По прозвищу "Лисёнок"

Шли мы медленнее, чем в прошлый раз, потому что перехватили караван, взяв задание довести их до Конохи. Лишних денег не бывает, как сказала мне Каору однажды. Я и Рэо играли в карты с владельцем каравана, сейчас у других смена дежурить. Кинохико с братом играли с детьми этого владельца, за работу няньками им тоже давали немного денег. - Я проиграл, - слабо улыбнулся я. - Вы мастер, Муро-сама. Не научите? - Почему нет, - выпятил грудь от гордости он, довольно улыбаясь. - Смотри, чтобы победить, нужно уметь обманывать противника. Крыть не теми картами, в колоду больше убирать и, самое главное, оставлять козырей напоследок, если конечно не появиться сложная ситуация. Вот и весь секрет. Я назвал это Правило Трех Жуликов. Меня так обокрали на целое состояние, а потом пожалели и признались. Я с них, правда, тоже ничего не взял. Нужно уметь следить за оппонентами, чтобы оставить выигрыш себе. Я ещё долго расхваливал его, как нам сказали на одном уроке, это люди любят настолько, что дадут вам ещё больше денег, посчитав это наилучшей работой. И не ошиблись. Когда появилась Коноха, Муро выдал Охаяси гораздо больше того, что обещал нам и попросил отдать чуть больше мне, от чего я тут же отказался, пусть и скрепя сердце. Пусть мне и нужны деньги, но я не буду обкрадывать хороших людей. Только в крайних случаях. Пришли мы в участок все, в том числе и братья. У них не было ни клана, ни предков, так что имена - это уже хорошо для них. Когда мы все зашли в закуренный кабинет начальника полиции, то он, осмотрев нас, первым делом спросил: - Где Каору? - нахмурился он, туша сигарету. - Погибла в битве с Шо, - твердо произнес Мусаси, но я видел как трудно даются ему эти слова. - Кто-то пострадал? - кивнув, продолжил Фугаку. - Погиб один гражданский в Пункте Сбыта, до этого две семьи в безымянной деревне. Все наши получили ранения разной степени. Ничего за гранью. Фугаку кивал каждому слову, а после, тяжко вздохнув, помассировал переносицу. - Где она? - увидев в моих руках свиток, Фугаку остановил меня. - Ясно. Шима-сан, отнесите её в больницу. У вас у всех отпуск на месяц, деньги будут на счетах в банке. Наруто, останься. Я послушно остался стоять, уже спокойно вдыхая даже приятный запах табака. - Это твои деньги, миссия вписана в твоё личное дело, как A ранга, - подтолкнув к концу стола серый бумажник, Учиха достал бумаги. - Сможешь написать отчет? Описать всё случившееся, только не ври. - Хорошо. Я сел на стул, противоположно Фугаку, взял кисть и чернильницу, пододвинул к себе лист и замер. - Фугаку-сама, я не знаю многих слов, - поджимая губы, произнес я. - Вы не могли бы мне помочь. - Расскажи мне, а я запишу, - вздохнул Учиха, забирая лист себе.

***

Я нервничал, Кинохико нервничал, а вот Мичио было все фиолетово. Парень был похож на брата. Лицо такое же овальное, лоб большой, щеки пухлые, глаза не особо выразительные, но все равно манили. Единственное различие было в том, что брат Кино не был альбиносом. Да, у него были белые, я бы скорее сказал седые волосы, темно-серые глаза, здоровый оттенок кожи. Парень не обращал внимание на меня, пусть я его сверстник, и брата, он смотрел как в приемной, у открытого окна летают пчелы, кружась над цветами. - Он не общительный, - улыбнулся альбинос. - Не было у него друзей ни в Пункте Сбыта, ни в соседних деревнях. Его звали играть, но он отказывался, ходил смотреть на природу и говорил мне, что хочет стать шиноби, потому что у нас двое как-то на посту стояли и решили всем показать, что умеют, а Мичио сразу захотел так же. Играть он не хочет, тренироваться хочет. Я хихикнул. Дверь в кабинет Хокаге открылась, выпуская оттуда злого как черт старика. Я хорошо запомнил его прямую спину, хромую походку с тростью и отсутствие руки. По крайней мере, я её не видел. Мы зашли, вставая перед Хокаге, что был, в отличие от того мужчины, довольный как кот после марта. - Хокаге-сама, - поклонился я, что поспешил