Багряная молния

Войдя в класс, Сарада присела у окна и убедилась, что Уруфу уже в нужном месте и терпеливо дожидается указаний. Внезапно, девушкой овладело странное чувство. Она не могла ни описать его, ни понять, откуда оно появилось. Сарада осмотрела кабинет. Здесь сидело уже довольно много людей, включая Шикадая из пятой команды и Химавари из девятой, окончившей академию всего лишь год назад. Однако взгляд молодой Учихи остановился на незаметном пареньке со знаком скрытой деревни Тумана на протекторе. Ничего необычного: короткие каштановые волосы, серые глаза, расслабленная поза и взгляд в никуда. Но что-то настораживало девушку. От парня исходила энергетика опасности. С ним явно нужно быть начеку. Остальные же шиноби ничем не выделялись: две команды из Скрытого Песка (в одной из них парень с девушкой подозрительно сильно похожие на господина Казекаге), одна из Водопада и Дождя, по две из Молнии, Камня и Травы, ещё одна из деревни Тумана И парочка с символами на протекторах, которые были незнакомы Сараде. В колонке, висящей над доской, зазвучал голос, и в аудитории тут же все притихли. — Приветствую всех на первом этапе экзамена на Чунина. Меня зовут Шикамару Нара и я буду вашем проктором, — в помещение вошел один из тех ниндзя, что сидели за столом у входа, — Сейчас вам раздадут листы с вопросами. Как это и было принято, первая часть экзамена — теория. Вот условия испытания: перед вами всего три вопроса. За первый даётся тридцать балов, за второй — сорок и за третий — пятьдесят. Вам разрешается перемещаться и разговаривать, не покидая пределов комнаты. В классе загалдели. Большинство полагали, что на этом этапе оценивается умение незаметно добывать информацию. Шикамару продолжил. — Главная задача каждой команды — набрать в общей сумме сто балов. Если команда набирает меньше, например пятьдесят или восемьдесят — она выбывает. Если больше ста — тоже выбывает. И ещё, никто не должен получить ноль. Этот человек будет дисквалифицирован, а вместе с ним и его товарищи. На всё у вас полчаса. Время пошло! Шум в классе усилился. Генины были сбиты с толку. Они судорожно пытались найти способ угадать, что будут писать их сокомандники. Сараду это вовсе не удивило. Она подсчитала, что наилучшим вариантом будет, если Боруто и Ючи напишут вопросы по тридцать балов. Учиха активировала шаринган и выглянула в окно, прямо в глаза пса Инудзуки. Она погрузила Уруфу в гендзюцу, где дала ему указания. Животное взвыло один раз. На сигнал обернулся Ючи. Затем пес гавкнул три раза. «Значит, вопрос за тридцать», — сразу догадался парень и дал знак питомцу о том, что он всё понял. Уруфу перевел взгляд на Учиху и она дала ему новые указания. Пес взвыл два раза. Боруто, разумеется, не сразу догадался, что это сигнал для него. Блондин, как ни в чём не бывало, осматривал окружающих его иностранных шиноби. После второй попытки Уруфу достучаться до Узумаки, парень всё же вспомнил про пса. Вот только он не понял: три гавка — это тридцать баллов или третий вопрос. Да и в любом случае он не знает ответа ни на тот, ни на другой. Боруто пожал плечами, давая знать собаке, что он понятия не имеет, что делать. Уруфу взглянул на Сараду и прижал ушки. «Черт бы тебя побрал, Болт! Ты безнадежен…» — выругалась про себя куноичи. Она просмотрела первый вопрос и, в очередной раз убедившись в беспросветной тупости товарища, применила шаринган на животном. Но на этот раз она использовала свою