Как давно я люблю тебя?

Весь день был для меня как в тумане. Только добежав до комнаты, я закрыла дверь на защелку и сползла по стенке, сотрясаемая рыданиями. Все как-то сразу на меня навалилось, что сил держаться просто уже не было. Перемещение в этот мир, путешествие, битва, а сейчас еще и эти проблемы с браком, все это высосало из меня последние силы. Я привыкла разбираться с проблемами сама, но сейчас мне очень хотелось, чтобы рядом оказалась мама, такая любящая, мудрая и понимающая. Но ее не было. Осознание этого подливало масла в огонь. Кто-то подбежал к моей двери, начал стучать и что-то говорить, но я даже не различила женщина это или мужчина. Я медленно встала с места и упала на кровать. Несколько минут мне удалось пролежать ни о чем не думая, но потом меня снова прорвало. Это было похоже на предательство, никак не меньше. Я никогда не давала повода усомниться в себе, ни разу за весь поход. Да, у меня не было той ненависти к эльфам, что жила в сердцах гномов, но я также презирала Трандуила за то, что он не помог им, когда они в том нуждались. Душу словно вывернули наизнанку. Мне хотелось, чтобы сейчас зашли Фили и Кили, чтобы они обняли меня с двух сторон, как раньше, и сказали, что все непременно будет хорошо. Или же, чтоб пришел Торин, просто накинул бы на плечи свою шубу, взял за руку и молча сидел рядом. Черт возьми, я никогда не чувствовала себя такой брошенной и одинокой! Примерно через час я перестала плакать, потому что не осталось сил, и жутко болела голова. В дверь снова постучали – это была Ангэ. Она принесла мне завтрак, который я пропустила. На самом деле, это было очень кстати, поскольку в последний раз я ела вчера утром и сейчас была жутко голодна. Съела я, правда сказать, немного. Пару ложек супа, немного овощного салата, виноград. И то, это далось мне с трудом, я все запихала в себя, лишь бы не ныл желудок. Ангэ говорила что-то о планах на строительство, рассказывала последние слухи и сплетни горы, пока расплетала мои волосы. Конечно, я старалась вслушиваться в болтовню светловолосой гномки, но выходило с трудом. Как только с моей головой разобрались, она пошла наполнять мне ванну. Горячая вода была бы мне сейчас очень кстати. Хотелось просто забыть на мгновение тот ужас, что был пару часов назад. Может и правда стоит уехать? Да, люди Озерного города злы и алчны, но как-нибудь продержусь. Большая проблема состояла в том, что я ничего не умею делать из того, что могло бы пригодиться в этом мире. Да, Оин научил меня правильно перевязывать раны, объяснил какими травами лечить кашель, а какими - головную боль. Еще я умела обращаться с мечом, весьма средненько, правда. Ну, и готовить умела – на этом все. К сожалению, с такими навыками долго не проживешь. Но нужно быть оптимистичной, я ведь научилась на мечах драться, глядишь, и там чему научат. Хочешь жить – умей вертеться, так что, думаю, через какое-то время я смогу ко всему приспособиться. Пока я рассуждала, ванна была готова. Я медленно погрузилась в воду, вдыхая аромат травы и какого-то цветочного масла. Ангэ стояла сзади с кувшином полным воды и понемногу лила на меня сверху. Когда он стал пуст, я ее отпустила и сказала, что дальше справлюсь сама. Мне вообще не особенно нравилось, что кто-то находится в ванной комнате, пока я моюсь. Гномка тепло мне улыбнулась и направилась к выходу, но в последний момент замерла около него. - А Вы позволите задать Вам один вопрос? - Конечно, - ответила я. Ангэ подошла ближе и немного замялась – что-то подсказывало мне, что вопрос будет непростым. - А это правда, что Вы с принцем Фили повздорили? Я смотрела куда-то ей за спину, не в силах произнести ни слова. Гномка испуганно глядела на меня, а когда позвала, то я уткнулась лицом в колени и снова расплакалась. Ангэ подбежала к ванне и стала просить прощения за бестактность, но я уверила