сделать и Кинохико. - Это Кинохико и Мичио, они бы хотели обжиться в Деревне и попросили, чтобы я привел их к вам. Знаю, с моей стороны это грубо и непрофессионально, но я бы попросил вас помочь им. Они слышали, что их отец живет здесь и является шиноби. После долгой беседы с Хокаге, тот все же согласился. Попросив их зайти завтра и выделив им на сегодня гида, Хокаге обратился ко мне. - Слышал твое первое задание довольно неплохо закончилось, - прикурил старик, поворачиваясь к окну. - Жаль, что не обошлось без жертв. Я промолчал, скорее даже не из вежливости, а из-за кома в горле. - Я выделил тебе нового учителя, Наруто, - наконец продолжил Хокаге. - Соболезную тебе. Насколько я знаю, Фугаку уже передал тебе деньги за работу. - Да, Хокаге-сама. - И куда же ты их потратишь? - поинтересовался он. А ловко с темы соскочил! - Я бы хотел купить новую одежду и обустроить место для пса, - облизнул я губы. - Если его конечно можно держать у себя. - Да, конечно можно, в чем вопрос, - добро улыбнулся мне старик. - Дело в другом, Наруто. Те деньги, что тебе передал Фугаку, там не больше? - Я ещё не считал, Хокаге-сама, - немало удивился я вопросу. - А он тебе не давал никаких заданий уже после этого? - Нет, Хокаге-сама. Старик кивнул, оставшись доволен. Что сейчас произошло? - Хорошо, Наруто, - ещё больше довольный, чем когда я сюда только вошёл, Хокаге взял отчет в руки. - Ты можешь быть свободен. Надеюсь, ты не пропустишь многое в занятиях. - До свидания, Хокаге-сама, - произнес я, поклонившись, и тут же ушёл из кабинета, на всех парах мчась в Город АНБУ, но перед этим нужно пойти в магазин и отыскать Амихиде. Пса я решил пока не искать, когда-нибудь сам придет. А вот сделать так, чтобы никто меня не узнал, это нужно, да. Спрятавшись в узком пространстве между домов, я вытащил из подсумка все, что имел при себе. Пара кунаев, тональный крем и совсем немного розовой помады. Да уж, хорошо, что я хоть это взял. Закрасив усы на щеках, при этом сверяясь с отражением в почти высохшей луже, я добавил помаду и, с помощью иллюзии, которую ещё не так хорошо освоил, увеличил себе волосы и поменял одежду. Хенге я мог держать долго, благо запасы чакры это позволяли, но вот стоит хоть кому-то их схватить и они зачерпнут воздух, развеяв иллюзию. Неудобно, но это пока все, что у меня есть. На улице я старался быть незаметным, незачем мне наживать себе проблемы. Пусть сейчас и был разгар рабочего дня, но людей на улицах не убавилось. Толпа сама принесла меня к магазину клана Инузука. - Добрый день, - оскалился стоящий за стойкой парень, хищно осматривая меня. Я бы дал ему лет шестнадцать, но не уверен, что это так. Он точно был не из Инузук, не было на щеках знаменитых алых клыков, да и волосы у него не каштановые, а темные. Да, глаза звериные и оскал был, но он скорее из тех мелких семей, примкнувших к клану. - Добрый, - направился я к нему. - Мне бы хотелось купить всё для своего пса, а я понятия не имею, что для него нужно, - на этих словах я улыбнулся, оглядывая богатый ассортимент. - Знаешь породу? - спросил он, доставая каталог. Я покачал головой и он мне его передал. - Найдешь её здесь? Пес нашелся на пятнадцатой странице, когда я уже и отчаялся искать. - Вот он! - радостно воскликнул я, тут же радуясь тому, что у детей и подростков голоса одинаковые. - Хорошо, вольфхунд... откуда ты его взяла? - удивленно вскинул он брови, но тут же улыбнулся. - Хотя, это не так уж и важно. Есть у меня для тебя всё, что нужно. Будет стоить всего тысячу рьё, для такой красавицы. Собрав мне корм, миски, игрушки, лежанку, поводок с ошейником, намордник, аптечку с инструкцией, продавец ещё немного поговорил со мной, представившись как Сора. Я поспешил уйти из магазина, так как всё сложнее становилось держать хенге. Эх, всё ещё не могу сосредоточиться на нем и при этом воспринимать весь мир. В этом сложность многих техник, поэтому шиноби и тренируются. Чтобы в нужный момент быть готовыми