Пазл

Домашний адрес Эклза Джаред знал. Также, как дату и место рождения, где учился, в каких студенческих сообществах состоял – не многое из того, что можно узнать из вала информации открытой для общего доступа. Но то, что Эклз один занимает кондоминиум на шеснадцатом этаже стоящей в центре города башни из стекла и бетона, стало для него новостью. Как и наличие консьержа в холле и швейцара в лифте, не оснащённом разве что люстрой из горного хрусталя. Как и то, что ни лифтёра, ни консьержа ни удивило состояние Эклза. Джаред, сгрузив тело «своего утомлённого друга» на сидения для посетителей, улыбнулся как можно шире, предъявил документы и ключ, выуженный из кармана Дженса. Никто из них не поинтересовался, нужна ли помощь, не предложил вызвать скорую. Даже если бы мистер Эклз околел в своей огромной, занимающей этаж целиком, квартире, вышколенный персонал не посмел его побеспокоить. Дверь поддалась с первого раза. Они ввалились в тёмное нутро логова Эклза в обнимку, как и полагалось перебравшему хозяину и его закадычному приятелю. Поразмыслив, Джаред опустил бесчувственное тело на пол и при свете с наружи попробовал отыскать включатель. «Чёрт, как в пещере… да тут заблудиться можно.» - стараясь не паниковать подумал Джаред. Время стремительно уходило, но не оказывать же первую медицинскую помощь в коридоре на полу… Дженсена вырвало. Джа, перестав ширить по стенам, перевернул его, боясь, что тот захлебнётся. - Дженсен! ДЖЕЕНС! Эклз в себя не пришёл, но, видимо среагировав на звук голоса, где-то под потолком вспыхнул свет. Щурась, Падалеки запер дверь. Стёр с лица Дженсена последствия спазма. - Дженс, ты как? Ты меня слышишь? – Дженсен не слышал. Он пошевелил головой и издал странный, булькающий звук. - Так… Ну, тогда, тогда, держитесь, мой принц, я понесу вас на руках. – пробормотал Джаред, поддевая руки под подмышки и колени Дженса. Поднявшись на ноги он подумал, что Эклз при такой комплекции мог бы весить и больше. - ХЭЭЭЙ! – Крикнул Падалеки и пошёл вперёд, свет из встроенных в потолок и стены ламп вспыхивал, по мере его продвижения внутрь дома и медленно угасал за спиной. «Бред какой-то… Здесь можно бродить вечно, деградируя и вознося хвалы языческим богам, за редкие случайные встречи с холодильником и унитазом.» Обнаружив гостиную он бережно опустил свою ношу на диван. Снял с Дженсена пиждак и галстук, расстегнул вторую и третью пуговицы на рубашке. Было в беспомощности Эклза что-то пугающее. И в месте с тем… «Омега в течке. МОЙ омега. Что может быть желаннее, слаще? Что вообще ещё может быть нужно?...» Мысли путались, Джареда вело. Он встал перед диваном, перед распростёртым на нём телом на колени и попробовал успокоиться. Это не помогло. В отчаянии Падалеки опустил голову Дженсену на грудь. Слушал, как бьётся там, за решёткой рёбер, сердце. Задумчиво повёл пальцами по подбородку и шее с начавшей пробиваться щетиной, подбирая коричневые капли… «Он выблевал этот кофе, Падалеки. Выблевал, не приходя в сознание. Соберись.» С усилием оторвавшись от Эклза и пошарив по своим карманам, он нашёл пакет из аптеки и порвал его, высыпав содержимое на столик. «Не додумался ничего взять для дезинфекции, чёрт. Ладно, это не первостепенно сейчас.» Джаред начал набирать в шприц «Омегапрозет» и лихорадочно соображал «Дженс… Дженни… мог бы ты пахнуть не так …вкусно и просто сказать мне, сколько весишь. Потому что если как я – то четыре кубика. Ведь по-любому больше, чем Нэйти. Но и не столько, сколько я… Я же не убью тебя лишним кубиком, правда? Или убью?» Набрав три и укрыв иглу защитным колпачком, Джаред снял с себя ремень и, закатав Эклзу рукав, попробовал использовать его, в качестве жгута. «Попал. Тут слепой попадёт, это же мечта, а не вены. На левой всего четыре следа от укола, все свежие. А где же остальные?» Отогнав от себя мысль про «раздеть и поискать» Джаред убрал с его руки ремень и аккуратно извлёк иглу. Выжав ровно пять минут открыл Дженсу рот и поместил под язык пару таблеток «Нитарола». - Ну, вот. Теперь всё должно