ее, что все в порядке. Долго пришлось ее уговаривать снова оставить меня одну, но, когда я прикрикнула, то она все-таки удалилась. От слез и горячей ванны я чувствовала себя расклеенной и жутко хотела спать, поэтому мигом улеглась в постель. Наверное, бессонница тоже сделала свое дело, потому что проснулась я только ближе к вечеру. Ко мне снова зашла Ангэ, объявив, что ужин через пару часов, а обед я уже пропустила. Она принесла с собой поднос, на котором были фрукты и небольшой кувшин вина. После того, как я немного поела, гномка вновь принялась просить прощения и спрашивала, чем может загладить свою вину. Сначала я говорила, что ничего не нужно, но потом попросила найти Кили. Ангэ с радостью побежала исполнять мою просьбу, а я пока оделась и причесала волосы. Кили пришел минут через двадцать. Он выглядел весьма подавленным, отчего я почувствовала себя еще хуже. Если бы меня здесь не было, то никто не пребывал бы в таком плохом настроении. - Ты как? – сразу же спросил он, обнимая меня. - Все хорошо, правда. - А Ангэ сказала, что ты весь день плакала, - гном отодвинулся и заглянул прямо мне в глаза. - Она преувеличивает, - с улыбкой ответила, и, черт возьми, как тяжело она мне далась, - не прогуляешься со мной на смотровую площадку? Он сразу заметно повеселел и подал мне руку. Пока мы шли, я сразу сказала, чтобы он не упоминал никого на букву «Ф», а также никаких свадеб. Кили этот расклад устраивал, поэтому болтали мы ни о чем, либо шутили о каких-то глупостях. На душе сразу стало легко и спокойно, особенно когда мы вышли на свежий воздух. Я облокотилась на каменные перила и посмотрела вдаль. Кое-где в Дейле еще ходили рабочие, были слышны голоса людей. Кили тыкал пальцем, показывая, где что будет теперь располагаться, и куда они отправятся в ближайшем времени. Я слушала его не без интереса, выспрашивая подробности. - А вон там я хочу построить дом для меня и Тауриэль, - мечтательно сказал гном. - Так вы решили жить в Дейле? - Пока точно не знаем – Торин все еще не доволен моим выбором, но я сказал, что не отступлю. Мы обязательно с ней поженимся. - Не сомневаюсь, - ответила я, обняв его руку и положив голову на плечо, - а в Эреборе ее совсем не примут? - Кто-то примет, а кто-то нет. Не все гномы враждебно настроены к эльфам, но кто-то уверен, что каждый из них - предатель, хотя, по сути, виноват лишь Трандуил. Я не хочу, чтобы Тауриэль чувствовала себя неуютно. - В горе ей бы тяжело жилось, она, как и все представители ее народа, любит свободу. Не представляю ее среди этих каменных стен. - Да, знаю, - невесело ответил Кили, - хотя она говорит, что согласна жить со мной где угодно. Я подумывал о том, чтобы построить комнату на верхнем ярусе, - он показал пальцем в потолок над нами, - прямо там – тогда бы я сделал ей и окна, и балкон, все, что она захотела, сделал бы. - У вас еще есть время решить, где жить. Мы еще немного постояли в тишине, а потом Кили предложил пойти в столовую на ужин. Я, конечно, идти туда совершенно не хотела, о чем и заявила гному. Но в ответ на мои возражения, он лишь закинул меня на плечо и потащил в нужном направлении. Ужин прошел неплохо. Видимо, чтобы не накалять обстановку еще больше, Торин уговорил остальных членов отряда присоединиться. Я сразу уселась поближе к Бофуру, потому что с ним было веселее всего. Нет, конечно, самой забавной компашкой всегда были Фили и Кили, но в свете определенных обстоятельств побалагурить с ними я не могла. К счастью, несмотря на то, что все знали, какая сложная ситуация сложилась, никто об этом не упоминал. Дори рассказал мне о каких-то травах, которые должны привезти из Дейла, и что на их основе получается отличный чай. Глоин все говорил о том, что необходимо познакомить меня со своим сыном, Бифур рассказывал мне что-то на кхуздуле, а я в ответ лишь улыбалась. Обстановка была такой, как