Perfect weapon or Alligent part II

      Я не знаю, сколько мы находимся в этой комнате с белыми стенами и ярким слепящим светом, кажется, часов десять не меньше. За все это время мы с ребятами не проронили ни слова. Мы молчали, Калеб пялился в стену отстранённым взглядом, словно он сейчас находится где-то в параллельном пространстве, Фил сидит, спрятав голову руками и что-то бормочет себе под нос. Может быть, он читает молитву? В Отречение мы часто читали молитвы. Зик лежит на полу, его голова покоится на коленях у Кристины. Её глаза опухшие и заплаканные, смуглые щеки влажные от слез. Она гладит Зика по голове, пытается успокоить, не только его, но и саму себя. Что обо мне? То я просто сижу и смотрю на стену, обхватив себя руками, и качаюсь, словно маятник туда-сюда. Слишком много сегодня произошло. За все это время, что я тут нахожусь, я до сих пор с трудом верю, что она жива. В голове крутятся тысячи вопросов, и я не знаю на них ответы. Как она может быть жива, ведь я помню её бледное, холодное маленькое тело, лежащее на столе, помню её руки твердые, словно мрамор, помню, как огонь превратил её в пепел. Но она жива, и мешочек с прахом, который я ношу у себя на шее, оказался вовсе не её прахом, а я верил, что это талисман, ее частичка, приносящая мне силы жить дальше и каплю удачи. Все оказалось ложью. Казалось, я должен быть счастлив, ведь девушка, которую я до сих пор люблю, оказалась жива, но я не могу радоваться, потому что эта девушка больше не Трис. Она ничего не помнит, она не знает кто я, не знает кто ее друзья, она не знает правду. Ей запудрили мозги, и теперь Трис работает на Бюро, на этих ублюдков, которые разрушили половину города и запустили в город вирус. По щеке скатывается одинокая слеза, я быстро смахиваю ее, чтобы никто не заметил, но, по-моему, даже если кто-то и увидел, что я плачу, всем все равно. Делаю глубокий вдох и, пытаясь отвлечься от тяготивших мою голову мыслей, отвожу взгляд от стены.       Здесь так тихо, за исключением тяжёлого, прерывистого дыхания Зика. Временами он стонет от боли, и никто из нас не знает, чем ему помочь. С каждой минутой его темная кожа приобретает какой-то сероватый оттенок, каждый из нас понимает, что он вряд ли протянет до утра. От этой мысли мне становится ещё хуже. Я не хочу терять лучшего друга. Успокаивает только то, что нам всем осталось жить до утра, потом нас казнят. Может быть, это и к лучшему, потому что сыворотку мы так и не нашли. Да, и эта пустота, разливающая по моему телу, словно жидкий азот, тяготит. Мысли снова приводят меня к Трис, это уже стало круговоротом. Всегда, о чем бы я не подумал о хорошем или о плохом, мои мысли всегда будут крутиться вокруг неё.       Трясу головой и резко встаю с пола. Голова начинает медленно кружиться. Делаю глубокий вдох. Ребята смотрят на меня, в их глазах я вижу только отчаяние. Кристина хочет что-то сказать, но я стараюсь не обращать на нее внимание. Мне слишком больно, чтобы о чем-то говорить. Она это понимает и опускает глаза. Принимаюсь нервно мерить шагами комнату. Здесь ничего. Пустота, только белые стены, давящие на нервы, и одна единственная лампочка, но её хватает для того, чтобы осветить всю эту комнатушку. Как будто я нахожусь в психиатрической клинике, и это меня раздражает. Минуты кажутся часами, из-за этого я ощущаю себя на гране смерти. Я уже чувствую, как она хватается за меня холодными скользкими руками. Знаете, я думаю, меня охватывает паника, потому сто я чувствую, как бешено стучит моё сердце, и голова рискует разлететься на части. Плюхаюсь обратно на пол, зажимая голову руками. Это как пытка. Нет, это и есть пытка.       