ко всему. До Города АНБУ я добрался быстрее, чем в прошлые разы, всё же начал привыкать к этим лабиринтам. Корпус На готовился к чему-то грандиозному. Несколько АНБУ вешали на здание гирлянды из цветной бумаги, всяческие украшения и знак короны(♛), нарисованный на дверях белым цветом. Поздоровавшись с ними, я прошёл к своей комнате с черными цифрами тридцать шесть. Катсуро оформлял нашу комнату как и АНБУ во дворе. Рядом с ним, к моему удивлению, сидел Амихиде, принюхиваясь к листам с короной. Пакет выпал из моих рук, привлекая их внимание. Амихиде тут же повалил меня на пол коридора, облизывая шершавым языком лицо. - Теперь я точно знаю, что не буду тебя целовать, - смеялся Мураками, помогая мне подняться. - Ну как ты, боец? Я крепко обнял соседа, радуясь тому, что наконец я вернулся домой. - Не очень, - его футболка заглушила мой голос, но я уверен, что он хорошо меня расслышал. - Что же так? - удивился он, погладив меня по плечу. Слова застряли в горле, причиняя острую боль. Я зарыдал в голос, стискивая в кулак футболку Катсуро. Я не слышал собственный крик, в ушах звенело, будто весь мир потерял любые звуки. Я не слышал даже биение своего собственного сердца. Мураками усадил меня на мою кровать, крепко обнял, пытался успокоить меня, но я не мог. Каору. Я не мог объяснить соседу и другу почему рыдаю тут, словно маленький ребенок, коим и являюсь. Я не мог сказать ему, что убил бывшую напарницу. Точнее, мог, но не хотел. Моё тело не могло произнести этих слов так просто, как это было в кабинетах Фугаку и Хирузена или в комнате Кинохико. Катсуро знал её слишком хорошо, по его словам они были в одной команде. Возможно, у них даже что-то было, я видел это в его глазах, когда он смотрел на неё. Но я не мог и не рассказать. Я не мог так предать Катсуро и позволить кому-то другому ему всё объяснить, трусливо прячась за слезами. - Каору... - выдавил я сиплым, дрожащим голосом. - Она погибла, Катсуро. Мураками замер. Я старался сдерживать слезы, но они возвращались вместе с кашлем. Видимо я простыл немного, но это не беда. Не беда и то, что у меня есть хоть какие-то ранения. - Каору погибла из-за меня, - уже начинал тверже говорить я. - Тот урод направил мой кунай в неё. Я убил её! Поддавшись вспышке неожиданной ярости, я вдарил кулаком по стене. Кожу не содрал, но больно было. Катсуро так и не пошевелился. Его глаза стали стеклянными, словно у дохлой рыбы, лицо посерело, сам он сгорбился, пытаясь удержать на плечах столь тяжелый воздух. Мы оба молчали. Катсуро понадобилось меньше времени чем мне, чтобы вернуться в реальность. Поднявшись, он подошёл к идиотскому плакату с изображением короны и повесил его над кроватью. - Знаешь почему мы вешаем корону? - спросил он осипшим голосом, пусть он и так был таким от курения. - Каору когда-то была в АНБУ. Устроила инициативу - соревноваться корпусам, потому что Масаказу тогда жил в другом и был абсолютно не рад тому, что мы не видимся. Каору предложила устроить некий фестиваль, во время которого можно было ходить в любой корпус. Остальные поддержали ее, устроили соревнования. Корпус На доверил ей выбрать для нас символ... - Корона, - прошептал я. - Её корона, - прошелестел его голос в мертвой тишине, заставив Амихиде прижать уши к голове. - Она стала своеобразной Королевой этого торжества и, независимо от местонахождения, она всегда ей оставалась. Фестиваль заканчивался только тогда, когда она объявляла победителей. Мы могли месяцами грызться за право быть лучшим. Ему давали значок. Небольшой такой, его можно было повесить, при большом желании, на форму, - Катсуро громко сглотнул, что я тут же повторил. - Мы думали, что если она поймает этого засранца, то мы ей подарим значок. Его будет носить только тот, кто был в АНБУ, такого условие. Мы хотели отдать его Каору, пусть она и никогда не была безликой. Я закусил губу, вытирая вновь проступившие слезы. - Расскажи мне о ней ещё, - попросил я. - Пожалуйста. - Зачем? - ни