Искупление

Последние клочки дыма рассеялись, тучи разошлись, и над Репаблик Сити вновь засияло солнце. Его лучи отражались от вывороченных камней на площади, от холодного металла роботов уравнителей, от их потухших глаз. На их руки надели наручники, по очереди посадили в машины и увезли в тюрьму, которая с утра перешла под власть магов, так же, как и дворец Равенства. Кучка фанатиков еще продолжала сражаться, громко крича что-то оскорбительное в адрес магов, но исход битвы был уже очевиден – они проиграли. У людей, трясущихся в полицейских сатомашинах, это не укладывалось в голове. Как они могли, ведь все стало тихо и спокойно. Уравнители осунились, поникли, кто-то тихонько плакал, скрывая свои слезы. Слезы боли. Им в головы начали проникать картины жестоких пыток, долгих лет каторги или заточения в тюрьме. Теперь для них все кончено. Новый, то есть старый режим их не пощадит. Однако вместо промозглых одиночных камер, где свистит ветер будто играет орган, их усадили в огромный холл здания полиции. Им выдали еду и теплую одежду, тех, у кого были тяжелые травмы, начали лечит маги воды. Многие отказывались от применения магии – целители качали головой от их упрямства и переходили к следующим пострадавшим. Аккуратная маленькая старушка из племени воды с живыми добрыми глазами руковидила целителями и убеждала упрямцев принять помощь, сама выполняла сложные операции. Ведь только она, Катара, владела достаточным мастерством, чтобы быстро и максмально безболезненно срастить кости, затянуть рваные раны или залечить внутренние органы. Прошел час или полтора прежде, чем все были залечены, накормлены и успокоены. К ним на небольшую трибуну вышел Тарлок. По обе стороны от него встали маги огня, предостерегающе глядя на собравшихся. Телохранители встречали озлобленные, испуганные взгляды, смеясь их беспомощности. Жаль только, что их нельзя будет пытать и наказывать – Совет магов решил не проводить репрессий. - Добрый день уравнители. Сегодня маги совершили контрреволюцию против вашего незаконного правления. Власть возвращается Совету магов. Но теперь, чтобы избежать повторения подобного, чтобы избежать лишней резни, крови и жертв, в Совете Репаблик Сити будут заседать не только представители народов, владеющих магией, но и делегаты от каждого из округов города, не имеющие силы управлять стихиями. Еженедельно будут проводиться собрания, на которых будет обсуждаться текущая ситуация в городе. Особое внимание будет уделяться преступности, в частности, преступлениям, соверщенным магами: шантажу, разбойным нападениям, убийцам. Дела будут рассматриваться в судебном порядке: совет присяжных обязан состоят наполовину из магов, наполовину из немагов. Теперь о самом главном. Нет, мы не будем проводить репрессии. Будут наказаны только самые жестокие начальники заводов и тюрем, подвергавшие своих подопечных пыткам даже после смягчения режима. Об этом им будет сообщено завтра. Единственная общая мера, к которой я призываю всех вас – помочь восстановить город, пострадавший от сегодняшнего боя. Вместе с вами будут работать и маги, ведь мы вместе устроили этот разбой. Далее. Лишившимся крова будет предоставлено жилье и провизия. Аватар, как и прежде, поможет вам найти работу. А теперь прошу всех на улицу – вас отвезут по домам, а тех, чей дом был разрушен – в гостинцы. *** Олан сидел на узком подоконнике небольшой гостиницы и смотрел в окно. Сквозь мутное, пыльное стекло, он видел улицы города, по которым по своим делам спешили прохожие. Юноша следил за ним удивленно, весь в смятении – как они могут заниматься повседневными делами после всего, что сегодня произошло? Кто она? Маги? Или обычные люди, как и он сам? Неужели их совсем не коснулась эта контр-ре-во-лю-ция (он не привык к таким мудренным словам)? Он ожидал увидеть на лицах людей или скорбь, или злорадство, думал услышать насмешки и угрозы в свой адрес. Хотел увидеть бунт. Но все было спокойно. - Да все это чушь собачья. Козни