Я слышу какой-то шум за железной дверью и несколько выстрелов, поэтому поднимаю голову и смотрю на дверь, не проходит минуты, как она отъезжает в сторону, и внутрь заходит девушка. Я смотрю на неё и не могу поверить, что это Трис. Внешность у неё все та же, по-моему она даже стала красивее, женственнее. Все те же голубые глаза, те же пухлые губы, длинный тонкий нос, светлые волосы спадают легкими волнами на плечи. Из-под краев тонкого шелкового халата, на ключицах виднеется одна из трёх птиц. Мы все смотрим на неё с недоверием и злостью, словно она наш первый враг в Бюро. Она мешкается, пытается отвести от нас взгляд, в котором я вижу уверенность. - Зачем ты пришла? - Спрашиваю я, стараясь придать голосу непринужденный тон. - Я пришла, чтобы спасти вас. - После небольшой паузы отвечает она и смотрит прямо мне в глаза. Всего на секунду у меня было такое чувство, что всю мою грудную клетку, в том числе и сердце сжала ледяная рука. Я встал с пола, Трис все так же сверлила меня каким-то странным взглядом. Разум говорил мне, не верь ей, это ловушка, но сердце твердило обратное, это все та же Трис, просто она ничего не помнит, просто ей внушили, что мы враги. Я не решался к ней подойти, какая-то часть меня твердила мне, что это все моё воображение, я сошёл с ума, и на самом деле Трис мертва, а это плод моего больного сердца. - Я ей не доверяю, - тихо прохрипел Фил, - она выстрелила в Зика. Трис словно пропустила его слова мимо ушей, она задержала дыхание и, собравшись с мыслями, сказала: - Я знаю, вы мне не доверяете, я чуть было не убила вашего друга. - она кинула быстрый взгляд в сторону стонущего Зика. - Я бы никогда так не поступила, если бы у меня был выбор. - Выбор? Переспросил я, подумав, что ослышался. Она кивнула и покрепче сжала автомат в своих руках. - Поймите, вы всего лишь кучка мятежников, которые пытались украсть сыворотку для плохих целей, и я просто обязана была её защитить. Какого черта она несёт? Кучка мятежников? Украсть для плохих целей? По-моему ей жестоко промыли мозги. Конечно, я понимал, что скажи я ей правду, она не поверит, но её слова меня разозлили. Я не знал на кого я злюсь больше на Трис со стертой памятью или на Дэвида, который отнял у меня мою девочку. - Тогда какого черта ты пришла освобождать нас, если мы кучка мятежников? - Вскипел я. Трис вздрогнула от моего крика. - У меня сложилось впечатление, будто вы, ребята, были частью моей жизни, но хорошей частью или плохой я не знаю... - Она сделала паузу и опустила глаза в пол. - Если хорошей частью, то я не могу позволить вам умереть, если плохой, то... - То что? Пристрелишь нас? Убьешь? - Кричал я, сжав кулаки. Я не хотел повышать на неё голос, учитывая то, что я люблю её все так же сильно, как и прежде. Даже когда она выстрелила в Зика, прислонила холодное лезвие ножа к моему животу, мои чувства не угасли. - Да, убью. - проронила она. В воздухе повисло напряжение. Все молчали, боясь сказать хоть слово. Сейчас я понял, Дэвид отнял её не тогда, когда выстрелил в нее, и я думал, что она мертва, а только сейчас, когда я узнал, что она жива. Умирая, она была собой. В эту секунду в комнату влетел парень, который был в лаборатории. Трис назвала его Томом. Он был одет в голубую пижаму с солнышком на груди, в руках у него был автомат. Его вид меня позабавил. Трис посмотрела на него и спросила: - Том, а где Эд? - Я закрыл его в кладовке.- Задыхаясь, сказал парень. - Если вы хотите выбраться отсюда, вам придётся поторопиться. Решать было некогда. Конечно, перспектива спастись была выше перспективы умереть, поэтому мы согласились. По-моему только дурак не согласился бы. Фил и Калеб взяли Зика под руки и потащили его к выходу. Трис и Том дали нам по пистолету. Медленными шагами мы шли по коридорам Бюро. Стараясь двигаться как можно тише, мы спустились по лестнице. - Нам же нужна сыворотка. - тихо сказала Кристина. - Без неё, все это было напрасным. - Нужна, - согласился я. - Но они нам её не отдадут. - Я кивком указал на Трис и Тома, идущих впереди. - Но может, мы попробуем. - добавила Крис. Мы старались говорить так тихо, чтобы Трис и Том не услышали нас. Я все равно с трудом им доверял, но, по-моему, они нас услышали, потому что Трис резко остановилась и, развернувшись, посмотрела на нас. - Он прав, - она кивнула в мою сторону. - Мы не можем отдать вам сыворотку. - Почему? - Спросила Кристина. Трис посмотрела на нее, как на дуру. - Я не знаю, для чего вам эта сыворотка, но Дэвид говорил, что вы хотите помещать нам создать вакцину от смертельного вируса. Эти слова пробудили во мне новую порцию злости. Я чертыхнулся и, сжав зубы, прошипел: - А Дэвид тебе не сказал, что именно он создал этот вирус и принёс его в город? Он тебе не сказал, что стрелял в тебя год назад в Оружейной лаборатории? Он не сказал тебе, что стер тебе память? - слова лились из моего рта непрерывным потоком. В глазах Трис я увидел недоверие. - Ты лжешь. - прошипела она. - Это не может быть правдой. Вы, мятежники, убили моих родителей. Вы все это делаете, чтобы управлять городом... - Трис, успокойся. - сказал Том. Она продолжала сверлить меня взглядом полным ненависти, от этого мне стало ещё больнее. - Трис... - снова сказал Том. - Заткнись, Том. - кинула она.       