пойти на лад. Давай, Эклз. Давай… - Падалеки пристроившись на краешке рядом, держал измождённое лицо Дженсена в ладонях. «Какой же он красивый. Брови. Глаза. Ресницы. Нос и губы, линия скул. Идеальный. Тёплый. И весь, весь без остатка – мой. Если я сегодня не кончу, я сдохну от отравления собственной спермой, ты это понимаешь, Дженс? Ведь так же нельзя… Это же бесчеловечно, в конце концов. Нельзя не любить омегу, когда он… так этого хочет. А он хотел, самого начала, с самого первого вдоха…» - А я тебя бил…- шептал Джаред, скользя губами по отметинам на лице Дженсена. Шее досталось сильнее, значит и внимания, утешения она требует больше. – Прости меня, я виноват. Прости… Впервые Джаред желал кого-то, так сильно. До потери контроля, до ощущения невесомости. Он целовал влажную кожу, расстёгивал чёртовы пуговицы заблёванной рубашки на груди и животе. Там, где естественно не колдовал штатный медик «ЭС», следы от кулаков Падалеки налились синевой и смотрелись дико. Не реально. Так же нереально было ощущать, как учащается дыхание Дженса, как отзывается на ласку его сходящее с ума от гона и передозировки тело. Когда дорожка из поцелуев спустилась ниже пупка и Джа, дрожащими пальцами занялся молнией на брюках Эклза, тот тихо застонал и пошевелился. Джаред понял что сейчас, прямо сейчас он… умрёт?... Дженсен пробормотал что-то неразборчивое и попытался подняться. Падалеки не сразу понял, что того снова рвёт. Услышав хрип, он помог Дженсену наклониться, поддерживал за плечи до тех пор, пока желудочный сок и резко пахнущая желчь не покинули измученный организм. Он уложил Эклза и сполз на пол. Расстегнув штаны и стиснув в зубах тонкое, дорогое полотно пиджака господина главного редактора, Падалеки дрочил. Как в четырнадцать лет, когда ему вдруг показалось, что он влюбился. Не замечая, что тихо скулит, зарывшись лицом в единственное, что ему досталось от этого человека. Пиджак, брошенный на пол. Вонючая лужа у ножки дивана. Выворачивающий на изнанку блаженством, мукой, пыткой запах. В нём будто взорвалось что-то, и выжгло часть его самого. Расслабляясь, он поднёс к глазам испачканную спермой ладонь. Вытер её об тот самый пиджак и облизал губы. «Это что, слёзы? Я что… ёб же! Дрочу и плачу, папочкин герой, блядь. Но, стало легче.» Он приподнялся на локтях, и перевёл взгляд на Эклза. Дженсен лежал, глядя на Падалеки огромными, светящимися, как у кота глазами, слегка приоткрыв рот. Джа неловко улыбнулся и вопросительно поднял брови: - Вовремя ты. Но лучше поздно, чем никогда… Дженс, что? Дженсен попытался облизать сухим языком сухие губы, не смог и просипел: - Что? Что?! Падалеки, ну ты и мразь. Импотент, блядь. Тащил меня через весь город, чтобы дрочить у меня на ковре. - Прикрыл глаза, переводя дыхание. Джареду показалось, что он закончил, но не тут то было. – Облизал меня и побрезговал, и тут обломал, сука. Даже тут… Джаред встал. Застегнулся, ещё раз вытер руки. И, без предупреждения, коротко и не слишком сильно ударил Эклза по голове. Дженсену хватило, он снова отключился. - Прости, Дженсен. – Падалеки действительно стало легче. Он точно знал, что ему делать. Он огляделся. – Нам нужно найти спальню. Спальня нашлась. Это оказалась совсем маленькая комната с минимумом мебели. Джаред взялся за дело, деловито и вдумчиво. Для начала, он выгреб все вещи из шкафа и свалил их в кучу, в центре гостиной. Вскоре за ними проследовало постельное бельё, содержимое подкроватного ящика и прикроватной тумбочки. Торшер, дизайнерская работа. Пепельница, стереосистема, диски. Он стоял посреди комнаты и пытался прикинуть – что ещё нужно вынести, что ещё, хотя бы теоретически, может принести Дженсену вред. В итоге в спальне осталась кровать с голыми матрацем и подушкой, пустые тумбочка и шкаф. Джаред ощупал матрац, перевернул его, повторил процедуру. Сходил на кухню и вернувшись с ножом, вспорол ткань и вынул вшитые в матрац белёсые ампулы «Веардота». «Нужно обыскать вещи. Нужно обыскать весь дом.». Он вернул матрац в его родное положение и перенёс