Как давно я люблю тебя?

После ужина меня до покоев хотел проводить Кили, но Торин попросился вместо него. Стало сразу ясно, что меня ждет серьезный и невеселый разговор, отчего хотелось закатить глаза и взвыть, но я сдержалась. Под вечер жизнь в Эреборе постепенно утихала, поэтому мы встречали на своем пути не особо много гномов, что мне нравилось. На меня большинство смотрело с подозрением, хотя гномы никогда не любили чужаков, так что это отношение было вполне сносным. Конечно, не все относились ко мне так категорично, немалая часть всегда искренне улыбались и кланялись в знак признательности, но от такого обращения я чувствовала себя не в своей тарелке. Хуже всего было то, что все знали, что я не являюсь представителем гномьей расы, хотя и к людям меня отнести было нельзя. Гэндальф сказал, что, возможно, я должна была родиться здесь, и, вероятнее всего была бы гномом или хоббитом, но судьба распорядилась иначе. В итоге, меня все-таки каким-то чертом занесло в Средиземье, но мой мир отложил на мне слишком большой отпечаток, поэтому истинную форму, как говорит маг, я так и не приняла, а стала "чем-то между". Больше всего меня расстраивает тот факт, что никто не знает, сколько лет мне будет отпущено – это одна из основных причин, почему я боюсь здесь оставаться. Мое сердце просто рвется на части, когда я думаю о том, что лет через 30-40 я уже стану дряхлой старухой, в то время как мои друзья будут еще молоды, а мне придется медленно умирать у них на глазах. Пока мы шли молча с Торином, я представила, что будет с Фили, когда его жена уже через пару десятков лет станет старой и некрасивой, а потом умрет. Я не хочу для него такой участи. - Юли, - начал Торин, - я знаю, что тебе сейчас нелегко, и я не хочу тебя торопить, но поговорить об этом нужно. - Да, я понимаю. - Я говорил с благородными семьями, ну, ты знаешь. Я планирую устроить пир по поводу окончания нашего похода и освобождения Эребора. Конечно, я думал сделать это позже, когда большая часть горы будет восстановлена, но сейчас это нужнее, - мы свернули с ним в квартал, где находилась мои покои, и поздоровались с идущими нам навстречу гномами. После этого Торин помолчал еще несколько минут, но затем продолжил, - на этом пиру я познакомлю тебя с потенциальными мужьями. Ты сможешь пообщаться с ними и выбрать того, кто тебе больше по душе. - Торин, - перебила его я, - но почему они хотят жениться на мне? В смысле, у вас же культ любви и все такое? Я знаю, что и фиктивные браки не редкость, но все же… - В том то и дело, что браки, которые заключаются не по любви, чаще всего характерны для благородных семей и королевских особ. Если повезет, то мы встречаем любовь своей жизни, а если нет. Такова наша судьба, мы не имеем права оставить род без наследников, поэтому и ищем себе супругов среди таких же благородных семей. - Но я не из благородной семьи. Торин ухмыльнулся и посмотрел на меня как на ребенка, который задает глупые вопросы: - Ты помогла отвоевать Эребор, участвовала в нашем походе. И, как говорила Дис, спасла наши жизни. Нет для гнома из хорошей семьи лучшей партии, чем ты. - Странно это, учитывая, что многие смотрят на меня не без враждебности. - Это пройдет, когда ты заключишь брак с гномом и станешь одной из нас. Хотела того или нет, ты стала знатной дамой в Эреборе. Многих гномов готовят с раннего детства к браку по расчету, поэтому сейчас они и хотят женить своих сыновей на тебе и принести еще большую славу и величие своего рода, включив тебя в свою семью. - Вот оно что! То есть я, вроде как, желанная вещь? - Ни в коем случае не вещь, - строго сказал узбад, - то, что брак будет заключен не по любви, вовсе не