Это Россия, детка!

Несколько дней прошли без приключений. Парни уверенно следовали по намеченному маршруту, и единственное, что омрачало путешествие (не считая комаров размером со слона и прочих надоедливых насекомых) — постоянное недоедание, потому что путь предстоял неблизкий и припасы, хочешь не хочешь, приходилось экономить. На пятый день ребята миновали округом какую-то крохотную деревушку и примерно в километре от неё набрели на широкое вскопанное поле. Чуть поодаль виднелся покосившийся штакетный забор и несколько построек. — Это ещё что за одинокий хутор? — недоумевающе пробормотал Марк. — Похоже на какие-то фермерские угодья, — пожал плечами Андрей. — Ништяк, — Марк совершенно неосознанно употребил русское сленговое слово. За эти месяцы все они так поднаторели в русском, что иной раз и сами не замечали на каком языке разговаривают, то и дело сбиваясь с английского на русский и обратно. А Оливер вообще овладел им почти в совершенстве и быстрее всех. — Вудди, давай сгоняем туда и добудем что-нибудь пожрать, — внёс Марк конструктивное предложение и посмотрел на остальных. — А вы — на стрёме. Гарри вытаращил на него глаза: — Ты что, собрался воровать?! — А мы всё время разве не этим занимаемся? — невозмутимо парировал тот. — Ты сейчас тащишь ворованный рюкзак, полный ворованных вещей. Готовишь еду в ворованном котле из ворованных продуктов. Гарри сник, с каждым словом всё больше мрачнея. — Мы уже несколько дней одну крупу да картошку жрём, — хладнокровно продолжал Марк. — Надоела мне эта трава. Там, может, хоть курица какая-нибудь попадётся. Мяса охота. А ты — не хочешь, так и хрен с тобой, нам больше достанется. Гарри несчастно взглянул и замялся, не найдясь, что ответить. — Забей, Гаррик, — поспешил вмешаться в беседу Андрей. — Помнишь, что я тебе говорил о специфике воровства в России? К тому же, у нас нет выхода. А этот фермер не обеднеет, если ма-аленькая кучка голодных подростков умыкнёт у него одну крохотную курочку. Да он даже не заметит! — Но... ведь это противозаконно... — Поттер, я тебя умоляю, — Марк скривился, начиная раздражаться. — Что ты предлагаешь? Если у тебя есть конкретные идеи — выкладывай, если нет — отъебись и позволь остальным, более вменяемым, людям позаботиться о себе — и, так и быть, о тебе тоже — и не отбросить коньки. — С кем я связался, — сдаваясь, вздохнул Гарри и под насмешливыми взглядами остальных обиженно нахохлился. — Валяйте, делайте что хотите! Становитесь на скользкую дорожку, воришки! Гореть вам за это в аду. — Ты — соучастник, Поттер, — едва сдерживая смех, невзначай заметил Драко. — Так что гореть будем рядом, в соседних котлах. — Только это и примиряет меня с суровой действительностью, — буркнул тот, подходя к нему сзади и сгребая в охапку. — Если ты будешь рядом, — тихо прошептал он ему на ухо, — мне даже ад не страшен. — Гарри отстранился, бросив крайне раздосадованный взгляд на совершенно бестактно вылупившихся на них друзей. — Чего пялитесь? Гомиков никогда не видели? — брякнул он, и все покатились со смеху. Назревающий было конфликт благополучно сошёл на нет, и сгустившаяся атмосфера разрядилась, вновь став непринуждённой. — Идите живее. Как бы там ни было, а есть и вправду хочется. Все отмерли и засуетились. — Так, — начал распоряжаться Марк на правах самого старшего, — я и Вуд идём на дело. Малфой, у тебя лучше всего выходит беспалочковая, так что прикрой нас, ладно? Марк не преувеличивал: после того инцидента с домиком, который Драко трансфигурировал из куста, у него будто сорвало какие-то предохранительные клапаны и ему иной раз удавались простенькие чудеса. Тогда как у Марка, Оливера и Гарри по-прежнему почти ничего не получалось, сколько они ни бились. Возможно, всё дело было в личном темпераменте и эмоциональности — Драко чаще всех пребывал в дурном настроении и гораздо легче выходил из себя, нежели