В этот момент Зик, которого тащили Фил и Калеб мешком упал на пол. Это заставило меня отвлечься от Трис. Я подбежал к другу и схватил его за руку. Она холоднела на глазах, смуглая кожа моего друга приобретала, какой-то трупный оттенок. Он умирает. К нам подскочил Том. - Надо срочно отнести его в лабораторию. - Нет. - за спиной я услышал шипение Трис. - Только не туда. Том, пропустив её слова мимо ушей, помог поднять Зика и дотащить до лифта. Я понимал медлить нельзя. Зик уже на грани смерти. Ещё чуть-чуть и он умрет. Лифт принёс нас на подземный этаж, и мы как можно быстрее пошли в лабораторию. Возле двери Том прислонил ключ-карту к панели, и дверь открылась. - Укладывайте его на стол. - скомандовал он. Мы послушно уложили Зика на стол. Том притащил из холодильника щипцы, бинт, какую-то сыворотку светло-голубого цвета, шприц и маленькую баночку на которой было написано перекись водорода.Он похлопал Зика по щекам и дал понюхать перекиси, Зик пришел в сознание. - Ваша задача не дать ему потерять сознание и держать его покрепче, пока я буду вытаскивать пулю. Мы с Филом и Калебом схватили Зика с обеих сторон, Кристина пыталась отвлечь его. Трис стояла в сторонке и нервно поглядывала по сторонам. Том разорвал штанину Зика в том месте, где было пулевое ранение. Запахло гнилым. От вида гниющей, кровоточащей раны к горлу подкатил тошнотворный ком, и я отвел глаза. Том обработал рану перекисью и, взяв щипцы в руки, приник к ране. Зик пронзительно закричал. Его глаза широко распахнулись, словно они сейчас вылетят из орбит. На лбу появились капельки пота, дыхание участилось. Он затряс руками и ногами, пытаясь выбраться из нашей хватки. Кристина всячески пыталась отвлечь Зика. - Держите его. Ещё чуть-чуть. - Закричал Том. Мы схватили его покрепче, и Том резко вытащил пулю. Зик обмяк. - Беатрис, дай мне сыворотку. - Крикнул Том. Девушка, словно выйдя из оцепенения, быстро подскочила к светло-голубой сыворотке и налила её в шприц. Том быстро выхватил его из его рук и сделал Зику укол в шею. - Что это такое? - Спросил я. Том посмотрел на меня и, немного подумав, ответил: - Сыворотка регенерации. Она заживляет раны. Я о такой ни разу не слышал, неужели за какой-то год Бюро смогло создать сыворотку, которая способна заживлять раны, хотя вирус то они создали за каких-то несколько месяцев. - Как же дерьмово. - прохрипел Зик, а потом резко встал и посмотрел на нас. - Где Шона? Она она жива? Я пожал плечами. Я не знал, где остальная часть нашей группы, если их не посадили с нами, это значит, что либо их убили, либо они выбрались. Зик помрачнел и опустил голову. - Твою мать, - взвыл он. - Если с ней что-то случилось, я взорву это чертово Бюро. - Зик, я уверен, они выбрались. - Попытался успокоить я, посмотрев, на Тома и Трис я спросил: - Вы ничего не знаете про вторую группу ребят? - Была вторая группа? - Спросила Трис. В этот момент Зик вскочил со стола и накинулся на Трис, схватив её шею руками. - Это все ты. - закричал он. - Это ты во всем виновата.       