новую технику. — Зеркальный шаринган! — тихо, но очень четко прошептала Сарада. Теперь Боруто видел в глазах Уруфу отражение глаз Учихи, и она смогла применить гендзюцу непосредственно к нему. Узумаки слышал голос куноичи у себя в голове. «Болт, бака, неужели так трудно ответить на этот чертов вопрос?!» Блондин зажмурился, поскольку от крика девушки в его голове вспыхнула боль — настолько громким был ее голос. Уже более спокойным тоном она передала парню ответ и, закончив своё дзюцу, напряженно потерла глаза. Эта техника пока еще недоработана и отнимает приличное количество чакры. Мало того, что нужно концентрироваться на качественном отражении, так ещё и комбинировать с гендзюцу. «Ох, бака, я убью тебя когда-нибудь», — злобно проворчала Сарада у себя в мыслях и принялась писать ответ на свой вопрос. Через пару минут в колонке вновь зазвучал голос экзаменатора. — Время вышло. Переверните свои листы. А теперь, вторая часть. — Как вторая?! Разве их несколько?! Что за хрень тут происходит?! — в классе снова поднялся недовольный гул. — Представьте себе, — продолжил Шикамару, — что на вашу команду напали. Чтоб оторваться от преследователей вы решаете оставить вашего товарища для отвлекающего манёвра, даже если этому шиноби придется пожертвовать жизнью. Имя того, кто должен остаться, напишите на обратной стороне ваших работ. Причем вся команда должна написать одно и то же. На размышления у вас пятнадцать минут. Тот, чьё имя будет написано на листах, автоматически выбывает и теряет право на дальнейшее участие в экзамене. Приступайте. «Ксо! Как так? Что за глупые правила?» — Сарада недоумевала. И кого же выбрать? Ведь это означает, что далее проходить экзамены будут только двое из команды. «Боруто, конечно, захочет пожертвовать собой. Как же иначе?! Наш герой. Товарищи для него всегда превыше всего. Он бы никогда нас не оставил… постойте-ка… Конечно!» — лицо брюнетки просияло от посетившей её мысли. Она повторно сложила нужные печати и собрала чакру в глазах. Дав сигнал собаке Инузуки, она связалась с друзьями. «Что? Она серьёзно? А это не плохая идея. Молодец Сарада!» — мысленно похвалил девушку Ючи. «Как же так? И с чего это вдруг она возомнила себя командиром? Тоже мне принцесса нашлась» — насупился Боруто, собиравшийся написать своё имя на листке, но все же послушался указаний Учихи. Первый этап экзамена на Чунина подошел к концу. Генины из разных деревень в замешательстве вышли из аудиторий. Экзаменаторы попросили всех подождать во дворе, пока сами будут проверять работы. *** — Бедняга Юкико… — жалобно произнёс парень из деревни скрытой Травы, обращаясь к своему товарищу, — он ведь так долго ждал этого экзамена, а в итоге мы позволили ему остаться там… — Не переживай, Ранмару, это был его выбор. Мы должны быть благодарны ему. — Знаю. Но всё же… Подобных разговоров было много. Команды недоумевали: как они будут продолжать экзамен в неполном составе? Наконец, во двор вышел Шикамару Нара собственной персоной. — Прошу минутку внимания. Вот результаты первого этапа: команды в составе двух человек … ПРОВАЛИЛИ ЭКЗАМЕН! Во дворе повисла тишина. — Не может быть… — прошептал генин из Камня, — тогда в чём был смысл этого этапа?! Чтоб никто не прошел?! — Смысл был в том, что настоящий шиноби не бросает друзей в беде, — произнёс Ючи, стоявший чуть позади. — Да, это было легко. Я сразу это понял. Ниндзя, нарушающий правила — это мусор, но ниндзя, не ценящий