Дженсена в спальню. Уложил на кровать. Подумав, выбрал из кучи на полу гостиной чистые футболку и домашние штаны. Переодел омегу, оглядев всё в последний раз вышел, заперев и заблокировав дверь снаружи. Теперь, можно приступить к обыску. Джареду приходилось бывать в рейдах полицейских, и он был готов к тому, что увидел. Сострадание и брезгливость смешиваясь, переплавляясь в нём дали неожиданный результат – злость. Эта огромная квартира была насквозь пропитана страхом. Не получить дозу, когда она нужна. Попасться, обнаружить перед кем-то свою слабость. Ещё никогда с такой циничной ненавистью, разрушительной и очищающей, как кислота, Падалеки не капался в чужом грязном белье, имуществе, жизни. Опыт общения с наркоманами избавлял от лишней щепетильности. Проверялось всё, от карманов и аптечки, до труб канализации, укрытых в стенах за декоративными панелями и внутренностей системного блока компьютера. Грохот застал его за уничтожением «Веардота». Наркотик был везде. Джаред с отрешённым видом смывал свои находки в унитаз, когда услышал грохот и крик «Падалеки! Падалеки, открой!». Джа глубоко вздохнул, в последний раз нажал на кнопку смыва и отправился к Дженсену. Он остановился напротив двери, в центре которой была вставка из толстого матового стекла. Он видел Эклза размытым силуэтом, тот стоял, опираясь на дверь обеими руками. Они стояли и смотрели друг на друга. «Жаль, я не вижу его лица…» подумал Джа и открыл рот чтобы спросить, что именно Дженсену нужно. - Открой дверь. - Нет. - Падалеки, сейчас же открой дверь. Ты… ты маньяк, Падалеки? Ты не можешь меня трахнуть, так решил ограбить? Это незаконное удержание. Ты сядешь, понял?! Открой! - Дженсен, это для твоего же блага… - Для моего блага?! Без еды, воды и сортира? Без лекарства? Падалеки, ты без дозы меня оставил, тварь! Или ты снова ждёшь, когда я отключусь, урод? Вот значит, что тебя заводит?! Или без сознания, или мордой в землю? Выпусти меня сейчас же! Дженсен с силой, несколько раз пнул дверь. Не дожидаясь конца монолога, Джаред направился в путешествие по тропе из вспыхивающего и гаснущего света на кухню. «Нужно будет найти где это выключается. Бесит. Так таак. Ну, до утра, положим, поголодает, не умрёт. Да и не знаю я, чем его накормить после… приступа гастрита? Открытия язвы? Чёрт знает, что…Чем он долбит по этой двери, там же ничего такого не осталось… хотя… полки. Он вынул из шкафа полки. Это ты, Падалеки, просмотрел. Нужно быть аккуратнее. Как же он там орёт. А пахнет-то он как, так ведь и тронуться можно…» Джаред, давая выход эмоциям, ударил по ближайшей стене. Судя по ощущению, эта стена была сделана изо льда и прикрыта метрами и метрами портьерной ткани. «Ааа, чтоб тебя!» Падалеки вцепился в ткань и изо всех сил, добавляя к рывку вес тела, потянул её вниз. Под потолком что-то хрустнуло, ломаясь, и Джа оказался на полу. Выбравшись, из-под тяжёлых складок, он бросил разъярённый взгляд на проклятую стену и… - Ох, ё… - Падалеки медленно поднялся и приблизился. Коснулся кончиками пальцев холодного, прозрачного стеклопластика. Окно было огромно. Оно начиналось прямо от пола и уходило в потолок. Джаред, рисуя пальцами невидимую дорожку на идеально чистой поверхности подумал «Возможно я, первый, кто после рабочих и хозяина прикоснулся к нему. Прятать такое, даже от себя…». Он дошёл до следующего, отделяющего эту квартиру от мира полотна, вцепился и дёрнул. Вид, открывающийся с шестнадцатого этажа, завораживал. Джаред не останавливался, пока не сорвал последнюю. Потрясающе… - Ты чем там занят?! Ты что там творишь, урод, с моим домом?! Я тебя по судам затаскаю, слышишь?!! Кухня была просторной, с барной стойкой, полным набором электроники и холодильником в рост Джареда. В недрах этого чудовища покоился засохший хот-дог и затянутая в полиэтилен упаковка питьевой воды в литровых бутылках. Сорвав плёнку, Джа взял пару и не спеша пошёл обратно. Судя по отборному мату и грохоту, прямо сейчас Дженсен умирать от обезвоживания не собирался. - Дженс, я принёс воду. Сейчас