значит, что муж будет относиться к тебе плохо. Мы ценим своих женщин… - Только вот я - не ваша женщина, - вновь перебила его я. Торин громко выдохнул, пробурчав под нос, что со всеми женщинами одинаково тяжело. Мы спускались по лестнице без перил, и, несмотря на всю ее широту, я почему-то всегда боялась с нее упасть, поэтому сильнее цеплялась за руку Торина. Гнома это, конечно, смешило, но все же он крепче сжал меня. Когда злосчастная лестница была пройдена, до моей комнаты оставался лишь один поворот. - Юли, но тебе не обязательно выходить замуж за малознакомого гнома, я представляю, как для тебя это будет тяжело. Мы живем в этом мире и для нас подобные браки частое явление, но все равно даются трудно, а ты к этому не привыкла. Поэтому, я считаю, что лучше будет, если вы с Фили… - Нет! – крикнула я и даже слишком громко, потому что мой голос сразу эхом разнесся по коридорам. – Ни за что, я не хочу ломать его судьбу. - Послушай, ты не сломаешь его судьбу. Фили – наследный принц, и я, и Дис готовили его к тому, что, возможно, его брак будет династическим. Мы с его матерью даже обсуждали, кто из благородных гномок подойдет ему на роль жены. - Я все еще не улавливаю суть. - А суть в том, моя девочка, что Фили придется жениться – по любви или нет, это как повезет. Вы хорошо знаете друг друга, у вас близкие отношения, если и выбирать ему жену, то лучшей кандидатки чем ты, я не вижу. - Но если он полюбит? Если он женится на мне, а потом встретит свою любовь? Торин, я не могу так с ним поступить. К тому же, мы не знаем, отмерена ли мне человеческая жизнь или жизнь гнома. Я могу слишком рано состариться и умереть. Мы с Торином остановились прямо у моей двери. Вокруг никого не было, и мы стояли в полной тишине, пока узбад не наклонился ко мне и не поцеловал в лоб: - Я устраиваю пир через три дня. Обдумай это предложение. После этого он развернулся и зашагал в обратном направлении, а я вновь с головой полной ужасных мыслей зашла к себе. После пары часов беспрерывных раздумий, я уже не хотела ни за кого замуж. Теперь мысль о том, что я стала чем-то вроде трофея для благородных семей, весьма смущала. Я не хотела быть призом, да и в действительности Торин был прав: я не привыкла к таким бракам. Если у нас и заключался фиктивный брак, то он носил иной характер. Здесь же от меня будут требовать соблюдения всех норм и традиций, о слове "свобода" стоит забыть, а через пару лет начнутся разговоры о потомках. Боже мой, да какие дети! Я сама еще чертов ребенок, едва двадцать стукнуло. С Фили я решила окончательно: никакого брака. Даже слова узбада о том, что его племянник все равно с большой вероятностью женится не по любви, я не хотела быть той женщиной, которая испортит ему жизнь. А если он кого-то полюбит – боже упаси! Точно нет. Прервав мои мысли, ко мне зашла Ангэ, чтобы помочь расплести волосы и приготовиться ко сну. Разобраться с прической я с радостью ей позволила, а вот на счет остального, в который раз, была против. Гномку это, безусловно, расстроило, поэтому чтобы не обидеть ее, я попросила выполнить пока другое поручение: принести мне бумагу и чернила. В моей голове словно что-то щелкнуло. В миг все стало ясным и понятным – мне не место в Эреборе. Я решила, что присоединюсь к жителям Эсгарота, а, когда отстроят Дейл, поселюсь там. Конечно, сообщать о моем решении уйти лично я не собиралась. Во-первых, это бы был скандал, во-вторых, меня заперли на семь замков и никогда бы уже не выпустили и, в-третьих, своей судьбой, а также выбором мужа, я бы больше не распоряжалась. Поэтому стоило принести Ангэ бумагу и чернила, я вытолкала ее за дверь, а сама принялась писать письмо. Я не стала долго