раньше во время путешествия, хотя чувствовалась напряженность. Такое было уже однажды, и сейчас ситуация повторялась точь-в-точь. Flashback Все сидели по двое–трое и старались говорить погромче, смеяться побольше и шуметь. Таким образом, все пытались заполнить ту дыру напряжения, которая образовалась после того, как мы с Фили поссорились. Оин осторожно менял мне повязку на плече, хотя я уверяла, что в этом нет необходимости, ведь наложили-то ее всего несколько часов назад. - Ее нужно менять каждые несколько часов, - ответил гном, - я и ночью тебя разбужу для этого. - Нет, давай ночью не будем, - взмолилась я, потому что после веселой ночки и утра у гоблинов, а потом и встречи с варгами, сил просто не было. Временная передышка на спинах орлов не дала никакого результата. Когда Торин пришел в себя, то мы задержались всего на несколько минут, а потом вновь продолжили путь. Сейчас же наступил долгожданный привал, и все было бы прекрасно, если бы Фили не обиделся на меня. - Нужно, дорогуша, нужно. Посмотри, какая рана! - Всего лишь царапина. Давай лучше утром уже перевяжем, а ночью… Ай! - Прости, - ответил Оин на мой недовольный взгляд и чуть ослабил повязку. - Ну, так что? Ночью не будем? Я состроила Оину оленьи глазки и стала мило улыбаться – ну а что делать, поспать-то нормально хочется! Гном покачал головой и, видимо, собирался сдаться под напором моего шарма и обаяния, как сквозь весь шум и гам гномов прозвучал строгий голос Фили: - Юли, хватит. Ночью проснешься для перевязки. Я вся поежилась, а он даже не смотрел в мою сторону. Только спустя время стало ясно, что все гномы замолчали, а тишину нарушало лишь потрескивание костра. Оин сочувствующе улыбнулся. Когда рука была перевязана, я села подальше к какому-то дереву и закрыла глаза. Гномы снова громко переговаривались, но их болтовня была какой-то искусственной. Окружающая меня природа теперь тоже, казалось, стала хуже: холодная почва сейчас была ледяной, свет от костра – тусклым, а легкий ветерок был сродни урагану. Когда орки загнали нас на деревья, каждый из гномов счел своим долгом помочь мне сесть подальше и сказать, чтобы я ни при каких обстоятельствах не спускалась оттуда. Азог толкал какие-то речи на своем непонятном языке, а наше дерево стало все больше клониться к обрыву. Я дрожащими руками вцепилась в ствол дерева, уверенная в том, что именно так и умру. Все лицо и ладони горели, расцарапанные ветками, легкие сжались от нехватки воздуха и жара, исходящего от пламени, а ноги давно перестали меня слушаться. Я озиралась по сторонам, чтобы убедиться, что все в порядке. Поначалу, гномы крепко держались за дерево, но позже я заметила, что Гэндальф едва держит Ори и Дори, которые ухватились за его посох. Мое сердце пропустило удар, и я не заметила, как стала карабкаться по дереву ближе к ним. - Нет! – Фили припечатал меня к стволу, - даже не вздумай! - Но Фили… - светловолосый гном уже не слушал меня, смотря куда-то вправо. - Кили! – наконец крикнул он, и его брат схватил меня за руку и затащил на прежнее место. Все было как в замедленной съемке фильма. Следующее, что я помню - Торин отправился сражаться с Азогом, но варг даже не дал ему добраться до своего хозяина. Потом подскочил Бильбо, а за ним и все гномы набросились на орков. - Сиди тут, - крикнул Кили мне почти на ухо и с воинственным кличем побежал в атаку. Конечно, я не собиралась сидеть на месте. Вытащив из ножен свой маленький клинок, я бросилась в самое пекло. Я не особенно помогла – ранила несколько варгов, но им эти ранения были нипочем, потом смертельно ранила одного орка, ну, а потом ранили меня. Правое плечо пронзила острая боль, отчего хотелось вскрикнуть, но охрипшее горло не могло позволить мне такой роскоши. Я упала на колени, а потом присела на них и повернулась к противнику. Мерзкая рожа зло ухмылялась, занося меч для