я войду и дам тебе напиться. Успокойся, пожалуйста. Шум за дверью стих моментально, будто кто-то выключил звук. И через паузу раздалось тихое и сдавленное: - Не вздумай. - …Что? Ты же сам просил. - Я ничего у тебя не просил. Не вздумай сюда заходить. Не смей прикасаться ко мне. Если ты только попробуешь, я… я клянусь, я тебя убью. Джаред прислонился лбом к стеклу в двери, попытался увидеть Дженсена и не смог. Наверное он отошёл к кровати. «Прости меня. Прости меня, прости. Моя вина. Это совершенно нормально, что ты мне не веришь.» Падалеки выдохнул. - Дженсен, ты просто отойди от двери. Джаред щёлкнул блоком и осторожно опустил ручку замка. Медленно, очень медленно он открыл дверь и сделал шаг. Строго говоря, достаточно бы было приоткрыть, на расстояние, достаточное для того, чтобы прошла бутылка и закрыть снова. Но отказать себе Джаред не мог. Не так уж многого он и хочет. Увидеть Дженсена. Это просто здорово, стоя за закрытой дверью знать, что он способен стоять и орать, и додумался вынуть из шкафа полки. Что, не обнаружив на своём месте наркотика, Эклз оказался в силах стащить матрац одним краем на пол, превратить почти треть его упругого нутра в россыпь маленьких жёлтых кусочков и разбросать по комнате. Что портьера, закрывающая стену-окно ещё держится, карниз сорван лишь на половину. Это прекрасно, но недостаточно. Дженсен стоял в самом удалённом от дверей углу и настороженно следил за взглядом Джареда, словно ждал нападения. Или только что осознал, что весь этот хаос характеризует его не с лучшей стороны. Глаз с него не сводил. «Не бойся. Не бойся меня.» Джаред поставил воду на пол, извлёк из кармана джинсов пузырёк и вытряхнув две таблетки пристроил на крышку бутылки. Медленно разогнулся, сделал шаг назад и закрыл дверь. Блок. - И что это за дерьмо? - Это «Нитарол», Дженсен. Если снова заболит сердце их нужно рассосать. - Я ничего рассасывать не собираюсь, а ты свою возможность упустил. - Господи, дай мне сил! – с чувством сказал Джа и сел прямо на пол, облокотившись спиной на грешную дверь. Запрокинув голову и прикрыв глаза он слушал, как Эклз меряет шагами спальню. Вышедшая из под контроля энергия гона бурлила в нём, не давая расслабиться. Казалось, что в помещении стало влажно и жарко, казалось воздух пульсировал в такт его дыханию. «Сколько же у него не было нормальной течки? А нормального альфы сколько у него не было? Как бы на запах не сбежались соседи.» Он представил себе, как снимает трубку домофона и говорит: «Омега? Какой омега? Нет, здесь только два альфы. А, запах? Вы имеете в виду эту вонь? О, не стоит беспокоиться, у нас просто… ммм… пожар!» - и сам не заметил, как начал тихо хихикать, а потом и смеяться в голос. - Чего ржёшь, Падалеки? – как-то подозрительно спокойно раздалось из-за двери. Джаред почувствовал, как на той половине их общей тюрьмы Дженсен сел, так же как и он сам, слегка стукнув затылком об стекло. Джа открыл свою бутылку и коснулся горлышком двери. - Твоё здоровье, Дженс. - Угу… Выпили. - Ты веришь в бога? - Мои родители верят. Не знаю… как-то всё детство в этом прошло, не задумывался. - И позволяет тебе вера над человеком издеваться? - Как видишь. Помолчали. - Джаред, мне нужна доза «Веардота». Джа, пожалуйста, мне нужно… Эта херь… она происходит. Изнутри меня сжирает, мне очень плохо. Пожалуйста! - Дженс, эта херь – течка. Просто течка. Часть жизни омеги. От неё ещё никто не умер. И с тобой всё будет в порядке. Пахнешь ты конечно… убойно. Если начнут ломиться соседи со стенобитными орудиями, получишь таблетку «Омегапротега». Про «Веардот» забудь. Ты сам то представляешь, что ты с собой сделал? - Я перестал быть мокрым дуплом, сссука. - простонал Дженсен и стёк по двери на пол. - Придурок. – прошептал Джаред прижимаясь к стеклу щекой. – Дженс, - он посмотрел на экран телефона. Начало третьего. Всего лишь. – Дженс, постарайся отдохнуть. Вздремни, если сможешь. Я бы вздремнул. У нас был очень тяжёлый день. Откуда-то издалека до слуха донеслось «Не уходи…» и Джаред отключился.