, так что я глупо потратил несколько часов. А что-то мне подсказывает, что времени у меня не много и нужно спешить. Поэтому сегодня я пошлю школу к черту и отправлюсь к Эштону, буду ждать, пока он не появится. Но ждать не пришлось – в трейлере горел свет, и мелькали странные тени. Он что, наворачивает круги по этому маленькому пространству?              Медленно подхожу к трейлеру и почему-то начинаю бояться. В голове всплывают кадры из фильмов ужасов, где глупый герой входит в явно опасное помещение и быстро там умирает. Очень надеюсь, что Эштон не оборотень, потому что сегодня как раз полнолуние.              Ладно, нужно открыть дверь, я уже минуту просто на нее смотрю, а это явно не то, ради чего я пришел. В конце концов, мы не в хорроре и не в книгах Лавкрафта, не сожрет же меня таинственная темнота.              Кажется, я ошибся – вполне может влететь.              Это было страшно. Невероятно страшно. Я никогда в жизни не видел никого в подобном состоянии. Не уверен, что человек вообще может так выглядеть.              Он был… словно одержим и заражен бешенством одновременно. Расшвыривал вещи в разные стороны, издавал звуки, странно похожие на рычание, и весь трясся точно в лихорадке. Я видел его со спины, и это уже пугало, но затем он повернулся ко мне лицом. И это был не тот Эштон, которого я знал. Да, я уже несколько раз говорил то же самое, но сейчас я видел действительно не Эштона, а кого-то совсем другого. И этот человек, существо, кто бы это ни был – выглядел монстром.              Он увидел меня и замер, тяжело дыша и сжимая какие-то листы в руках. Я шаг за шагом отступал назад, стараясь не разрывать зрительный контакт – вдруг он начнет швырять что-то в меня или кинется с ножом, который явно поблескивает возле его ладони. Медленно я продвинулся к двери и выскочил из трейлера, в последний момент заметив изменение в его глазах: не чистое безумие, а чистая ненависть.              Да. Я трусливо сбежал. И окончательно понял, что Эштон прав, – я совершенно не знаю его.              Кажется, я обронил дневник в трейлере, когда увидел Эша. Следовало бы вернуться и попытаться его успокоить, привести в чувство, но… совершенно не понимаю, как. Каким образом я собирался помогать ему, если не знаю, что он чувствует, как он мыслит, что ему нужно? Неужели он был прав, и я действительно сделал только хуже, начав с ним общаться? Получается, что я просто растревожил его, расшатал, испортил то хрупкое состояние хоть немного похожее на стабильность, которое у него получалось поддерживать.              Я и впрямь полез не в свое дело. И впервые об этом пожалел.