дружбу — ещё хуже мусора. Так говорит Какаши-сенсей... — радостно затараторил Боруто. —ШАНАРО!! Блондин тут же упал, схватившись за затылок. — Легко? Кто бы говорил, Болт, — Сарада раздраженно потирала кулак, которым секунду ранее ударила Узумаки. — Оглянитесь, здесь много команд, в полном составе, — спокойно сказал Ючи, по-прежнему обращаясь к парню из деревни Камня, глаза которого с каждым словом всё больше и больше удивленно расширялись. Он осмотрелся и понял, что Инудзука прав. Команды по три человека радостно переглядывались. — Да, первый этап был проверкой на работу с товарищами, — продолжил Нара, — Из шестнадцати команд во второй тур прошли восемь. Неплохо. Поздравляю всех, кто прошел. Завтра на рассвете возле тренировочной зоны номер три начнется второй этап. Советую выспаться. Это всё. Свободны! — Шикамару просто испарился, предоставляя генинов их сенсеям. — Отличная работа, ребят, я знал, что вы справитесь. Надеюсь, трудностей никаких не возникло? — Какаши тут же принялся расспрашивать своих учеников. — Нет, что вы. Кроме того, что Болт, как обычно, тупил, ничего такого не было, — высокомерно произнесла Сарада. —Эй! — блондин насупился и демонстративно отвернулся, а остальная часть его команды, включая Какаши, по-доброму засмеялись. Вечер ребята провели вчетвером, поедая рамен в Ичираку, которым угощал Хатаке, и обсуждая прошедший этап, вырабатывая стратегию на будущий. Сарада сидела с краю, наслаждаясь карамельным данго и горячим чаем. Она с интересом впитывала каждое слово джонина. И не только потому, что волновалась о прохождении второго этапа экзамена. Какаши Хатаке стал для неё авторитетом, опорой и поддержкой. Для младшей Учихи его советы были очень важны. За прошедшее время доверие к сенсею возросло и сильно укрепилось. Хатаке стал для Сарады кем-то вроде отца, которого у неё, по сути, никогда не было. — Надеюсь, это будет так же легко. Обидно будет вылететь, так и не дойдя до финала, — насупившись, пробормотал Ючи. — И не надейся. Я слышала, там были даже смертельные случаи… — Мда, Сарада-чан, ты умеешь подбодрить… — Боруто немного приуныл. — Узумаки, я тебя не узнаю. Ты ж всегда ищешь какие-нибудь неприятности на свою задницу и рвешься в бой. Где твой энтузиазм, а? Или ты трусишь? — Инудзука ухмыльнулся своей фирменной наглой полуулыбкой, с недавних пор пользующейся невероятным успехом среди девушек. Боруто аж поперхнулся от такого заявления. — Я?! СТРУСИЛ?! ДА КОГО ТЫ ТРУСОМ НАЗВАЛ?! Я БОРУТО УЗУМАКИ — ВЕЛИЧАЙШИЙ НИНДЗЯ ВСЕХ ВРЕМЕН И НАРОДОВ! Я всего лишь немного волнуюсь, — он гордо вздернул голову и вернул свое внимание любимой лапше. — Так-то гораздо лучше. А теперь пошевеливайтесь и по домам, отсыпаться. Вам это будет очень полезно. И лучше соберите снаряжение сейчас. А то утром точно что-то пропустите. Да, Боруто, это я про тебя, — Какаши улыбнулся одними глазами. Он расплатился за ужин и поспешил удалиться. — Ладно, ребят, я, пожалуй, пойду. Сенсей прав — нам не помешает выспаться. Спокойной ночи, — Сарада не спеша встала, легким движением поправила свои черные шорты и медленно побрела в сторону дома. — Да, спокойной, Сарада-чан, — ответил Ючи и смачно зевнул. — Угу… — буркнул Боруто, вглядываясь в удаляющийся силуэт куноичи, которая не бросила на него и полувзгляда. Блондин смотрел с несвойственной ему сосредоточенностью и Инудзука сразу же это заметил. — Э, Боруто ты чего? — собачник вопросительно поднял бровь и чуть