удара. «Ну, вот, я-то думала, умру в обнимку с деревом, а оказывается, мне снесут голову, просто зашибись...» - подумалось тогда мне. Гномы были слишком далеко, и каждый из них был уверен, что я, как послушная девочка, сижу на дереве, поэтому помощи было ждать неоткуда. Черт подери, когда они уже поймут, что я всегда все делаю по-своему! Я зажмурилась, потому что смотреть своей смерти в лицо было слишком страшно, но тут появились орлы. Один из них зацепил орка, что хотел был убить меня, и скинул его со скалы. Наверное, никому в жизни я не была так благодарна. Дальше думать о ране, не было времени: стоило нам взлететь на орлах, как стало ясно, что Торину совсем плохо. Я ревела, как ребенок, и из последних сил кричала его имя и просила очнуться. Племянники тоже звали его, но все старания остались без результата – Торин был без сознания – во всяком случае, я надеялась, что он без сознания, а не… Даже думать об этом было страшно. Стоило нам приземлиться, как я рухнула возле Торина. Гэндальф все просил меня отойти, но я вцепилась в узбада мертвой хваткой, и никто не мог меня оттащить. Как только он открыл глаза, я бросилась к нему в объятия, не думая о том, что и мне, и ему больно. - Боже, ты жив! Торин, я так боялась, - рыдала я, не веря, что все обошлось. - Все в порядке, все хорошо, перестань плакать. Не знаю, сколько времени прошло, пока я отлипла от Торина. Все также обнимали его и жали руки, но особенно запал мне в душу момент, когда он, наконец, признал, что Бильбо – часть отряда. Все омрачилось, когда мы отправились в путь. Рана, о которой я не успевала думать до этого, сейчас дала знать о себе в полной мере. Знаю, нужно было сразу сказать Оину, ведь, черт побери, мне пронзили насквозь плечо, и у меня уже шла кругом голова от количества потерянной крови, но я так боялась, что гномы поймут, что я ослушалась их и слезла с дерева, поэтому предпочла молчать. Все выяснилось, когда Кили подошел и решил похлопать меня по больному плечу. Я шла уже как амеба, едва переставляя ноги, и гном решил, что это от шока и хотел приободрить. Но, только он дотронулся до меня, как я свалилась на колени. Все мигом подлетели ко мне и стали сдирать плащ и рубашку, обнажая плечо. Я уже мало что соображала, предоставив им полную свободу действий. Кто-то кричал на меня, кто-то жалел, а я просто старалась быть в сознании. Когда руку замотали, то Оин сунул мне какой-то отвар, после которого голова сразу прояснилась. - Лучше? – спросил Торин, обеспокоенно смотря на меня. Я кивнула, и он объявил привал. Ко мне подходили все по очереди, сначала ругая за то, что полезла туда, куда лезть было запрещено, но потом жалели и спрашивали, не нужно ли мне чего-нибудь. Кили и вовсе не говорил ничего, а просто обнимал за плечи. Торин, конечно, убедившись, что я не умираю, прочитал лекцию на тему: «Еще раз полезешь в разборки взрослых дядечек - я оттаскаю тебя за уши», но в итоге сменил гнев на милость. Лишь один гном стоял долгое время в стороне, кидая на меня косые взгляды. Весь отряд недоумевал, почему Фили сторонится меня, и, думаю, они тоже поняли, что ничего хорошего из этого не выйдет, потому что наследный принц выглядел очень и очень злым. Не успела я и пары минут отдышаться, как он подошел к нам. - Ну, что, ты в норме? – холодно спросил он, отчего я была не в силах ответить и лишь кивнула ему, - отлично, тогда скажи какого Барлога ты туда полезла? Тебе сказали сидеть на дереве и не высовываться! Зачем ты пошла к оркам? - Но вам нужна была помощь… - Помощь? – зло крикнул он, - помощь? Ты чуть не погибла! Все мы были уверены, что ты в безопасности, поэтому даже не думали оглядываться по сторонам. Просто чудо, что ты уцелела. - Все ведь обошлось, - тихо прошептала я, опуская глаза. - А если бы нет? Ты понимаешь, как близка была к гибели? Ты еще хуже, чем Кили! Хотя бы раз послушала, что