капельки не удивился Катсуро. - Я должен знать. Мураками осел на свою кровать. Амихиде, с его разрешения, положил ему на колени свою голову, при этом завалившись на постель. - При первой встрече с ней, я подумал, что она несносная и дурная девчонка, - почесывая Амихиде за ухом, улыбнулся Катсуро. - Я был из приюта, после забрали в АНБУ, а потом дали задание - следить за детьми в Академии и навязать им, что Коноха - то, ради чего стоит умереть, потому что там учитель был никчемный, да и выпуск сложный. Ну, а меня с ней в команду поставили, как и Масаказу. Он в АНБУ с рождения, истинный "сын полка". Учил нас Лео. Он и сейчас тут работает, спец по обучению элитных АНБУ, но тогда он был ещё новичком в этом деле. Мы были его пробной версией. Знакомились мы, старались себя не выдать, как вдруг Каору говорит: "Я же не дура, понимаю, что вы все из АНБУ, так что давайте вы будете со мной честны." Ох, и смеялся я тогда, когда увидел лица напарников. Сам то я, пусть и давно в АНБУ уже был, да только и сам понимал, что слишком сильно мы изменяли себя. Пришлось по новой знакомиться, имена настоящие говорить. Лео нам не стал давать какие-то особенные задания и проверки, для начала просто отдал мелкое поручение - найти кота одного, Тора его звали. Ну, мы быстро с этим справились. Статус АНБУ мы не просто так носили, а вот Каору в сторонке постояла. Я думаю - лениться, а она этого Тору из моих рук забирает. Если тот меня всего исцарапал, то у неё смирно сидел, мурчал, словно водопад. Я улыбнулся. Каору любили все животные, видимо, кроме собак. - Или ещё случай, как она попала в Город АНБУ, - вспомнил Катсуро, скрывая слезы. - Я уже месяц с ней и тем выпуском работал. Влюбился в неё, чего таить. Признался, а она мне такой ультиматум поставила - покажешь где обитают АНБУ, буду с тобой встречаться. Ну а я, дурак, привел её сюда. Причем по верхнему пути, потому что лабиринт - это ненадежное место. Точнее, если бы она оказалась предателем, то привела бы по нему кого надо. - Но там же охрана! - вспомнил я слова Рокудоу. - Так она после того случая всех псовых боится, - расхохотался Мураками. - Там огромные собаки, которые едва нас не разгрызли, но вовремя учуяли приманку у меня. - Какую? - Да на мясо они реагируют, - махнул рукой он. - Даешь им еду и они спокойно тебя пропускают. Так вот, Каору, успокоившись, поперла всё тут изучать. Тогда руководил АНБУ один из "старичков". Хикару Сарутоби. Добрый был мужик, но любил подшутить. Поймал он нас на одном из полигонов. За шкирку перед всеми протащил, кричал. Каору тогда седой волосок приобрела, а я что, он мне сразу подмигнул, так что я спокоен был. И знаешь что наша Каору сделала, когда куча АНБУ вокруг образовалась? Она сказала: "Да, я сюда незаконно проникла, ну и что? Я,может быть, вам же лучше хочу сделать." Старик не понял, спросил, чем же она сможет помочь АНБУ. Каору тогда сказала: "А я стану генератором идей! У вас тут все так серо и неуютно. Тут же город, а не кладбище! Вот как вы различаете корпуса? Как никак? Так, дайте мне столько банок краски, сколько здесь общежитий. Только РАЗНЫХ цветов. Ещё, где клумбы? Что же, придется становиться садовником. Кто-нибудь, сбегайте к, мать его, Яманако в цветочный." Я вновь рассмеялся, представляя маленькую девчонку. Перепуганную от собак и в то же время строгую, решительную. Да уж, именно этого я, пожалуй, и ожидал от неё. Это было достойно Каору. Мы ещё долго сидели в комнате. Я слушал истории о Каору и их команде, узнал, что Рокудоу был тем ещё засранцем, пока любовная парочка не изменила его, а Лео вдоволь попрактиковался, став мигом лучшим преподавателем. Примерно к часу ночи пришёл и сам Масаказу вместе с бутылкой саке. Я уже не слышал тихих разговоров наставников, погрузившись в сон, позволяя Амихиде завалиться рядом, зря только постилку покупал. - Спокойной ночи, Каору, - одними губами прошептал я, чтобы не мешать старым друзьям прощаться с товарищем.