наклонил голову. Ноль эмоций от напарника. — Узумаки? — Ючи проследил за взглядом Боруто. Его глаза изумленно расширились от пришедшей в голову догадки. На губах заиграла лукавая улыбка, обнажающая острые клыки. — Да ты, никак, в Учиху втюрился? Лицо блондина приобрело пунцовый цвет. — ДА ЧТО ТЫ МЕЛЕШЬ ВООБЩЕ?! КАК ТЫ МОГ ТАКОЕ ПОДУМАТЬ?! ДА Я… ДА ОНА… ДА… АРГХ! И ВООБЩЕ, ЭТО НЕ ТВОЕ ДЕЛО!! — Тише ты, ночь на улице. Все нормальные люди уже спать ложатся. Чего взъелся- то?.. Мда… Кто бы мог подумать… Ты и Сарада. С ума сойти! Ну, дерзай, догони ее, что ли. — Ючи, я уже сказал… — Я не слепой, Боруто. Вперед и с песней. Кстать, если что, можешь спеть ей серенаду, вдруг прокатит, — невозмутимым тоном подколол друга Ючи, прекрасно зная, что с писклявым голосом блондина, серенада станет пыткой, а не романтичным жестом. — Да пошел ты, — насупился Узумаки, но все же встал со своего места и направился в сторону еще не скрывшейся с глаз куноичи. — Хм, вот чудик, угораздило же его… — пробубнил себе под нос Инудзука. Боруто тем временем уже почти настиг Сараду. С каждым шагом он все больше замедлялся, пока не остановился совсем. Их разделял всего один пролет тьмы меж островками света от уличных фонарей. Мальчишка сглотнул и робко выдал: — С-Сарада-чан! Учиха остановилась и повернулась. От этого движения ее длинные иссиня-черные волосы, достигающие поясницы, на секунду легко взметнулись в воздух. Ее глаза блеснули в желтоватом уличном освещении, и в них читалась еле заметная усталость. У блондина перехватило дыхание. Его охватило смущение и нерешительность — неизвестные доселе чувства. Он не смог понять, почему сейчас продолжать говорить оказалось такой сложной задачей после стольких лет общения. Боруто бросило в жар. — Чего тебе? — голос Сарады холоден, как и всегда, когда она обращается к сыну Седьмого. — Ну… я тут подумал… уже темно и… — слова давались ему труднее, чем дзюцу превращения на выпускном экзамене в Академии. Тем не менее, он все же собрал всю мужественность в кулак и продолжил, — может проводить тебя? — Болт, я — девушка-ниндзя. Я смогу за себя постоять, — в ее голосе еле ощутимо проскользнула насмешка. Сарада считала себе куда более способным шиноби, нежели ее глупенький товарищ по команде. Ей казалось, что в случае чего он не только не сможет защитить ее, но и самого себя. — Да-да, конечно, я и не говорю, что не сможешь. Мне показалось, что ты волнуешься перед завтрашним этапом, вот я и решил, что тебе нужна поддержка… — Боруто понял, что до этого сболтнул полную чушь и пытался придумывать на ходу. — Послушай, я абсолютно не волнуюсь. Я устала и хочу побыть одна. Мне сейчас не до тебя. Пожалуйста, отстань. Ты меня раздражаешь, — Сарада развернулась и зашагала прочь, оставив блондина наедине с собой. Ее слова, как пощечина, обескуражили его. «Она думает, что я ей неровня. Такая высокомерная. Но не без повода. Она сильна, не спорю. Но я сильнее. И я докажу это» — Ну и пожалуйста! Больно надо! Я просто хотел пожалеть тебя, как девушку! Но ты… да ты… — БАКА! НЕ ОРИ ТЫ! СПАТЬ МЕШАЕШЬ, — донесся крик из ближайшего окна. Учиха хмыкнула и продолжила свой путь, не обращая внимания на яростную реплику Боруто. Ей сразу стало ясно, что он к ней неравнодушен. Но Сарада, естественно, не питала взаимности к человеку, который бесил ее с самого детства, и которого девушка так упорно не хотела признавать. Боруто — ее заклятый друг. Так и должно было оставаться.