тебе говорят. Ты толком ничего не знаешь об этом мире, а лезешь в самое пекло! Еще и сейчас шла и молчала о том, что тебя ранили. О чем ты вообще думала? Что пробитое плечо сама по себе заживет что ли? - Фили, хватит, - Торин подошел сзади и положил руку ему на плечо, - ей и так сегодня досталось. Гном больше ничего не ответил, лишь сбросил руку дяди с плеча и зашагал в другом направлении. - Он отойдет, - сказал мне Кили, - мне тоже часто такие взбучки устраивали, я уже даже не заморачиваюсь по этому поводу. Но я еще как заморачивалась. Когда мы двинулись в путь, Кили настоял на том, чтобы я держала его под руку. Я была в порядке, но перестраховаться не мешало, потому что идти все еще было трудно. При этом, каждый раз, когда я спотыкалась, помимо Кили, который удерживал меня, рядом оказывался Фили и хватал за другую руку, но стоило мне выпрямиться, тут же отпускал и уходил на несколько шагов назад. Я пыталась перед ним извиниться, но он был слишком уперт и ничего не хотел слушать. Сейчас, на привале, он сидел где-то напротив, но я не могла смотреть в его сторону – боялась расплакаться. Всегда, когда мне было плохо и страшно, я почему-то больше успокаивалась именно в присутствии Фили. Я прижималась к нему настолько сильно, насколько позволяли приличия, хотя, будь моя воля, в некоторые моменты и вовсе бы забралась к нему на колени и замоталась в его шубу, а, может, даже втиснулась бы в его рубашку (учитывая, что он бы все еще находился в ней). Кили сидел неподалеку от брата, кидая взгляды то на меня, то на него. По сути, все гномы посматривали на нас двоих, потому что видеть нас врозь было слишком странно и непривычно. Я старалась не обращать на это внимания и сильнее заматывалась в свой плащ. Нужно было попробовать уснуть, но даже моя усталость не способствовала этому – сон никак не шел. Я вновь открыла глаза и сразу напоролась на взгляд светловолосого гнома. Сердце опять предательски заныло, напоминая мне, что я сегодня подвела весь отряд. Фили продолжал смотреть на меня, и, не знаю, какой уж был у меня взгляд, но он не выдержал и, помотав головой, направился ко мне. Все разговоры гномов сразу стихли, а взгляды следовали за принцем. Мое тело невольно сжалось, а я приготовилась к новой порции упреков, но, дойдя до меня, Фили просто опустился рядом. - Ты хоть представляешь, как я себя сейчас чувствую? Я должен был оберегать тебя, я взял на себя ответственность за тебя, и не уследил… - Фили, ты ни в чем не виноват, это я глупая, опять вас не послушала. - Все равно, это и моя вина тоже. Надо было не спускать с тебя глаз, - он громко выдохнул и потер рукой глаза, - до сих пор страшно представить, что могло произойти. - Но все обошлось, - с улыбкой отозвалась я. - Да, обошлось. Прости, что накричал, я просто очень за тебя испугался. Ты еще и о ране столько молчала. Почему? - Не знаю, не хотела вас расстраивать. - Можно подумать, твоя смерть бы нас расстроила не так сильно, как ранение, которое ты получила, ослушавшись нас. Опять, - Фили горько усмехнулся. - Я больше так не буду, честно. - Конечно, не будешь. Я больше тебя ни на шаг от себя не отпущу, а при любой опасности буду где-нибудь запирать или привязывать – в зависимости от местности, - я истерично захихикала, услышав это его высказывание. – Ладно, иди сюда. Фили раскрыл руки, и я с удовольствием нырнула в его объятия, уткнувшись ему носом в район шеи. - Но это не значит, что я больше не зол на тебя, - строго сказал он. - Конечно, - отозвалась я, но это было уже неважно, потому что я вдыхала такой родной запах табака и костра, пока Фили пытался накрыть и меня, и себя его шубой. В какой-то миг мне даже показалось, что все гномы в отряде спокойно выдохнули. Уже практически засыпая, я почувствовала, как с другого бока на меня прилег Кили, а Балин прошептал: «Ну, наконец-то, все в порядке». End flashback