остальные. Это, наверное, и помогало ему вызывать стихийные выплески, а уж взять их под контроль, чтобы не просто швыряться магией как попало, а делать это с пользой, он худо-бедно научился. — Гарри и Макс, сходите за дровами, ладно? — продолжил инструктаж уже Андрей. — А я пока организую палатку и костёр. Подозреваю, что все пиздец как устали, поэтому лучше всё сделать заранее: сейчас наедимся, разомлеем, ничего будет неохота, — дальновидно заметил он. — Раскомандовались, — притворно возмутился Гарри и послушно полез в самую чащобу деревьев, непрерывно ворча себе под нос всё, что он об этом думает. Похоже, малфоевское нытьё становилось заразным. — Справедливое распределение труда, — хмыкнув, кивнул Макс. — Прямо совковая коммуна(1). Андрей и Марк, увлечение историей которого давало свои плоды, при этих словах понимающе усмехнулись, с некоторым превосходством (в основном — Марк) оглядывая озадаченные рожи остальных. — Я позже объясню, за ужином, — пообещал Макс в ответ на обескураженные взгляды и поспешил на поиски своего напарника, который, судя по раздающемуся совсем рядом треску, сопровождаемому руганью, ещё не успел далеко уйти. * * * Курицу парни раздобыть не смогли, но зато им удалось стянуть довольно большой брусок копчёного окорока, с неизвестной целью разложенного в компании ещё пяти таких же в маленьком сарайчике, оказавшемся даже не запертым. Марк настаивал, чтобы утащить сразу два, но Оливер шикнул на него, прочитав краткую, но содержательную лекцию о совести, чувстве меры и высшей каре небесной. Марк недовольно насупился, но подчинился, поинтересовавшись напоследок, «не прорезались ли у святоши крылья и не сильно ли давит на череп нимб». Оливер кинул на него испепеляющий взгляд и сквозь подступивший к горлу истерический смех сдавленно обозвал «придурком конченным», по милости которого они сейчас обязательно попадутся. Вот как прибежит разгневанный хозяин сарая да как подвесит расхитителей своего добра за яйца — мало никому не покажется. Картинно всплеснув руками, Марк «спохватился» и, дабы не допустить такого ужаса, попросту заткнул Оливеру рот поцелуем, справедливо решив, что это лучший способ от не вовремя разобравшего смеха. Оливер задёргался и зашипел, как потревоженная кобра, но в конце концов вынужден был признать его правоту — неуместное веселье действительно довольно быстро сошло на нет... сменившись на проблему посерьёзнее: брюки оттянул ещё более несвоевременный внушительный стояк. Парни живо отпрянули друг от друга, пытаясь отдышаться — о том, чтобы «решать» новую проблему в таких экстремальных условиях, не могло быть и речи. Кое-как успокоившись и придя в себя, начинающие преступники огляделись и, не найдя более ничего, заслуживающего их внимания, пошли к выходу. По пути на глаза попался не примеченный ранее огромный пучок крепкого, аппетитно пахнущего чеснока, висевший в углу на гвозде. — Давай возьмём? — загорелся Марк. — Зачем? — запечалился Оливер, нервничая всё больше. — Идём отсюда быстрее, пока нас никто не застукал. Но Марк, не обращая внимания на его ворчание, аккуратно вытянул из петли одну головку и спрятал за пазуху, довольно улыбаясь. Он и сам не знал, на кой хрен ему сдался дурацкий чеснок, но удержаться от соблазна и не «прихватизировать» — как в шутку назвал это позже Андрей — то, что плохо лежало и будто само просилось в руки, было решительно невозможно. — Тюрьма по тебе плачет, уголовник, — скорбно заключил напоследок Оливер, но спорить было некогда, и оба поспешили убраться с чужой территории. * * * Через какое-то время все снова стеклись к стоянке. Макс помешивал в котелке мирно попыхивающую гречневую кашу, Гарри куда-то отошёл, а остальные оживлённо переговаривались, обсуждая «великий набег» на фермерские кладовые, свою удачу, а также волнующий вопрос, куда им теперь девать несчастный чеснок. — Почему не