бюрократов и мошенников! И кто им только поверит! Надо же! Новая политика. Ишь ты! Жалобы наши будут рассматривать! Черта с два. Еще сгонять всех куда-нибудь в карьер добывать железо голыми руками в мороз, вот увидишь! Олан оглянулся. На узкой кровати, застеленной потертыми, но чистыми простынями сидел его товарищ Хорум. Юноша лежал, глядя в потолок, закинул ногу на ногу. Это был ярый уравнитель, которого члены движения подобрали чуть ли ни в младенчестве и растили всей большой семьей, как собсвенного сына. Он ненавидел магию, считал ее грязной и порочной, а магов – мерзкими ублюдками и проходимцами, считающими себя выше других. Чтобы успокоить его, Олану пришлось врезать ему хорошенько в челюсть, чтобы тот перестал оскорблять стражников, которые сопровождали их до гостиницы. Теперь его друг притих и лишь на словах выражал свою злость. Сам же Олан был деревенским мальчишкой, выросщим на ферме среди полей и домашней живности. Он совсем недавно перебрался в город и почти ничего не знал о распрях магов и немагов в Репаблик Сити. Однако рано или поздно ему пришлось выбрать чью-то сторону. И тогда это были уравнители. А сейчас Олан стоял на перепутье. Он мало что понимал в политике, но почему-то ему отчаянно хотелось верить Тарлоку, а не зловещим обещаяниям его товарища. Ведь действительно, зачем им ее кровь и жертвы? В дверь негромко, но настойчиво постучали. Олан слез с подоконника и устало поплелся к двери. За порогом стоял высокий человек в форме полиции. Кивком головы он поприветствовал обитателей номера, вынул из кармана аккуратно сложенный лист бумаги с печатью Совета. - Вас зовут Олан и Хорум? Если вы хотите участвовать в ремонте площади, последуйте, пожалуйста, за мной. Олан обернулся и вопросительно посмотрел на товарища. Тот пожал плечами и встал с кровати. Он был убежден, что это случилось не по его вине, но так эти маги бы быстрее он него отвязались. Минут двадцать они тряслись в сатомобиле, больше похожим на автобус. В нем, прижавщись друг к другу, подскакивая на каждом повороте и выемке в дороге, сидели человек двадцать, сжимающих в грязных кулаках орудия для ремонта. Все они были такими разными. Здесь были и маги, и немаги, и Олан боялся, как бы Хорум не сорвался и не начал свое обычное представление злости и отчаяния. Однако тот сидел тихо и внимательно вглядывался в лица пассижиров. Видимо, он пришел к выводу, что они не так уж и плохи, раз сразу по приезде на площадь добровольно объединился с магом земли и стал ремонтировать дорогу. А может, это был какой-то хитроумный план, кто его знает. Олан пожал плечами и тоже принялся за дело. Через пару недель смещанным бригадам магов и немагов удалось отреставрировать город и, к большому удивлению горожан, Совета и их самих, им удалось подружиться. После работы они вместе ходили в бары, отдыхали, смеялись, рассказывали смешные истории, стараясь не обсуждать то, что произошло в городе за последний год. Олан и Хорум со своими новыми друзьями магами земли даже решили создать собственную фирму по ремонту и теперь шутливо договаривались о деталях: названии, схемах работы, количестве персонала и процентной ставке кредита, даже не подозревая, что уже через пару лет они станут молодой процветающей фирмой, а их дети влюбятся друг в друга и будут продолжать семейное дело. *** Корра сидела за столом, просматривая отчеты. Перед глазами, сливаясь в одну расплывчатую чернильную полосу, проносились имена, цифры, даты, адреса моргов и больниц. Она вчитывалась в каждую деталь, каждое описание внешности, стараясь отыскать знакомые черты, но тщетно – он будто сквозь землю провалился. Но не мог же Ноатак просто так исчезнуть?..Ей оставалось только усерднее искать. Может быть, его еще не успели оформить, может быть, какая-то кое-как уцелевшая часть уравнителей спрятала его в надежном месте...