и нудно расписывать причину ухода, потому что была уверена, они и без того ее знают. Я лишь еще раз подчеркнула то, что не хочу никому усложнять жизнь, особенно Фили, попросила прощения, что не сказала им лично о своем уходе и пообещала вернуться в отстроенный Дейл. После этого я нашла старую дорожную сумку, с которой ходила по Средиземью, покидала туда фрукты, сухари и налила во фляжку воды. С вещами было сложнее, поскольку здесь мне приходилось в основном ходить в платьях, а в полуразрушенном Озерном городе вряд ли это будет удобно. Тем не менее, я положила самые простые в ту же сумку, прихватила мешочек с монетами, а потом спрятала это все под кровать. Я взяла письмо и вышла в коридор. К счастью, за время, проведенное здесь, я, с горем пополам, выучила основные дороги: до тронного зала, до столовой, до квартала, где были королевские покои и до комнаты Ангэ. Сейчас я направлялась по последнему маршруту. Гномка была крайне удивлена, увидев меня, потому что час назад я буквально вытолкала ее за дверь. - Ангэ, я хочу, чтобы ты передала это письмо принцу Фили. Не спрашивай, почему я сама этого не сделаю… - Не буду, конечно, не буду – торопливо ответила гномка, видимо, все еще припоминая прошлый случай. - Хорошо, отдай это письмо ему завтра утром. - Конечно. После этого мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я, успокоенная тем, что все идет по плану, вернулась в свою комнату. Уйти я собиралась в то время, когда стража у главных ворот сменяется. Это все еще было не до конца отлажено, поэтому минут десять вход никто не охраняет, можно тихонько прошмыгнуть. Время я еще определяла плохо, поэтому ориентировалась на соседскую комнату, в которой жил молодой гном, возвращавшийся с оружейной ровно за полчаса до смены караула у ворот. Я была готова: надев самое простое платье и плащ с капюшоном, я с сумкой на одном плече сидела у двери, прислушиваясь к стуку соседней двери. Когда долгожданный звук, наконец, раздался, пора было начинать действовать. Поскольку время было позднее, то никто по пути к воротам мне почти никто не попался. Те редкие гномы, что встречались на моем пути, не удивлялись тому, что я гуляю в столь позднее время. Сумка была надежно спрятана под плащом, поэтому никаких вопросов к странной девушке не возникало. Дойдя практически до ворот, я спряталась в темном углу и принялась ждать. Сердце бешено стучало, отчего порой мне казалось, что кроме него я не слышу ничего вокруг. Но время шло, и постепенно я пришла в норму, хотя волнение не отступало. Было страшно представить, что произойдет, если меня поймают. Ох, и устроят же мне! Поэтому я мысленно торопила время и гномов, которые стояли так, словно не собирались уходить с места в ближайшие пару часов. К счастью, мои опасения не подтвердились, и охрана медленно отправилась прочь от ворот. Я сделала несколько глубоких вдохов, и, удостоверившись, что гномы ушли достаточно далеко, быстрыми, но тихими шагами направилась к воротам. «Вот, блин, шпионка ноль-ноль-семь!» - думала я про себя. Некое чувство восторга от того, что я смогла незаметно сбежать от гномов, придавало мне сил и уверенности. Но в моей жизни никогда ничего не было так просто. - Ну, и куда ты собралась? – я почти дошла до ворот, когда слева прозвучал строгий голос Фили, заставивший меня подпрыгнуть на месте. - Я хотела прогуляться, - слишком быстро ответила я, - снаружи. Все тело пронзили тысячи иголок, а я наверняка залилась краской, пойманная на месте преступления. К счастью, в темноте гном вряд ли сможет разглядеть мои алые щеки. - Прогуляться, значит, - Фили вышел из тени и встал рядом со мной, - а я тут одно интересное письмо получил, догадываешься