съесть? — недоумевал Марк. — А если живот прихватит? — резонно возражал Андрей. — А вокруг — ни души на целые километры. Вот будет весело. — Выкидывать тоже жалко, — вздыхал Оливер. — О, а давайте повесим на шею — каждому по дольке, — поступило чьё-то заманчивое предложение. — Нахрена? — Нечисть отгонять, — убийственно серьёзный тон, а сразу за ним — дружный громогласный хохот... Драко не участвовал в общей беседе. Вполуха слушая досужую болтовню, он всё чаще ёрзал, отвечая невпопад и беспокойно вертя головой, пристально всматриваясь в окружающие их со всех сторон вековые деревья и прислушиваясь к каждому шороху. Где Поттер, чтоб его? Куда он опять запропастился? Слишком долгое отсутствие его чересчур везучего на приключения парня заставляло Драко нервничать всё сильнее и покрываться холодным потом, предполагая самое худшее. Ещё через двадцать минут, когда уже не только Драко, но и все начали волноваться, неподалёку раздался, наконец, долгожданный хруст веток. На поляну вывалился объект общих переживаний в таком живописном виде, что все уставились на него, разинув рты. Повисла долгая пауза. — Э... вот и чеснок пригодился, — растерянно пошутил Андрей, оглядывая Гарри с ног до головы. — К нам леший пожаловал. Сгинь, нечистая, — он слабо взмахнул в воздухе рукой с зажатым в пальцах злосчастным чесноком. — Ты откуда такой красивый? — подал голос Оливер, рассматривая красноречивые длинные царапины на чужих тощих руках и ногах, а также крайне чумазую физиономию. Драко, ни слова не говоря, приблизился к новоявленному «лешему», схватил за воротник, сгребая в горсть. Одарил непередаваемым взглядом и скривился, убирая клок паутины со стоящих дыбом — как никогда более похожих сейчас на замызганный веник — волос. — Ты... — в горле пересохло от пережитого напряжения, и Драко гулко сглотнул. — Какого дьявола, Поттер?! — он хорошенько встряхнул его, отмечая удивлённо округлившиеся глаза за стёклами очков. — Я чуть умом не тронулся, гадая, в какое очередное дерьмо ты вляпался. Где. Ты. Шлялся?! — Я... — Гарри растерялся от такого бурного взрыва. — Прости, Драко, — повинился он, заискивающе улыбнувшись. — Я просто в лесу грибы нашёл, — и вывалил в доказательство добычу себе под ноги. Драко хлопнул глазами, явно не зная, что и сказать на такое. Лишь, под воздействием сильных эмоций, выпустил волну магии, обдав Гарри слабенькими (но всё же лучше, чем ничего!) Очищающими. Благодарно кивнув, тот взял его за руку, успокаивающе погладил — ему было стыдно, что он заставил всех волноваться, но и очень лестно от реакции Драко. — Ну-ка, — заинтересовался между тем Андрей, подошёл поближе и, опустившись на корточки, внимательно изучил добытые трофеи. Выбрал из них два, отодвинул в сторону. — Это съедобные. А это, — он указал на остальные, — бледные поганки, маскирующиеся под сыроежки. Молодец, что сюда принёс, а не съел по дороге, — похвалил от души. У Драко вытянулось лицо. Гарри расширил глаза, расстроенно шмыгнув носом. Андрей усмехнулся, наблюдая за обескураженными физиономиями, и развёл руками. — Здесь — как у сапёров, без права на ошибку. А где нашёл? — полюбопытствовал он. — Место запомнил? Идём, проверим, может, там не только поганки, а и нормального чего растёт? — Только недолго, — напутствовал Макс, продолжая меланхолично мешать своё варево. — Сейчас уже готово будет. * * * На следующее утро путешественники вскочили спозаранку и отправились купаться — ещё накануне они заприметили на карте небольшое озерцо неподалёку от своей стоянки и решили воспользоваться случаем. Пробиться к водоёму оказалось не так-то просто: по всей линии берега вплотную к воде подступал колючий, густо разросшийся кустарник. К тому же, дно было покрыто толстым слоем ила, а ноги путались в ряске и водорослях. Но желание хоть как-то смыть с себя дорожную грязь пересиливало брезгливость — которой, к слову, и так никто