Кто знает. Стук в дверь. Не дожидаясь ответа, Мако вошел в комнату, пройдя к ее столу. Он встал сбоку, заглядывая в документы, а затем спросил: - Что ты все делаешь? Неужели не устала? Она подняла на него замученные покрасневшие глаза. Девушка не спала несколько дней и сейчас у нее шла кругом голова от голода – все время забывала поесть. В ушах звенело, в висках гулко стучала кровь. Она и видело его как-то мутно, будто сквозь пелену воды. Так бывает, когда только что проснешься и еще находишься одной ногой в своем сне и не осознаешь, что происходит вокруг. Корре было стыдно, но именно сейчас Мако был, пожалуй, последним, кого она хотела видеть. Воспоминания о его грубости и настойчивости были еще слишком свежи в ее памяти. А накладываясь на то его почти безумие, когда он похищал ее, вкупе с этим рождали почти отвращение. Ее слегка перекосило от его вида: победивший, парень весь прямо-таки светился гордостью и счастьем. Его лучистые глаза, казалось, готовы были просверлить ее насквозь. Она знала, зачем он пришел – позвать ее на всеобщий праздник. И, увы, как бы ей ни хотелось остаться у себя, ей пришлось бы пойти. Она же Аватар и все такое... - Пошли с нами на прием сегодня. Отдохнешь, развеешься. А после официальной части можем сходить куда-нибудь... «Вдвоем?» - мысленно, слегка приподняв бровь. «Вдвоем» - глаза метнули решительный ответ. Корра сглотнула, сдерживая то ли зевок, то ли рвотный рефлекс, но кивнула в знак согласия. Мако, на прощание еле заметно подмигнув ей, вышел, довольный ответом, как кот вкусной жирной сметаной. Ребром ладони она отодвинула документы к краю стола и устало положила голову на руки, тяжело вздохнув. Вечер будет долгим. *** Главый зал дворца Ра...Совета магов и немагов теперь было не узнать. Удивительно, как с помощью бордовых драппировок, роскошных люстр на несколько сотен электрических свечек и позолоченных столов и стульев можно изменить до неузнаваемости простое помощение холла, где обычно регистрировали посетителей. Теперь здесь изящно проплывали элегантные дамы в длинных вечерних платьях, кавалеры в дорогих костюмах. Мимо них проносились официанты, на их подносах в высоких бокалах поднимались вверх пузырьки шампанского, самого дорогого, которое удалось достать. В приглушенном свете ламп оно было похоже на золото, не уступая блеску украшениям дам, которые были заботливо вынуты из бархатных шкатулок с фамильными драгоценностями. Сейчас здесь собрались лишь самые богатные и знатные магические семьи Репаблик Сити, которые, сбросив власть сирых и убогих, снова могли шиковать. Быстро выступив с торжественной речью, которую заботливый Тарлок написал ее ей вчера, Корра сейчас сбежала подальше от всех на балкон. Она смотрела на море, туда, где первый раз сказал ему спасибо за все, что он для сделал. Корра была уверена, что именно тогда он и решил вернуть ей магию. И кто же тянул ее за язык?! Промолчала – и ничего этого не было, нежилась бы сейчас в его объятьях... Она вздрогнула от чьего-то теплого прикосновения. Мако встал рядом с ней, облокотившись о перила балкона, и протянул ей бокал с шампанским. Она почти благодарно приняла бокал из его горячих рук и отпила несколько глотков, украдкой следя за его лицом. Он смотрел куда-то вдаль. Глаза его уже были совсем спокойны, задумчивы, и Корра невольно поймала себя на мысли, что они с Ноатаком были даже чем-то похожи сейчас. Она помотала головой, пытаясь выкинуть этот абсурд из сознания. Он слегка повернулся к ней лицом, заметив это движение. - Ты любишь его? Она заглянула ему в лицо, пытаясь понять его настроение, и чем он думает. Глаза были спокойны, веки полуопущены. Голос был тихий, ровный. Мако спросил это без злости. Даже скорее сказал, заранее зная ответ. Он видел и слышал ее и его в битве. Да и до этого, на после праздника уже все было понятно. Но какая-то часть его сознания все-таки цеплялась за ее старые чувства, пытаясь спасти свою собственную любовь. - Больше всех на свете. Как ножом в сердце. По самую рукоять. Они еще поговорили, и она ушла в ночь, не заметив, как он сжал кулаки, изрыгая огонь.