Вечный Рим

Авель тихонько постучал в закрытую дверь. Ответа не было, но он всё равно вошёл. Вендер стоял у окна спиной ко входу и смотрел на охваченный пожарами город. Услышав, как открывается дверь, он резко развернулся, а разглядев в полумраке контуры знакомой фигуры, в два шага перешёл комнату и сжал эдайн в стальных объятиях. - Ты пришёл… - прошептал он, опуская лицо в белые, пропахшие дымом волосы. Авель приподнял руку и провёл пальцами по небритой щеке. - Куда же я денусь, - ответил он. Ему невыносимо хотелось закрыть дверь, но отстраниться он не смел. - Вендер, - решился он наконец, тихо, - пусти. Руки энтари медленно разжались. Авель торопливо сделал то, что хотел, и тут же снова оказался рядом с патрицием, положив руки ему на плечи. - Ты совсем расклеился, - сказал он тихо. - Только не покажись в таком виде при дворе. Вендер покачал головой. - Всё в порядке. Всё будет в порядке, - сказал он, убеждая, скорее, самого себя. - Мой дом разорён. Мой город сгорел. Мой мир рухнул. Но всё будет в порядке. Я ведь не любил его, правда? Я ненавидел его запах и его звуки… но тогда откуда это паршивое чувство, будто я жаба, которую переехала колесница? - Это пройдёт, - Авель осторожно вплёл руку в чёрные волосы, и Вендер склонил голову, плотнее приникая к узкой ладони. Он прикрыл глаза, наслаждаясь секундой тепла в простывшем, продуваемом всеми ветрами доме. Дотянувшись, он коснулся лёгким поцелуем маленькой жилки на запястье эдайн и, перехватив руку, прижал её к губам целиком. - А ты… Ты останешься со мной? У меня нет ни права, ни возможности удерживать тебя. - Дурак, - сказал Авель, отнимая руку и заставляя Вендера посмотреть себе в глаза, - ты никогда и не удерживал меня. - Это значит… - Конечно, я буду с тобой. Вендер склонился и бережно коснулся губами губ эдайн. - Согрей меня, - прошептал он, - как раньше. Он шагнул к постели и, опустившись на кровать, потянул убийцу за собой. - Только как раньше? – Авель насмешливо изогнул бровь, падая поверх распростёртого на спине тела. - Как хочешь, - энтари опустил руки на спину эдайн и потянул его к себе, но Авель не поддался. Он несколько секунд разглядывал лицо патриция, казавшееся совсем бледным на белом шёлке простыни. - Я тебя люблю, - сказал он медленно и помолчал. - Просто хотел, чтобы ты знал. Ничего не изменилось. Вендер слабо улыбнулся. Руки энтари переместились на грудь убийцы. - Раз уж ты об этом заговорил, - сказал он, - то мне нужны доказательства. Руки Авеля сплелись с его собственными, помогая расцепить череду крючков, и рубашка эдайн полетела на пол. Губы Вендера тут же оказались на его горле, нежно щекоча впадинку между ключиц. - Как прикажешь, господин Хайн, - убийца встал и потянул энтари вверх, а затем стал освобождать от рубашки и его. Вендер недовольно зарычал. Едва рубашка оказалась на полу, Авель опустился на колени, покрывая поцелуями плоский живот с бугорками мышц, обследуя языком каждую впадинку. - Этот сладкий вкус, - прошептал убийца, едва отстраняясь, но закончить не успел – сильные руки вздёрнули его вверх, и он оказался прижат плечами к кровати. Фигура патриция нависла над ним, распущенные волосы энтари упали на грудь эдайн, щекоча обнажённую кожу. Вендер избавил убийцу от сапог, попутно разуваясь сам. Руки патриция умело расправились с ремнём партнёра и резко сдёрнули вниз штаны. Он отстранился, рассматривая тело, которым никак не мог налюбоваться уже не один год. Затем встал и разделся до конца, не отрывая взгляда от матово-белого силуэта. Волосы эдайн разметались в разные стороны, а голубые глаза слабо светились в темноте. Вернувшись, энтари слегка подтолкнул любовника к подушкам и, упав сверху, впился губами в нежную шею. Рука нашарила тумбочку и попыталась забраться в ящик с маслами. Тут же раздался грохот, и оба резко обернулись на звук: осколки старинной вазы с высохшими цветами рассыпались по полу. - Ещё одна жертва революции, - мрачно констатировал энтари и всё-таки извлёк из ящика флакон с полупрозрачной жидкостью. Другая рука его прошлась по груди эдайн и скользнула ниже. Несколькими лёгкими движениями он огладил полувставший член и пощекотал яички. Без всякого напора ноги убийцы раздвинулись в стороны, предоставляя патрицию полный доступ ко всем игрушкам. Только глаза продолжали пристально наблюдать за каждым движением энтари. Вендер откупорил флакончик, окунул пальцы в масло и сместился ниже. Покрывая беспорядочными поцелуями промежность любовника, он принялся мягко массировать несопротивляющийся сфинктер. Тихие стоны легко вырывались из груди партнёра. Тело его было расслаблено и покорно, так что совсем скоро Вендер приставил горячую головку к его мягкому, податливому входу. Он снова встретился взглядом с эдайн. Поддразнивая, обвёл влажным навершием контуры сморщенного колечка. Авель недовольно застонал. Вендер усмехнулся. - Я люблю тебя, - прошептал он и резко вошёл. «Слишком быстро», - понял он, увидев, как становится редким и глубоким дыхание эдайн, а улыбка исчезает с лица. Двигаясь медленно и неглубоко, энтари принялся оглаживать твёрдую поверхность живота любимого, острые косточки бёдер. Наклонился и приник поцелуем к сухим губам. - Прости, - шепнул он. Авель не ответил, и Вендер продолжил целовать всё, что попадалось ему под руку – шею, уши, виски, лоб. Сильные пальцы сжались на плечах энтари, почти впиваясь ногтями. - Всё хорошо, - сказал Авель через некоторое время. - Уверен? - Конечно, - он потянулся, ловя поцелуем губы энтари. Вендер отстранился и, не покидая любимого тела, уселся на колени, а бёдра эдайн положил на свои собственные. Аккуратно согнул его ноги одну за другой и опустил себе на грудь. Он по-прежнему, не отрываясь, смотрел в голубые глаза, полные преданности. Осторожно поцеловал лежащую на плече щиколотку и, опустив одну руку на член любимого, грубо толкнулся вперёд. Он двигался резко, с каждым ударом наращивая темп, постоянно поглаживая и лаская яички и член любовника, и в редких проблеска сознания Авелю казалось, что Вендер пьёт - и не может насытиться. В каждом его движении была жадность человека, который боится в следующий миг потерять всё. Боль больше не возвращалась, но и привычной нежности он не чувствовал. Вендер будто бы бился в лихорадке, он жаждал спасения и тепла - и не мог найти. Наконец, энтари излился внутрь него – впервые не спросив разрешения, и Авель, опустив руку на уже лежавшую на его члене ладонь энтари, последовал за ним. - Я люблю тебя – повторил Вендер ещё раз, склоняясь и ловя поцелуем родные губы. Авель медленно выскользнул в сторону и, заставив патриция опуститься на подушки, укрыл их обоих одеялом и обнял разгорячённое тело. - Спи, - сказал он тихонько, - я посторожу.