особо не страдал. Один лишь Драко остался сидеть на своём месте — он не умел плавать, а признаться в таком для него было смерти подобно. Это же позор! А Малфоям позор не к лицу. Солнце поднималось всё выше, за зарослями камышей завели свою песню лирически настроенные лягушки. Из кустов на поляну вышел Андрей, отфыркиваясь и дрожа от холода: вода предсказуемо была ледяная, но он ни о чём не жалел, чувствуя себя наверху блаженства. Схватив свою футболку, он принялся энергично растирать тело докрасна в попытках согреться и для профилактики простуды. Закончив, удовлетворённо хмыкнул и покосился на угрюмого Драко, в полном оцепенении пялившегося на костёр. — Эй, Дрейк, может, всё-таки искупаешься? — привлёк он его внимание. — Это такой ка-айф! — Драко, — буркнул тот, злобно сверкнув глазами. — Драко, — засмеявшись, исправился Андрей. — Так пойдёшь? — Нет, — Драко скривился. — Сами бултыхайтесь в своём болоте. — Вовсе не болото, — обиделся за водоём Андрей. Помолчал и пожал плечами. — Пойду майку постираю, — решил он. Нырнул в палатку, выудил из рюкзака большой кусок хозяйственного мыла. — И носки с трусами, а то в это вонючее тряпьё уже влезать противно... — Подхватив вещи — свои и заодно Максовы, — он удалился, невразумительно бубня под нос. Услышав что-то, отдалённо напоминающее «в прачки не нанимался» и «стрясу должок», Драко не смог сдержать улыбки, а потом снова застыл в глубокой задумчивости. В одном его русский друг был прав: очищающие чары у него получались через раз, к тому же из рук вон плохо, поэтому выкупаться стоило как минимум ради того, чтобы хоть немного освежиться. И вещи тоже простирнуть. А то от него скоро такое амбре пойдёт, что вся живность в округе перемрёт. «Но если таким манером сдохнут эти проклятые комары, я буду только рад», — хмуро подумал он, хлопая себя по шее и убивая очередного гнусного покусителя на свою чистую кровь. Почесался, вздохнул тяжело и решился. Поднялся с места и пошёл к друзьям, ориентируясь на звонкие весёлые вопли и дружный смех. Обиженно поджал губы: весело им, понимаешь ли. Резвятся, плещутся, а про него совсем забыли. «Вот как возьму сейчас и...» — но додумать грандиозный план по привлечению внимания к своей персоне Драко не успел. Слишком раздражённый и занятый безрадостными думами, он летел как угорелый, не смотря под ноги; запнулся о толстую корягу, не замеченную в траве, и с громким криком полетел на землю. Лодыжку прострелила такая острая боль, что перед глазами на миг потемнело. <empty-line> Услышав знакомый вопль, купальщики встревоженно переглянулись. Замерли на секунду, а потом наперегонки ринулись из воды, спеша на помощь. — Дрейк, что случилось?.. — Малфой? — Драко, ты где? — Здесь, — сквозь невольные слёзы просипел тот, не в силах пошевелиться, и сжал зубы. Нога опухала прямо на глазах, боль усиливалась. В голове нарастала звенящая пустота, и паника с каждой секундой стремительно расползалась по телу: сковывала мышцы, опутывала разум горячим маревом, заставляла сердце замедлять пульс и с трудом проталкивать по венам будто загустевшую кровь. — Мать твою, — растерянно выдохнул Гарри, первым подбежав к пострадавшему и оценивая взглядом масштаб катастрофы. — Что делать? — он в ужасе оглянулся на остальных. — А магией? — осенило Андрея. — Вы не можете вылечить? — Ты ведь знаешь, как сложно она нам даётся, — Оливер беспомощно развёл руками. — А Драко сейчас точно ничего не сможет — смотри, он же белый как простыня. — К тому же, никто из нас всё равно не знает никаких целительских чар, — дополнил Марк. — Спокойно! — Макс, единственный, не потерял самообладания: затушил костёр и начал быстро упаковывать вещи. — Тут деревня недалеко — мы вчера проходили мимо. Нам срочно нужно туда — должен же там быть какой-нибудь медпункт. Ну, что вы как неживые? — прикрикнул он, глядя на застывших столбами друзей. — Собирайте