Чёрный и Белый. Тёмный и Светлый

Волчица проследила взглядом за Куро, прищурилась и отпустила притихшую Тоуку. Девушка тут же подбежала к Хинами и что-то у неё спросила. Фуегучи лишь промолчала и посмотрела на Оками. Гуль сама не знала, что делать, и, поразмыслив, все-таки решила последовать словам друга. Улыбнувшись детишкам, она спросила: - Ну что, пойдем в Антейку? Давно я не бывала у старика! Интересно, а его кофе такой же вкусный, как и всегда? - Кто вы? - Грубо спросила Тоука прежде никогда не видевшая Фудзи. Красноволосая удивленно похлопала ресницами, а затем рассмеялась. И смех у неё был такой чистый и невинный, что ни у кого не возникло бы подозрений, что Оками Фудзи - гуль. Прекратив смеяться, Волчица вытерла выступившие слезы и ласково ответила: - Не бойся, милая. Я знала старика еще в раннем детстве. Тебе не о чем беспокоится. Тоука кивнула, но, видимо, не поверила. А вот Хинами, видимо что-то вспомнив, доверительно залезла на спину девушки и позволила себя отнести в кафе. Шли они в полном молчании, и никому не хотелось его нарушать. Дождь продолжал лить как из ведра, и, когда девушки добрались до кафе, промокли насквозь. Хинами дрожала, так же, как и несшая её Оками, а Тоука стойко переносила низкую температуру. На пороге их встретил Йомо и, заметив давно покинувшую двадцатый район упыриху, удивился. А вот Волчица наоборот. Она широко улыбнулась и, опустив девочку на землю, заключила гуля в крепкие дружеские объятия. Тот ответил лишь легким похлопыванием и хмурым лицом, поэтому, когда Оками отстранилась, то с улыбкой сказала: - А вы совсем не изменились, Йомо-сан! А старик тут? Я очень хочу с ним повидаться! Мужчина кивнул и, пропустив всех в кафе, зашел следом. Хинами и Тоуку сразу же забрали двое других гулей, а Фудзи осталась ждать Йошимуру сидя за одним из столиков. Волчица разглядывала изменившееся с её последнего визита место и, нежно улыбаясь, предавалась ностальгии. Внезапно ей на голову упало мягкое пушистое полотенце, и знакомый голос с любовью прошелестел: - С возвращением, Оками. Гуль вскочила со своего места и тут же обняла старика. В глазах появились слезы и, еле сдерживая их, Фудзи прошептала, утыкаясь носом в плечо столь дорого человека. - Я вернулась домой, старик.

***

- Я рад, что ты вернулась, Оками. Волчица сидела в кабинете шефа и с улыбкой потягивала горячий кофе. На голове все еще лежало теплое полотенце, на плечах махровый халат белого цвета. Девушка наслаждалась тем теплом, что дарило ей это место. Она наслаждалась всем, пока это было возможным. Отпив еще немного кофе, растягивая удовольствие, гуль восхищенно произнесла: - А! Твой кофе, старик, как всегда великолепен! Ты не представляешь, как я по нему скучала! Когда Йошимура наконец-то сел напротив девушки, она поставила чашку на стол и с грустью прошептала: - Он до сих пор не простил тебя? За то, что произошло? Шеф медленно и без улыбки кивнул. Фудзи горестно выдохнула и как бы невзначай произнесла: - У него кто-то появился. Это так мило наблюдать, как в нем просыпаются давно забытые эмоции. Помнишь, каким он был, когда впервые нашел меня и привел сюда? Старик кивнул, вспоминая тот самый день. Тогда тоже лил дождь. На пороге кафе Антейку появился беловолосый мальчишка. Рядом с ним стояла девочка ниже его на голову и плакала. В тот день Оками обрела дом и человека, что смог стать ей отцом. Усмехнувшись, Фудзи допила остатки кофе и спросила: - Как продвигаются дела? Я была так занята, что даже у своего человека не спрашивала про Антейку и двадцатый район. Йошимура покачал головой и спокойно рассказал последние дни жизни Антейку. Оками слушала старика как всегда с детским любопытством и шутила так, словно не уходила никуда, а всего лишь пропала на пару дней. После очередной шутки Сова рассмеялся, но затем, приняв серьезный вид, спросил: - Ты что-то узнала? Или тебя раскрыли? Оками задумчиво почесала шрам на щеке и ответила. Теперь в её голосе не звучало радости и веселья. Лишь серьезность. - Я могла бы многое узнать, но вот незадача... В этом районе слишком много тех, кто работает на CCG. Все-таки тринадцатый район находится близко от первого. Да и некоторые гули не готовы терпеть чужаков вроде меня. - Тебя раскрыли? - Снова повторил вопрос Сова, и Оками опять почесала шрам. В последнее время он ныл и не давал покоя. - Не думаю. Однако возвращаться мне туда не стоит. Но мне удалось узнать кое-что. - Что же? - Мой информатор намекнул, что кто-то еще сливает сведения «Дерева Аогири». И, если честно, он сливает её так удачно, что Джейсон и многие другие стали подозревать нашего информатора в измене. Короче говоря, день-другой и его раскроют окончательно. Сова откинулся на спинку дивана и вздохнул. Они надолго замолчали, после чего Оками произнесла: - Нам надо его забрать. Иначе его убьют. Йошимура кивнул, однако не произнес ни слова. Его голова была занята совсем другим, и как только мысли пришли в норму, спросил: - А что там с лабораторией? Оками вновь почесала свой шрам и на секунду даже выпала из реальности. Она даже сама толком не смогла понять, как получила его. Вроде бы гуль, а все равно изуродовала собственное личико. Но когда вернулась, без всякого удовольствия ответила: - Ничего путного. Аогири стали осторожничать. Они были осторожны настолько, что самой пришлось влезать в их базу. Как видишь, без потерь не вышла. И указала на правую половину своего лица. Йошимура встал и, сев возле девушки, с нежностью провел по щеке, задевая ноющий шрам. Фудзи разомлела и сквозь дымку удовольствия услышала слова старика: - Я рад, что ты не пострадала сильно. Что же, думаю, тебе пора отдохнуть. Но Волчица с улыбкой встала и, сняв полотенце и халат, сказала: - Не надо беспокоится, старик. Сейчас я должна встретиться с Куро, и поговорить с ним. И если он не ответит на мои вопросы, я просто убью его! Уже в шутку добавила Оками и направилась к выходу. Однако открывая дверь, она остановилась и с той же серьезностью сказала: - Я узнала, что Аогири хотят забрать к себе кое-какое оружие. Что оно собой представляет, я не знаю, однако, по словам их подчиненных, оно очень сильно, хоть и не закончено. И вышла из кабинета, а затем и из Антейку. Дождь уже закончился, и Волчица смело пошла по мокрым улицам, направляясь туда, где у неё состоится разговор с Куро. Шрам закололо болью, странное плохое предчувствие заставило Оками нахмуриться и прибавить шагу.