Я оттащил друга от девушки, мне так хотелось вмазать ему хорошенько, чтобы он больше не смел её так трогать, но не мог, он и так сегодня слишком много пережил, как, впрочем, и мы все. Зик был ещё слаб, нам пришлось немного задержаться в лаборатории. Я сидел на полу и внимательно наблюдал за Трис, она сидела, облокотившись спиной о стену, и о чем-то перешептывалась с Томом. Признаюсь, это меня бесило. Я чувствовал, как у меня буквально из-под носа уводят Трис, хоть это было и глупо, если учесть, что она ничего не помнит. До моих ушей доходили обрывки их разговора. Уловить суть было легко. Парень спрашивал у Трис, что им делать дальше, когда они помогут нам выбраться из Бюро, их убьют за предательство. Поэтому оставаться здесь они не могут. Трис сказала ему, чтобы он собрал все образцы, и взял с собой. Парень встал и направился к холодильнику. Открыв его, он принялся складывать в рюкзак, позаимствованный у Калеба, какие-то сыворотки, жидкости и образцы. Мне на глаза попалась жидкость ярко-красного цвета в небольшой пробирке закрытой плотной резиновой крышкой. Я сразу понял что это. Это та самая сыворотка, за которой мы пришли, вскочив с пола, я быстро подошёл к Тому. За мной следом побежала Трис. - Даже не думай. - сказала она. - Вам придётся убить нас, прежде чем забрать сыворотку. Я вздохнул, и покачала головой. - Неужели ты не понимаешь, - сказал я. - Нам нужна эта сыворотка, чтобы создать вакцину от вируса, а не для каких-то личных целей. Девушка прищурила глаза. Она мне не верила. - Если ты мне не веришь, то вы с Томом можете пойти с нами и посмотреть, что Дэвид сделал с городом. - Я развел руками, я ужасно хотел, чтобы она мне поверила и пошла со мной, но вот Тома мне с собой брать не хотелось, хоть он и спас Зику жизнь. Трис все так же с недоверием смотрела на меня, но в её глазах, я увидел что-то странное, словно она что-то помнила, но не решалась это сказать. - Хорошо. - бросила она. - Мы с Томом пойдём с вами. - Отлично. - Улыбнулся я. Девушка отвернулась и, взяв за руку Тома, потащила его в сторону. Тот бросил на меня подозрительный взгляд. Из лаборатории мы вышли примерно через час, после нашего разговора с Трис. Внутри меня было смешанное чувство, с одной стороны все внутри меня ликовало. Трис жива, мы можем начать все сначала, с другой стороны меня злил тот факт, что она ничего не помнит и, кажется, между ней и этим Томом что-то есть.       По пути охрана нам не встретилась. Трис сказала, что двоих дежурных охранников она убила, а третий заперт в кладовке, все остальные охранники спят на своих постах, и на камеры, натыканные по всем коридорам, им начхать. Но вот возле выхода нас поджидал сюрприз. Десять охранников окружили выход из Бюро и злобными волчьими глазами смотрели на нас, направив оружие. Началась перестрелка, благо мы успели спрятаться за угол и никого из нас не ранили. Трис взглянула из-за угла. - Они идут сюда. - скороговоркой проговорила она, и достав из кармана дымовую шашку бросила её в них. Послышался кашель, кто-то уронил оружие, от испуга. Помещение взорвалось серыми клубами дыма. Я выскочил из-за угла и побежал в сторону охранников. За мной следом побежали ребята. Вернее побежали только Кристина, Трис и Том, Фил и Калеб тащили Зика. Началась потасовка, пользуясь тем, что большинство охранников были ослеплённый едким дымом, который уже стал понемногу развиваться, мы оказались на шаг вперёд. Я слышал, как за спиной свистели пули. Наткнувшись на одного из охранников, я повалил его на пол и принялся молотить кулаками по его лицу. Мои кулаки были все в крови, охранник пытался сопротивляться, но вскоре сдался и обмяк. Сзади меня оттащили чьи-то грубые руки, какой-то ублюдок треснул мне по лицу, я покачнулся, но постарался устоять на ногах. Второй охранник подставил подножку, и я упал на холодный пол. Я чувствовал, как меня пинают ногами, и под их весом подпрыгивает все мои внутренности. Боль проникала в каждую клеточку моего тела, и с каждым новым ударом я чувствовал её все сильнее и сильнее. Я не мог дышать, потому что один из этих ублюдков ударил мне в солнечное сплетение. Вся моя грудная клетка горела огнем. Кажется, я уже не чувствовал ни боли, ни огня в груди, когда один из охранников упал возле меня и уставился на меня стеклянными глазами, изо рта текла струйка чёрной крови. Второй охранник начал отступать, но на его пути появилась Трис. Прицелившись в его грудь, она нажата на курок. Охранник, издав противный гортанный звук, упал на пол. Я встал и кивнул девушке в знак благодарности. Она спасла меня, хоть и ненавидит. Нет, конечно, я не был уверен на все сто, что она меня ненавидит, но мне так казалось. В эту секунду я решил, что обязательно помогу ей вспомнить все. Она станет прежней…