манатки, живо! Остро осознавая, как дорога сейчас каждая минута, все заметались по полянке, сворачивая стоянку: поспешно, но без излишней суеты, а слаженными, доведёнными за эти дни до автоматизма движениями. * * * Кое-как дотащившись до места — прошёл целый час, не меньше, — парни окинули растерянными взглядами пыльные кривые улочки, в надежде обнаружить хоть одно живое существо. — Вы кто такие? — послышался вдруг рядом тонкий голосок, и ребята заозирались. Перед ними, как чёрт из табакерки, неожиданно возникла маленькая девчонка лет одиннадцати — тонкая, угловатая, чем-то похожая на растрёпанную ворону — и с любопытством посмотрела на странную компанию. — Послушай, как у вас здесь к врачу пройти? — сразу перешёл к делу Андрей. Девчонка усмехнулась — как-то слишком по-взрослому для своего возраста — и покачала головой. — Вы что, какие здесь врачи? — сказала она. — До больницы надо в город ехать — сто двадцать километров по шоссе. А если к фельдшеру, тёте Гале, — тогда в Голдорино(2). Это соседний посёлок — здесь не очень далеко, километров пять-шесть. Парни шокировано переглянулись. — Э... понимаешь ли, — решил объяснить Гарри. — У нас товарищ ногу повредил, видишь? — он кивком головы указал на Драко — тот стоял на одной ноге, опираясь на старших товарищей, и болезненно морщился, то и дело вытирая ладонью покрытый испариной лоб. Глядя на его посеревшее, измождённое лицо, Гарри украдкой стиснул кулак, заходясь от жалости и страха. — Он не сможет пройти ещё шесть миль... километров, то есть. А поближе ничего нет? — осведомился с надеждой. — Мы ведь даже не знаем, перелом это или просто вывих. — А-а, вон как! — чему-то обрадовалась девчонка. — Так вам, может, надо к дядьке Петру — это там, почти на окраине. Я провожу! — Она махнула рукой, призывая идти за ней, и с гордостью затараторила на ходу: — Он хороший костоправ, к нему многие лечиться ездят отовсюду. Правда, он такой нелюдим! Вы не пугайтесь, он хороший. Ну вот, это здесь, — отзывчивая девчушка остановилась перед довольно ладным, хотя и небольшим домиком. — Вы погодите, я сейчас, — она взбежала на деревянное крыльцо и скрылась за дверью. Появилась через минуту. — Заводите, — позвала, указывая на Драко. Марк слегка отодвинул плечом Макса и коротко мотнул головой, давая понять, что справится сам. — Обхвати руками за шею, принцесса, твою мать, — тихо фыркнув, обратился он к «раненому». Тот, даже не пытаясь геройствовать или съязвить в ответ, слабо кивнул, беспрекословно выполняя указание. Марк легко, как пушинку, подхватил его на руки и без лишних слов занёс в дом, сгружая на какой-то топчан. Ободряюще похлопал по плечу и вышел на улицу, присоединяясь к остальным. * * * Потянулись минуты молчаливо-тревожного ожидания. Время шло, но ничего не происходило, и общее смятение нарастало. Наконец, когда все были уже недалеки от истерики, на пороге появился высокий крепкий дедок, жилистый и сухой. Без тени улыбки оглядел исподлобья всю компанию испытующим взглядом. — Как он? — не удержался Гарри от вопроса, переставая ожесточённо грызть ногти и смущённо пряча руки в карманы. Не удостоив его ответом, дед Пётр оглянулся на дверной проём за своей спиной и кивнул головой. — Всё, — сообщил он, соизволив, наконец, открыть рот. — В порядке ваш парень. Вывих обычный. Я его отварами полечу, отлежится, чтобы опухоль спала, и будет здоров. Завтра к вечеру заберёте. — Завтра? — повторил Оливер, потерянно посмотрев на своих спутников. — Спасибо вам, — искренне поблагодарил вовремя спохватившийся Андрей. — Только... у нас денег нет совсем, — сказал виновато. Дед глянул неодобрительно. — Я не за деньги помогаю, — сухо отрезал он, — богоугодное дело делаю, — и развернулся, намереваясь скрыться в доме. — Может, вам по хозяйству тогда помочь? — осенило идеей Макса. Дед Пётр приостановился, задумавшись на секунду. Пристально осмотрел