какое? - Я же просила отдать ее утром, - от злости я даже топнула ногой. - Ангэ вспомнила, что рано утром я уезжаю в Дейл по делам, и решила отдать его сейчас. Как во время, правда? Я молчала. Отпираться было теперь бессмысленно. Почему-то мне снова хотелось плакать. Я, конечно, превратилась бы в вечно ноющую девицу. И еще мне было жутко стыдно перед Фили, не знаю уж из-за чего. Мы столько времени с ним не общались, что сейчас находясь впервые за долгое время наедине, я еле сдерживала себя, чтобы не броситься к нему в объятия. Меня уже не волновало, что мы тогда наговорили друг другу. Я просто скучала по нему – по моему товарищу, по моему брату. Фили пристально посмотрел мне в глаза, и мне стало трудно дышать – в них отчетливо проглядывала боль. - Юли, зачем? Я ведь не заставляю тебя выходить за меня. Барлог тебя дери, если тебе так противна мысль о браке со мной, то выбери себе гнома из благородной семьи, зачем же сбегать? - Противна мысль о браке с тобой? Ты вообще думаешь, о чем говоришь? Да, я была бы рада выйти за тебя, - я осеклась, понимая, что фраза прозвучала несколько двусмысленно, - нет в том плане, конечно, что ты привлекаешь меня как мужчина, и я хочу за тебя замуж. Просто, если выбирать между браком с неизвестным гномом и тобой, я, бесспорно, выберу второе. Но я не могу так. Я не хочу портить тебе жизнь. - Какая же ты глупая. Как ты можешь мне ее испортить? Меня с малых лет готовили к тому, что я стану наследником престола, а, значит, брак по любви для меня маловероятен. Некоторые гномы встречают свою любовь под конец жизни, а у меня нет столько времени. Лучший возраст для брака сто лет, и, если к этому моменту я не найду любимую, то придется жениться на той, что выберет король. - Видишь, у тебя есть время… - Не так много. Пока идет строительство, у меня нет времени думать о любви – нам нужно восстановить Дейл и Эребор. К тому же, я не хочу выдавать тебя замуж за неизвестного гнома. - Отдай за известного, - с улыбкой заключила я. - Юли, - Фили улыбнулся моей не блестящей, но все же шутке, - я переживаю за тебя ничуть не меньше, чем за Кили, а порой и больше. Он - тот еще остолоп, но он – мужчина и он вырос здесь. Ты же из другого мира и еще так молода, по меркам гномов ты – ребенок. Я не позволю тебе уйти к людям. - Но Фили... - Я бываю там, я вижу их. Сейчас небезопасно жить там, особенно молодой девушке, которая не имеет среди них ни друзей, ни родственников. Если тебе так не нравится в горе, то, после окончания строительства, я куплю тебе дом в Дейле и буду навещать, - гном с надеждой заглянул мне в глаза, - но пока останься здесь. Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Я мысленно выругалась и плюнула на все, кинувшись Фили на шею. Он поначалу растерялся, а потом крепко обнял меня. - Хорошо, я останусь. - Хорошо, - с облегчением выдохнул гном, - и прости меня за все, что я наговорил тебе про эльфов. Я ничего такого не имел в виду. Я просто переживаю. - И ты меня прости, я тоже наговорила много глупостей, - я звонко чмокнула его в щеку, - и чуть не попала в твой глаз вилкой. Мы с ним расхохотались, вспомнив тот день, когда я, как безумная, носилась за ним по всей столовой, кидая в гнома всем, что попадет под руку. Фили забрал мою сумку, предложив мне свой локоть, за который я с удовольствием уцепилась, проводил до моей комнаты. Наверное, еще с час мы с ним болтали, сидя в небольшой гостиной, которая прилагалась к моим покоям, а после я все-таки отправила его спать, вспомнив, что рано утром ему уезжать. Фили с видом обиженного мальчишки поплелся к выходу и, пожелав спокойной ночи, вышел, а я впервые за столько дней смогла нормально уснуть.