ещё раз неожиданных визитёров. — Вроде, крепкие молодцы, — констатировал скорее себе, чем кому-то. — Дрова в поленницу уложите, воды из колодца вон в ту бочку натаскайте — и будет с вас, — милостиво согласился он, кивком указав вглубь двора. — Вёдра на заборе висят, найдёте. И ушёл. — Да уж, — хмыкнул Марк. — Действительно, не самый весёлый дедуля. — Ладно, идёмте, — вздохнул Макс. — Сделаем доброе дело для нуждающихся, отдадим долг чести. Друзья двинулись дальше во двор в поисках упомянутой поленницы и вёдер. Обнаружив искомое, остановились в нерешительности. — Ну, и кто что делать хочет? — полюбопытствовал Макс. Оглядел фронт работ и предложил: — Давайте, мы с Андрюхой по воду, а вы — с дровами разберётесь? — Похрен, — Оливер равнодушно пожал плечами, принимаясь за работу. Марк с Гарри согласно кивнули, присоединяясь к нему. Андрей в замешательстве почесал затылок. — Всё это хорошо, но где здесь колодец? — резонно спросил он. — У кого бы узнать? — А вы сейчас со двора выйдете — и налево по прямой, — снова раздался знакомый девчачий голос. — Там увидите, не ошибётесь. Парни едва не подпрыгнули от неожиданности. — Тебя как зовут-то, чудо? — Оливер улыбнулся — вездесущая общительная девчонка ему понравилась. — Настей, — расцвела та и отчего-то покраснела. — Можно Настенькой, — добавила, хитро прищурившись, и по-птичьи склонила голову набок. — А вы так смешно разговариваете! Кроме тебя и тебя, — тонкая замурзанная ладошка указала в сторону Андрея и Макса. Как бы хорошо хогвартцы ни освоили чужой язык, от акцента ни одному из них, разумеется, избавиться не удалось. — Ну, спасибо тебе, Настенька, — едва сдерживаясь, чтобы не заржать над уморительной пигалицей, поблагодарил её Андрей и, схватившись вёдра, вышел из калитки на улицу. Макс последовал за ним. — Ты нас очень выручила. — Доброе дело в нужном месте всегда зачтётся, — явно цитируя чьи-то слова, поучительным тоном заявила та, сразив всех наповал. — Так мама всегда говорит, — пояснила, семеня вслед за парнями, увязавшись за ними к колодцу. — Правильно говорит, — подтвердил Андрей. — Вам сегодня ночевать негде, да? — не отставала настырная малявка. — Я слышала, как дядька Пётр говорил, что тому красивому мальчику с больной ногой надо отлежаться до завтра. — Есть такое дело, — подтвердил Макс равнодушно — перспектива ночёвки на улице его не беспокоила. Разве не так, чёрт возьми, они уже почти неделю и ночуют? Вообще не проблема. — А идёмте к нам, — внесла неожиданное предложение неугомонная Настя. — У нас сарай пустует — там сеновал, спать хорошо. — А ты не боишься незнакомых дяденек в дом приводить? — насмешливо приподняв бровь, осведомился Андрей. — Родители твои сначала нас поганой метлой выгонят, а потом и тебе достанется. За излишний энтузиазм, — он засмеялся. — Что ты, никто не выгонит! — округлила глаза та. — Мамки сегодня вообще дома не будет — она в ночное на работу уйдёт. А батя в городе до конца недели. Останутся только сестра и брат Федька. — А сестра — тоже Федька? — сострил Андрей, с усилием вытягивая ведро с водой из колодца. — Не-ет, — захихикала та. — Сестра Люська, но она всегда ругается, когда её так называют. Говорит, что она никакая не Люська, а Людмила. Она уже большая, мамка говорит: «Когда ж мы тебя, Люська-Людмила, замуж выдадим», — с детской непосредственностью проинформировала Настя парней. — Понятно, — усмехнулся Макс. — А брат маленький? — Нет, он — «лось бескопытный», — выдало милое дитя. — Так батя его дразнит. Федьке в армию скоро, — продолжила она вываливать подробности своей семьи и быта, пока парни, отдуваясь, тащили по два полных ведра к стратегической бочке «дядьки Петра». — А так он непутёвый — шатается без дела и хулиганит иногда. Батя говорит, что армия ему мозги на место поставит, а мамка — что Федьку «и могила не исправит». — А про тебя они, случайно, не говорят, что ты — болтушка? — беззлобно поддел Андрей, выливая воду в, казалось, бездонную ёмкость. Заглянул туда, оценивая результат, и удручённо качнул головой: четыре принесённых ведра как будто и вовсе не исправили ситуацию, как было воды в бочке наполовину, так и осталось. Похоже, в ближайшие пару часов им предстоит тот ещё трудовой загон. — Говорят, — подтвердила Настя. — Но что же делать — у нас тут так скучно живётся. А я люблю поговорить, вот и достаю всех, — заметила самокритично. — Ну как — пойдёте к нам ночевать? — повторила она вопрос. Андрей с Максом перекинулись взглядами. — Э... мы подумаем, — пообещал Андрей. — Посоветуемся с друзьями, когда закончим работу, хорошо? — Хорошо. — А ты пока беги, спроси разрешения у своих Люськи-Людмилы и Федьки-хулигана, — посоветовал Макс. — А то надерут они тебе уши за твоё гостеприимство. — Пфы! — бесстрашно парировала та. — Очень я их боюсь! — Беги-беги, — твёрдо велел Макс. — Нам работать надо, а разговаривать некогда. Не мешай, ладно? — Ладно, — слегка надулась та. — Я вечером приду. А вы точно от меня не сбежите? Все сбегают. — Не сбежим, — Андрей не выдержал и расхохотался. — Наш друг у вашего знахаря, куда мы от него денемся? Девчонка кивнула на прощание и умчалась. Парни с облегчением выдохнули. — Муха назойливая, — вынес Макс справедливый вердикт. — Да брось, она прикольная, — отмахнулся Андрей. — Просто ей тут реально тоска зелёная. Прикинь, каково девчушке в такой глухомани жить? Никаких развлечений, — он покачал головой. — Скажи лучше, что думаешь по поводу предложенной ночёвки? — Бред, — лаконично припечатал Макс. — Так нас — пятерых незнакомых взрослых парней! — и пустили в чужой дом. Это только у простодушной «Настеньки» всё легко и просто. Так это и понятно — она ещё глупышка. — Ну, вообще-то, да, — согласился Андрей. — Но если всё же — мы идём или отказываемся? — Не знаю, надо правда с парнями посоветоваться, — пожал плечами Макс. — Но я бы не рискнул: Федька-бандит и особенно — Люська-невеста не внушают мне оптимизма. Лучше на закате смоемся на окраину деревни, к лесу поближе, и как обычно в палатке перекантуемся. — Так ты Федьки или Люськи испугался? — хрюкнув от смеха, уточнил Андрей. — Обоих, — не стал мелочиться Макс. — И Настю-балаболку для комплекта. Обалденная компашка. — Хоро-ош, — сквозь сдавленное хихиканье попытался осадить его Андрей. — Всё-таки эта шкетка нам очень помогла. — Мы сказали ей спасибо, — невозмутимо парировал тот. Андрей прекратил наконец ржать. — Ну ты и... Отпад вообще! — присвистнул он в восхищении. — Так всё перевернуть! Ты говоришь о ночёвке в их доме так, будто это наше им одолжение. Слушай, — он окончательно посерьёзнел, — а я думаю, всё-таки неплохая идея. Деревенские всегда очень отзывчивые в большинстве своём — ну, ты сам только что видел. — Особенно дед Пётр, — с нескрываемым сарказмом согласился Макс. — Ты чего вредный такой? — Андрей закатил глаза и ухмыльнулся. — Не выспался, голодный или просто давно не траханый? — Всё вместе, — со смешком заявил тот, вытянул последнее ведро, и оба снова поволокли воду к пресловутой бочке. — А дед Пётр — не в счёт, он исключение, — пропыхтел Андрей на ходу, возвращаясь к прерванному разговору. — Зуб даю, если удастся напроситься на ночлег к кому-нибудь — нам эти добрые люди и пожрать предложат. По-человечески, — он жалобно улыбнулся, позволяя себе секундную слабость. — Надоела мне наша дорожная сухомятка. Так и до гастрита недалеко. — Ладно, подумаем, — махнул рукой Макс. — Нас ещё никто никуда вроде не приглашал. Мелкая нахалка не считается. __________________ (1) Трудовая (советская) коммуна — коллектив людей, объединившихся для совместной жизни на началах общности имущества и труда. (2) Здесь и далее все географические названия мелких населённых пунктов намеренно искажены, дабы подчеркнуть, что данный рассказ — абсолютная выдумка.